Мора

Аклис вела машину, ее фиолетовые волосы слегка развевались от выкрученной на полную мощь печки, а браслеты елозили по запястью, когда она поворачивала руль.

Я словно вернулась в прошлое, во времена до магии, до маминого исчезновения и до того горя, которое принесла мне осень. Но и до Ратбоуна тоже.

Я стала другой и как никогда чувствовала себя собой. Откинувшись на спинку сиденья, я решила, что невозможно обратить время вспять, нельзя отменить те ошибки, которые я совершила, равно как и вернуться к прошлой версии себя. Нужно двигаться вперед, прямо как эта машина.

В этот раз Аклис везла меня не на заброшенный аттракцион, а на кладбище неподалеку от замка теней, чтобы провести беспрецедентный магический ритуал. Кто бы мог подумать!

Когда подруга сама вызвалась помочь мне подготовить кладбище, я не смогла сдержать восторженного писка. Мы нагрузили машину целым ассортиментом оружия, от холодного до огнестрельного, и магическими кристаллами, чтобы выстроить самый сильный щит, на который могли быть способны трансмансеры Верховенств.

Пусть в магическом сообществе не принято стрелять, Дому крови это не мешает. Кто сказал, что маги из лимбо не запаслись оружием? Мы ожидали их прибытия к началу ритуала, а все благодаря крысе, спрятавшейся среди членов Дома земли. Эрса решил не разоблачать предателя и позволить ему сообщить Альянсу, что мы запланировали.

Как только ритуал начнется, никто не сможет нас остановить, пока брешь в барьере между мирами не будет плотно закрыта.

Телефон пискнул, и Аклис цокнула языком.

– Опять он? – недовольно простонала она.

Я взглянула на экран.

– Да. Он переживает. Говорит, что, если я не отвечу ему в течение пяти минут, то он примчится на кладбище.

Ратбоуну было незачем так переживать, ведь кладбище находилось под защитным куполом, который создали еще утром над всей территорией некромансеров. К тому же мы с Аклис носили по кристаллу перемещения на шее и по ножу в рюкзаках.

Ратбоун и Киара остались в замке, чтобы встретить делегацию Дома крови во главе с Ульриком, которые грозили нагрянуть с минуты на минуту. Подготовка ритуала не должна была занять у нас больше получаса, и я надеялась вернуться вовремя, чтобы посмотреть на нового короля и его приспешников. Я не доверяла им ни на йоту.

На заднем сиденье лежали лопаты и спортивная сумка, наполненная свечами, травами и деревянными кольями, чтобы ограничить зону выплеска энергии. Трансмансерам будет проще контролировать щит по выставленной заранее разметке.

Мы продумали все до мелочей: барьеры помогут защитить местное население и могилы невинных смертных от удара магии; открытое небо позволит выпустить всплеск наверх; а набор ритуальных трав насытит землю и подготовит к приему силы, которая сначала пройдет через меня. Лейла сказала, что магия не может полностью остаться во мне, ведь человеческое тело не способно сдержать внутри такую мощь.

Подготавливать почву пришлось именно мне, чтобы земля позже «узнала» меня и сохранила мое тело. Гарцель опасалась, что такой всплеск магии может стать губительным для тела, но земля примет на себя часть удара и поможет сохранить его и успешно воскреснуть по возвращении из Покрова.

Заколдованные моей некромансией растения следовало закопать и оставить на пару часов, чтобы они передали волшебство в землю. В кладбищенскую, конечно же, потому что всплеск некромансии если не убьет ее совсем, то точно лишит плодородия. Но на кладбище никто и не собирался заниматься садоводством.

Вербена, дурман и белена. Я надела перчатки, чтобы не касаться ядовитых зачарованных трав, и достала мешочек с ними из сумки. Аклис припарковалась у ворот кладбища. Пару минут мы сидели в машине в полной тишине, наблюдая за закатом.

– Тебе страшно? – спросила подруга.

Я неохотно кивнула.

