Кира не ожидала, что все оставшееся время работы с Толиком будет пребывать в состоянии неловкости. На Даню она почти не смотрела, все указания выполняла безучастно. Ее радовали только новые знания. За это время через зал захвата движения прошел весь коллектив «Сердце Данко». Сложнее всего было работать с асоциальным клавишником, из которого вытянуть слово считалось подвигом.

В остальном Кира работала по какой-то внутренней программе. Поначалу страсти, связанные с появлением группы в студии, поутихли, но вскоре Кира начала замечать на себе косые взгляды. Дима на время забрал ее задачи себе, а вот Света несколько отстранилась. Скорее всего, дело было в Полине, которая наверняка пустила какой-то нелицеприятный слух о Кире и ее отношениях с популярными парнями. Сначала Киру застали за очередной болтовней с барабанщиком Марком, потом видели, как она ставит маркеры всеми любимому Данко.

Виток странной популярности Кире совершенно не нравился. Не имея понятия, что движет обезумевшими фанатами и что такого в разукрашенных парнях на сцене, она старалась избегать разговоров, касающихся «Сердца Данко».

Однажды она задержалась в студии дольше обычного. Пока собирала рюкзак и прикидывала, стоит ли натягивать ветровку поверх худи, ведь погода с самого утра была теплая, услышала оживленный и даже нервный диалог недалеко от зала, где они трудились с Толиком, Мариной, Олегом и Кириллом буквально двадцать минут назад. Не теряя амплуа заправского шпиона, Кира тихо вышла в коридор и осторожно прикрыла дверь.

Один голос принадлежал Даниилу, второй – какой-то девушке. Оба явно не выбирали выражений и говорили на повышенных тонах.

– …Спрашиваю, какого хрена ты брала мой телефон?

– А я уже в двадцать пятый раз отвечаю: вы были на записи, и я не хотела, чтобы вибрация мешала работе.

– Могла бы просто скинуть и все. Зачем взяла трубку? Это ты мне мстишь так?

– Да на кой ты мне сдался! Мстить тебе… за что? У нас лишь интрижка была…

– Именно об этом я говорю. Нагадить мне решила, значит.

– Ничего я не…

– Попрошу Лешу, чтобы выпер тебя в ближайшее время.

Кира подошла ближе и осторожно выглянула из-за угла. Девушка в черном топе и шикарных бежевых брюках выглядела ошеломленной.

– Ты этого не сделаешь.

– Спорим? Нехрен было брать мой телефон и отвечать.

– Да что тут такого? Что стряслось-то?

– Сама не догадываешься? Или ты не посмотрела на экран, когда принимала звонок?

Даниил был разъярен. На скулах ожесточенно играли желваки, в глазах пылал недобрый огонь. Девица молчала, глядя себе под ноги. Значит, знала, кто звонит. Выходит, Кира по-прежнему была записана в телефонной книге Даниила.

– Ты плохая актриса, Алена. Ты сделала больно другому человеку.

– Как будто мне не насрать, – тихо отозвалась та.

Сомнений о природе разлада их двоих не было, поэтому Кира направилась к лифту. Пусть Даниил выясняет отношения с кем угодно, это его жизнь. Но в глубине души ей было приятно, что она все еще что-то для него значит.

Улицу заливали предзакатные оранжевые всполохи, загорались первые огни. Динамичная Москва готовилась к ночной жизни.

Кира направилась по заготовленному маршруту в сторону метро. Гиганты торговых и бизнес-центров глядели на нее с равнодушным спокойствием. Острые солнечные блики рикошетили от зеркальных фасадов, заставляя прохожих щуриться. По тротуарам и переходам спешили суетливые толпы уставших и хмурых после активного рабочего дня людей.

Пересекая улицу, чтобы зайти в торговый центр «АФИМОЛЛ», Кира разглядывала прохожих, как если бы хотела кого-то из них узнать. На протяжении двух лет она постоянно следила за окружением, опасаясь, что за ней придут из «Бабочки». Однако когда узнала, что клуб закрыли, немного успокоилась. Где-то на подкорке сознания все еще трепыхалась предательская мысль, что такой предприимчивый мерзавец с армией высокопоставленных клиентов просто найдет другое место, еще не запачканное слухами.

Заметить одного и того же человека, который следовал за ней, было несложно. Кира сразу обратила внимание на густые брови и кривой рот, уголки которого слишком сильно вытягивались вниз, как у Шелкунчика[38]. Поначалу она думала, он обычный пассажир метро и тоже спешит домой. Но после того, как пару раз намеренно остановилась, делая вид, что роется в рюкзаке, и увидела, что он тормозит вместе с ней, хоть и весьма артистично, то поняла: это не случайный прохожий. Мужчина преследовал ее, следил за каждым шагом.

