Цзэ Сюлань и в своем мире не понимал, почему всякие высокопоставленные дяденьки устраивают важные заседания сразу же после значимых праздников, и здесь этой тенденции понять не мог. Не успел заклинательский мир отойти от гуляний в честь окончания очередного года, как уже всем членам альянса «Пяти нефритовых дорог» нужно было выдвигаться в путь. Каждый раз собрание проводилось в разных местах. Учредителями собрания всегда были члены альянса. Все они были внесены в список и в порядке очереди устраивали у себя остальных членов альянса. Это считалось большой честью – принять у себя своих собратьев и стать организатором такого крупномасштабного события. На самом же деле это была огромная головная боль. Орден «Хранители равновесия», стоя во главе альянса, никогда не устраивал собраний на своей территории и не знал, что многие кланы начинают подготовку к таким мероприятиям за полгода до их начала.

Цзэ Сюлань узнал о собраниях альянса со слов Чэнь Хуан и Цао Цзюаня. Они любезно проинформировали его и о цели таких посиделок, и о продолжительности. Собрания проходили обычно два раза в год – в начале года и в середине года – и длились около семи дней. Иногда время проведения растягивалось, но никогда не сокращалось.

Был определенный план собрания, который почти всегда оставался неизменным: первый день – введение в курс дела и знакомство, а также первый день выделялся на форс-мажорные обстоятельства, которые могли бы задержать в пути некоторых членов собрания; второй и третий день отведены на политические вопросы. В эти дни решают вопросы о дележке земель, обязанностей, входа и выхода в различные объединения и много чего другого. Четвертый и пятый дни отведены под экономические вопросы. И оставшиеся дни нужны для урегулирования остальных вопросов, а также тех, что не успели урегулировать. Сначала Цзэ Сюлань не понимал, зачем же нужно столько времени, если все можно решить за день-два, но Цао Цзюань сказал, что каждое собрание – это огромный пир со всевозможными блюдами и выпивкой.

Ну, тогда понятно, почему решение нескольких вопросов каждый год требует столько времени. О какой продуктивности может идти речь, если все будут то и дело набивать свои животы вместо обсуждения проблем? Кажется, и собрания эти проводятся раз в полгода не потому, что накапливаются вопросы, требующие внимания альянса, а потому, что всем этим заклинателям хочется погулять с недельку и наесться вдоволь. Как же это было по-людски… Цзэ Сюлань с каждым днем все больше и больше убеждался, что никакой разницы между простыми смертными и заклинателями нет. Все это выдумки про отрешенность от мирских забот, власти, денег, всех благ. Как любили власть, так и любят, как любили есть, так и любят. Это открытие почему-то весьма разочаровало Цзэ Сюланя.

Собрание в этот раз проводилось на землях клана «Ритм пяти стихий». Это был небольшой клан на западе от Фуюани, располагавшийся в окрестностях маленького городка Цзиньхуа. Так как расстояние до Цзиньхуа было не слишком далеким, было решено не лететь на мечах, а ехать в экипажах, запряженных лошадьми. Все-таки это выглядело более цивильно и занимало по времени примерно три дня.

На собрание съезжались не только значимые заклинатели кланов, но и заклинатели с наиболее низшим рангом. В ордене «Хранители равновесия» мастера чаще всего брали с собой одного или двух старших учеников и трех наставников, а те в свою очередь тоже брали по одному личному ученику. Итого с одной области выходило восемь-девять человек. Разумеется, глава клана брал с собой еще Хэ Фэнь, как незаменимую правую руку, а Линь Цзо взял Линь Яна от имени своего склона. Хотя, надо сказать, тот бы предпочел присутствовать как независимое лицо, но при таком раскладе его бы просто не пустили.

