Юнь Шэнли распахнул оконные створки и выглянул наружу. Пейзаж, открывающийся со второго этажа, был завораживающим, однако мысль о прыжке с такой высоты казалась неразумной.

– Ган Чи и труп в похоронном бюро – две разные девушки.

– Труп подменили? – спросил Яо Линь, нервно поглядывая на дверь. Он боялся, что в любой момент сюда может ворваться разъяренная Фу Чан.

– И да и нет. – Юнь Шэнли смог бы сбежать через окно, а вот Яо Линь, да еще в таком неудобном наряде, – вряд ли. – Ладно. Ладно! Бежим через главный зал! Мои подчиненные уже ждут нас снаружи.

Яо Линь недоверчиво вздернул брови. Какое-то странное чувство вспыхнуло в его груди. Чувство неминуемой неудачи. Чтобы он еще хоть раз доверился Юнь Шэнли!

Когда они выбежали в коридор, с другой стороны уже показалась стража.

– Вот старая ведьма! Когда она успела узнать меня?! – Юнь Шэнли выругался и потянул Яо Линя в сторону лестницы.

Шум сверху привлек внимание посетителей, и они начали суетиться:

– Ох, что там происходит?

Девушки «Дома Пионов» замерли и переглянулись. Они услышали крик хозяйки и поняли, что с Бай Няо, скорее всего, было что-то не так. Они даже не удивились тому, что девушка уже успела что-то натворить.

На лестнице мужчины столкнулись с одним из стражников, и Яо Линь пнул его с такой силой, что тот кубарем покатился вниз. Это действие только добавило суматохи, но зато позволило им выиграть время.

Юнь Шэнли присвистнул.

– Вот поэтому мы и остановились на твоей кандидатуре!

– В тот коридор! – Яо Линь указал на узкий проход, едва заметный в полумраке.

Он схватил Юнь Шэнли за руку и потащил в нужном направлении, пробираясь сквозь толпу. Его дни в этом заведении не прошли даром, он запомнил расположение каждой комнаты и каждого выхода.

– Это из-за одного меня она так разозлилась, что пустила в ход всю свою стражу?

Юнь Шэнли чуть не врезался на ходу в какого-то посетителя, выкрикивая:

– Боюсь, это на меня она затаила обиду, а ты просто подлил масла в огонь!

Они выбежали наружу и оказались в уютном саду, окруженном высокими стенами. Юнь Шэнли с легкостью взобрался на ограду и протянул руку Яо Линю, помогая тому подняться.

– Уф, на вид ты легче…

– Замолчи! – Яо Линь еле вскарабкался на стену.

Собственная беспомощность его так разозлила, что он захотел придушить главу Ведомства прямо на месте.

Юнь Шэнли умело вел его по узким переулкам, постоянно меняя направление и пытаясь запутать стражу Фу Чан. Он свернул на ту улицу, где их ждало подкрепление, но им тут же перекрыли дорогу. Два человека бросились в атаку, и Юнь Шэнли, не теряя времени, выхватил из-за пояса меч, ловко отбив их клинки.

Яо Линь, оставшийся чуть в стороне, напряженно наблюдал за схваткой, но не собирался вмешиваться. Внезапно на крыше ближайшего дома появился человек в черном, который натянул тетиву лука, нацелившись прямо в Юнь Шэнли. Яо Линь, быстро оценив ситуацию, подобрал небольшой камень и, взвесив его в руке, сделал точный бросок.

Бам!

Снаряд поразил неизвестного в плечо, и тот едва не рухнул с крыши.

Яо Линь подобрал еще один камень, но человек в черном испарился так же быстро, как и появился. Стряхнув пыль с рук, Яо Линь мысленно добавил Юнь Шэнли еще один долг.

Но кто это был? Точно не стражник Фу Чан. Снова загадочная фигура, раздающая направо и налево яды? Но времени на размышления не было, поэтому Яо Линь оставил эти мысли.