– До чертиков. А тебе?

– Я переживаю за тебя. Опять какой-то неизвестный ритуал, опять какая-то война, в которой тебе нет места…

– Вот здесь не соглашусь. Все же я – часть магического мира, хочу того или нет. А после всего, что я натворила… Это моя война, и мне очень жаль, что я втягиваю тебя, Ратбоуна, Киару и некромансеров во все это. Если бы не я, то сумасшедшие маги не сбежали бы на свободу, а мертвые не пришли бы мстить…

– Я сама вызвалась помогать, не забывай. И лимбо – это ужасное место… Никто не заслуживает туда попадать только потому, что не смогли сразу после смерти отправиться в Покров. Это жестоко! К тому же я видела, как сильно ты горевала по матери. Тобой руководили благие намерения, так ведь?

– Да… – пискнула я, сдерживая слезы.

– Ну и нечего больше себя корить! Ты исправляешь ошибки! Мора, ты стала такой храброй! Порой я тебя не узнаю.

Я нахмурилась, потому что голос Аклис стал мрачнее, и я решила, что подруга больше не видела во мне человека, с которым ей хотелось дружить. Осознание того, что я теряю одного из немногих оставшихся в моем круге людей резало по живому.

– Ты стала другой, и это хорошо, – спохватилась Аклис. – Я всегда желала для тебя свободы, о которой мы так часто говорили. Помнишь, тогда на колесе обозрения мы рассуждали о предназначении? Ты нашла его, олененок… И пора придумать тебе новое прозвище, старое больше не подходит. Теперь ты мне больше напоминаешь грациозную газель.

Представив себя с рогами, я расхохоталась.

– Спасибо, что ты здесь. Я знаю, что не оставила тебе особого выбора, но все равно благодарна. Я обрекла тебя на пожизненную зависимость от магии теней и найду способ это исправить. Мама каким-то образом смогла наполнить кольцо некромансией… – Я повертела на пальце украшение. – Я найду способ наполнять кристаллы силой и позволять тебе уезжать из Дома теней. Ты доучишься в университете, найдешь парня, может, даже заведешь семью…

Аклис горько усмехнулась.

– И как я ему объясню, что не старею, не ем и не сплю? Я ведь не смогу родить…

– Вдруг тебе понравится кто-то из магов? А ребенка можно усыновить.

Аклис задумалась.

– Я люблю тебя, Мора, и всегда буду любить, но пока что не хочу контактировать с магами больше необходимого. Я никогда не стану частью вашего мира, меня притащили сюда за волосы, насильно. Я здесь чужая.

– Минос будет гореть в аду за все, что совершил… Сукин сын! – зашипела я. – Если у меня получится создать лимбо отдельно для него, я это обязательно сделаю.

– Я в тебе не сомневаюсь, – хихикнула Аклис и сжала мою ладонь в своей. – Но нам пора, мы и так уже засиделись.

Шлепнув себя по лбу, я выбралась из машины. Ратбоун прислал мне очередное сообщение, но в этот раз просто предупредил, что делегация Дома крови прибыла. И, судя по смайликам, изображающим человека, закатывающего глаза, атмосфера в замке была не самая приятная.

Аклис несла на плече спортивную сумку с кольями, то и дело оглядываясь по сторонам.

– Да уж, быстро же стемнело… – пробормотала она. – Ну и жутко же на кладбище вечером, когда знаешь, что ходячие мертвецы действительно существуют…

– И ты одна из них, – хихикнула я. – Чего тебе бояться? Сама подумай, если умрешь, я просто снова тебя воскрешу.

Аклис шлепнула меня по предплечью и пошла между надгробий. Освещая путь фонариком, мы двинулись вглубь кладбища к старым могилам, которые уже никто не посещал.

Подготовка почвы заняла всего десять минут, и я даже засомневалась, все ли сделала правильно, но растения были вкопаны в землю, а место для ритуала ограждено. Рулетка в руках Аклис щелкнула, когда пружина вернулась на место, и она положила ее обратно в сумку.

