Примеч. автора: дорогая семья. Если вы читаете эту книгу, то пропускаете данную главу –  или мы никогда не заговорим об этом!:)

Дживон довозит Соён до дома и высаживает у двери с самым недоумевающим видом. Соён его не винит –  она и сама бы смотрела на себя как на идиотку, если бы могла пользоваться публичными туалетами и не вздрагивать, чувствуя на себе несуществующие взгляды и касания потных пальцев, ведущих по бедру вверх.

Фу, её снова тошнит.

Отличное завершение первого свидания, Чан Соён, просто прекрасное! Она сама себя готова убить.

– Прости, –  выдыхает Соён, пряча от Дживона виноватые глаза. –  Правда, прости, я не специально, я…

– Чан Соён, –  прерывает её голос Дживона. Соён не слышит в нём раздражения, только беспокойство. –  Всё в порядке.

– Врёшь, –  ворчит Соён.

– Вру, –  соглашается Дживон со слабой улыбкой, которую она слышит. –  Не хочу, чтобы ты стеснялась.

«Тогда ты и твой голос совсем не помогают». Соён жмурится до белых мурашек за пульсирующими в такт сердцебиению веками и резко выдыхает.

– Я напишу тебе. Спасибо за вечер, всё было… чудесно. И ты был… ну…

– Превосходным хорошим парнем, –  подсказывает Дживон, не сдержав самодовольства. Соён кивает без слов. Да, именно. Таким и был.

Она сбегает, пока Дживон не успел её поцеловать –  потому что коротким чмоком в губы они бы точно не ограничились, –  и оставляет его в салоне авто один на один с сожалением. Она и сама сожалеет, но –  нет.

Чёртова фобия. Чихо прав, Соён пора бы разобраться с этим, пока страхи не разрушили её новые отношения.

Позже, уже сидя на стуле у косметического столика, заваленного кремами, Соён набирает короткое сообщение Дживону.

0828_чансоён: Спасибо за вечер. Ещё раз.

Она раздумывает, не отправить ли ему стикер со смешными зверятами, но привычные действия при переписке с Хван Дживоном кажутся какими-то нелепыми.

ит_новижд: Мне понравилось наше первое свидание.

Соён подпрыгивает –  сообщение от Дживона приходит поразительно быстро, словно он сидел с телефоном в руках и ждал.

0828_чансоён: Я переименую тебя в галантного парня, если продолжишь такое писать.

0828_чансоён: И говорить.

ит_новижд: Ещё скажи, что я всё ещё записан у тебя как «босс-молокосос».

Соён нервно хохочет. Она переименовала так контакт Дживона в тот день, когда он пришёл на работу в костюме, подозрительно напоминающем наряд младенца из одноимённого мультика, и Соён вместе с Тэсомом ржали над ним, пока он разносил в пух и прах какого-то партнёра, посмевшего сорвать сроки поставок. Забавно, но то была кампания по реализации новых радионянь.

0828_чансоён: Откуда про это знаешь?

ит_новижд: Я знаю всё, Чан Соён.

ит_новижд: Когда ты смеёшься, у тебя появляется морщинка между бровей, потому что ты при этом хмуришься.

Соён кашляет от неожиданности. Поднимает глаза к зеркалу над столиком, ловит отражение распахнутых от приятного удивления глаз и видит тонущий в их глубине страх. Хван Дживон знает её слишком хорошо, так хорошо, что с каждым словом, каждым новым жестом снимает с её защиты слой за слоем, вынуждая показывать своё беззащитное нутро.

Соён страшно. Её двойник в зеркале кусает губы, ресницы её дрожат, она тяжело, рвано дышит.

0828_чансоён: Я так давно тебе нравлюсь?

Вопрос Соён набирает не глядя, не задумываясь над тем, что печатают её пальцы. Она опускает глаза к телефону и чуть не бьёт себя по рукам. Чёрт, вот зачем она ещё больше себя подставляет?

ит_новижд: Не знаю.

От ответа Дживона тем более хочется отмахнуться. Не надо было спрашивать такие глупости, он не любит, когда люди тупят.

ит_новижд: Помню, что всегда замечал тебя в университете.

ит_новижд: Ты выделялась.

ит_новижд: Мне хотелось узнать тебя получше, но я всё списал на любопытство.

ит_новижд: Когда ты пришла на собеседование, я увидел тебя случайно и сразу узнал.

ит_новижд: И сидел потом в соседнем офисе вместе с эйчаром.

Телефон дрожит у Соён в руках.