Юнь Шэнли неожиданно начал сдавать позиции. Его ноги заметно ослабли, дыхание стало рваным, а удары – хаотичными. И как только противники подумали, что пора заканчивать, и бросились добивать его, Юнь Шэнли неожиданно для них нанес сильный резкий удар. Стражники тут же отлетели в сторону, упав на грязную мокрую улицу.

Юнь Шэнли использовал уловку, на которую сам когда-то попался во время тренировок на подпольной арене, – сначала убедить противника в своей слабости, а потом ударить исподтишка посильнее. Это было пусть и не по правилам боя, но зато очень действенно.

– Ох, глава Юнь, вы такой благородный противник! – Подметив этот прием, Яо Линь медленно захлопал в ладоши, явно издеваясь.

Отбившись от двух стражников, Юнь Шэнли повернулся к спутнику и закричал:

– Бежим!

Они рванули в противоположном направлении, но их и там настигли люди Фу Чан.

– Кажется, они загоняют нас в угол!

Нырнув в один из переулков, они попетляли по кварталу и смогли немного оторваться от преследователей, но очередной поворот привел их на берег Хунхэ. Выбежав вместе с Юнь Шэнли на деревянный помост, Яо Линь остановился и взвесил их шансы на спасение.

За спиной уже маячили огни факелов, а впереди шумела холодная река. Бежать им некуда.

Юнь Шэнли тоже лихорадочно обдумывал их положение. Стражников было не меньше десятка, и если они их окружат, он навряд ли сможет отбиться, да и защита Яо Линя потребует от него дополнительных усилий.

Выход был только один.

– Прыгай!

Яо Линь впился в Юнь Шэнли гневным взглядом и стукнул его ладонью по плечу:

– У тебя все хорошо с головой?! Сейчас ранняя весна, вода ледяная!

Юнь Шэнли продолжил настаивать, не разделяя его переживаний:

– Потом согреемся! Сейчас главное – сбежать!

Яо Линь оглянулся назад на переулок, в конце которого уже появились стражники Фу Чан.

– Где твои люди? Разве они не должны тебя защищать?!

Юнь Шэнли представил, что сейчас могли делать его подчиненные. Глава поручил им присматривать за главным входом, но они, разумеется, не сразу додумаются, что нужно окружить весь публичный дом! Скорее всего, его люди просто не заметили их побега!

– Они, наверное, засели у главного входа и пропустили нас, – смущенно предположил Юнь Шэнли. – Чжи Хань, паршивец, как только покажешься, я тебя придушу!

Стражники Фу Чан уже подошли к деревянному помосту, поэтому Юнь Шэнли решил пойти на отчаянный шаг:

– Прости!

С этими словами он резко притянул Яо Линя к себе и, собрав все силы, вместе с ним упал в ледяные воды Хунхэ. Течение тут же подхватило их, поэтому стража, столпившаяся на помосте, могла лишь бессильно наблюдать, как силуэты беглецов растворяются в темноте, становясь все меньше и меньше с каждой секундой.

Тем временем сидящий в засаде Чжи Хань оглушительно чихнул:

– Апчхи!

Он растерянно потер нос и взглянул на Сунь Юаня:

– Сяо Сунь, меня, наверное, кто-то вспоминает?

Сунь Юань посчитал своим долгом проигнорировать его.

– Что-то глава там долго, – беззаботно заметил Чжи Хань, пожимая плечами и устраиваясь поудобнее у стены. – Может, он нашел какую-то очаровательную красавицу и решил жениться, оставив пост в Ведомстве? Тогда я снова стану главой!

Теперь уже остальные подчиненные посмотрели на него непонимающими взглядами.

Чжи Хань, разумеется, не хотел терпеть их осуждение:

– Что? Амбиции всегда должны быть выше чувства стыда!

Сунь Юань резко накрыл рот болтающего заместителя ладонью и напряженно посмотрел на вход в бордель.

– Тсс! Замолчи, – прошептал он. – Похоже, что-то происходит.

И в самом деле, в главный вход забежали стражи «Дома Пионов» – их выдавали темно-красные одежды и короткие мечи, висящие у бедра.

– Стоп! Люди Фу Чан возвращаются! Но когда они успели выйти?

Вырвавшись из его хватки, Чжи Хань сплюнул и нервно спросил:

– Глава нас убьет?