Я села на колени, уперлась ладонями в почву и прошептала короткое заклинание передачи силы, которое обычно использовали для наполнения кристаллов. Земля подо мной содрогнулась. Я встала и отряхнула перчатки.

– И все, что ли? – спросила подруга и осмотрела проделанную работу, уперев руки в боки.

Ветер поднимался, а солнце окончательно село, и я начала дрожать под кожаной курткой.

– Пошли отсюда, меня насквозь продувает… – простонала я.

– Меня уговаривать не придется! Но я предупреждала, чтобы ты оделась теплее.

Мы болтали обо всем и ни о чем одновременно, возвращаясь к машине. Когда речь зашла о Ратбоуне, к шее и лицу прилила кровь.

– Мы вроде как встречаемся, – выдавила я.

– А кольцо на твоем безымянном пальце? Это что значит?

Мои руки были в перчатках, но, видимо, Аклис заметила кольцо по дороге на кладбище.

– Мы связаны заветом, это само по себе сильнее брака, – пожала плечами я. – Мы признались друг другу в любви…

– Да ты что! – Аклис радостно запищала.

Ратбоун стал первым, кого я всерьез полюбила. Чувства, которые я когда-либо испытывала к другим парням, меркли на этом фоне. Мне хотелось купить дневник, обклеить его сердечками, а внутри написать наши имена.

Чисто технически у Ратбоуна не было фамилии, так как их с Киарой родословная не нуждалась в ней, поэтому он бы взял мою. Но все равно мысли о нас как о неразрушимой паре и, может быть, даже как о семье в будущем заставляли сердце биться чаще.

– Моя Мора стала совсем взрослой! – Подруга приобняла меня за плечи и так резко притянула к себе, что я уткнулась в ее пушистый свитер и наглоталась синтетических ворсинок. – Я так за вас рада!

Когда Аклис от меня отлипла, мы двинулись дальше. Подруга, наверное, думала, что я не замечаю ее потухшего взгляда. Она смотрела вперед с натянутой улыбкой, но глаза показались мне стеклянными. Я закусила губу.

Должно быть, она переживала, что ей тяжело будет найти любовь. Укол вины тут как тут вошел мне под кожу.

– Ты слышишь это? – вдруг остановилась Аклис, вырвав меня из размышлений.

Я прислушалась. Где-то неподалеку по шоссе проехал мотоцикл, монотонно сновали туда-сюда редкие машины. На дереве шуршали белки.

И все же волосы на руках и затылке встали дыбом.

Не сговариваясь, мы с Аклис припустили в сторону нашего автомобиля. Я добежала первая, поэтому мне пришлось сесть за руль и быстро завести машину.

– Заблокируй двери! – напомнила Аклис.

Меня пробрал истерический смех. Руки тряслись. Я резко сдала назад, выезжая с парковки.

– Аклис, смотри вперед! Там кто-нибудь есть? – крикнула я, хотя в машине стояла полная тишина.

– Мора, успокойся! Нам просто почудилось, никто не бежит за машиной… Мы же все равно под щитом.

Я облегченно выдохнула и покрепче вцепилась в руль. Сбавив скорость, я аккуратно выехала на дорогу и прошептала:

– Паранойя…

– Если тебя это утешит, она не у тебя одной!

Лоб Аклис покрылся испариной, и она стащила с себя куртку. Я то и дело поглядывала в зеркало заднего вида.

– Может, все-таки я поведу? – обеспокоенно взглянула на меня Аклис.

Я покачала головой. Я в порядке. Все в порядке.

– Просто испугалась, – тихо ответила я. – Тут ехать совсем ничего.

Шумно выдохнув, я свернула на грунтовую дорогу, которая вела к замку. Площадка у конюшни оказалась заставлена шикарными автомобилями. Маги Домов пространства и земли предпочитали использовать порталы для перемещения, а значит, именно делегация Дома крови примчалась к замку на машинах. Да сколько же их нагрянуло?

