Праздновать день рождения в морге – что за роскошь? Я не могла дождаться утра, чтобы побыстрее начать день, тем более что подготовила для коллег небольшие подарочки. Утренние ритуалы в этот раз заняли больше времени, чем обычно. Каждый раз, когда я вижу в романтических фильмах, как герои, только проснувшись, начинают целоваться, меня пробирает смех. Первое, что я хочу засунуть в рот после пробуждения – это не чей-то язык, а зубную щетку. Потом зубную нить, ирригатор и мятную жвачку.

Неприятный запах изо рта по утрам – довольно распространенное явление, связанное с естественными процессами, происходящими в организме во время сна.

Самое грязное место в доме не унитаз, а ваш рот. И это даже если вы не любите сильно сквернословить, как я. Ротовую полость населяют более 300 видов различных микроорганизмов, многие из которых являются полезными обитателями, помогающими формировать слабощелочную среду. Но также есть и патогенные бактерии, которым достаточно снижения иммунитета, травмы или плохой гигиены, чтобы из «спящего режима» перейти в «атакующий». Во время сна слюнные железы работают медленнее и выработка слюны, которая обладает антибактериальными свойствами и помогает очищать полость рта, снижается. Соответственно, раз ее становится меньше, бактериям ничто не мешает начать активно размножаться, выделяя соединения серы и другие вещества, которые вызывают неприятный запах. Также если вы накануне вечером плохо или вообще не чистили зубы (а по-хорошему нужно чистить и внутренние поверхности щек, губ и язык), то бактерии начинают разлагать остатки органических веществ, выделяя летучие и пахучие соединения. Все это усугубляет наличие кариозных процессов или заболевания десен. Поэтому на все дни рождения я прошу себе дарить либо деньги, либо сертификаты в различные клиники для прохождения чекапов.

Не передать мои ощущения, когда однажды на моем столе оказалась очень красивая и эффектная девушка, в ротовой полости которой виднелись черные пеньки вместо моляров. Я в этот же день записала всю семью, включая себя, к стоматологу.

Спустя несколько десятков тысяч рублей, пары недель и примерно двух литров слез мне заменили устаревшие пломбы, устранили очаги воспаления, поставили всего одну коронку, провели чистку и отпустили с миром. Прошло уже около пяти лет, а я до сих пор, каждые полгода являясь на профилактический прием, слышу только «все отлично, до свидания».

Некоторые мамы задумываются, а нужно ли в таком случае лечить от кариеса молочные зубы? Мол, все равно же выпадут, а это дорого. Ну, можно не лечить, если у вас есть запасной ребенок. Подумаешь, черные зубы, что тут такого, правда?

Нелеченый кариес – это не просто эстетический дефект. Он способен привести к летальному исходу.

Кариес может быстро прогрессировать и вызвать сначала пульпит (воспаление пульпы – мягкой ткани внутри зуба, в которой проходят важные сосуды и нервы) и периодонтит (воспаление тканей вокруг корня). При запущении этих воспалительных процессов и активного размножения патогенных бактерий, а также при обильном их попадании в кровь может наступить такое состояние, как сепсис, когда в воспалительной реакции задействован не один зуб, а весь наш организм. Это называется генерализацией процесса, и протекает она очень тяжело, вызывая полиорганную недостаточность, при которой органы начинают отказывать один за другим. Поэтому здоровые зубы – это не только про эстетику, а еще и про здоровье.

Если же мы берем более «легкие» состояния, то инфекция из кариозного зуба может распространиться на соседние зубы и даже на зачатки постоянных зубов, что может повредить их еще до того, как они прорежутся, потому что корни молочных зубов располагаются как раз над ними. Если инфекция из молочного зуба достигнет зачатка, это может привести к повреждению развивающегося постоянного зуба, вызвав его неправильный рост или дефекты эмали. Посмотрите, как выглядят зубы детей на рентгене, – сильно удивитесь тому, насколько они похожи на акульи.

Боль от кариеса может вызывать дискомфорт у ребенка и мешать ему нормально есть, спать и общаться.