Сунь Юань тяжело сглотнул:

– Без сомнения…

* * *

Юнь Шэнли вынырнул на поверхность и жадно глотнул свежего воздуха.

Следом показался и Яо Линь. Он по неосторожности нахлебался воды и теперь судорожно пытался откашляться.

– Ты в порядке? – Юнь Шэнли схватил Яо Линя, помогая ему оставаться на плаву.

Яо Линь отрицательно замотал головой. Он не был в порядке. Рядом с Юнь Шэнли он всегда не в порядке.

Быстрое течение Хунхэ унесло мужчин за стены столицы, прежде чем они смогли доплыть до той части реки, где воды были спокойными и не мотали их во все стороны, словно сухие листья. Вскоре беглецы достигли мелководья, и Яо Линь наконец почувствовал твердую землю под ногами. Берег был усеян деревьями, а на земле валялись ветки и бревна, выброшенные рекой. Довольно непримечательный пейзаж.

– Чуть не утонули! – сказал Юнь Шэнли, стряхивая песок с одежды.

– Да нас чуть не убили! – напомнил ему Яо Линь.

Юнь Шэнли отмахнулся:

– А, это пустяк.

Яо Линь даже не нашелся что ответить.

Он оценил свое жалкое состояние. Речная вода насквозь пропитала легкие одежды, которые и раньше-то едва согревали, а теперь и вовсе мерзко прилипали к телу, отчего становилось только холоднее. Он смахнул с плеч свои мокрые волосы и задрожал.

Юнь Шэнли непроницаемым взглядом окинул Яо Линя с головы до ног, и в его глазах промелькнула жалость. На мгновение неприятно закололо в груди, но глава списал все на усталость.

– Чего смотришь? – Яо Линь заметил взгляд и подумал, что этот демон сейчас над ним глумится.

Юнь Шэнли отвернулся, и на его губах сама собой расцвела улыбка.

– Ничего, просто твое одеяние промокло…

Яо Линь фыркнул, не замечая жалости в чужом голосе, и просипел:

– Так твое тоже.

Юнь Шэнли почувствовал, что лучше не продолжать разговор, который уже начал становиться бесполезным. Да, ему было жаль. Из-за него Яо Линь промок до нитки в ледяной реке, одетый при этом в легкий женский наряд.

Ноги главы неожиданно подкосились, и он опустился на землю, чтобы перевести дух и прийти в себя. Даже он, Юнь Шэнли, иногда нуждался в отдыхе.

Яо Линь выжал воду из широких рукавов и посмотрел на развалившегося на земле главу Ведомства:

– Что теперь Фу Чан с нами сделает?

Юнь Шэнли покачал головой:

– Это неверный вопрос. Надо спросить так: «Что мы теперь с ней сделаем?»

Яо Линь закатил глаза от чужого бахвальства, понимая, что глава опять что-то придумал.

– Как ты думаешь, почему я не приходил к ней сам, чтобы расследовать дело? Это была уловка, – сказал Юнь Шэнли, уверенный в своих словах.

– Что ты имеешь в виду? – с недоумением переспросил Яо Линь.

– Фу Чан превысила свои полномочия, напав на главу Ведомства, и помешала расследованию дела, в котором сама же является заявителем, – продолжил Юнь Шэнли хитрым довольным голосом.

Дело с подпольной ареной научило его провокации. Теперь у него есть все основания, чтобы взять госпожу Фу под стражу и подать на нее жалобу императору. И отец не сможет предъявить ему, что он потревожил ее первый. Фу Чан сама попыталась обмануть главу Ведомства, который просто не позволил хозяйке борделя этого сделать.

– То есть ты организовал все это, чтобы вывести Фу Чан на чистую воду?

Юнь Шэнли кивнул:

– Мне нужно было узнать, почему Фу Чан не дает нам расследовать дело. А о том, что Ган Чи может быть жива, я думал уже во время осмотра тела утопленницы.