0828_чансоён: Ты знал, что я устраивалась не в секретариат?

ит_новижд: Ты хотела в отдел МО, знаю. Но туда я твоего недопарня отправил, а тебя взял к себе.

Какого парня?..

ит_новижд: Скажи, что Ли Тэсом не твой чёртов парень, иначе я уволю его.

ит_новижд: Завтра же.

Соён кладёт телефон на столик и опускает лицо в трясущиеся ладони. Хочется кричать в голос.

На часах –  половина одиннадцатого вечера. Всего лишь. Если бы не вредина Соён, они с Дживоном сейчас, вероятно, проводили бы время куда интереснее, не пялились бы в экраны собственных смартфонов, а…

Соён поднимает глаза к зеркалу: она смыла косметику, уже даже намазала лицо сыворотками и кремами и волосы расчесала, готовясь ко сну.

Мысли мечутся в черепной коробке, как в ловушке. Она пожалеет, если сейчас поступит как полагается приличной девушке и пойдёт спать. Она не сможет уснуть.

Соён находит Пулькоги, уснувшего у неё в ногах, и гладит его большим пальцем ноги.

– Думаешь, поехать?

Пёс сонно ворчит и уходит спать в другую часть комнаты. «Сама разбирайся, глупая».

Соён вздыхает.

0828_чансоён: Ты уже спишь?

Дживон отвечает спустя –  буквально –  секунду.

ит_новижд: Нет. Пишу в отдел кадров приказ об увольнении Ли Тэсома.

0828_чансоён: Я сейчас приеду.

Соён стягивает со спинки стула лёгкую кофту, наспех надевает и, прихватив телефон, срывается с места.

Да, она ведёт себя как влюблённая дурочка. Ну и плевать. Плевать.

Дживон ждёт её на улице.

Соён выходит из такси, расплачивается с женщиной-водителем и останавливается, едва его замечает. На нём –  халат поверх домашнего костюма, он ковыряет тапком асфальт.

– Я решила… –  заговаривает Соён и прикусывает щёку. Она ещё не придумала, как оправдать своё позднее появление, и вид Дживона мешает сосредоточиться. Он качает головой и подаёт ей руку.

Соён вкладывает пальцы в его широкую ладонь –  горячая! –  и послушно следует за ним в жилой комплекс. В лифте они едут молча, Дживон просто держит Соён за руку, словно боится, что она передумает и сбежит.

Сердце стучит так громко, что Дживон наверняка это слышит. Каждый удар пускает кровь по телу Соён, пульсация отзывается внизу живота, тело реагирует на близость Дживона слишком ярко, аж голова кружится.

В квартиру Дживона они заходят молча. Дживон наконец-то отпускает Соён, и она слепо идёт за ним в гостиную, залитую тёплым жёлтым светом. Тут просторно, гостиная соединяется с кухней, их разделяет барная стойка из тёмного дерева с висящими над ней перевёрнутыми вверх дном бокалами.

Дживон живёт в богатом комплексе, где в каждой квартире, начиная с девятого этажа, кажется, высокие потолки, широкие окна. Соён бывала здесь столько раз, что может с закрытыми глазами пройтись почти по всем комнатам Дживона, не считая спальни. Но сейчас она осматривается, будто впервые всё видит. Взгляд скользит по панорамным окнам, открывающим вид на –  действительно –  реку Хан, по лестнице на второй этаж, где располагаются спальня и ванная. Ползёт по аскетичному интерьеру гостиной.

– Хочешь выпить? –  спрашивает Дживон неожиданно, и Соён вздрагивает и оборачивается. Дживон замирает, его силуэт подчёркивает слабый свет кухонного гарнитура, спиной к которому он стоит. –  Или воды? Или… Чёрт возьми, что я несу.

Он трёт рукой лоб, зачёсывает чуть влажные пряди волос на затылок. Видимо, он недавно был в душе, рассеянно думает Соён. Мысли не могут остановиться на чём-то одном, её глаза впиваются в лицо Дживона, будто там Соён сможет прочитать ответы на все свои неозвученные вопросы. Тело гудит, сердце забралось в голову и стучит там, мешая подбирать слова.

– Я-эээ… –  начинает Соён, облизывая губы. –  Мне жаль, что я от тебя сбежала после ужина. И я хотела-эээ… извиниться. Да. Ну, всё, пока!

Тело ведёт её самостоятельно, не подчиняясь разуму, и Соён, уже разворачиваясь к двери, мысленно кричит. Что за глупость, зачем она приехала, зачем теперь уходит? Она сумасшедшая?

