Ратбоун

Я смотрел на дрожащую Мору. На ее побелевшие кисти, крепко зажатые Иосифом. Я наблюдал за ней, как ястреб. Да кто он вообще такой? Слова Бранхульда звенели в мыслях тревожным звоночком. Но пока Иосиф не нападал на Мору и помогал достичь их общих целей, мне было плевать, что с миром магии станет дальше.

«Когда все закончится, я готова поговорить о нас», – передала мне мысленное послание Мора, прежде чем опуститься на колени.

По телу пробежало приятное возбуждение, но его тут же заглушила удушающая тревога. Была ли она моей или передалась от Моры? Мне ужасно хотелось подхватить Мору под мышки, закинуть себе на плечо и убежать как можно дальше отсюда.

Я сложил руки на груди и проигнорировал это чувство. Конечно, я переживал за нее, потому что она растратит много сил в этом ритуале. Подобное истощение опасно, особенно для неопытного мага. Но как я мог отказать ей в спасении матери? По моей вине ее не стало. Если бы я не пополз в Дом крови после воскрешения, если бы не позволил Миносу сделать из себя марионетку, с ее матерью ничего бы не произошло.

Но мы бы так и не встретились.

Тем временем Мора и Иосиф разложили артефакты между собой на тряпке, которая нашлась у Морро и Зельды в машине. Миска для крови тоже каким-то образом имелась в их пикапе. Вовсе не совпадение. Впрочем, несложно было догадаться, что для ритуала потребуется кровь.

Трансмансер коснулся Моры. Я закусил губу и сжал кулаки, а мышцы предплечий превратились в камень. Киара прислонилась своим плечом к моему, и легкие вобрали немного воздуха. Ее присутствие словно приказало моему телу слегка расслабиться. Мы готовились вырвать Мору из лап незнакомца в любой момент.

Она закрыла глаза и полоснула по запястью ножом. Струйка алой крови потекла по руке, успев намочить рукав. Мора поморщилась, а я чуть было не рванул, чтобы снять с нее свитер и сжечь его, а миску опрокинуть в траву, не давая никому снова завладеть ее кровью. Но Мора взглядом приказала мне оставаться на месте.

Успокаивало лишь то, что кроме Киары на кладбище не было других гемансеров. Кровь наверняка требовалась в качестве связующего элемента в ритуале. Вот только с чем он свяжет Мору? Должно быть, так она сможет ухватиться за лимбо и объединить его с Покровом, ведь у нее есть прямая связь с миром мертвых.

Я нахмурился. Тогда зачем Иосиф тоже полоснул кожу на ладони и сцедил кровь? Мора начала что-то шептать. Жидкости смешались в миске волшебным вихрем, несмотря на то что на кладбище совсем не было ветра.

Рядом с артефактами лежала помятая бумажка с заклинанием. Я видел его, но не все элементы оказались мне понятны. В ритуале большую роль играла магия теней, а я едва изучал ее в детстве. В Академии преподавали только азы некромансии и принципы ее функционирования. Детали ритуалов и воскрешений держались в строгом секрете тем небольшим количеством некромансеров, что появлялись на свет. Они же передавали эти знания младшим поколениям.

Мора и Иосиф погрузились в ритуал. Мора дрожала, как будто под ней сотрясалась земля. Она шептала неразборчивые слова на магическом языке. Иосиф сидел спокойно, но пульсирующие вены на лбу и шее выдавали его усилия. В воздухе запахло серой. Киара сморщила нос и застонала.

Послышалось бормотание, но члены Альянса молчали. Я осмотрел кладбище. Неужели кто-то решил забрести сюда в такой неподходящий момент?

Киара достала из заднего кармана нож.

Все стихло. Пространство позади нас задрожало, проскользнула искра – первые признаки открытия портала, однако Иосиф по-прежнему сидел с закрытыми глазами. А вот у Моры пошла кровь из носа.

– Мора, – прорычал я. – Проснись! Мора!

