Сегодня он снова проснулся не один. По левую сторону тихо посапывала Светлана – милая, безропотная, красивая, заботливая. Он не звонил ей после того незапомнившегося знакомства и неожиданного пробуждения вдвоем. Она подстерегала его каждый вечер возле дома, сидя в своей машине.

– Привет, – выбиралась она с водительского сиденья с очаровательной улыбкой. – А я тебя жду…

Первый раз он все ждал продолжения этой фразы. Непременно должны были прозвучать упреки в его адрес: чего так долго, где можно так бессовестно пропадать – скоро полночь, сколько можно ждать и так далее. Если честно, то он с нетерпением ждал таких претензий. Проще было бы отвадить от своего дома и своего тела настойчивую гражданку.

Но Светлана день за днем демонстрировала чудеса сдержанности и терпения. Ни единого упрека. И даже на его бурчание типа «ну пошли, раз ждала» она реагировала улыбкой.

– Слышь, майор, а может, она юродивая? – делала предположения Найда, выбравшись с больничного в рекордные три дня. – Или святая?

– Святые не ложатся в койку после трех часов знакомства, – возразил он.

– Это да. Там добродетель. Она не позволит, – щелкала языком коллега.

– И на юродивую она не похожа. Умная, эрудированная, – рассуждал Никита, пробираясь московскими пробками до дома Найды.

У нее вдруг с чего-то сломалась машина. И стояла запорошенная снегом на парковке напротив ее подъезда. Все советы товарища по оружию отбуксировать машину в ремонт она отметала одним словом:

– Бесполезно!

– Почему?

– Тачка сдохла…

Но, будучи хорошим сыщиком, Никита подозревал, что Найда намеренно не ремонтирует машину. Чтобы использовать его в роли извозчика. Просто так, из вредности. Чтобы Светлане меньше времени досталось. Чтобы ожидание ее продлилось до бесконечности. И чтобы она отстала наконец от майора Степанова.

Но это были лишь его подозрения, никем и ничем не подтвержденные. Найда, то есть капитан Рыкова Надежда Владимировна, вела себя безупречно. Никаких намеков – ни грязных, ни почище. Никаких приглашений – пропустить по стаканчику после смены или выпить кофе в обеденный перерыв где-нибудь подальше от работы – от нее не поступало. И думать, что она тайно влюблена в своего начальника – то есть в него – было хоть и приятно, но самонадеянно.

Вчера Светлана снова подкараулила его у дома. А он – после тяжелого рабочего дня, включая трехчасовое совещание у начальника по подведению итогов. И на нем – на совещании – раздавалось все: и пряники, и удары кнута. Его отделу досталось и того и другого. Он устал и распсиховался. И соблазн не приглашать ее к себе, а принять душ и просто уснуть был так велик, что Никита даже преградил ей путь к подъезду.

– Ты очень устал. Я вижу, – спокойно отреагировала Светлана, мотнув большим пакетом, в котором что-то погромыхивало. – И тебе не до меня.

– Именно! – вырвалось у Никиты.

– Я уеду. Только покормлю тебя.

И, ловко протиснувшись между Никитой и стеной дома, она вошла в подъездную дверь. Ну не выпихивать же ее из лифта!.. Тем более Светлана пожрать что-то принесла. А он голоден как волк. А в холодильнике, кажется, ничего не осталось.

Пока он принимал душ и переодевался, девушка накрыла на стол, накормила его вкусным ужином, а потом исчезла в гостиной и попросила ее не беспокоить. И он тут же взбунтовался. Вот если бы она навязываться стала, он бы ее сам погнал в гостиную или даже из дома. А так…

Он, конечно же, затащил ее в койку. И не уснули они так вот прямо сразу. А утром, проснувшись, он испытал легкое раздражение. Собой был недоволен. Тем, как его волю оказалось легко сломить. Всего-то предложив жратву и красивое податливое тело.

– Даже не спрашиваю, почему ты зеваешь, шеф! – хохотнула Найда, покупая им на ближайшей заправке кофе, он попросил. – Светлана?

– Допустим. И что?

– Котлеток принесла? Блинчиков фаршированных? – попыталась она угадать.

– Голубцы были, – признался он нехотя. – А я их просто обожаю.

– Да-а, Никита, ты не исключение. – Она уперла локоть в автомобильное стекло, уложила затылок на растопыренную ладонь и глянула на него с грустью. – Как легко купить вашего брата. За котлетку с хлебушком да за постельку. Ты же не любишь ее!

– Не люблю.

– А чего тогда ей голову морочишь?

– Я не морочу ей голову, – возразил он. – Может, это она мне ее морочит – голову.

– С ней-то как раз все понятно – она замуж хочет. За тебя, между прочим, – противно заухмылялась Найда. – Вот и мостит себе путь в ЗАГС котлетами и голубцами. Но ты-то… Разве ты готов?

– Замуж?

– Жениться, майор! – рассмеялась коллега звонко. – Ты готов?

