Когда я вошла в столовую, меня встретил звон посуды, гул голосов, удивительные ароматы и тепло людей, собравшихся в одном месте и приветствовавших меня. Когда с блюд сняли крышки и расставили их на широких столах, над ними поднялся пар. Обильный и отменный ужин был обычным делом в Школе, но сегодня еды было в два раза больше. Свежие фрукты, нарезанные и разложенные по тарелкам, большие кувшины с глинтвейном стояли на каждом столе вместе со свежеиспечёнными булочками и сочным мясом. У меня разыгрался аппетит, прежде чем я успела дойти до своего стола.

По потолку были развешаны яркие полотнища, а на стенах висели густо разрисованные плакаты. Везде висели разноцветные фонарики. Они были развешаны не только над каждым столом на одинаковом расстоянии друг от друга, но и сложены на скамьях по бокам зала, на краях сервировочных столов и над арочными дверными проёмами. Малиновый, изумрудный, золотистый и голубой свет придавал помещению атмосферу какого-то волшебства, что было уместно, учитывая наших гостей.

Среди сидевших за столами было нетрудно узнать магиксов. Если драконьи наездники были загорелыми и смуглыми, то они – бледными. Если мы были одеты в плотно облегающие кожаные костюмы, то они – в утеплённые, отделанные мехом мантии, огромные настолько, что в них можно было спрятать детёныша дракона. Там, где мы носили ленты и шарфы в качестве отделки, у них были золотые узоры. Рядом с ними стояли странные посохи непонятного назначения.

Я чувствовала себя неловко в их присутствии, хотя никто на меня не смотрел, когда я шла к столу, где сидело большинство из моей волны Принятых. Нельзя было полностью избегать наших гостей, так как они были рассредоточены между столами, но за нашим столом, похоже, магиксов было не так уж и много.

– Странно находиться здесь и не видеть группы учеников, – сказал один из магиксов грандису Леману, когда я проходила мимо. – Я имею в виду, что они есть, но совсем незрелых нет.

– Нам приказали временно прекратить набор, – ответил грандис Леман. – Все простолюдины, которых можно освободить от повседневной работы, направляются в армию. Требуются годы, чтобы обучить драконьего наездника, но нужно всего несколько недель, чтобы научить держать копьё.

Я не расслышала, что в ответ проворчал магикс. Разговор казался достаточно непринуждённым, несмотря на серьёзную атмосферу, которая царила повсюду.

Уже не в первый раз мне не терпелось прочитать спрятанное послание. Будет ли в нём что-то, что прояснит происходящее?

Подойдя к своему столу, я скользнула на стул рядом с Саветт, взяла булочку и положила себе на тарелку. В Школе у всех был здоровый аппетит, и если ты хотел поесть, то нужно было делать это быстро.

– Я не знала, что вы допускаете в свои ряды испорченных, – прервал разговор высокомерный голос рядом со мной. Это сказала незнакомка, сидевшая напротив меня, обращаясь к Дэйдру. Без сомнения, она говорила про меня. Я уже давно не слышала этого унизительного высказывания. Испорченный – как будто я была растением, поражённым чумой, а не девушкой.

Дэйдру покраснел от слов девушки. Она была невероятно красива – соперница Саветт, хотя у неё были чёрные, коротко подстриженные волосы в противоположность Саветт с длинными серебристыми волосами, а также очень пышная грудь, выглядывающая из выреза в виде замочной скважины на её мантии.

– Не мне решать, что разрешают грандисы. Это не мой замок. – Он выглядел смущённым, как будто моё присутствие было для него чем-то постыдным.

Я мысленно вздохнула. Опять? Я думала, что развеяла сомнения и предубеждения в ту ночь, когда поднялась на Раолкане. Мои сокурсники перестали относиться ко мне с презрением, но теперь, похоже, я должна была проявить себя заново.

– Почему ты здесь, девочка? – спросила магикс у меня, повысив голос, как будто я была глухой или совсем глупой.

– Костыль не для её ушей. Она прекрасно тебя слышит, – ответила за меня Саветт, смотря сквозь нас куда-то вдаль. Очевидно, она всё ещё переживала из-за какой-то проблемы, но это не мешало ей замечать происходящее.

– Не думаю, что я спрашивала тебя, верховный кастелян, – бросила магикс, скривив губы.

– При всём уважении, я здесь для того, чтобы обучаться на драконьего наездника, магикс, – ответила я.

Она усмехнулась:

– Я не магикс, а его подмастерье. Мне следовало догадаться, что ты недостаточно осведомлена, чтобы понять это. Тем не менее невежество – не оправдание. Ни первое, ни второе не выделяет испорченных. На занятиях у магиксов мы выбиваем это из вас – вытряхиваем или погружаем так глубоко, что испорченность уходит. Пребывание рядом с испорченными затуманивает наши магические силы. Они оставляют пятно.

Как заставить свою ногу снова работать? Я всегда испытывала страх перед магиксами. Теперь я начала пересматривать своё мнение.

– Тогда хорошо, что ты недолго пробудешь с нами, – сказала Саветт почти рассеянно.

– Подумай ещё раз, – с ухмылкой произнесла магикс. Она злорадствовала до тех пор, пока грандис Дантриет не встал и не постучал ножом по бокалу, ожидая, когда стихнет гул голосов, прежде чем заговорить громким, чистым голосом:

– Драконьи наездники и ученики, мы рады сегодня вечером приветствовать наших коллег – слуг Доминиона. Мы искренне приветствуем магиксов и их подмастерьев. С ними приехал посол Доминиона, который желает выступить перед вами. Пожалуйста, уделите ему своё внимание – это послание из самого Доминиона.

Грандис Дантриет сел, а его место занял высокий худощавый мужчина с тёмным лицом и такими же глазами. Он был одет в расшитый камзол серого цвета с высоким воротником в стиле Доминиона. Посол вытащил из-за пояса цилиндр, который выглядел почти так же, как и мой.

Не удержавшись, я тронула свой, чтобы убедиться, что не потеряла его и посол не держит в руках моё сокровище. Он достал из цилиндра белый лист бумаги, развернул его и начал читать:

– От башен до морей взлетают вороны, а с ними и звёзды небесные в назначенные места.

Вокруг меня драконьи наездники ахнули, и тишина, словно туман, заполнила комнату. Я обменялась растерянными взглядами с Саветт и другими Посвящёнными. Что, чёрт возьми, это значило?

Грандис Дантриет снова встал, его лицо было бледным. Он попытался заговорить, но ему пришлось дважды прочистить горло, прежде чем он смог это сделать.

– По приказу нашего Доминара, – начал он дрожащим голосом, – мы вылетаем.