Переложив шокер в карман куртки, Кира пару раз намеренно меняла маршрут, однако преследователь не отставал. Волна колючего страха заполнила ее до краев. Кире казалось, что даже дышать теперь было сложно. Она высматривала в толпе патрульных, чтобы обратиться за помощью, но их, как назло, нигде не было. С другой стороны, что бы она им сказала? «Этот человек преследует меня от самого входа?» Скорее всего, над ней бы просто посмеялись и посоветовали смотреть меньше триллеров. Только в кино бравые полицейские помогают жертве по первому зову. В жизни: «Приходите, когда вас убьют».

Затормозив в самом людном месте, Кира дрожащими пальцами вытащила телефон. Первой мыслью было позвонить маме, однако она понятия не имела, чем мама ей поможет. Кира отыскала номер Даниила и нажала на вызов. Тянулись минуты, пока мертвые гудки резали ухо. Кира потеряла преследователя из виду и лишь надеялась, что он не станет с ней ничего делать, пока она стоит под объективами камер.

Людские толпы редели, пассажиров становилось все меньше. В следующую секунду Кира вскрикнула: тяжелая рука легла ей на плечо. Она боялась обернуться, боялась увидеть уродливый рот и холодные глаза с нависшими над ними кустистыми бровями.

– Я здесь, – раздалось над ее ухом, и Кира узнала голос Дани.

Сама от себя не ожидая, она кинулась ему на грудь и расплакалась. Он тотчас ее обнял, крепче прижимая к себе.

– Ну все, а теперь пойдем со мной. Нужно спрятаться.

– Что? Как ты… – Кира отстранилась и, недоумевая, уставилась на Даниила. Лицо того было напряженным, взгляд – внимательным. Он так же, как и она минутами раньше, вглядывался в спускающихся и поднимающихся пассажиров метро.

– Я шел за тобой. Скорее. Идем.

Только сейчас Кира заметила, что на носу у Даниила очки в роговой оправе, на голове какая-то старая потертая кепка, а одет он в дешевый спортивный костюм, какие продавали на любом рынке в девяностых.

Даниил крепко ухватил ее за предплечье и потащил за собой к выходу из метро. Миновав торговые ряды, купающиеся в желто-белом блеске, они вышли на улицу. Солнце опустилось за горизонт, и лишь оранжевое марево создавало иллюзию дня. Даня толкнул Киру к тротуару, затем взял под локоть, будто они лишь парочка на прогулке.

– Куда мы идем? – опасливо спросила она.

– К моей машине.

– Даня, что происходит? – Кира попыталась высвободить руку, но парень держал ее крепко.

– Это его люди. Папочки.

Кира не верила своим ушам.

– Но как они меня нашли и почему сейчас? Мы же переехали, и имени моего у папочки не было.

– Из-за меня, Кир. Следили за мной и так вышли на тебя.

– Я думала, эта история давно завершилась. Думала, за два года он оставил тебя в покое. Тем более статус…

– Какой статус, Кир? Мальчишки, который скачет по сцене в футболке и с микрофоном в руке?

– Тебя все знают… он бы не посмел…

– А что, в истории не было певцов, которых убили? – Даня говорил с насмешкой, но от всей его фигуры сквозило холодом. – Нет, Папочка очень мелочный и мстительный ублюдок. Я лишил его части дохода, а ты подала заявление в полицию.

– Ты и об этом знаешь?

– Кир, я знаю о тебе все. Когда появились деньги, я нанял частного детектива. Он должен был следить за вами.

Тротуар стал уже, Даня потянул Киру через дорогу, и вот они оказались на парковке. Увидев знакомое лицо охранника, Кира немного расслабилась: даже если бы кто-то увязался за ними, стокилограммовый амбал точно бы его остановил.

В машине работал кондиционер и тускло светила лампочка. Тонированное стекло тотчас отрезало Даню и Киру от улицы. Оба они наблюдали за прохожими, пока не узнали своего преследователя.

– Он, – тихо сказал Даня, хлопнув охранника по плечу.

Тот, не говоря ни слова, вышел из машины с телефоном. Мужчина сделал пару снимков и, кажется, кому-то их отправил.

– Что ты делаешь? – Любопытство пересилило тревогу, и Кира заинтересованно уставилась на охранника.