Молочные зубы также важны для правильного формирования речи, и их потеря может повлиять на дикцию.

Я вышла из ванной, чуть не споткнувшись о работающий робот-пылесос, который за белый цвет мы назвали Снежинкой. Какое-то бесполезное приобретение, только создающее видимость чистоты, которое на прошлой неделе сначала чуть не скинулось с французского балкончика, каким-то образом перебравшись через порог, пока нас не было в комнате, а потом едва не заглохнувшее из-за попавшей в щеточки десятирублевой монетки. Видимо, Снежинка решила брать плату за уборку, увидев количество работы. Обойдя робота, я открыла дверь кухни, в которой уже около часа чем-то шуршал Киря. Я улыбнулась, на столе стояла тарелка с целой горой свежеиспеченных блинчиков и два стакана с молоком. Рядом были вазочка с порезанными фруктами и открытая банка шоколадной пасты, на поверхности которой уже был подозрительный след, будто кто-то зачерпнул из нее чайную ложку на пробу.

– Опять нам продали открытую банку? – улыбнулась я, садясь на стул.

Это был один из наших многочисленных маленьких семейных приколов. Каждый раз, когда Киря приносил мне наполовину полный стаканчик с кофе из кафешки, мы оба в шутку возмущались, мол, вот негодяи, отпили втихаря. Глупо, но нам весело, а это главное.

– Погоди-и-и, я еще не все успел, закрой глаза, – замахал он в мою сторону деревянной лопаточкой.

Через минутку прозвучало торжественное «открывай». Теперь в стопку блинов с очень кривым намазанным сердечком из шоколадной пасты были воткнуты две свечки, воск с которых стремительно таял. Киря начал петь «с днем рождения тебя», хотя в его исполнении это больше звучало как панихида.

– Загадывай скорее желание и задувай свечки!

– Спасибо, что без ректальных в этом году.

Я набрала побольше воздуха, задумалась, чего мне хотелось бы больше всего, и растерялась. Все родные и близкие живы и здоровы, как и я сама. Мне в жизни повезло встретить и сохранить потрясающих подруг. Крыша просторной и уютной квартиры над головой есть. Вкусные блинчики на тарелке в руках улыбающегося любимого мужа, устроившего мне маленький праздник с утра, тоже. После завтрака я поеду на классную работу, где меня ждут чуткие коллеги, всегда готовые помочь и объяснить что-то. Самое ценное в жизни – люди. К каким-то материальным вещам вроде дорогих украшений или дизайнерских сумок я никогда не питала слабости. В груди начало понемногу печь, пока я перебирала желания. Своя образовательная онлайн-академия, счастливые студенты, с моей помощью понявшие анатомию и патологическую анатомию, небольшой блог с прекрасными людьми. Лекции по всей России. Я реализована и счастлива, хотелось бы больше путешествовать, но и это осуществимо.

У меня нет многого, но мне достаточно того, что у меня есть.

Самыми первыми мне позвонили родители и тепло поздравили. Я любила свой день рождения за возможность сразу в один день поговорить со всеми близкими людьми. Неторопливое и приятное утро за последнее время, хоть мы и не выспались. Я хотела запечатлеть этот момент в памяти навсегда. Выйти замуж за лучшего друга было одним из лучших решением в жизни. Если меня спросят, что такое любовь, я отвечу: это когда ему хочется целовать меня даже после копченой скумбрии. Рядом с Кирей все мои беды делились пополам, а радости, наоборот, удваивались. Зная, как в отношениях может быть плохо, я очень ценила то, как нам хорошо. Конечно, иногда я грустила, что не могу снять с Кирей те самые милые видео, коими полнятся соцсети, потому что муж был довольно скромным интровертом и все действительно трогательные моменты оставались только между нами. Главное, что остается за кадром и что является реальностью. Киря не был душой компании, влюбляющим в себя всех, кто заговорит с ним, он вообще был немногословный мужчина, предпочитающий доказывать свою любовь делами.