Я до последнего отказывалась верить, что Ульрик и в самом деле предложил свою помощь, а не втайне сотрудничал с Аймоном.

– Тебя тоже затошнило от близости к этим… гемансерам? – недовольно протянула Аклис.

Еще как затошнило.

У меня задрожали колени, и вскоре я напомнила себе корзину с бельем, стоящую на стиральной машинке в режиме отжима.

«Почетные» гости сидели за главным обеденным столом, словно приехали на званый ужин, а не ради ритуала по закрытию бреши между мирами. На столе лежала огромная красная скатерть, которой я в жизни не видела в замке. Она оказалась не по размеру и слишком низко свисала по краям стола. Неужто свита Ульрика привезла скатерть с собой?

Я приказала телу перестать трястись, но все, что связано с Домом крови, вызывало во мне самые жуткие эмоции. Минос обманом вынудил найти артефакт, убил подругу, заставил Ратбоуна напасть на меня… Он лишил меня матери. Ульрик был ничем не лучше, если судить по всему, что поведали мне Киара и Ратбоун.

Как они вообще выросли нормальными людьми в том проклятом особняке? Хотя… людьми их называть было все-таки неправильно. Маги.

Я вошла в зал, давясь ядом, которым хотелось плюнуть в гостей. Члены Дома крови надели лучшие костюмы и платья, увесили шеи и запястья дорогущими золотыми украшениями. Тут и там сверкали рубины и бриллианты. Я почувствовала себя неловко среди них в черном худи с изображением героя из моего любимого мультика на спине. Только Ратбоун выделялся на фоне гемансеров, но он больше и не являлся одним из них.

Киары за столом не было. Наверное, решила не общаться с гемансерами. Где же она прячется?

Ульрик оказался почти полностью лысым. Не знаю почему, но во внешнем виде нового короля крови именно это шокировало меня больше всего. Не тяжелый сюртук, увешанный сомнительными медалями, и не странный меховой воротник, который напоминал дохлого скунса, а именно полное отсутствие волос на макушке и висках. Видимо, Ульрик был достаточно старым, чтобы безвозвратно облысеть.

Я пришла посреди разговора, тут же привлекая всеобщее внимание. Повисла тишина. Ульрик нахально ухмыльнулся и произнес:

– Мора Эрналин из Винбрука, ну устроила же ты… Зря мы отпустили тебя из заключения, стоило вас с крысой Ратбоуном подержать подольше. Можно было бы избежать глупостей!

Я сжала кулаки и заставила себя промолчать. Отныне я отказывалась поддаваться на провокации.

Члены Дома крови изъявили желание пересесть в гостиную на диваны. Гарцель выглядела раздраженной: ведьма то и дело причесывала волосы пальцами, кусала губы и закатывала глаза, когда Ульрик и его свита на нее не смотрели. Ратбоун сидел рядом с матерью, бледный как никогда.

Ульрик расположился посередине дивана и поманил двумя пальцами Еву. Та натянуто улыбнулась и уселась королю на колени. Он нагло обхватил ее ягодицу и довольно ухмыльнулся.

Так вот откуда у нее возможность навещать сына в Доме теней и отсутствие кандалов. Пусть она и мать моего парня, я разозлилась на Еву. Как у нее хватало совести просить прощения у сына, когда она нежится с врагом? Ева предпочла остаться в королевстве, которое сломало Ратбоуна и Киару.

Сестра моего парня почти не говорила о времени, проведенном в Доме крови после смерти Миноса, но то, какой дерганой и молчаливой она стала, сказало все за нее. Ульрик издевался над Киарой… Но издевался ли он и над Евой тоже?

Нет, Ратбоун предложил матери убежище в Доме теней, а Ева лишь настаивала на том, чтобы он вернулся в адский котел, где варилась она сама. Наверное, Ева жаждала власти.

