Помимо очередной неудачи в чемпионате среди пилотов и Кубке конструкторов, в конце 2018 года Маурицио Арривабене и «Феррари» получают весьма неожиданный подарок – «Золотой тапир», врученный итальянской развлекательной программой Striscia la notizia. Этот шуточный трофей в форме тапира символизирует насмешку над неудачей.

«Надеюсь, что в следующем году символом «Феррари» не станет гарцующий тапир», – заявляет Валерио Стаффелли, ведущий программы, вручая эту столь особенную награду. Время покажет.

Ясно одно: обстановка в команде «красных» накаляется. Грядут изменения. 7 января 2019 года об этом объявляют на первой странице газеты La Gazzetta dello Sport. Над первой полосой номера, восхваляющей достоинства Кшиштофа Пентека, футболиста команды «Дженоа», можно увидеть два слова: Rivoluzione rossa («Красная революция»). В «Феррари» объявляют не о бунте, а о революции, заменяя Маурицио Арривабене на Маттиа Бинотто. Информация оказалась неожиданной даже для некоторых сотрудников в Маранелло, что подчеркивает силу спортивной прессы в Италии.

«7 января 2019 года я сам еще не был уверен, что произойдет, – рассказывает Альберто Антонини. – Маурицио позвонил мне в шесть утра и сказал: «Я только что прочитал La Gazzetta. Все решено». Мы сами не были уверены, что Маурицио покинет команду, но в газете это было написано черным по белому. Я думаю, что иногда пресса, особенно La Gazzetta, играет политическую роль. Это газета, которая становится оружием, если кто-то хочет сделать посыл или намек. Они были первыми, кто сообщил об увольнении Бинотто в конце 2022 года, так же как и об уходе Маурицио. Это нормально, что у журналистов есть влиятельные источники. Но когда информация, которая обычно должна оставаться конфиденциальной, попадает в прессу, значит, внутри есть люди, которые намеренно ее сливают».

Для Антонини и его босса Арривабене приключение с «Феррари» на этом заканчивается.

Приход Бинотто к руководству дает новую надежду тифози. Во время предсезонных тестов в Монтмело Феттель проезжает 169 кругов. Машина 2019 года кажется надежной и конкурентоспособной, что позволяет мечтать о возвращении «Феррари» к славным временам 2000-х. Молодость и стремление его напарника Леклера радуют глаз и внушают большие надежды. Оба пилота много обсуждают каждый аспект автомобиля.

«Это очень важно для того, чтобы направить команду в правильное русло. Но он хочет победить меня на трассе, как и я хочу победить его. Если вам интересно, я не иду к нему за советами, но я изучаю его данные и смотрю, как он работает с командой. Это помогало мне в течение двух недель тестов», – признаётся монегаск [158].

Если тренировочные тесты в начале сезона проходят под знаком сотрудничества, на трассе Леклер быстро показывает зубы. Во время Гран-при Австралии, омраченного скоропостижным уходом из жизни директора гонок Чарли Уайтинга, монегаск начинает теснить Феттеля, оказывая давление и показываясь в зеркалах заднего вида. Но иерархия остается неизменной, и пока очевидно, что Себастьян защищен привилегией своего статуса. В результате он финиширует впереди Леклера… но не на подиуме. Настолько многообещающая на тестах «SF90» оказывается далеко позади «Мерседеса». Это уже начинает напоминать старую историю.

В Бахрейне требуется немедленный ответ. Но он исходит не от того гонщика, от которого ожидали. Хозяином уик-энда в «Феррари» становится именно Леклер. Завоевав поул, монегаск сражается со своим напарником на старте и одерживает верх. Феттель же сталкивается со своими старыми демонами, вылетев с трассы после очередной дуэли с Хэмилтоном. Долгое время возглавляя гонку, Леклер готовится впервые победить в «Формуле-1», когда его двигатель начинает терять мощность. «Серебряные стрелы» обходят его без особых усилий, но молодой волк Скудерии чудом спасает третье место благодаря вмешательству пейс-кара.

Неудачника дня, молодого Шарля утешает лично Хэмилтон, а также все сотрудники Скудерии, которые видят в нем морального победителя гонки. Что касается Феттеля, он тихо пакует вещи после очередного разочарования, финишировав лишь пятым.