У меня был огромный список качеств, которые обязательно должны быть у того, с кем я захочу создать семью, потому что на одной любви далеко не уедешь. Если мне хорошо наедине, в компании самой себя, то рядом с кем-то должно быть в разы лучше. «Ты никогда не выйдешь замуж со своими завышенными требованиями», – пугали меня. Хотя создать семью – это вообще не достижение, и, по статистике, как раз таки мужчины вне брака живут меньше и чувствуют себя более несчастными, нежели женщины. А когда я вспоминала сводки о домашнем насилии, идея встретить старость с 40 бульдожками вообще не казалась мне плохой. Тем более если бы мое финансовое состояние позволяло одновременно содержать 40 собак, я бы только сама себе позавидовала. Но нам обоим с мужем невероятно повезло: мало того что просто встретить замечательного человека, но еще и взаимно полюбить друг друга.

Говорить, что у вас счастливые здоровые отношения, может каждый, но мне кажется, что по тому, как люди выглядят и чего они добиваются вместе, можно сказать многое.

Мы светимся и расслаблены, потому что дом – это место отдыха, а не побоище. Я не чувствую себя слабой и беззащитной рядом с ним. Я сильная и защищенная. Он радуется моим победам как своим, даже если я обыгрываю его. Мне не нужно казаться хуже, бледнее, слабее, глупее, чем я есть, лишь бы не задеть хрупкое мужское эго. Мне хватило в жизни встреч, где раскрывалась истинная сущность тех, кто руководствовался фразой «не можешь дотянуться – доплюнь». Муж с гордостью сопровождает меня на лекциях, восхищенно глядя на яркие макияжи, и всячески способствует развитию академии, проводя часы в поисках лучшей аппаратуры, выстраивая свет и поддерживая. Если бы я знала, что между нами будет такая глубокая связь, основанная на взаимном уважении, поддержке, честности и чувстве юмора, я бы вышла за него еще в 18 лет. Мы чувствуем свободу быть собой рядом друг с другом, любые начинания кажутся выполнимыми, потому что знаем, что мы вместе. Я всегда себя чувствую в безопасности; даже если во время редких ссор атмосфера накаляется, все равно наш дом остается тихой гаванью. Но при этом у нас нет слияния или созависимости, «растворения» друг в друге. У каждого есть время для себя, индивидуальные хобби и не общие друзья. Если возникают конфликты, все решается при открытом и честном разговоре, с проговариванием своих чувств, без накопления обид и выплескивания их в уязвимый для другого момент. Меня не стараются сделать тише, незаметнее, а я уважаю желание Кирилла быть медийным только в рамках моих полушутливых познавательных роликов. Мы изначально не рассматривали друг друга как проект или глину, из которой позже сформируется то, что нам удобнее.

Наши различия не преграда, а повод для интересного разговора, чтобы понять, чем живет другой человек.

У нас нет общего бизнеса, ипотеки, детей, ничего, что нас могло бы держать вместе, кроме одного – желания быть вместе.

Киря принес с балкона два букета в вазах, один – с моими любимыми тюльпанами, другой – с не менее потрясающими ранункулюсами. Во второй букет была вложена открытка с распечатанными поздравлениями от подписчиц. За пару дней до праздника я выложила номер счета в блоге и сказала, что все желающие меня поздравить могут перевести любую сумму, а в комментариях написать пожелания. Именно их Киря и распечатал, вырезал и приклеил на открытку. Получилось очень трогательно. На самом деле оба букета купил муж, а все деньги после завтрака я, поделив на равные части, перевела в разные проверенные благотворительные фонды для онкобольных, шелтеры (от англ. shelter – «убежище») для женщин, оказавшихся в кризисной ситуации, приюты для животных и в проекты, помогающие бездомным. Чуть позже, сидя в машине по пути на работу, я выставляла фото букета с благодарностью и скриншоты оплат в блоге. Деньги – это самое меньшее, чем можно поделиться. Конечно, кто-то видит в этом показушничество и моралфагство, направленное на формирование положительного имиджа, но я делаю это из других соображений, не забывая упоминать, что не нужно мной очаровываться, «я еще хуже, чем вы думаете».