Юнь Шэнли вспомнил тот день, когда он вместе с Чжи Ханем и Сунь Юанем посетил похоронное бюро. Отправив своих помощников на поиски возможных родственников Ган Чи, он так и не смог избавиться от ощущения, что здесь было что-то не так, поэтому решил осмотреть труп утопленницы еще раз. Тогда-то у него и появилась мысль о том, что тело не принадлежало Ган Чи. Когда тело только попало в их руки, оно уже выглядело так, словно пролежало в воде намного дольше, чем должно было.

– По словам хозяйки борделя, Ган Чи пропала вечером, а ее якобы «труп» нашли утром через пару дней. Но тело, которое мы видели в похоронном бюро, явно находилось в воде намного дольше. Гробовщик тогда не обратил на это внимания, не зная, когда утонула девушка и через сколько ее нашли. И лишь когда мы серьезно взялись за дело Ган Чи, он заподозрил неладное. Тело уже начало разлагаться, причем сильно, но в ледяной реке труп не мог так сильно испортиться всего за пару дней. Когда девушка утонула в первый раз, процесс гниения еще не начался из-за холода, и лишь когда ее вытащили из воды, она подверглась разложению. Не успели девушку толком похоронить, как ее тут же выкопали из могилы и снова сбросили в воду. Это поистине жестоко. Все это подтверждает гробовщик. Он рассказал о том, как девушки были удивительно похожи, просто он не мог и подумать, что это один и тот же труп, только при разных обстоятельствах. Скорее всего, Ган Чи, чтобы сбежать вместе со своим сообщником, выкопала труп утопленницы, нарядила в свои одеяния и бросила обратно в реку. Все было сделано так с целью запутать и нас, и хозяйку борделя, чтобы мы подумали, будто Ган Чи уже мертва.

Яо Линь с тяжестью на сердце спросил:

– А что же тогда за девушка утопилась?

Юнь Шэнли подобрал камешек и бросил его в реку, наблюдая, как волны расходятся по воде во все стороны. Это не первое его тяжелое дело, но иногда сложно осознавать, что человеческая жизнь может оборваться так легко.

– А вот это как раз самоубийство. Делом занялась Цзиньчэнская управа, а после его передали нам на рассмотрение. – Юнь Шэнли, разумеется, еще накажет Чжи Ханя за пренебрежение к его обязанностям, но больше всех он сейчас винил себя: бросил Ведомство ради того, чтобы заявить о себе не где-нибудь, а на арене, полной ушлых преступников и убийц. – Потом по городу все же прошел слух об утопившейся невесте. Молодая госпожа из семьи Гу. Семья хотела отдать ее замуж за влиятельного человека, но она влюбилась в юношу из небогатой семьи. Будучи дочерью от законной жены, госпожа Гу не могла позволить себе брак с человеком ниже по статусу. Ее возлюбленный обещал ей хорошую жизнь, но ничем свои слова не подтверждал и не пытался жениться на ней. Из-за сложившейся ситуации и угрозы вынужденного брака госпожа Гу нарядилась в свадебное платье и пошла к реке, где и утопилась. Мы искали случаи, похожие на самоубийство Ган Чи, за последнее время, и только этот подходил больше всего. Мы вызвали семью Гу в похоронное бюро, и они подтвердили, что труп, который все мы считали телом Ган Чи, – это их дочь. Узнали ее по шраму на ноге.

Яо Линь был поражен, но все еще не понимал мотивов Ган Чи. Запутать Ведомство и Фу Чан было не так просто, но у нее почти получилось это сделать. Только для чего?

– Зачем они все это сделали?