Ульрик предложил выпить еще вина, и Александр зарычал на гемансера. Мы с Ратбоуном переглянулись и чуть не захохотали. Ведьмы теней, пространства и земли тоже сдерживали улыбку. Почти все члены Верховенств и их помощники уже собрались в гостиной, и большинству пришлось стоя наблюдать за тем, как гемансеры, развалившись на диванах и креслах, тянули время, пользуясь нашей нуждой в их помощи.

Кто-то из магов крови сел за рояль и принялся играть беспокойную мрачную мелодию, подтверждая мысли всех присутствующих. Ульрик использовал нашу просьбу, чтобы поиздеваться над Верховенствами.

– Не поймите нас неправильно, дорогие гости, но не пора бы перейти к делу? В полночь мы уже должны провести ритуал, – с фальшивой вежливостью сказала Гарцель.

Вена на ее лбу вздулась, грозясь лопнуть в любой момент.

– Ах куда же так торопиться? – с невинным видом спросил король.

– Полнолуние, сами понимаете. – Джозетта оскалилась, как хищница.

Природные явления способны усилить не только магию земли, но и другие виды магии. И хотя с некромансией природа связана меньше всего, полнолуние, которое символизирует смерть одного периода и зарождение нового, оказалось как нельзя кстати для сегод-няшнего ритуала.

– Называй свои условия, – рявкнула Гарцель.

У меня аж мурашки по спине побежали. Глава совета обычно старательно себя сдерживала.

– Во-первых, все заключенные в изоляторе гемансеры должны быть немедленно освобождены. Дом трансмансии возведет вокруг всего королевства крови щит, который будет поддерживаться еженедельно. Некромансеры воскресят несколько магов на наш выбор, а также поделятся секретом молодости с ближайшими советниками короля. Дом земли до конца этого века обеспечит нашим землям процветание и плодородность. Ну и Верховенства, конечно же, должны быть распущены. Королевство крови давно пора признать единственным и непревзойденным. Короли королей.

Александр громко выругался, Гарцель рассмеялась, а Джозетта процедила:

– Да вы совсем обалдели!

Ульрик довольно сверкнул неестественно белоснежными зубами. Судя по всему, весь рот мага был сделан в одной из лучших клиник.

Короли один за другим рассыпа́лись, но все равно пытались ухватиться за последнюю возможность исполнить мечту стать властелином. Да нас ведь в школе этому на уроках истории учили!

Я взглянула на часы и огорченно вздохнула. До сих пор из четырех сил у нас имелось только три. Где мы успеем сейчас найти сильных гемансеров, которые не пляшут под дудку короля?

Гвардейцы Ульрика окружили диван.

– Вы ведь не настолько наивны, чтобы надеяться победить нас на нашей же земле? – спросила Гарцель и откинулась на спинку кресла, словно ее вообще эта ситуация не беспокоила.

Но по нетерпеливо постукивающей по ковру стопе я догадалась, что это вовсе не так. Наш план разваливался на глазах. Справимся ли мы с одной лишь Киарой в качестве источника гемансии?

– Засунь свои условия себе в пятую точку, понял? – рявкнула Лейла, которая долгое время наблюдала за общением Ульрика и некромансеров со стороны.

Что-то мне подсказывало, она совсем не удивлена тому, что король крови выдвинул невыполнимые условия. Очередной правитель Дома крови возомнил себя богом всех магов… ничего нового. Вот только было в Ульрике что-то гораздо более показушное, нежели в Миносе. Он всеми силами пытался выпятить свои богатства, включая Еву, которая застыла у него на коленях, как статуя.

Гвардейцы вытащили ножи, но Александр остановил их взмахом руки. На помещении лежало защитное заклятие, но от поножовщины оно не спасало. Некромансер сказал:

– Если вы думаете, что сможете добыть нашу кровь, то у вас ничего не выйдет. Все присутствующие защищены магией, и вам против нее не выстоять, гемансеры. – Последнее слово прозвучало, будто ругательство.