– Отправит фото кому нужно. У меня тоже появилась парочка влиятельных знакомых, которые обещали разобраться с прошлым.

– И что они хотят взамен? – напряглась Кира.

– Ну, один хочет, чтобы я записал с его дочкой трек. Это несложно. Второй – чтобы выступил на его юбилее. Тоже несложно, хоть и противно. Выступать на праздниках толстосумов после «Бабочки» мне не по душе. Но тварь, убившую моего отца, я никогда не прощу. И если нужно еще раз унизиться – ничего.

– Твой продюсер знает обо всем этом?

– Знает. – Даниил перегнулся через сиденье и взял из рук охранника бутылку воды. – Хочешь?

Кира отрицательно мотнула головой.

– Мы обсуждали все это, прежде чем вернуться в Россию. Ты знала, что Папочка хотел меня отравить через питерских друзей?

Киру словно током ударило от сказанного, а Даня продолжал:

– Казалось бы, просто пацан, который пел у тебя в клубе, только и всего. Но сколько желчи…

– Наверное, это из-за Беса.

– Может быть. Он ценил этого подонка. Надеюсь, в аду ему жарко.

Лицо Дани исказила ненависть.

Кира посмотрела, как Даня пьет, и пожалела, что отказалась: во рту пересохло.

– И как ты планируешь решить проблему? – медленно и осторожно спросила она.

– Хочу нарыть на эту сволочь что-нибудь интересное, чтобы его можно было посадить. Детектив поднял прошлые дела. Помнишь ту девчонку-эскортницу?

– Да, ты просил меня забыть о ней.

Даня смутился и опустил взгляд.

– И теперь мне стыдно за это… В общем, они реально убили ее. Контрафактный алкоголь, проституция – малая доля того, чем занимался Папочка. Вот эти истории про студенток, которые нашли себе папиков в клубе… их генерировали сам Папочка и Бес. Пускал слушок намеренно. Но на самом деле… на самом деле эти девочки просто пропадали. Потом он брал их телефоны и вешал лапшу родным. Ну… не он, а его подручные. Обычно туда приходили студенты с проблемами, поэтому вопросы редко возникали. Ты знала, что Даша тоже пропала?

К горлу Киры подступила тошнота. Перед глазами появился веселый образ девчонки, которую она так хорошо и не узнала.

– Натали мне говорила, что…

– Натали врала. Она иной раз сама подыскивала студенток работать там. Я узнал об этом совсем недавно.

Кира откинулась на сиденье и закрыла глаза. От вскрывшейся правды стало дурно. Осознание того, что она чуть не стала одной из жертв, рвало ее на части.

– Помнишь наш поцелуй и того козла, что увязался за тобой после?

– Да…

– Его мне удалось сдать полиции. Спасибо Грише, тому самому детективу. Он нарыл на него столько грязи, что отмоется урод лишь в тюремном душе. Но Папочка… хорошо себе зад прикрыл. А как иначе, если с молодыми девчонками и мальчишками в твой клуб приходят развлечься мужики из высшего круга? Эта грязь, Кира… она везде… Где ни копни. Люди с большими деньгами купаются в пороках. Когда у тебя уже есть все, ты хочешь чего-то большего, чего-то… особенного. Лично для меня стало последней каплей, когда я узнал, что они пытались вербовать школьниц. После этого я посчитал, что должен раз и навсегда избавиться от страха и назревшей проблемы, посчитал, что должен отомстить.

– Так группа вернулась в Россию из-за тебя?

– Ну, когда я рассказал Леше все это, он посчитал своим долгом помочь. Он хороший мужик и… даже несмотря на то, что я не планирую продолжать выступления…

– Постой, что? – Сказанное ошарашило Киру.

– Я никогда не хотел быть певцом. Да, у меня это неплохо выходило и мама бы мной гордилась, но я… мне нравится программировать.

Скрипнув кожаным сиденьем, Кира села так, чтобы оказаться с Даниилом лицом к лицу.

– Тебе придется все начать заново. Технологии постоянно…

– Я не переставал программировать, Кир, – улыбнулся Даня. – Пока парни слонялись после выступлений по барам, я кодил[39]. И до сих пор это делаю. Между концертами я читал нужную литературу. И…

– Данко, нам пора уезжать, Леша хотел тебя видеть. – Кира и не заметила, что охранник с кем-то говорил по телефону, так сильно ее увлекли откровения Даниила.

– Хорошо, давай тогда Киру подбросим до дома и тогда уже в офис.

Мужчина кивнул молчаливому водителю, и тот направил авто прочь с парковки.