Несмотря на то что людей в результате было не особо много, процессия из дорогих и красивых повозок растянулась на многие чжаны. Больше всего повозок тянулось, конечно же, от горы Распорядков. Глава Цао, госпожа Хэ и трое наставников ехали в отдельных экипажах, а ученики ими управляли, морозя щеки на свежем воздухе. Остальные области не сильно уступали, и только у Туманного склона была всего одна повозка, которой управлял Сяо Бо, вызвавшись добровольцем. Он не был личным учеником Мо Циня, но был одним из самых перспективных, по мнению хозяина леса Гармонии, оттого его и взяли с собой. Заводить новые знакомства для подрастающего поколения очень важно. В мире заклинателей связи тоже значительно упрощают жизнь.

Цзэ Сюлань скучающе поглядывал в щель между занавесок, когда повозки медленно тянулись по извивающимся белым дорогам. Вокруг простирался зимний пейзаж – снежные холмы, как белоснежные драконы, охраняли спящие под землей корешки, а мягкий снег покрывал землю, словно теплое одеяло, заботливо уложенное матерью-природой. Свет послеобеденного солнца пробивался сквозь облака, отражаясь в сверкающих снежинках и заставляя землю сиять. В воздухе витал знакомый аромат зимней свежести. Деревья, надев зимние шапки, горделиво тянулись к небесам. Внутри в повозке было весьма тепло и уютно благодаря жаровням. Скамеек не было, зато весь пол покрывали мягкие пледы и подушки, чтобы можно было и путешествовать сидя, и вздремнуть в случае необходимости. Путь всей процессии был построен так, что каждую ночь они проводили в гостевых домах, а не на улице под открытым небом, но все равно просто сидеть было весьма скучно, и многие мастера и наставники если не медитировали, то действительно спали. На свежем воздухе сон всегда крепче и приятнее.

Цзэ Сюлань хотел было полностью завесить окно, но услышал стук в оконную раму. В принципе, ему и не нужно было гадать, кто это. За все это время к Цзэ Сюланю только Линь Ян и заглядывал. Он отказался от личной повозки и предпочел ехать верхом на лошади. Под ним был красивый белый конь Мэнхунь, весьма неплохой жеребец, предпочитающий быстрые скачки, а не размеренные прогулки. Линь Ян над ним по-доброму посмеивался, называя его нетерпеливым барашком, на что конь раздувал ноздри и фыркал, словно все понимал.

Цзэ Сюлань отодвинул занавеску и немного высунулся наружу. Линь Ян, что ехал очень близко, тут же щелкнул его по носу. Это действие до того возмутило Цзэ Сюланя, что он тут же поспешил задернуть занавески под веселый смех. Ну что за ребячество?

Успокоившись, Линь Ян предложил:

– Да ладно тебе, не дуйся. Лучше выйди сюда и разомни ноги.

– Мне и здесь неплохо, – отозвался Цзэ Сюлань. Он взял флягу-тыквину из угла повозки и налил горячего чая в небольшую пиалу. Чайный сервиз был в каждой повозке и стоял посреди на низком столике. Чай, приготовленный еще утром, прекрасно сохранил свою температуру благодаря термопечати на фляге. До чего же становилась легкой жизнь с использованием ци и печатей. Только голову включи – и можно себя обеспечить всеми удобствами.

– Ах да, я совсем забыл, каким домоседом может быть мастер Цзэ.

Чуть подумав, Цзэ Сюлань наполнил чаем вторую пиалу и вновь высунулся в окно.

– А у тебя какое дело есть или ты просто так тратишь мое время? – Хозяин Туманного склона протянул пиалу Линь Яну. На коне пить горячие напитки было не то чтобы удобно, но, видимо, Цзэ Сюлань никогда не катался на лошадях. На самом деле конные прогулки были по-настоящему редки среди заклинателей: те предпочитали летать на мечах.

Несмотря на неудобства, Линь Ян все равно принял чай и весьма быстро его выпил. А то знал он этих хозяев Туманного склона: один раз откажешься – и больше никогда не предложат, затаив страшную обиду.