Люди склонны следовать примеру того, кто им нравится, поэтому важно выбирать себе правильное окружение либо же формировать его, начиная с себя.

Если что-то хорошее, светлое и созидательное так и остается лишь словами, не переходя в активные действия, то грош цена таким порывам. Отсюда и выражение в английском языке «преисподняя полна добрыми намерениями, а небеса полны добрыми делами». Хотя, как по мне, делать что-то хорошее только из меркантильного расчета, что тебе за это воздастся – лицемерие. Я не верю в Бога или карму, и все мои действия мотивированы фразой: «Не нравится – меняй, не меняешь – не ной». Новостные ленты полнятся тем, что приводит душевное равновесие в упадок, потому что цель многих – вызвать эмоции, а не просто донести какую-либо информацию. Кажется, что все вокруг тлен и не имеет смысла, потому что на тысячи разрушительных действий приходится одно созидательное. Но поэтому и нужно говорить о благих делах громче, подсвечивать существующие проблемы и способы, как можно внести свой вклад, будь то финансово, физически или информационно. Какие-то сферы жизни могут оказываться в нашей «слепой зоне» случайно или намеренно, также тяжело сделать первый шаг, если нет для этого мотивации. Именно поэтому, когда я устраивала групповые онлайн-занятия по анатомии для всех желающих, то «оплатой» за первое занятие был скриншот-подтверждение, что в любой благотворительный фонд была отправлена любая сумма.

Телефон снова зазвонил, на этот раз высвечивая контакт «Братишка».

– Сестренка, доброе утро! Поздравляю тебя с днюшечкой, оставайся такой же умной и красивой. Ты, типа, самая лучшая сестра на свете, о которой только можно мечтать, – раздался в трубке жизнерадостный бас. Валера был на восемь лет младше меня; повзрослев, вытянулся и стал голубоглазым богатырем почти под метр девяносто, но все с таким же добрым и наивным выражением лица, как в детстве.

– Спасибо большое, мне очень приятно, как твои дела?

– Да все хорошо, готовлюсь к сессии, правда, тяжело все запоминается, устаю сильно.

– Ну, я тебя в детстве уронила с дивана, засмотревшись на мультик, так что любые свои тупняки можешь смело списывать на это.

– Да ты вообще, типа, надо мной постоянно издевалась, то подбородок молнией прищемишь, то к готовке приучала со словами: «Ты такой стремный, тебе готовить никто не будет, чтоб с голоду не помереть – учись сейчас».

– И этот человек пару секунд назад говорил мне «ты самая лучшая сестра»? А кто тебя научил ходить, говорить, читать и что пердеть – это не флирт?

– ТАНЯ!!!

– Ладно, прости, пожалуйста, наверное, тогда мне это казалось очень забавным, ведь я умела только так выражать свою любовь, в подколах на грани и проведенном времени вместе.

Кстати, теперь я понимаю, почему если ты решаешься во взрослом возрасте рассказать родителям о своих детских обидах и переживаниях, то они говорят: «Не было такого, не придумывай».

– Ага, или, типа, «ну да, я плохая мать/отец, найди себе других».

– Да, потому что вот ты напомнил мне про это, честно, первой реакцией было отстраниться от не очень приятного воспоминания и соврать, что я этого не помню. Но я правда признаю, что это звучало довольно обидно, ты очень красивый и вообще замечательный братишка, я рада, что однажды родители решили подобрать на помойке именно тебя.

– А я рад, что первым блином комом в семье стала именно ты.

– А хорошие воспоминания у тебя со мной есть?

– Конечно, многие связаны со здоровьем. Когда я маленький делал трюк и упал с велосипеда. На мне живого места тогда не осталось. Я домой еле доехал, а у нас были гости, я побоялся родителям на глаза показываться, и ты меня в ванной латала, я, типа, как мумия был бинтами обмотан. Только мы потом все равно в больницу поехали, не помню, почему?