Дживон успевает схватить её за руку в углу коридора, дёрнуть обратно и прижать к стене.

– Дживон… –  чуть слышно ахает Соён. Он мотает головой, волосы падают ему на лицо.

– Замолчи, замолчи…

Его губы впиваются в губы Соён, язык тут же врывается в её рот, не встречая сопротивления, дыхание прерывается. Соён жмурится, руки взлетают к плечам Дживона, она стискивает воротник его халата и притягивает ещё ближе к себе, так что их тела вжимаются друг в друга в жадном, голодном порыве.

Мягкий домашний костюм Дживона не скрывает ни жара его кожи, ни явного, ощутимого возбуждения. Соён стонет, чувствуя его так близко, словно он уже стоит перед ней голым и их разделяют только слой джинсов Соён и её белья.

Они оба так тяжело дышат, словно только что пробежали марафон. Или будто уже переспали. Или…

– Как же много ты думаешь, –  правильно расценив замедленную реакцию Соён, яростно шепчет Дживон ей в губы. Его руки стискивают плечи Соён, он раздвигает её напряжённые ноги одним коленом и прижимается к ней ещё ближе, впечатывая её в стену.

У него такой фетиш –  превращать Соён в желе между собой и любыми вертикальными поверхностями?..

Пока Соён думает, что бы такого ей ответить, чтобы не показаться смущённой жижей, Дживон собственнически подхватывает её и приподнимает над полом; Соён инстинктивно оборачивает ноги вокруг его талии, бёдра прижимаются к его тазовым костям, пока руки зарываются в его влажные волосы.

Они снова целуются, Дживон будто вознамерился выбить из Соён любые мысли и потому, похоже, прикусывает её нижнюю губу, задирает рукой футболку на её талии, другой придерживает её под задницу.

– Ты же не понесёшь меня в спальню вот так? –  уточняет Соён между рваными поцелуями. Губы Дживона опускаются к её шее, зубы касаются тонкой кожи над ключицей.

– Ты против?.. –  выдыхает Дживон.

– Там лестница, –  напоминает Соён. Дживон только тогда замирает и слегка отстраняется.

– Чёрт. Двухэтажные апартаменты переоценены.

Соён нервно хмыкает.

– Точно.

Им приходится опуститься с небес на землю, причём в случае Соён –  буквально. Дживон находит её руку, стискивает в своей и ведёт на второй этаж, запинаясь на предпоследней ступеньке.

Оценить обстановку его спальни, которую теперь-то Соён точно видит впервые, она не успевает: Дживон втаскивает их обоих внутрь и ногой захлопывает за собой дверь. Соён оборачивается на громкий звук, и в неё тут же врезается нетерпеливое тело Дживона. Его ладони скользят по её плечам, заставляют поднять руки, пальцы пересчитывают рёбра. Когда он избавляет её от кофты и футболки, Соён не замечает и теперь прижимается к нему голым животом и грудью в простом хлопковом лифчике.

«Надо было переодеться во что-то соблазнительное», – мельком думает Соён. Дживону наплевать на это, он стаскивает с себя халат и стягивает через голову свитшот –  и снова тянется к Соён, чтобы поцеловать.

– Подожди, –  просит Соён сипло. Дживон отвечает почти воем:

– Клянусь, если ты сейчас остановишь меня, я покончу с собой.

– Нет, –  давится Соён смешком, –  просто хочу тебя рассмотреть…

Она только один раз видела голый торс Дживона –  и то случайно: пару лет назад она приехала к нему домой утром, чтобы обсудить предстоящий контракт с малоизвестным стартапом до рабочего дня, и вошла в квартиру без стука, когда Дживон надевал рубашку прямо в гостиной. Тогда Соён отвернулась, зажмурилась и почти ничего не заметила.

Зато теперь Дживон замирает в шаге от неё и позволяет полюбоваться собой. У него светлая кожа, подтянутый пресс и косые мышцы, уходящие под пояс его домашних штанов. У него аккуратный пупок. И тёмные соски. И мелкий шрам прямо над грудью –  от старой аварии, в которую он угодил ещё в школе, кажется.

– Это нечестно, Чан Соён, –  говорит Дживон, и Соён с трудом отрывает взгляд от его тела и поднимает глаза к лицу. –  Ты-то в лифчике, –  объясняет Дживон обиду. –  Снимай.