– Нет, но мне скучно.

– Досчитай до тысячи.

– И что потом?

– Пойдет вторая тысяча.

Линь Ян усмехнулся:

– Мастер Цзэ, как всегда, очень изобретателен в развлечениях.

– Старейшина Линь, как всегда, весьма надоедлив.

Линь Ян не общался близко ни с кем в ордене, чтобы ему было интересно вести разговоры. Цзэ Сюлань поинтересовался, почему же тот не перекинулся и парочкой слов с братом, на что получил очень сухой ответ: «Мы с ним давно уже не в тех отношениях». Решив, что это вообще не его дело, Цзэ Сюлань больше не лез.

Кроме Линь Цзо, поддержать разговор было много с кем: со всех сторон то и дело слышались разговоры. Кто-то обсуждал предстоящее собрание, кто-то просто травил байки. Громче всех, конечно же, были ученики, что в силу возраста и статуса совсем не сдерживали свои веселые возгласы. Несмотря на такое обилие собеседников, все два с половиной дня, что они были в дороге, Линь Ян неизменно стучался к Цзэ Сюланю. Обычно они беседовали так – Цзэ Сюлань сидел у окна, а Линь Ян ехал рядом на Мэнхуне. Настолько близко, чтобы слишком любопытные заклинатели не грели свои уши у чужих разговоров. Но пару раз Линь Ян забирался и в саму повозку и составлял компанию в распитии чаев. К обсуждению новогодней ночи и странного заклинателя в черном они не возвращались, опасаясь, что кто-нибудь все-таки подслушает. Поэтому разговоры велись на отвлеченные темы вроде медицины, печатей и трав. Оказалось, Цзэ Сюлань может быть весьма разговорчивым, если дело касается того, что ему нравится.

Вообще Линь Ян был хорошим собеседником. Цзэ Сюланю редко такие попадались. Линь Ян не перебивал, давая высказаться, был весьма вовлечен в разговор и всегда чувствовал настроение собеседника. Как только Цзэ Сюланю начинала надоедать его компания и он желал побыть в гордом одиночестве, Линь Ян находил предлог и мастерски сворачивал беседу. Это было весьма удобно, ведь во многих собеседниках хозяина Туманного склона раздражала именно их настырность и способность вести разговоры часами.

– Смотри, мы почти приехали, – Линь Ян кивнул вперед, и Цзэ Сюланю пришлось полностью высунуть голову наружу, чтобы увидеть то, на что ему указывали. Впереди действительно чернели городские стены, но лучше всего было видно две высоченные симметричные пагоды из красного дерева. – Клан «Ритм пяти стихий» присоединился к альянсу совсем недавно, лет пять назад, и принимает гостей впервые. Ты никогда не видел Цзиньхуа, верно?

– Не видел, – подтвердил Цзэ Сюлань.

– Здесь очень красиво летом и весной. Город небольшой, но он буквально расцветает, когда пробуждаются растения, притом многие из них я нигде никогда не видел больше. Разумеется, главы города и жители следят за всем этим, но место и правда необычное и красивое. Жаль, что мы приехали зимой, а не летом.

Цзэ Сюлань не мог не согласиться. Ему как человеку, неплохо разбирающемуся в растениях, да еще и умеющему готовить из них лекарства, было бы очень интересно покопаться в местной флоре. Цзэ Сюлань уже пересмотрел несколько книг и с нетерпением ждал лета, чтобы самому взглянуть на некоторые виды. Было предостаточно известных ему растений, хоть они и были не совсем свойственны местности его родных краев, но было также множество видов, о которых он слышал впервые.

Солнце еще не успело закатиться за горизонт, когда экипажи ордена «Хранители равновесия» приехали к городским воротам. Те в связи с таким масштабным событием тщательно охранялись, и поэтому заклинателей пропустили в Цзиньхуа только после досмотра. Их уже давным-давно ждали, и не успели повозки въехать в ворота, как к ним тут же подлетели представители клана «Ритм пяти стихий».