– А это спросим у них самих. После твоего письма и твоих рассказов о тайнике меня посетила еще одна догадка. О близости девушек из борделя. Я отправил людей к публичному дому, и последние несколько дней они следили за всеми, кто выходит и входит, особенно за охранниками, простыми работницами и девушками. И они нашли ту, что нам нужна. Девушка по имени Ци Хоу. На протяжении нескольких дней она тайком отлучалась из борделя, перелезая через дальнюю стену в саду, и прятала письма в щель одного из домов в переулке неподалеку. А потом оттуда их забирали неизвестные люди. Разумеется, мы перехватили одного из них, но вытянуть из него что-то не смогли. Он не передавал письма из рук в руки, а просто оставлял их в других таких же укромных местах, так ему еще и платили за это… Но все же мы нашли зацепку – теперь мы знали, где, а главное, как можно выловить Ган Чи. Ци Хоу оказалась нам весьма полезна… – Юнь Шэнли удовлетворенно потянулся, радуясь про себя глупости молодой куртизанки. – Хотя Ган Чи уже сбежала из столицы, что, разумеется, все усложняло, но она и девушки из борделя были очень близки, если судить по их письмам. И скорее всего, информацию о пустом тайнике девушкам рассказала сама Ган Чи, иначе они бы вынесли оттуда все, что плохо лежит, как ты и говорил. Чтобы делиться такими вещами, нужно доверять друг другу. Тогда мне пришла в голову одна идея. Мы пустили слух, что всех девушек возьмут под стражу по обвинению в убийстве Ган Чи, и следили, чтобы ни одна случайная сплетня о борделе не дошла до нее. Кроме той, что должна была привести ее к нам. Самое сложное было сделать так, чтобы слух не дошел до Фу Чан. Если бы она что-то услышала, то, скорее всего, не восприняла бы всерьез. Люди болтают, любят припугнуть: мол, Ведомство наказаний придет за ней. Теперь осталось узнать, клюнула ли Ган Чи на наживку.

Яо Линь засомневался. Он не мог поверить, что после всего произошедшего девушка вдруг захочет вернуться в бордель. Но еще больше его беспокоила самоуверенность Юнь Шэнли: когда он снова возьмет верх, его высокомерие станет еще более невыносимым.

– Ты думаешь, она вернется? Ган Чи провернула все это только для того, чтобы вернуться?

Юнь Шэнли не отступал:

– Думаю, она все же чтит привязанности.

– А кто помог тебе распустить слухи?

– Ах, это твой слуга постарался! – радостно ответил Юнь Шэнли. – Стоило сказать, что если он не использует постоялый двор как рассадник сплетен, то больше никогда тебя не увидит.

– Какой же ты…

– Какой? – Глава Ведомства пожал плечами. – Что, не можешь слов подобрать? Я же шутил с ним. Или мои шутки настолько непонятны?

Помимо постоялого двора им также помогали тайные связи в Ведомстве. Они использовали своих шпионов, попутно ища Ган Чи в возможных местах, где она могла появиться.

Яо Линь вспомнил сестриц из «Дома Пионов» и не мог не спросить:

– А что же девушки в борделе?

– Как ты и выяснил, они, похоже, были в курсе происходящего и даже принимали активное участие в побеге Ган Чи. Но я не могу точно утверждать за всех.

Яо Линь издал смешок. Юнь Шэнли здорово разыграл эту партию, а он, к сожалению, оказался пешкой в игре.

– Ты все хорошо продумал, чтобы вывести Фу Чан из себя. Без ее активного сопротивления у тебя не было никаких поводов придираться к ней, а вот у нее были все основания докучать Ведомству. Если бы ты без доказательств вины схватил ее, она могла бы нажаловаться императору, что добавило бы новых хлопот, как и с госпожой Иньхань. Ты все же умеешь думать. Но теперь Фу Чан виновата в нападении на главу Ведомства, а ее работница хоть и не убила никого, но все же незаконно раскопала могилу и похитила тело. Ты ловко обвел ее вокруг пальца. И в этом всем есть и моя заслуга. – Яо Линь подошел к нему и поднял подбородок, чтобы заглянуть в глаза Юнь Шэнли, которые все еще полнились уверенностью. – Ты дал ей поверить в то, что она на мне заработает. Но после, конечно, иллюзия разрушится, потому что она узнает, что я – твой человек.

Юнь Шэнли чуть откинулся назад, и его взгляд задержался на лице Яо Линя. Иногда тот говорил вещи, которые раздражали главу до дрожи, до желания заткнуть хозяина постоялого двора, чтобы не слышать больше ни слова. А иногда Яо Линь заставлял прямо-таки восхищаться сказанными им вещами.