Я подбежал к ней и потряс за плечо, но она не открывала глаза. Иосиф тоже не просыпался. По привычке я схватил лежащий рядом с ней нож и приблизился к Иосифу, чтобы взять его кровь. Но меня отбросило в сторону сильным ударом магии. Я очутился в сотне метров от того места, где они сидели, а задница была вся в кладбищенской грязи. Киара упала неподалеку пару секунд спустя.

Открылись порталы. Из них вылетели трансмансеры и плантансеры, но Иосиф и Мора окутали себя плотным куполом, который не пробивало ни холодное оружие, ни магическое.

Некромансеры прибыли последними. Их было всего трое – Александр, Сиена и еще одна высокая девушка с короткой стрижкой, чье имя я так и не узнал. Она тихо ходила по замку, избегая встречаться со мной глазами. Я думал, дело в скромности, но, видимо, она просто питала неприязнь ко мне или к поступку Моры.

Я продолжил звать ее мысленно.

– Мора! – закричал я вслух что есть мочи.

Ее плечи дрогнули, но ответа не последовало.

Кто-то схватил меня сзади, но все мое внимание осталось обращено на Мору. Без прямого доступа к ее силе я все равно не смог бы противостоять пятнадцати магам. Внезапно она принялась хватать ртом воздух, а из ее носа снова пошла кровь. Ветер запел на кладбище, срывая редкие сухие листья с деревьев, но Мора не просыпалась.

Я мысленно молил ее ответить мне, рассказать, как она. Сердце сжалось, дыхание перехватило. В глазах потемнело, и по телу от макушки до пят спустился мороз. Я не мог понять: умирал ли я потому, что возлюбленной больно, или потому что она сама теряла последние силы.

«Вместе с ней не станет и меня. Слава небесам…» – подумал я.

«Только попробуй сдаться, – вдруг мысленно шикнула на меня Мора, а затем заскулила: – Мне очень больно».

Я задергался в руках того, кто меня держал, и с удивлением обнаружил, что никто не пытался меня убить. Никто не приставил нож к горлу.

– Да не рыпайся ты! – прозвучал грубый голос Александра над ухом, когда он снова перехватил меня и скрутил руки за спиной. – Ты ей сейчас ничем не поможешь! Даже мы не можем пробиться! Гарда создала вокруг них щит!

– Но мы должны сделать хоть что-то! Этот ритуал высасывает из нее последнюю магию!

– Как долго он уже идет? – обеспокоенно спросила Сиена.

– По меньшей мере десять минут, – ответила Киара, которой связали руки, но она и так не особо пыталась сбежать.

Сестра смотрела на мою девушку с грустью и беспомощностью. Мне же хотелось рвать и метать.

Александр выругался.

– Что за заклинание она читает?

Я выждал пару мгновений, думая, стоит ли рассказывать некромансерам. Мора считала, что они ее предали, и отчасти так и было. Однако Дом теней оказался гораздо добрее, чем я ожидал. Моя родословная – хороший повод для подозрения. Гемансеры бы меня уже уничтожили, как, впрочем, и поступил Минос однажды. Мой взгляд метнулся между бледной Морой, из обеих ноздрей которой шла кровь, и встревоженными лицами магов теней.

Если они помогут ей выжить после такого магического истощения, то пусть хоть убьют меня потом. Я выпалил все, что знал о заклинании:

– Не знаю! Оно точно связующее, но детали ритуала мне непонятны, я же не некромансер. Сначала Мора нашла какое-то заклятье в дневнике Тамалы, которая пыталась вернуть мужа к жизни после того, как он не вернулся из Покрова. Они почему-то верили, что Дион в лимбо. А затем Иосиф передал Море какое-то новое заклинание, финальное.

– И ваша необразованная малолетка решила, что сможет таким образом вернуть мать? – с издевкой произнесла незнакомая девушка-некромансер.

– Она собирается объединить лимбо с Покровом, и не только для себя старается! – возразила Киара, и я даже удивился разгоревшемуся пламени в ее глазах.

– Глупая девчонка не понимает, во что вляпалась! – рявкнула ей в ответ некромансер. – Кто вообще этот Иосиф? Как он смог связаться с ней из лимбо? Это место недосягаемо!