– Ты капризный ребёнок, –  поджимает губы Соён, но послушно тянет руку себе за спину, чтобы расстегнуть замочек бра и позволить белью упасть между ними на пол.

Глаза Дживона вспыхивают, отражая слабый свет прикроватной настенной лампы, одиноко освещающий погружённую в ночной полумрак спальню. Дживон не спрашивает –  сразу же тянет руку к груди Соён и обхватывает ту ладонью, с трудом втягивая воздух сквозь стиснутые зубы. Большой палец скользит по коже, упирается в разбухший сосок.

Соён стонет, и Дживон реагирует мгновенно –  подходит ближе, подталкивает Соён спиной к кровати. Она упирается икрами в край постели и падает на неё с тихим охом. Дживон тут же оказывается на ней, накрывает её своим телом, точно одеялом, снова целует.

Сквозь собственное оглушающее сердцебиение Соён слышит, как расстёгивается молния на ширинке её джинсов; Дживон приподнимает себя на локте, чуть отстраняется, слепо целует Соён в скулу, в челюсть, в шею, а потом его рука проникает под краешек её белья, и пальцы скользят по влажной коже между её ног.

– О чёрт!.. –  ахает Соён удивлённо, теряя воздух, и Дживон улыбается куда-то ей в шею.

– Тихо, –  просит он хриплым голосом. –  Я только… потрогаю.

Его «только потрогаю» –  это проведу подушечкой среднего пальца по складке, прихвачу пульсирующий от нарастающего возбуждения клитор, осторожно, но безапелляционно введу в твоё тело один палец… Соён жмурится, кусает губу, сдерживая стон, стискивает вспотевшими ладонями покрывало рядом с собой.

Соён не знает, кому молиться, чтобы Дживон прекратил над ней издеваться –  или, наоборот, продолжил, но увеличил темп, чтобы Соён достигла разрядки, или… Она не знает, чего хочет сейчас больше, а Дживон её не спрашивает и действует, как ему заблагорассудится: трёт её, вжимает в Соён ещё один палец, двигает ими –  медленно, слишком медленно! Соён мотает головой, впивается в голое плечо Дживона ладонью. Пожалуйста, ну!..

Она ощущает разбухающее между ног желание, что превращает её всю в сплошную жаждущую прикосновений эрогенную зону, но –  немыслимо! –  Дживон вдруг убирает из её тела пальцы и вытаскивает руку из-под белья и джинсов, оставляя за собой влажный след и разочарование.

– Ты!.. –  задыхаясь, почти рычит Соён. –  Почему?..

На лице Дживона расползается довольная улыбка, которую хочется разорвать –  укусить его в губы, закрыть ладонью.

Он поднимается с кровати и встаёт рядом, руки замирают у пояса джинсов Соён.

– Ноги подними, –  командует он хриплым, низким голосом.

«Пошёл к чёрту», –  думает Соён, но ничего вслух не говорит, конечно же, а делает, как ей велят, потому что она уже так растаяла, что вредничает только мысленно. Он это специально с ней проворачивает! Хочется, чтобы она ему и в постели подчинялась, как в офисе!

– Знаю, я невыносим, –  правильно считывает возмущение с её лица Дживон и усмехается. –  Ты такая же, дорогая.

Он стягивает с её ног джинсы, прихватывает вместе с ними и трусы. Соён хочет повторить за ним и обидеться, что он остался в штанах, но Дживон опережает и это возражение –  и освобождает себя от штанов и чёрных боксеров.

Соён невольно –  ладно, ей нестерпимо любопытно с начала их дурацкой игры в упрямство! –  скользит взглядом по фигуре Дживона и останавливается на его члене. Он… Красивый –  неподходящее слово для описания полового органа. Соён не знает, какое подобрать прилагательное.

– Можешь не гадать, –  хмыкает Дживон, в голосе –  самодовольство, горячее, как лава в Везувии. –  Я уверен, что мы отлично… сойдёмся в размерах.

– У меня давно никого не было, –  прорывает вдруг Соён, пока Дживон устраивается между её ног и ложится, снова накрывая её собой. –  И я немного странная.

– В каком смысле? –  хмурится Дживон и на мгновение прекращает целовать её ключицы. Соён вскидывает голову, упираясь взглядом в потолок его спальни.

– Я могу заплакать, –  говорит она смущённо.

Дживон издаёт звук, подозрительно похожий на обиду и возмущение одновременно.

– Боже, я надеюсь, что не оставлю тебя разочарованной, Чан Соён.

– Нет, не в этом смысле, я… Ох!