– Ты умен. С такими крохами информации смог раскрыть мои намерения. Все еще не хочешь работать на меня?

– С такими помощниками, как у тебя, неудивительно, что ты хочешь иметь в своем окружении более смышленого человека. Но я не готов отдавать себя в руки такого, как ты.

Яо Линь отстранился. Заметив на земле ветку, он подобрал ее и бросил прямо в сторону Юнь Шэнли. Глава Ведомства ловко подскочил и увернулся.

– Эй, ты чего?

Яо Линя еще никогда так не обманывали. С детства он привык сторониться людей и не подпускать никого близко. Небольшое исключение сделал только для Юнь Шэнли… Но этот пес посмел его обмануть! Посмел пренебречь его доверием!

Яо Линь сделал шаг назад и коротко поклонился Юнь Шэнли, как будто отдавая дань уважения. Но движения хозяина постоялого двора были скованными и слишком наигранными.

– Уважаемый глава Ведомства! Прошу простить этого недостойного за непозволительное обращение с вами, но вы того заслужили!

На мгновение показалось, что Яо Линь успокоился, но тут он холодно посмотрел на главу Ведомства и метнулся вперед, замахнувшись при этом рукой, будто желая залепить Юнь Шэнли пощечину. Однако ладонь так и не достигла цели: глава крепко схватил чужое запястье, не позволяя себя ударить.

– Снова бьешь исподтишка? – Его глаза блеснули, а лицо исказилось в хищной усмешке, обнажая зубы. – Лучше бей в открытую, Яо Линь.

Хозяин двора попытался выдернуть руку, но хватка главы Ведомства была слишком крепкой.

– Ты мог просто послать туда любую девушку! Опять пожелал меня унизить?!

Юнь Шэнли хотел успокоить Яо Линя, но тот вывернулся-таки и, как раненый зверек, снова попытался напасть. Они обменялись парой ударов: один атаковал, другой защищался. Юнь Шэнли про себя поразился тому, насколько оказались хороши чужие навыки боя. Он всегда знал, что Яо Линь не так прост, но теперь в сердце главы зародилось еще больше сомнений.

Яо Линь дрался яростно и ловко, поэтому Юнь Шэнли был вынужден отступить. Но в решающий момент глава схватил соперника, блокируя руки, не давая возможности вырваться.

– Я не имел цели тебя унизить! Просто хотел вместе с тобой расследовать дело!

Яо Линь забился в его руках словно рыба, пойманная в сети.

– Да к черту твое дело! Ты мог бы сразу рассказать мне, что к чему! – Он злился на то, что Юнь Шэнли использовал его, чтобы оказать давление на Фу Чан. Так глава еще и знал и о том, что Ган Чи жива и выдает безвинно умершую девушку за себя. И ничего не рассказал!

– Ты бы тогда согласился?

Яо Линь прекратил вырываться.

Разумеется, он не согласился бы в любом случае, но то, что Юнь Шэнли не поделился с ним такой ценной информацией, задевало Яо Линя даже сильнее необходимости прикидываться работницей борделя.

– Нет!

– Ну вот! А в итоге с расследованием ты мне помог, мы узнали о тайнике, и подтвердилась моя догадка о сообщнике. Все же хорош… Ай!

Яо Линь пнул Юнь Шэнли по ноге так, что тот зашипел от боли.

И все-таки злость понемногу утихала. Яо Линь прекратил свои нападки и почувствовал, как холодный весенний ветер пробирает до костей. В попытке согреться Яо Линь обхватил себя руками и пробубнил:

– Я с тобой потом разберусь… И кстати, где твои подчиненные? Опять кого-то не того ловят?

Потерев ушибленную ногу, Юнь Шэнли достал из-за пазухи сигнальную ракету и продемонстрировал ее Яо Линю:

– Через несколько минут нас вытащат!

Он потянул за фитиль[19] и зажмурился, ожидая выстрела. Но вместо взрыва последовала лишь тишина.

Яо Линь скрестил руки на груди, с притворным удивлением спрашивая:

– Неужели промокла?

