Наконец я добралась до места, где лежал Лэнг.

– Я понаблюдаю за ними. Если они вернутся, то поймут, почему нельзя просто забрать дракона. У нас с ними нет договора.

Раолкан ушёл, крадучись спускаясь по тропинке. Алхскиби зашипел на меня, когда я оказалась рядом, но отступил, чтобы я могла дотянуться до Лэнга. Пришлось проигнорировать его дурной характер. Вероятно, он просто волновался, как и я.

– Да. Драконы не болеют так, как Лэнг.

Лэнг неуклюже привалился к камню. Я села рядом и перевернула его на спину, подложив под голову одеяла из спальных мешков.

Наши вещи были разбросаны по земле – то ли из-за галлюцинаций Лэнга, то ли из-за реакции драконов на Рактарана.

Лэнг что-то пробормотал, его глаза открылись. Схватив бурдюк с водой, я намочила лоскут и торопливо вытерла ему лоб и лицо. У него был жар. Я предложила ему попить, а когда он открыл рот, осторожно влила в него крошечную струйку воды, стараясь не давать слишком много и быстро.

– Амель.

– Не бросай меня, Лэнг. Я приготовлю для тебя лекарство.

Он закрыл глаза, и, подождав немного, не спросит ли он о чём-нибудь ещё, я заковыляла к сумкам, достала котелок и наполнила его остатками воды. Я отрывала бархатистые белые лепестки от стеблей, у них был сладкий запах, после чего безжалостно бросила их в котелок и принялась разводить огонь. Один только аромат лепестков помог мне избавиться от усталости. Как только я приготовлю отвар, мне нужно будет найти свежую воду.

– Позволь мне.

Я подняла глаза и увидела, что Раолкан вернулся. Я разожгла огонёк и подула на него, чтобы он разошёлся до костра.

– Они вернулись на корабль. Я буду наблюдать, пока они не уйдут. На юге есть ручей. Дай мне бурдюки, я наполню их.

Как бы он это сделал? У него не было рук, и выполнить эту задачу было бы практически невозможно, используя пасть.

– Позволь мне позаботиться об этом.

Я не знала, как поступить, и, пока размышляла, перебирала хворост, прежде чем кинуть его в огонь. Приняв решение, я встала, собрала фляжки и бурдюки и протянула их Раолкану.

Лекарство, которое целители приготовили для Лэнга, закончилось, поэтому фляжки были как раз кстати. Нам понадобится много воды, чтобы Лэнг поправился. Раолкан зажал их все зубами, и я могла бы поклясться, что он улыбался.

Остаток утра прошёл за приготовлением отвара и уходом за Лэнгом. Его бросало то в жар, то в холод, он то потел, то дрожал. Алхскиби ходил кругами возле нас, ни на секунду не останавливаясь, что несколько раздражало, но я его не винила. Я просто хотела, чтобы он летел вместе с Раолканом и наблюдал за врагами.

– Я об этом позаботился. Тебе также нужно знать, что корабль Баоджана отплыл. Он движется на северо-запад. Тебе не кажется странным, что могущественный человек находится так далеко от своих территориальных вод и только с одним кораблём?

Странно, но у меня не было времени размышлять об этом.

Лесная подстилка, пестрящая зелёными тенями и золотыми солнечными лучами, хотя и была прекрасна – ужасное место для больного человека. Из прутьев и веток я соорудила навес, а когда закончила, затащила под него Лэнга и укутала его одеялами. Приготовленный отвар я давала ему каждый час. Казалось, его жар и озноб постепенно отступали, но хорошо это или плохо, было ещё не понятно.

Ранним вечером Раолкан спустился на поляну, чтобы вручить пару птиц мне и ещё несколько штук Алхскиби. Он тут же съел их, предварительно поджарив. Я принялась разделывать птицу и варить её в котелке с водой. Для Лэнга был бы полезен мясной бульон, если я смогу его в него влить. Его дыхание стало слабее, чем раньше. Ему лучше или хуже?

– Амель, – в тысячный раз повторял он.

Ночь становилась всё холоднее. Я поддерживала огонь, боясь заснуть и пропустить приём отвара.

– Амель, я вижу, как они летают.

– Что, Лэнг? – осторожно спросила я, снова укутывая его одеялами. Он скидывал его во сне.

– Летают так высоко. Летают.

Я проверила его дыхание тыльной стороной ладони и забеспокоилась, когда он снова затих. Он тяжело дышал.

Алхскиби на четвереньках забрался под навес. Он тоже отказывался спать. Раолкан перестал ходить кругами и улёгся неподалёку. Он был единственным, кто хоть немного отдохнул этой ночью.

Время тянулось слишком медленно, я боролась с усталостью, постоянно занимая себя: необходимо было подбрасывать дрова в костёр, давать Лэнгу отвар, протирать ему лоб водой.

Рассвет наступил, как мне показалось, на несколько часов позже. Туман окутал поляну и скрыл всё, что находилось на расстоянии вытянутой лапы дракона. В белой тишине глаза Лэнга открылись, и он улыбнулся:

– Амель. Где остальные?

– Остальные?

– Грандис Леман. Раис. Стари. Остальные из узла.

Я с надеждой наблюдала за ним. Казалось, он снова с нами, а не витает в лихорадочных мечтах.

– Раис и грандис Леман мертвы, а Стари присоединилась к магиксам. Это они их убили. Мы спаслись бегством. Ты можешь это вспомнить?

– Я подумал, что это был сон. – Он с трудом сел.

– Тебе нужно отдохнуть, – сказала я, с тревогой протягивая ему бурдюк с водой и котелок с бульоном, который я приготовила накануне вечером.

– Я прекрасно могу отдохнуть сидя. У тебя усталый вид, может, тебе стоит поспать?

– Кажется, ему лучше. Может быть, тебе стоит послушать его.

Я взглянула на Раолкана и увидела, как четыре горящих глаз смотрят на нас сквозь туман – его и Алхскиби.

Лэнг допил отвар и бульон, а затем лёг и быстро заснул. На его щеках снова появился румянец, а на лбу не было пота.

Испытав облегчение, я легла на землю рядом с ним. Всего лишь на минутку прикрою глаза. Только на минутку.