– Нет, конечно! – отшатнулся от нее Степанов.

– Тогда не морочь ей голову. Просто расставь все точки. И скажи, что кормит она тебя зря. А то будут потом обманутые надежды и слезы…

Найда была на сто процентов права. Он это понимал. И решил, что вот уже сегодня, если Света опять явится с контейнерами, полными еды, он ее не пустит. Или вообще не поедет домой ночевать. У Найды, к примеру, останется. У нее вроде есть гостевая комната.

– Что там у нас в районе по делу Грековых? – спросил сразу Степанов, как в кабинет зашел.

– Районные полным ходом землю роют. Отрапортовали, что в наших услугах более не нуждаются. У них уже есть подозреваемая. Она заключена под стражу, – доложил капитан Стрельцов, для чего-то поднимаясь со стула.

– Ух ты! Ловкачи какие, – отозвался Никита ворчливо.

Он швырнул в шкаф куртку, петелька оторвалась, а с плечиков она всегда съезжала и все равно оказывалась на полу шкафа. Прошел на свое место, включил компьютер.

– Погоди, дай угадаю. Подозреваемая как раз та, которую я застал за мародерством? Домработница Грековых? Как ее там? – Никита сморщился и пощелкал пальцами.

– Гришина Екатерина Ивановна, – подсказал Вова.

– Точно, Гришина. – Никита требовательно посмотрел на Найду.

Та в разговоре участия не принимала, сосредоточенно рылась в столе.

– Капитан Рыкова, – окликнул ее Никита. – Что готова доложить по существу вопроса?

И Найда – чудеса твои, Господи! – принялась докладывать. Словно и не она валялась целых три дня с температурой после вынужденных прогулок на снегоходе.

– Гришина заключена под стражу, – начала она доклад, сев за столом прямо и успев с грохотом задвинуть ящик. – Ей вменяется сто пятая статья, часть вторая.

– Ого! – вытаращился Степанов. – Это когда же она из мелких воришек превратилась в матерую убийцу, да еще с подельниками? Как это произошло?

– Все из-за компьютера, майор, – пожала плечами Найда. – Гришина с самого начала принялась врать, что прихватила ноут, с которым ты ее поймал, просто так – походя. Но потом, проверив ее телефон, спецы восстановили удаленную Гришиной переписку с каким-то не установленным следствием лицом. А там вполне конкретные указания: забрать ноутбуки Грековых и доставить, куда – пока неизвестно. Было написано, что распоряжения поступят Катерине после того, как ноутбуки будут у нее. Было также зафиксировано много телефонных звонков на ее телефон с неустановленного номера. С ее слов, в звонках ей тоже поступали распоряжения. И подробные инструкции.

– Упс-с… – выдохнул с сипом Никита. – Ей отдавались распоряжения по телефону и в сообщениях, а она… Врала? Виртуозно, скажу вам, она врала. Я даже ни разу не усомнился, что она просто так взяла добро хозяев. И кто же ее куратор?

– А никто не знает, – пожала плечами Найда. – Районные ломают ее, но пока безрезультатно. Она уверяет, что не знает, кто ей звонил: голос, с ее слов, был искажен. Но деньги куратор ей в почтовом ящике оставил в конверте – аванс, так сказать. Установить личность звонившего районным не удалось. Сим-карта была куплена по фальшивому паспорту. Не существует такого человека в природе. По камерам наблюдения отследить человека, который будто бы оставил ей деньги в почтовом ящике, не получилось. Конверт она будто выбросила. Как бы то ни было, коллеги из района твердо уверены, что Гришина врет. Тот, кто ей звонил и оставлял сообщения, – ее сообщник, считают они. Эти двое сообща спланировали и подготовили убийство супругов Грековых. А когда Алене Грековой удалось сбежать с места расправы над ней и ее мужем, то преступники догнали ее и своими маневрами столкнули ее снегоход в глубокий овраг. Помнишь, шеф, как там весь снег был взрыт?

– Помню, – ответил Никита, задумавшись.

– А, забыла сказать, – шлепнула себя ладошкой в лоб Найда. – У Гришиной имеется бывший муж. Некто Гришин Михаил Сергеевич. В прошлом – крутой дядька. Бизнесом владел с активами ого-го какими. А потом неожиданно все продал и в лесу поселился.

– В лесу?! Как отшельник? – остолбенел Степанов.

– Ну, для отшельника его имение слишком богато и огромно, – ядовито ухмыльнулась Рыкова. – Там домище в два этажа, флигель, куры, козы, трактор, и не один, и даже наемный работник. Помещик, одним словом. И на отшельника никак не тянет. Да, забыла сказать. Он еще выкупил пустующее здание в элитном поселке, где проживали Грековы, и организовал там пекарню.

– Видел пекарню. Крутое место. Всегда народ.

– Да. Выпечка там знатная. Местные хвалят.