Я поведал им обо всем, что рассказал Бранхульд. Его самого, к слову, на кладбище не было. Как и некоторых других магов пространства. Они недостаточно восстановились после удара артефактов, догадался я.

Затем меня пронзила боль. Море стало хуже – в груди образовалась полость, которая ныла по краям, предупреждая об опасности. Там раньше жила Мора, но теперь она находилась далеко, я едва мог до нее дотянуться.

– Наша связь ослабла! Я не чувствую ее, как раньше! – выкрикнул я и согнулся пополам.

Александр выпустил меня и позволил опуститься на колени с достоинством, которого у меня осталось мало. Страх за Мору перекрывал все другие чувства.

– Если ему около двухсот лет, и он трансмансер… Нет… Такого не может быть!

– О чем ты? – спросила Киара и связанными руками ухватилась за край его рубашки. – Рассказывай сейчас же! Мы не можем позволить ей умереть!

Сестра привязалась к Море, и это вернуло душе немного тепла. Я не один…

– Сто тридцать лет назад один маг был изгнан из Дома пространства и казнен. Он натворил много ужасного, основал секту. Он принадлежал к самому редкому роду магов – обладал сразу двумя силами, трансмансией и гемансией. Его чтили как настоящего бога… Вот только звали мага не Иосиф, а Аймон, – сказал Александр.

Киара ахнула, а во мне что-то оборвалось.

Я побежал к своей девушке и снова пытался пробраться через защитный барьер. Сила оттолкнула меня. Мору трясло. Должно быть, маг использовал гемансию, чтобы удерживать ее в трансе!

«Иосифу нельзя доверять! Его зовут Аймон, и он вовсе не трансмансер, а крайне опасный маг-гибрид, который владеет двумя силами! Его не просто так убили!» – судорожно передал я Море свои мысли.

Я не понимал, услышала ли она меня, ведь связь между нами мерцала, грозясь пропасть совсем, но вскоре защитный магический купол рухнул. Все присутствующие застыли, но только не я. Со всех ног я рванул к ней и прижал ее тело к себе. Прислонив ухо к ее рту, я ощутил, что она дышала. Очень поверхностно, но все же дышала.

Иосиф, лежавший рядом с ней без сознания, очнулся, когда маги Верховенств схватили его, но Мора не просыпалась. Я кричал некромансерам, чтобы они помогли ей, пока не сорвал голос. Каждый звук отзывался болью в горле.

– Мора! Очнись, дорогая! – прохрипел я.

Я не мог позволить ей умереть, она этого не заслуживает!

Когда кто-то подошел к нам, я утробно зарычал, как зверь, охраняющий свою пару. Таким я и был. Неестественное создание, чьим единственным лучиком света стала ведьма-некромансер с ее саркастическими шутками, любовью к выпечке и океану, невероятной храбростью и смелостью.

Она не принадлежала этому миру. Покров не имел права забрать ее!

Если бы только у меня была магия крови, я смог бы ей помочь. Но я – бессилен. Слабак, не способный защитить свою девушку.

– Я всего лишь осмотрю ее, – процедил Александр, пытаясь разомкнуть мои руки, плотно обнимающие тело девушки.

– Не смейте! – закричал я.

Тут открылся портал, и из него выпрыгнула Гарцель. Мне пришлось отпустить Мору. Ведьма подняла ей веки, и под ними оказались залитые кровью глазные яблоки. Гарцель закусила губу, а я плотно сжал зубы. Пока Мора дышала, а ее сердце билось, точно у воробья, она могла восстановиться после потери магии. Так ведь?

В прошлый раз она была в сознании и смогла подпитаться от меня. Получится ли вылечить ее сейчас?

Послышался крик. Я машинально обернулся и увидел то, что напугало меня до чертиков. По спине прошел холод.

Иосиф уже восстановился и, судя по всему, решил, что больше нет нужды скрывать свою истинную сущность. Он взмахнул руками и отбросил сдерживающих его плантансеров. Один из них ударился о лавочку, послышался хруст. Голова мага неестественно повисла, шея странно изогнулась. Иосиф подошел к жертве и разрезал ей запястье. Кровь стекла по Империальной звезде, и спустя мгновение маг быстро засунул артефакт в карман.