Губы Дживона прихватывают грудь Соён, язык касается соска, пальцы водят круги вокруг другого. Он определённо опытен. Ну, гораздо опытнее её, надо полагать?

– Когда… –  хрипло дышит Соён, зарываясь пальцами в волосы Дживона. –  Когда последний раз у тебя был?..

– На прошлой неделе, –  произносит вдруг Дживон. От неожиданности Соён сжимает его волосы в кулак. –  Ауч.

– На той неделе? Хван Дживон, ты похотливый…

– С тобой, –  добавляет он и поднимает лицо к Соён, упираясь подбородком ей в ключицы. –  Во сне, –  добавляет он, хмурясь. –  Сон был таким ярким, что я проснулся посреди ночи со стояком. Довольна?

Соён вспыхивает от макушки до самого живота, возмущение, смешанное с возбуждением, стекает горячей волной ей в желудок.

– Это не считается, –  бурчит она вяло.

– Мне всё равно, –  отсекает Дживон и прижимает губы к её груди снова, его руки ведут вдоль её тела, пальцы снова опускаются ей между ног. –  Теперь помолчи… Хотя… Можешь кричать.

– Я из упрямства не стану тебе подч… О-о-о!..

Он снова трогает её, проверяя влажность её кожи, проникая в её тело, словно уже понял, что Соён не станет ему сопротивляться. Дышать становится так трудно, что Соён выгибается, упираясь ладонями в грудь Дживона.

Его пальцы двигаются в Соён –  глубже, быстрее, ну!.. Оргазм накрывает её такой волной, что лишает и слуха, и зрения: перед глазами у Соён белая пелена, в ушах лихорадочно бьётся сердце. Кажется, она вскрикивает. В уголках глаз собираются слёзы.

– Соён, ты правда плачешь? –  раздаётся голос Дживона где-то на берегу моря, разлившегося в теле Соён. Она поворачивает голову набок, жмурится. Ноги сжимаются, стремясь продлить удовольствие, ладонь Дживона оставляет после себя пульсирующую пустоту.

– Я же говорила, дурак… –  отвечает Соён, язык нехотя двигается во рту, словно она пьяна.

Дживон хмыкает. Раздаётся звук рвущейся фольги от упаковки презерватива.

– Это ненормально… –  замечает он.

– Ой, заткнись.

Желание Дживона сильнее замешательства: его руки всё равно давят на коленки Соён, раздвигая ей ноги снова.

Он тяжёлый, он ложится на Соён сверху, и она охает, так что Дживон замирает и опирается на локти, чтобы не давить на неё. Их взгляды встречаются в нескольких дюймах друг от друга. Рот Дживона полураспахнут, уголок пухлых губ ползёт влево, на лице растекается чрезвычайно довольная гримаса. Соён втягивает горячий воздух, пропахший шампунем, чистыми простынями, смешавшимся запахом их тел… И жмурится.

– Тебе страшно, –  не спрашивает, констатирует Дживон. Соён неуверенно кивает. –  Я буду… осторожен.

«Не будешь». Соён почти уверена, что у него не хватит терпения, но всё равно не сопротивляется –  ох, да ладно, она тоже этого хочет! –  и подтягивает ноги, упираясь пятками в края постели.

Дживон скользит в неё, взмокшую, влажную, ждущую, несмотря на страхи, и внезапно заполняет её, растягивает, подстраивает под себя. Соён запрокидывает голову и от неожиданности распахивает глаза. Он –  весь в ней. Так… быстро. Так… Ох.

– Ох, –  повторяет Соён за собой и прикусывает губу. Руки не знают, за что схватиться, поэтому она притягивает лицо Дживона к себе двумя ладонями и целует в распахнутый влажный рот. Ох. Он такой горячий. И весь принадлежит этому моменту. И ей.

Он был прав –  почти никакого болезненного вторжения в своё тело Соён не чувствует, разве что он чуть больше, чем она думала, и он дрожит внутри неё. Нет, снаружи. Всё его тело неконтролируемо вздрагивает.

– Джив-он? –  заикаясь, зовёт Соён, её рука опускается ему на затылок, пальцы зарываются во влажные волосы и гладят по вспотевшей коже под ними.

– Я чуть не… –  говорит Дживон и обрывает себя, прижимаясь лбом к шее Соён. Она сглатывает, проводит ладонью по его плечам. Его волосы щекочут ей ключицы, когда Дживон начинает в ней двигаться короткими, аккуратными толчками.