– А откуда ты все это так быстро разузнала, Надежда? Сотрудничаешь с райотделом? – подозрительно прищурился Никита. – За нашими широкими спинами ты…

– Не мелите вздор, гражданин начальник. – Найда вальяжно развалилась в рабочем кресле. – У меня было целых три дня бездействия. И, пока я болела, я обшарила все просторы интернета, где хоть как-то и кем-то упоминалось о семье Грековых. Там я нашла упоминание об их домработнице – Екатерине Гришиной. Начала читать о ней, благо информация была не засекречена. Как раз наоборот, девушка в активном поиске после развода. Я поискала и нашла ее фото с бывшим мужем. На тот момент он еще возглавлял серьезный бизнес.

– А чем он занимался?

– Строительством. Власти к нему относились благосклонно. Дела шли в гору. И вдруг он ни с того ни с сего продает компанию и селится в лесу.

– Давно?

– Четыре года как.

– А его бывшая жена? Она?

– Она с ним не живет. На тот момент, как он поселился в лесу, они уже были разведены. Он, к слову, не оставил ее нищей. Но она благополучно все спустила. Продала шикарную квартиру в Москве. Купила две хрущевки где-то в «чигирях». В одной жила, вторую сдавала. Деньги закончились – пошла работать.

– К Грековым?

– К ним.

– То есть она нарочно устроилась к ним работать? Чтобы быть поближе к бывшему мужу?

Этот вопрос Найду смутил. Видимо, она таких аналогий не проводила. Она буркнула:

– Ща…

И уставилась в монитор компьютера. Руки ее порхали над клавиатурой. Прошло минут десять. Никита уже занялся другой работой. Генерал Остров на вчерашнем совещании разносил всех за отчеты, которые бессовестно задерживаются. И обещал за это жестко наказывать. Вот он и сидел за отчетом, который никто, кроме него, сделать не сможет.

– Упс-с, ля-ля! Нашла! – на высокой ноте воскликнула Найда и удовлетворенно заулыбалась. – Грековы переехали из Москвы в коттеджный поселок пару лет назад. Спустя год, как Алена Грекова приволокла откуда-то из заповедных мест свою странную болячку. А Гришин на тот момент уже жил в окрестностях. Как я уже говорила, он построил себе поместье и поселился в нем четыре года назад. А Грековы переехали два года назад. И почти сразу, видимо, наняли на роль домработницы бывшую жену Гришина Михаила Сергеевича. Которая у нас теперь – что? Правильно! Подозревается в организации убийства семьи Грековых, с целью…

И она умолкла. Что-то в ее коротко стриженной талантливой голове не складывалось.

– А какая у глупой разведенки может быть цель, а? Как думаешь, шеф?

И вот тут стажер Алеша удивил всех. До того момента молчаливо что-то изучавший в компьютере, он слегка развернул свой монитор в их сторону и потыкал в него пальцем.

– Грекова на момент своей гибели обладала контрольным пакетом акций в крупной компании, занимающейся перевозками, – начал говорить Алеша срывающимся от волнения голосом. – У нее даже конкурентов не имелось, настолько она была крута.

– Так не бывает, – возразил капитан Стрельцов. Инициативный стажер его всегда выбешивал. А то, что сейчас его с открытыми ртами слушали и майор, и Надя Рыкова, взбесило особенно. Майора он очень уважал. А Надя ему откровенно нравилась. – Конкуренты есть всегда, – раздул ноздри Вова.

– Значит, она от них благополучно избавлялась, – подергал плечами стажер и отвернулся от Стрельцова. – Я тут вот что подумал, товарищ майор. А что, если Гришин намеренно заслал в дом Грековых свою бывшую жену?

– С целью? – прищурился Никита.

Рассудительный стажер ему нравился. Малый хваткий, не дурак, и попроси – все выполнит. Ни разу не соскочил с задания. Не то что капитан Стрельцов. Тому то ребенка в поликлинику везти – обещал; то бывшую тещу перевозить – попросила; то жену на вокзал срочно надо доставить – опаздывает. Бытовые проблемы никто не отменял, оно понятно. Но почему в ущерб службе?

А сейчас сидит и злится, что не ему такие умные мысли в голову пришли, а какому-то стажеру.

– Гришин мог заставить свою бывшую жену шпионить за Грековой. Из-за болезни она работала дома. Потому так нужно и важно было захватить компьютеры супругов. И кто-то – думаю, бывший муж Катерины, Гришин, – отдавал ей распоряжения в звонках и сообщениях. Просто она не хочет его сдавать. И…

– И что-то подсказывает мне, коллеги, что эта версия будет у наших районных товарищей приоритетной, – закончила за него Рыкова и приподнялась с места. – Товарищ майор, мне кажется, нам с вами надо туда наведаться.

– С целью? – вяло отреагировал он, но тоже уже встал с рабочего кресла и потянулся к сейфу, чтобы убрать туда документы.

– Чтобы не пропустить все самое интересное!