Из другого кармана его не по росту коротких брюк торчало что-то еще. Несложно было догадаться, что именно.

– Почему вы не забрали артефакты? – закричала Гарцель на плантансеров, которые приходили в себя после удара магией.

Я отвернулся от спорящих магов и осмотрел кладбище.

Где же Морро и Зельда? Их и след простыл.

Девушка дернулась в моих руках, и я тут же обратил все внимание на нее. Маги разберутся с Иосифом и артефактами, а моим приоритетом оставалась Мора.

Как она смогла почерпнуть из меня силу, когда перенесла мага из лимбо в артефакт? Придется импровизировать. Во мне была часть ее магии, и я, не раздумывая, засунул руки ей под свитер, чтобы касаться кожи. А затем попытался влить в ее тело всю свою силу.

– Что ты делаешь? – хрипло спросила сестра.

Я не смог ответить, потому что, зажмурившись, пытался вылечить Мору. Ничего не происходило, хотя я и молил ее услышать меня, принять поток моей энергии.

Затем я поцеловал ее холодные безжизненные губы, и что-то потянуло меня к ней. Тонкая от недостатка магии ниточка, что все еще теплилась между нами, начала крепнуть. Мора брала у меня силу, хотя и совсем немного, будто через узкую коктейльную трубочку.

– Ну же, ну же, любимая, – шептал я.

На фоне кто-то кричал, но я заглушил окружающий мир, сосредоточившись только на Море. Она открыла глаза, хотя ее веки оставались опухшими, и забегала взглядом по мне, будто проверяла на наличие ран. Будто это не она совершила тяжелый ритуал, который, похоже, даже и не сработал. Она будет расстроена.

– Нам нужно перестать спасать друг друга от смерти, – улыбнулся одним уголком губ я и осторожно коснулся ее щеки.

И тут кладбище сотряс мощный взрыв.

Сквозь пелену пыли я смог разглядеть человеческие фигуры в странной одежде. Большинство из них были испачканы в крови. Похоже, что некоторых магов Верховенств отбросило взрывом на другую сторону кладбища. В ушах звенело. Я закрыл Мору спиной, но никаких осколков в нас не прилетело. Словно взорвался сам воздух, однако он не смог вырвать тяжелые каменные надгробия из земли, да и лавочка осталась на месте.

Позади меня послышался шум, но все звучало, как под водой. Маги Верховенств оказались совсем рядом. Я выцепил глазами некромансеров, трансмансеров и плантансеров – почти все были на месте.

Тогда кто же стоял по ту сторону взрыва?

Мора оставалась в сознании и тоже озиралась. Я запретил ей подниматься и прижал к земле грудью.

– Они здесь, – едва слышно произнесла она. – Я чувствую их.

Мне пришлось прислонить ухо к ее губам, чтобы расслышать.

– Кто?

– Маги из лимбо… Они… увязались за нами… все.

Кто бы это ни был, они приближались. Фигуры медленно продирались через облако пыли, будто заново учились ходить. Их поведение напомнило мне меня самого, когда я проснулся в лесу, воскрешенный и потерянный. В желудке бурлило.

– Она должна быть среди них… – прохрипела Мора и попыталась подняться.

Я сразу понял, что она говорит о Тамале, поэтому не стал ей мешать. Мора едва ли могла сама пройти больше пары метров, а пыль еще и вызвала бы у нее удушающий кашель. Я закрыл нос рукавом, проследил, чтобы Мора повторила действие, и только тогда поднял ее на ноги.

– Мора! Не смей приближаться! – воскликнула Гарцель. – Ты даже не представляешь, что натворила!

Я ожидал гнева в голосе главы некромансеров, но вместо этого услышал… страх. Мора выпустила на волю нечто, чего боялась сама Гарцель.

– Мама… Она должна быть здесь. Если все маги из лимбо смогли покинуть измерение, то и она тоже!