– Потому что две вещи в этой жизни не стареют – черный юмор и непривитые дети. Если бы ты сдох от столбняка, то мне некого было бы отправлять за чипсами. У тебя было множество открытых ран, на которые попала земля, а в почве и пыли часто содержится бактерия Clostridium tetani, которая очень быстро приводит к спазму мышц, включая дыхательные, и все заканчивается летальным исходом. Поэтому мы сразу рванули в травмпункт.

– А доктор что сказал?

– Что перестраховка и любовь к братьям нашим меньшим – это хорошо, но учиться надо лучше. Тебе было восемь лет, а ревакцинацию от столбняка делали в семь, и защита еще прекрасно действовала. Так что тебя размотали, еще раз все промыли, обработали, забинтовали и отправили домой. Как видишь, ты до сих пор живой. А помнишь, как ты чуть не лишился носа? Я тогда прямо в себя поверила.

– Да, я тогда дзюдо занимался и меня носом об татами швырнули, я дышать не мог нормально, и ты мне с каким-то расширителем в нос полезла, заорала, что нам срочно нужно в больницу.

– Да, папа всегда говорил, что мужчины – это случайно выжившие мальчики. У тебя тогда совпали два неудачных фактора – насморк и травма. Была гематома такая, что еще чуть-чуть и началось бы гнойное расплавление перегородки носа, доказывай потом, что это не сифилис. Так что благодари за свой симпатичный сохранный носик свою сестрюню.

– Фу, я еще помню, что лежал в отделении и мне тогда трехметровую турунду в нос засунули, еще удивлялся, что я такой вместительный. Ты мне на своих атласах показывала, что нос на самом деле не только торчащее снаружи лица, а что внутри еще целых три огромных хода есть.

– Молодец, хорошая память. А за пару лет до этого, когда я готовилась к экзамену и рисовала все на плакатах в комнате, ты ябедничал на меня родителям, что «а там Таня в комнате письки рисует»!

– Кстати, еще ты как-то решила на каком-то курсе после инфекционных болезней устроить мне презентацию, где показала, что со мной будет, если не предохраняться во время, типа, как ты это назвала? Синуса, косинуса?

– Коитуса.

– Точно!

– Проверка остаточных знаний: «какое ожерелье нужно дарить женщине»?

– Бриллиантовое, а не Венеры.

Ожерельем Венеры называлась характерная сыпь на шее, которая является одним из симптомов вторичного рецидивного сифилиса. Выглядела она как россыпь депигментированных светлых пятен, которую назвали так по расположению за схожесть с ожерельем. Сыпь возникала из-за повреждения бледной трепонемой (возбудителем сифилиса) мелких сосудов, что приводило к нарушению пигментации, поэтому на фоне нормальной кожи и появлялись светлые пятнышки.

Статистика по заболеваниям, передающихся половым путем, в России была просто катастрофическая, поэтому я всегда всем без устали в блоге и на лекциях напоминала про то, что барьерный способ контрацепции и справки о половом здоровье – это база, без которой иначе «ласкать вас должен только ветер».

– Молодец. Твоей будущей избраннице очень повезло, ты просто чудо, а не парень. И готовить и убирать умеешь, и анатомию знаешь, и как первую помощь оказывать, можешь купить прокладки, если нужно, и не падаешь в обморок при слове «месячные». Сострадающий очень, я помню, как перед свадьбой ты вместе со мной и папой в скорой ехал, когда у меня была такая боль, будто разорвался яичник. Ой, мы уже приехали, мне пора на работу, спасибо еще раз за поздравления!

Поцеловав Кирю, я забрала пакеты и вышла из машины. Дорога к моргу шла через маленький больничный сквер, в котором уже зеленели деревья и пели птицы. Заведующий в такую хорошую погоду обычно приезжал на велосипеде, а на выходных даже устраивал с женой и детьми целый семейный велотур в ближайшем бору, чем однажды смотивировал нас с Кирей провести похожий досуг.

Войдя в кабинет, я потеряла дар речи. Над моим рабочим местом висели розово-фиолетовые шарики, а возле окна под лучами апрельского солнышка красовался еще один букет цветов.

Коллеги, завидев меня, радостно начали поздравлять, чем чуть не вызвали у меня слезы счастья.