– Если вы не собираетесь помогать нам, то проваливайте к черту! – вскочила с кресла я. – Мы сейчас же уезжаем на кладбище, не будем терять время. Киара поможет нам, я уверена.

Гордо задрав голову, я направилась к выходу, но меня остановил высокий женский голос, прозвучавший из дверного проема.

– Ульрик, позволь мне остаться в Доме теней, – жалобно попросила Ева. – Позволь мне помочь сыну. Он все, что у меня…

Король теней влепил Еве звонкую пощечину. А затем ударил в солнечное сплетение кулаком. Ева упала на колени, схватившись за сердце. Я тут же подбежала к ней.

Ратбоун зарычал и замахнулся на Ульрика, но гвардейцы оттащили его в сторону. Из коридора вылетела Киара. Похоже, сестра Боуни только и ждала удобного момента. Киара перекинула из руки в руку меч и оскалилась, точно готовилась к прыжку.

– Он не уйдет отсюда живым, – заявила она и бросилась на Ульрика, но брат успел перехватить ее.

– Не здесь, – зашипел он ей на ухо, но я стояла достаточно близко, чтобы услышать.

– Ратбоун, что она задумала?

Гвардейцы кинулись на защиту короля, но Ульрик лишь ухмыльнулся и поднял руку:

– Стойте! Давайте послушаем, что придумала малышка. Неужели ты возомнила, что можешь противостоять мне, Киара? Твой отец хоть и был могущественным некромансером, но ты – ничтожное отродье, бастард в женском обличье. Слабому полу не место здесь, и, если бы Верховенства меня послушали, то осознали бы, насколько я прав. Только представьте, каким сильным мог бы стать магический мир, если бы им правили одни мужчины!

Я не верила своим ушам. Не осознавая этого, я сжала кулаки и дернулась вперед, но Ратбоун схватил меня за локоть. По его разъяренной физиономии было ясно, что он тоже едва сдерживался. Но начинать драку сейчас – ужасная идея. Вокруг короля кольцом встали гемансеры и гвардейцы, а нам требовался полный запас сил, чтобы провести ритуал.

Киара истерично захохотала:

– Я бросаю тебе вызов, Ульрик! И тот, кто выиграет, займет трон Дома крови.

Со стороны я, наверное, выглядела довольно комично, с выпученными глазами, грозившими выкатиться наружу.

Киара всерьез претендовала на трон Дома крови? Я недооценивала ее…

Ульрик и его свита презрительно рассмеялись, но Киара прервала их:

– Ты настолько уверен, что сможешь превзойти меня в ритуале анимирования?

Король тут же замолк. Его лицо исказила гримаса гнева.

– Я тренировалась втайне от отца с детства, а ты? – добавила она.

Гвардейцы взметнули в воздух кристаллы и открыли порталы. Трансмансеры вскочили, окружая Ульрика и его свиту, но те вовсе не собирались бороться.

Они просто прыгнули в порталы и исчезли.

– Что это сейчас было? – подала голос Сиена из-за дивана, за который спряталась, как только поднялась суета.

Большинство недоуменно смотрели на Киару, но члены совета Верховенств удивленными не выглядели.

– Что это за ритуал такой, анимирование? – прошептала я Ратбоуну.

– Это сильная темная гемансия, которая позволяет поменять кровь человека и животного местами. И тем самым переселить души.

– Такое возможно?!

– В теории, – кивнул Ратбоун и скептически посмотрел на сестру.

Я взглянула на Киару. У той подрагивали колени. Лгала ли она? Но зачем тогда публично бросила вызов королю?

Неужели она все-таки обладала подобной силой?

– У нас мало времени, давайте выезжать на кладбище. Моей магии вполне может хватить. Да, я сильнее, чем кажется. – Киара повернулась ко мне. – Подбери челюсть, дорогуша, и погнали спасать мир!

Киара снова превратилась в привычную себя, без дрожи в ногах.

А мне только и оставалось, что последовать за ней.