На самом деле уставшие с дороги мастера и наставники сейчас хотели только сытно поесть и крепко поспать, но правила приличия никто не отменял. И хоть орден «Хранители равновесия» был куда выше какого-то клана, они все равно должны были выказать уважение.

– Ох, моя спина, – сразу начал жаловаться старейшина Лянь, выползая из своей повозки. – Это же невозможно. Сидеть целый день и трястись на каждой кочке… В следующий раз я поеду только в самой роскошной повозке!

Лянь Цзэнь всю поездку ворчал, что ему не нравится ни повозка, ни подушки в ней. Он так всем надоел за эти три дня, что многие подумывали наплевать на уважение и наложить на него заклятье молчания.

– Приветствуем старейшин, мастеров и наставников с их учениками из ордена «Хранители равновесия»! – как один прокричали молодые адепты, которых и отправили встретить да сопроводить гостей. Всего на улице сейчас стояли двенадцать человек в черных одеждах клана. Вокруг собралось много зевак. Хоть Цао Цзюань со своими людьми были не первыми гостями, все равно такое скопление красивых заклинателей неизменно привлекало внимание людей, а особенно молодых парней и девушек.

– Орден «Хранители равновесия» тоже приветствует адептов клана «Ритм пяти стихий», – громко проговорил Цао Цзюань, кланяясь в ответ. Все остальные заклинатели, уже покинувшие свои повозки, тоже поклонились, отдавая честь.

Обменявшись любезностями, адепты повели уставших с дороги заклинателей в гостиный двор. Когда территория клана оказывалась слишком маленькой, чтобы принять гостей, клан арендовал в городе всевозможные постоялые и гостиные дворы, дабы расположить приезжих заклинателей. Ученики этого клана выступали в качестве прислуги, следя за распорядком, убирая, готовя и всячески прислуживая гостям. Клан «Ритм пяти стихий» располагался в заливной долине недалеко от города. Из-за постоянных разливов реки Гармония Небес территория клана была небольшой, а часть зданий постоянно приходилось отстраивать заново. Они, даже если бы очень и хотели, не смогли бы приютить со всеми удобствами выходцев и из одного клана, что уж говорить о большем?

Цзэ Сюланю досталась весьма просторная комната с видом на широкую улицу. Перегородками комната делилась на три зоны: для чаепитий и приема гостей, для сна и рабочая зона с книжными полками и столом. Было видно, что для прославленного ордена подготовили лучшее место в городе. Цзэ Сюлань предположил, что и ремонт косметический сделали, потому что мебель была новенькая, блестящая, полы и стены тоже сияли без единого изъяна. Неужели гостиные дворы могут быть в таком хорошем состоянии?

У Цзэ Сюланя вещей было немного. Он не видел смысла тащить на неделю лишнюю повозку, учитывая тот факт, что едет он, так сказать, в командировку, и пусть начальство его обеспечит всем необходимым. Только несколько комплектов одежд взял. К превеликому сожалению, вместо привычных черных одежд хозяин Туманного склона был вынужден переодеться в шелковые одежды цвета красного вина, расшитые серебром. Этот странный бордовый цвет точно не нравился Цзэ Сюланю, но он был цветом Туманного склона, поэтому выбора этому мастеру никто не предоставил.

– Вот ты писала, конечно, фэнтези, но палку перегибать не стоило, – ворчал Цзэ Сюлань, рассматривая длинный рукав. – Никто бы в здравом уме не согласился на такой цвет. Чувствую себя свеклой.

[Не ворчи, нормальный цвет. К тому же он тебе к лицу и хорошо подчеркивает твои глаза.]

– Мне абсолютно все равно, как я выгляжу в этих тряпках. Пусть заботятся те, кто на меня смотрит, но каждый раз, когда я вижу этот тошнотворный цвет, у меня кружится голова.