У Моры словно открылось второе дыхание. Позабыв усталость после ритуала, она твердо встала на ноги и побежала в сторону главной суматохи. Я попытался остановить ее, задержать, прижать к себе, чтобы ей больше ничего не угрожало. Но стоило ей жалобно взглянуть мне в глаза, я ее отпустил, хотя и держался на полшага позади.

Туман рассеялся, и фигуры уже не казались такими неестественными – это были обычные люди, в разной степени покрытые кровью, в рваной одежде и с взъерошенными волосами. Но хуже всего – каждый из них скалился, готовясь к нападению.

Я выискивал в толпе знакомое лицо, напоминающее более взрослую и уставшую версию моей девушки, но среди магов его не нашлось. Я насчитал по меньшей мере двадцать фигур, и некоторые, несомненно, уже прятались где-то на кладбище, опасаясь прямого столкновения. Если отец чему-то и научил меня, так это тому, что на каждом поле боя были тру́сы.

Мора ускорила шаг.

– Нет, нет, нет… – шептала она.

Она вертела головой, лихорадочно озираясь.

Однако ее матери среди магов не оказалось. К нам приближался хромающий Иосиф, который вырвался из рук Верховенств во время взрыва.

– Мама! – заверещала она, и в этом крике было столько боли и тоски, что я сжался.

Я ощущал эту боль, будто свою.

– Не ищи ее, девочка, твоей матери здесь нет, – сказал Иосиф.

Мора упала на колени и растворилась в оглушающих рыданиях.

– Что значит ее нет? Где она? – прорычал я.

– В лимбо ее никогда и не было, – прозвучал женский голос справа.

Перед нами оказалась смуглая незнакомка с копной распушившихся черных кудрей в запылившемся зеленом платье с дыркой на груди. В руке она держала миску с остатками крови Моры. Незнакомка обмакнула в нее палец. Я с ужасом осознал, что маги восстанавливались слишком быстро, и они вовсе не напоминали бледнокровок, вернувшихся из Покрова.

У этих магов сохранилась сила.

Я рывком поднял Мору на ноги и прижал к себе. Она заскулила.

«Мора, доченька, где ты?» – произнесла у меня в голове женщина. Голосом, который ужасно походил на голос Тамалы.

Мора жалобно взглянула на меня, и я понял, что она передала мне то, что услышала сама.

Я знал, что женщина, стоявшая перед нами, – один из самых сильных гемансеров. Она воздействовала на разум человека и могла заставить видеть или слышать все, что заблагорассудится, стоит ей завладеть кровью жертвы. Такие маги очень давно не рождались из-за того, что предки Миноса вырезали их линию за неповиновение и противостояние королевской семье.

Значит, Мора правда видела и слышала кого-то из лимбо, вот только не свою мать. Эта ведьма выдавала себя за Тамалу!

Всхлипы Моры усилились, а затем она закричала на все кладбище, точно раненое животное. Она все поняла.

Я попятился, краем глаза заметив, как члены Верховенств приблизились к нам. Восставшие из мертвых маги по численности превышали нас, и оставалось лишь надеяться, что они были слабее после волшебного оживления.

Поляна, где совсем недавно Мора и Иосиф держались за руки, открывая путь в другое измерение, заполнилась напуганными магами. Они топтали чужие могилы, совершенно об этом не заботясь.

Меня будто окатили ведром ледяной воды. Я зарычал. Недоуменные взгляды встретили меня, и зрение застелило алым.

– У них ее кровь! – дрожащим голосом произнес я.

Кто-то громко выругался. Я нашел взглядом сестру, которая, побелев как простыня, внимательно наблюдала за происходящим с кинжалом в руке.

Чьи-то холодные ладони легли мне на плечи, и я дернулся, готовясь к драке. Но передо мной стояла Гарцель. Нахмурившись, она взглянула на Мору, и ее глаза наполнились слезами.

– Я делаю это для нее, но в последний раз, – сказала ведьма и, открыв портал, грубо пихнула нас прямиком в черную дыру.

Мора не сопротивлялась. Она повалилась в пропасть, хватаясь за мою куртку как за спасательный круг.