В «Формуле-1» все может произойти очень быстро. Воскресенье, 10 июня 2007 года, Монреаль, 13:41 по местному времени. Пытаясь обогнать «Тойоту» Ярно Трулли, Кубица теряет часть своего переднего антикрыла. На высокой скорости его машину немного заносит, и, наехав на неровность, она подлетает. Колеса вновь касаются земли, но через секунду «БМВ» с силой врезается в стену в шпильке на трассе имени Жиля Вильнева. Столкновение происходит на скорости 230 километров в час. Перегрузка составляет 75 g. Болид переворачивается и замирает рядом с ограждением.

Не проходит и пяти секунд после аварии, а медицинская бригада уже извлекает польского гонщика из болида, носилки готовы, и Кубицу эвакуируют в больницу «Сакре-Кер». Медицинское заключение об этой ужасной аварии? Растяжение лодыжки и легкая черепно-мозговая травма.

Чудо, еще одно чудо. Быстро восстановившись, Кубица заявляет о своем желании участвовать в гонках уже на следующей неделе в Индианаполисе. В «БМВ» сохраняют осторожность. Это рискованно. А если с ним произойдет что-то еще? В понедельник поляк садится на самолет из Монреаля в Индианаполис. В среду он участвует в протокольных пресс-конференциях. Но через 24 часа врачи FIA после нового медицинского обследования непреклонны: Кубица останется перед телевизором. Уроженец Кракова в ярости.

В «БМВ» должны действовать оперативно. Марио Тайссен достает телефон и набирает номер.

«Готовься, завтра утром за рулем будешь ты», – говорит он своему собеседнику почти приказным тоном [52]. Разговор краткий. На другом конце провода Себастьян понимает, что его момент наконец настал. Это будет он и никто другой. Его соотечественник Тимо Глок, в то время четвертый пилот «БМВ» и поначалу рассматривавшийся в качестве замены Кубице, исключен. В плане логистики команда была уже полностью готова для принятия Себастьяна. И поскольку приходилось действовать второпях, сложно было успеть сделать новую подгонку кресла. По крайней мере, такова официальная версия.

Но у Карин Штурм другое мнение. «Недавно Тимо признался, что в Индианаполисе в 2007 году один из инженеров «БМВ» позвонил ему и сказал, что они подготовили кресло и ему тоже, чтобы он мог участвовать в гонке[10]. В конце концов, я думаю, что решение принял Марио Тайссен. Я считаю, что Тайссен всегда был очень уверен в Феттеле», – признаётся она.

Вскоре после звонка своего босса Феттель созванивается с родителями, чтобы сообщить им новость. Но у него нет времени радоваться: нужно настроить кресло, пройти серию тестов и обсудить детали с механиками. Они совместно изучают данные. Себастьян записывает и запоминает всю ключевую информацию. Его присутствие на гран-при в качестве третьего пилота помогает ему быстрее обрести уверенность благодаря многочисленным приобретенным навыкам. Оказавшись на знаменитой американской трассе, он делает несколько кругов во время тренировки и знакомится с легендарным бэнкингом[11] Индианаполиса.

В пятницу он уже в кокпите, наблюдаЕТ за тем, как механики отрабатывают пит-стопы.

Соперничая с Хайдфельдом, он знает, что должен выложиться на максимум. Последний показал лучший результат команды неделю назад, финишировав вторым в Канаде.

«Я думаю, что он подойдет к гонке с осторожностью, и надеюсь, что сможет продемонстрировать лучшие качества машины», – подводит итог Марио Тайссен перед первой свободной сессией [53].

Феттель осознаёт, что возможность проявить себя, подобная этой, выпадает очень редко. В поисках места в составе на 2008 год он более чем мотивирован показать все, на что способен.