[Я еще не слышала, чтобы кто-то так оскорблял цвета…]

Стук в дверь прервал разговор с системой, и Цзэ Сюлань поднялся на ноги, чтобы посмотреть, кого там принесло. Раздвинув панели, Цзэ Сюлань увидел одного из тех адептов, что встретили их за городскими воротами.

– Господин Цзэ, – высокий парень в черных одеждах клана «Ритм пяти стихий» низко поклонился, – все собираются на первом этаже для ужина. Этот Ду приглашает вас присоединиться.

– Нет нужды, – отказался Цзэ Сюлань, высоко вздернув нос. – Этот мастер не голоден и не пойдет. Если будут спрашивать, так им и скажи.

Ду Фэн понимающе кивнул и оставил мастера Цзэ в покое. Цзэ Сюлань, может быть, и не отказался бы от угощений. К тому же наверняка здесь есть какие-то местные блюда, которыми радушные хозяева, конечно же, захотели бы удивить гостей. Но спускаться ко всем этим людям… Цзэ Сюлань в принципе не особо любил сборища людей, а тут еще сборище питает не самые теплые чувства к этому учителю. Ну уж спасибо, не надо.

– А если я скажу, что знаю, где в этом городе подают самые вкусные весенние блинчики, этот мастер пойдет?

Цзэ Сюлань резко обернулся. Не то чтобы он не узнал по голосу, но весьма удивился, увидев на подоконнике Линь Яна. Этот прославленный мечник нагло пробрался в его комнату через окно. Если честно, у Цзэ Сюланя даже не было комментариев насчет этого. Поэтому он просто скрестил руки на груди, выжидающе рассматривая веселого старейшину. Кажется, ему эта детская шалость доставила особое удовольствие, потому что золотые глаза сияли искрами, а губы растянулись в широкой улыбке.

Линь Ян в детстве был весьма шумным и шаловливым ребенком. Если на горе Стремлений и происходили какие-то из ряда вон выходящие происшествия, то в десяти из десяти случаев Линь Ян был к этому причастен. Он часто бедокурил, подшучивал над соучениками и получал нагоняй от наставников. Но ему многое прощали, скорее мягко журя, чем действительно ругая за проступки. В основном из-за его феноменальных способностей, благодаря которым он развивался быстрее, чем росло его тело. Наставники на его выходки обычно качали головами и твердили «перерастет». И действительно перерос. С возрастом Линь Ян стал более спокойным и сдержанным. Он научился быть очень внимательным и терпеливым к людям, меньше болтать и больше делать. Надо сказать, он переменился в лучшую сторону, возмужал и стал действительно достойным заклинателем. Но искра ребячества все еще иногда вспыхивала в его сердце. После потери близких людей это происходило совсем уж редко, но Цзэ Сюлань волшебным образом заставлял Линь Яна чувствовать себя лучше. Иногда, сидя рядом с ним, Линь Ян ловил себя на мысли, что почти не видит разницы между ним и Вэнь Цзянси. Это было больно и до того хорошо, что Линь Ян не мог к нему не тянуться. Находя очередное отличие между ними, Линь Ян мысленно сокрушался и одновременно радовался. В конце концов, измучив себя тяжелыми размышлениями, он просто решил плыть по течению и делать то, что велит ему сердце. Сейчас оно велело ему вытащить мастера Цзэ из гостиного двора на коротенькую прогулку по городу и угостить поджаристыми блинами, которые в ресторанчике «Дом Сунь» были самыми вкусными, что только Линь Яну доводилось пробовать.

– Ну чего ты молчишь? – Линь Ян полностью пролез в комнату и повертел головой, осматриваясь. – Не нравятся блины? Тогда поедим лапши. У них жареная лапша тоже очень вкусная.

– А что мне говорить? – Цзэ Сюлань тяжело вздохнул, подойдя к окну и захлопнув его. В комнате и так было весьма прохладно, а чертить кучу печатей мастеру Цзэ сегодня не хотелось.