Юнь Шэнли осмотрел ракету. Бумага вокруг пороха превратилась в мокрую кашицу. Он даже не обернулся на Яо Линя, потому что знал, что над ним сейчас будут насмехаться.

– Яо Линь! Не смей!

Яо Линь еле сдерживался, но после слов Юнь Шэнли не стерпел и расхохотался:

– Ахахах! Как же ты продумал все, но не обратил внимания на такую маленькую деталь? И почему не использовал ракету до того, как мы прыгнули в реку?

Разве мог глава Ведомства признаться, что просто забыл о ней? Юнь Шэнли расстроенно сел обратно на землю и отвернулся:

– Ты всегда находишь повод для насмешек. Как я мог знать, что мы окажемся в воде? Дай Чжи Ханю ровно час, и он нас точно найдет.

Яо Линь медленной походкой подошел к главе и хотел было потрепать его по влажным волосам, но остановился на полпути с протянутой рукой.

Юнь Шэнли замер. Этот жест… Что Яо Линь хотел сделать? Снова пытался отвлечь внимание перед ударом? Юнь Шэнли поднял голову и посмотрел на мужчину перед собой с надеждой в глазах:

– Ты меня сейчас утешить хотел или снова решил пошутить?

Яо Линь же, убрав руку, просто сел рядом с ним. Ему вдруг стало жалко эту хитрую… собаку. Если не обращать внимания на обман, бахвальство и другие сомнительные моменты, Юнь Шэнли все-таки защитил его. Пусть и был тем, кто втянул Яо Линя во все это. А теперь слишком уверенного в себе главу постигла неудача, и Яо Линь вроде бы должен радоваться, но отчего-то не желал потешаться над мокрым и страшно уставшим Юнь Шэнли, однако произнес, как обычно, совсем другое:

– Если нас не спасут, то я продолжу над тобой насмехаться.

На мгновение в воздухе повисла тишина, а затем Юнь Шэнли рассмеялся – его смех был легким и приятным слуху. Они все еще сидели рядом, и впервые за долгое время между ними не было ни ссор, ни споров. Просто тишина, полная понимания.

– Господин!

Яо Линь обернулся на крик.

По берегу сломя голову бежал Сяо Ши. Увидев своего хозяина, он так обрадовался, что едва не упал от переизбытка эмоций.

Эти дни без Яо Линя действительно были тяжелыми. Слуга и рад бы был не отпустить господина к Юнь Шэнли, но что ему оставалось делать, если Яо Линь сам захотел пойти? Поэтому верный и жутко переживающий о судьбе хозяина Сяо Ши все время был поблизости от «Дома Пионов» и, чтобы разузнать о господине, даже втихоря сотрудничал с Ведомством наказаний, что не очень его радовало.

Не успел Сяо Ши как следует разглядеть Яо Линя, как перед его глазами промелькнула тень.

Сняв с себя верхнее одеяние, Юнь Шэнли завернул в него Яо Линя, будто пытаясь спрятать от чужих глаз.

– Ты что творишь? – Яо Линь попытался вырваться, но Юнь Шэнли крепко обмотал его тканью.

– Ты хочешь, чтоб все тебя в таком виде увидели?!

Яо Линь выглядел… не очень прилично. Танцевальный костюм был не слишком откровенным, однако даже так слухи о его «похождениях» разойдутся, как свежие баоцзы[20] на рынке.

– «Все» – это Сяо Ши, что ли? Он служит мне с пятнадцати лет и видел меня в самые худшие моменты моей жизни. Не переживай.

– Но он всего лишь слуга и не должен видеть господина в таком наряде! – тут же парировал Юнь Шэнли.

Яо Линь не знал, что творится в голове этого человека. Выдохнув, он постарался успокоить напарника:

– Тебя не смущает, что я выступал перед гостями борделя в таком виде?

Он вспомнил, как ему только недавно пришлось исполнять танец на глазах множества людей. Не самое достойное событие в жизни.

– Те люди в публичном доме знали тебя только как незнакомую танцовщицу. Я – это совсем другое дело! У нас на общем счету уже целое дело и скоро будет второе, – невозмутимо произнес Юнь Шэнли.