Сегодня мне в честь праздника разрешили пару часов до перерыва, на котором мы бы отметили день рождения, посвятить подаче документов на грант. Я за малым не пищала от восторга, увидев, что семинар по патологической анатомии планируется как раз по детским заболеваниям и две главные спикерши уже были назначены. Одной из них была Анке Шаррер, статья которой – «Результаты пренатальной диагностики трисомии 13, 18 и 21 у плодов с врожденным пороком сердца» – мне случайно попалась после вскрытия того ребенка с синдромом Патау. Другой была Эми Маккенни, ее статья «Эритроидные ядерные нарушения: обзор вскрытий плода и новорожденного и корреляция с клиническими особенностями» также касалась моей практики, и я собиралась в сопроводительном письме использовать это. Просмотрев больше сотни резюме, я с помощи шаблона в программе составила свое, чтобы оно было и структурным, эстетичным, но при этом соответствовало требованиям. Сопроводительное письмо составить и перевести мне помогла подруга, которая уже больше 10 лет преподавала английский язык в вузе и имела 15 международных стажировок.

В любом деле подготовка и тщательно составленный план – уже половина победы. Пару недель назад, когда решилась на подачу гранта, я внимательно изучила требования к сопроводительному письму и портфолио, или CV, потому что в зависимости от страны требования могут отличаться и то, что выгодно подчеркнет твои достоинства в одной, в другой посчитают моветоном. А камнем преткновения может стать даже такая банальная вещь, как фото. В США и Великобритании фотографию в резюме обычно прикладывать не нужно – это может быть воспринято как потенциальная предвзятость, когда судят по внешности. В Германии, Австрии и некоторых других странах Европы фото считается стандартом, особенно если заявка подается на академические позиции или гранты. Как по мне, в любой сфере должны быть критерии отбора, исключающие любую предвзятость, что существенно мешает в продвижении по карьерной лестнице.

Стереотипы очень портят жизнь, что многократно подтверждается исторической справкой.

К примеру, до 1970-х годов в оркестрах США, особенно в престижных, таких как Нью-Йоркский филармонический оркестр или Бостонский симфонический оркестр, женщины составляли крайне малую долю музыкантов, зачастую менее 5 %. Это объяснялось существующими стереотипами, что женщины менее способны к исполнению сложных музыкальных произведений или что их стиль игры отличается от мужского в худшую сторону. Проблема усиливалась тем, что процесс отбора был открытым: кандидаты играли перед жюри, которое могло видеть их пол и внешность. Ситуация начала меняться, когда несколько оркестров начали экспериментировать с так называемыми слепыми прослушиваниями. Этот процесс предполагал, что музыканты играли за ширмой, чтобы члены жюри не могли видеть их пол, возраст или внешность. Единственным критерием для оценки становилось качество исполнения. Интересный факт: чтобы полностью исключить предвзятость, кандидатов даже просили снимать обувь, если она издавала характерные звуки (например, каблуки), которые могли подсказать пол исполнителя. Исследования, проведенные позже, показали, что введение слепых прослушиваний значительно увеличило шансы женщин быть принятыми в оркестр. Например, шансы женщины пройти предварительный тур прослушивания увеличились примерно на 50 %, а доля женщин в оркестрах США за несколько десятилетий выросла с менее чем 5 % до 25–30 %. Слепые прослушивания убрали влияние несознательной предвзятости, основанной на стереотипах. Жюри, сосредоточенное только на качестве музыки, оказалось более объективным в оценке способностей кандидатов. Многие из женщин, которых отобрали через этот процесс, стали впоследствии выдающимися музыкантками. История слепых прослушиваний вдохновила и другие области, где гендерная или иная предвзятость могла быть фактором при отборе кандидатов. Например, некоторые компании, в том числе и медицинские, начали практиковать анонимное резюме или использовать программное обеспечение для анализа текстов заявок без указания пола, чтобы повысить объективность отбора.

Я вышла в коридор, увидев на дисплее своего телефона имя Санни.