– Как насчет: «О великий старейшина Линь, для меня будет честью составить вам компанию»?

– О великий старейшина Линь, давайте я лучше научу вас пользоваться дверью?

Линь Ян, рассмеявшись над его словами, принялся оправдываться:

– Я тоже, если мастер Цзэ не заметил, не особо желаю пересекаться со всеми этими господами. Если бы я вышел в коридор и столкнулся с Линь Цзо, как думаешь, был бы у меня шанс уйти незамеченным?

– А зачем тебе вообще куда-то уходить?

– Эти все великие и прославленные заклинатели будут объедаться весь вечер, а мне, что ли, сидеть и слюни глотать? Это у тебя тут пока ничего не ощущается. На втором этаже ароматы с кухни пропитали все.

– Почему бы тебе тогда не прогуляться одному?

Линь Ян вновь раскрыл окно и уселся на подоконник, свесив ноги вниз. Искра Рассвета тут же вылетел из-за пояса и отправился под ноги. Вскоре Линь Ян уже парил в воздухе перед окном.

– Одному, конечно, можно, – согласился он. – Но знаешь, как сочувственно все смотрят на тебя, когда ты сидишь за столом в компании разве что своего меча? К тому же вместе веселее. Ну что скажешь?

[Я не понимаю, почему ты вечно такой настороженный. От тебя что, кусок отвалится, если ты будешь хоть иногда идти людям навстречу?]

– Веселее, – согласился Цзэ Сюлань, игнорируя Чэнь Хуан. Он выглянул из окна и посмотрел вниз. Его комната находилась на третьем этаже. Для заклинателей это была небольшая высота. Все равно что с табуретки спрыгнуть. Но Линь Ян протянул ему руку, предлагая помощь.

Решив, что спуститься спокойно на мече будет куда более подобающе, чем прыгать из окон, Цзэ Сюлань ухватился за чужую руку и ступил на прославленный супер-пупер-лучший в мире клинок. Рука Линь Яна была теплой, как и должно быть у людей, что тратят много времени на тренировку. Искра Рассвета плавно спустился на землю, но в целом меч Цзэ Сюланя летал ничуть не хуже.

В зимние сумерки Цзиньхуа наполнился неким очарованием, которое присуще только небольшим городкам. Несмотря на чистое черное небо, снежные хлопья нежно ложились на крыши домов и двух древних красных пагод, торчащих из сердца города, как свечки из торта. Свет горел в их окнах, но издали был весьма размазан из-за легкой дымки, создаваемой снегопадом. Улицы, выложенные гладкими камнями, отражали тусклый свет масляных фонарей, создавая уютные тени, которые танцевали причудливыми узорами на стенах домов. Дым от уличных лавок, где готовят простые угощения, медленно поднимался к небу, смешиваясь с холодным зимним воздухом. Запах жареного тофу и пряностей, словно невидимая нить, тянулся через весь город, привлекая прохожих. Несмотря на большое количество людей, город казался совсем тихим и сонным. Цзэ Сюлань протянул руку, чтобы поймать на ладонь пушистую снежинку. Она на мгновение коснулась фарфоровой кожи, а потом превратилась в небесную слезу.

Волосы и плечи Линь Яна и Цзэ Сюланя тут же оказались припорошенными, хоть они простояли всего ничего.

– Мастеру Цзэ так нравится зима?

Цзэ Сюлань не видел смысла отвечать на этот вопрос и просто проигнорировал его.

– Хватит попусту мерзнуть. Пойдем, – позвал его Линь Ян, вливаясь в уличную толпу.

Цзэ Сюлань на какое-то время остался один под стенами гостиного дома. Он посмотрел вверх на раскрытое окно, захлопнул его при помощи ци, а потом, не особо торопясь, последовал за выделяющейся в потоке людей светлой макушкой.