Соён прикусывает губу, чтобы не вскрикивать всякий раз, когда он упирается в неё, когда проникает глубже, словно открывая её слой за слоем, снова и снова.

Ей неудобно, ноги скользят по влажным простыням постели; Соён приходится притянуть одну ногу к себе, и Дживон подхватывает её под колено, помогает обернуть вокруг себя, упереться икрой себе в предплечье.

– Ты такая… тесная… внутри… –  выдыхает Дживон в такт движению. Соён думает, что надо что-то ответить, как-то поучаствовать в разговоре, но Дживон прижимается губами к её губам, и глубоко целует, и мычит, заглушая стон во рту у Соён, и… И к чёрту эти разговоры.

Они двигаются быстрее, Соён подстраивается под его ритм, сипло дышит куда-то ему в шею, ногти бессознательно впиваются ему в лопатки. Внизу, там, где соприкасаются их тела, набухает узел из напряжения и наслаждения, и Соён стонет, желая разорвать в себе это, превратиться в бескостное тело, в слепок с фигуры Хван Дживона.

– Дживон, –  хрипло выдыхает Соён ему в ухо. Он отзывается, хватает её за запястья, уводит их вверх над их головами и прижимает к подушкам. Соён дёргается, он снова стонет.

– Ещё немного… –  коротко отвечает Дживон, почти грубит ей. Движения его бедёр становятся хаотичными, он сбивается с ритма, беспорядочно врывается в тело Соён. Комнату заполняют их стоны, вскрики Соён, бессвязные слова Дживона.

– Дживон, я… –  ахает Соён, когда сдерживаться становится невыносимо, –  я сейчас…

– Знаю, я тоже.

Он отпускает её руки, впечатывает всю её в мягкий матрас и прижимается лбом к её влажной от пота груди. Соён выгибается навстречу его телу, бёдра сжимают его так сильно, что сводит мышцы, и всё её сознание сползает в низ живота, туда, где спиралью бьётся новый оргазм.

Дживон стискивает её и тоже кончает.

А потом Соён начинает плакать.

* * *

– Я точно не сделал тебе больно? –  спрашивает Дживон, и Соён вздыхает с улыбкой. Она подтягивает себя вверх на подушки, упирается плечом ему в грудь.

– Ты сделал мне хорошо, –  мягко говорит она. –  Прекрати волноваться.

– Но ты плакала!

– Это от наслаждения! Так бывает, знаешь ли.

– Никогда о таком не слышал.

Соён тихо смеётся, Дживон ворчит что-то неразборчивое. После того как он заставил её биться под ним в лихорадочном удовольствии, всё её тело стягивает ноющая боль. Приятная, глухая, пульсирующая. Соён до сих пор чувствует её отголоски в набухших сосках, в животе, на внутренней части правого бедра, в которое Дживон бессознательно впился пальцами и оставил крохотное красное пятно, которое назавтра растечётся по коже синяком.

Соён успела помыться, поесть найденный в холодильнике Дживона салат и натянуть на себя одну из его дорогущих белоснежных рубашек –  прямо на голое тело, так по-бунтарски соблазнительно! –  и теперь лежит рядом с ним, лениво болтая согнутой в колене ногой.

Дживон наблюдает за ней с расслабленной полуулыбкой.

– Чан Соён.

– М?..

Дживон чуть вздыхает.

– Я должен спросить. Почему ты не поехала сразу ко мне?

Нога Соён замирает, она в стеснении чешет нос. Пальцы Дживона вырисовывают узоры на голой коже её живота, чуть сдвигая планки своей же рубашки, Дживон чувствует неловкую паузу и накрывает пупок Соён широкой ладонью.

– Я не имею в виду…

– Я понимаю, о чём ты, –  обрывает его Соён.

Она поворачивается к нему лицом, устраивается поудобнее у него под боком. Дживон подхватывает влажную прядь её волос и накручивает себе на указательный палец.

– Тебе не понравится, –  предупреждает Соён, и Дживон замирает. Смотрит на неё внимательным взглядом, хмурится.

– Я слушаю.

Соён прикусывает губу. Она никому не рассказывала о вечере выпускного, кроме Чихо. Если сейчас она поведает обо всём Дживону, то ей придётся признать, что она на самом деле ему доверяет.

Ну, после того, как остановит его от преднамеренного убийства. Того проклятого таксиста даже немного жаль. Соён заправляет волосы за ухо и открывает рот.

И рассказывает Дживону о том, что произошло шесть лет назад.