– Мы с тобой сидели здесь так долго, и ты только сейчас решил меня укрыть?! Не очень-то любезно с твоей стороны…

Подбежавший Сяо Ши тут же потянул Яо Линя за рукав, будто пытаясь вырвать из лап хищного зверя. Но Юнь Шэнли крепко вцепился в свои одежды, не желая отпускать добычу.

– Юнь Шэнли, отпустите господина!

– А если не отпущу, то что? Заплачешь?

Яо Линя продолжали тянуть в разные стороны, поэтому он не выдержал:

– Прекратите!

Они тут же остановились.

Яо Линь отступил на пару шагов и плотнее завернулся в верхнее одеяние Юнь Шэнли. Оно не давало и капли тепла, потому что было таким же мокрым, как и его одежды. Но раз Юнь Шэнли так спокойней, то пусть.

Кажется, Яо Линь нашел тактику, которая поможет справиться ему с Юнь Шэнли: сначала создайте видимость повиновения, а после разбейте все надежды этого гордеца.

Глава удовлетворенно хмыкнул и великодушно позволил Сяо Ши и дальше кружить над Яо Линем.

Вскоре с прибывшей лодки сошли и люди Ведомства наказаний. Увидев Юнь Шэнли в таком жалком положении, Чжи Хань начал еще усерднее молить о пощаде:

– Ох, глава! Как вас так далеко унесло?

– Если бы вы раньше нас заметили, то, может быть, и не унесло бы! – угрюмо проговорил Юнь Шэнли.

– Глава Юнь, это вы виноваты! Сами приказали слушаться вас, вот мы и слушались! А ваш приказ звучал так: «Следите за главным входом». Вот мы и следили только за ним, а другие выходы не проверяли…

Юнь Шэнли сжал кулаки и направился в сторону Чжи Ханя.

Тот запаниковал. Он заметил Яо Линя и решил поздороваться с ним, чтобы избежать гнева главы. Они все-таки участвовали в одной афере и теперь, наверное, даже считались напарниками.

– О, господин Яо! Вы не подумайте, мы не всегда так задерживаемся!

Яо Линь поприветствовал его:

– Заместитель Чжи, приветствую вас.

– Вы в порядке? Я переживал о вашем состоянии!

У Юнь Шэнли от их беседы на душе стало неспокойно, и он поспешил прервать обмен милостями.

– Почему это ты так вежлив с ним? – едко спросил он у Яо Линя. – Со мной ты общаешься словно с собакой…

Яо Линь усмехнулся:

– Я отвечаю добром на добро. А ты пока заслужил ровно то, чего добился сам.

Чжи Хань ощутил витающее в воздухе напряжение и решил немного сгладить углы:

– Ох, глава, вы с господином Яо, конечно, сработались лучше, чем мы…

Юнь Шэнли спокойно посмотрел на Чжи Ханя, но в его взгляде сквозила очевидная угроза.

– Я понял, понял, глава…

Странную атмосферу нарушил подошедший с новой одеждой Сунь Юань. Поклонившись, он протянул чистый комплект Юнь Шэнли:

– Глава, я принес сухое вам и господину Яо.

Юнь Шэнли все еще был зол на Чжи Ханя, поэтому решил уязвить заместителя похвалой в адрес помощника:

– Вот! Единственный хороший подчиненный!

Сунь Юань с самодовольной улыбкой повернулся к Чжи Ханю, мысленно заявляя: «Глава уважает меня больше! Ха!» Чжи Хань недовольно скривил губы и отвернулся.

После Сунь Юань подбежал к Яо Линю и протянул второй комплект одежды.

Все же его смекалка и правда была лучше, чем у Чжи Ханя. Выяснив у стражников Фу Чан, в каком направлении ушел Юнь Шэнли, он тут же на всякий случай отправил людей за новой одеждой.

– Ну, так что там, в публичном доме?

Чжи Хань доложил:

– Люди уже окружили его, хозяйка находится внутри. Ждем ваших распоряжений.

Уголки губ Юнь Шэнли дернулись. Кажется, пока все шло по его плану.

– Хорошо. Давайте нанесем Фу Чан официальный визит.