– Танчик, привет! С вылуплением тебя, замечательная яркая женщина. Я счастлива, что в моей жизни появилась ты, оставайся в ней подольше, удивительно, конечно, как вот таким неожиданным образом «коллегство» переросло в подружбу. Пусть таких хороших внезапных моментов, но радостных, будет побольше.

– Спасибо большое, мне очень приятно. Как ты? Как твои дела?

– Да вроде оправилась уже, квартиру папину продала, пока думаю, что делать дальше. Вроде все как и прежде, а ощущение, будто ничего тут уже не держит. Но, конечно, все равно общее настроение на семерочку.

– По какой шкале?

– По Бристольской![11]

Я засмеялась, в очередной раз удивившись, как Саня может шутить даже в самые пасмурные периоды жизни.

– А мне коллеги сегодня и шарики подарили, и цветочки, так приятно, на перерыве отмечать будем.

– О, это здорово, а к нам вчера приходили шестикурсники на вскрытие, кто подумывает об ординатуре в патане, и у одного из них сплит языка, прикинь!

– Это когда он пополам разрезан? Зачем?

– Ага! Ну, не знаю, может, он ложку от йогурта с двух сторон сразу хочет облизывать. Он еще потом показал, как половинками похлопать может, я выпала в осадок просто!

– Ну, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не вешалось. Ой, мне Тоня теперь звонит, вот вы синхронизировались с ней, могу вечером тебя набрать?

– Да, конечно, привет ей!

Я переключилась на Тоню.

– Танюшка, привет! Хочу сегодня рассказать, как я восхищаюсь тем, какой путь ты прошла, как быстро растешь, потому что я человек-черепашка, и для меня быстрые действия – это кошмар. Ты молодец, что не боишься ошибиться, верна своим мечтам, вся твоя идентичность зиждима на честности. Кажется, будто уже вся жизнь прошла с того момента, как мы впервые тебя встретили в ординатуре, а теперь ты уже не птенчик, а Жар-Птица, парящая высоко, чему мы очень рады.

– Тоня-я-я, спаси-и-ибо большое, только что перед тобой Саня звонила, вы меня до слез доведете. Как ваши дела? Как близняшки?

– Замечательно! Мы сейчас уже неделю гостим у родителей Паши, и я готова целовать песок, выходящий у них из почек! Они души не чают во внуках, а мы наконец-то отдохнули и провели время вместе. У них частный дом с небольшим садиком и собака веселая, вечно с детьми тоже носится, порода как из фильма «Маска», забыла…

– Джек-рассел-терьер?

– Точно! Его и назвали тоже Майло. В общем, песель вытащил из стакана вставную челюсть дедушки и носился с ней по двору! Короче, не соскучишься. Еще я тут вспомнила, каково это – пить горячий кофе!

– Э-э-э, прости, я не понимаю, а в чем была проблема?

– Тест «как вычислить бездетную подругу».

Когда у тебя двое непосед, то время между тем, как ты сделала кофе, и тем, как ты его выпила, может занимать в среднем от часа до восьми.

Ой, опять там кто-то пытается съесть что-то несъедобное, убежала, целую!

В обеденный перерыв все собрались в кабинете, и я раздала каждому именные имбирные печеньки, никого не забыла, ни лаборанток, ни санитарок. Остальные печеньки были либо в форме микроскопа, мозга, сердца, либо с рисунками микропрепаратов: щитовидной железы, надпочечников, селезенки. Звучали веселые тосты, мясная пицца обжигала рот, а теплые слова согревали сердце. Врачей окружает смерть, но это не делает нас бесчувственными. Наоборот, заставляет быть еще более живыми.

Уже ночью я ворочалась в постели, не в силах заснуть после множества радостных впечатлений от пережитого дня. Все условия для хорошего сна созданы, но провалиться в забытье никак не удавалось. Шторы black-out плотно сомкнуты, не пропуская ни фотона света с улицы, анатомическая ортопедическая подушка бережно поддерживает голову, маска для сна дополнительно обеспечивает защиту от света, утяжеленное одеяло обволакивает контуры тела. За час до сна я просто слушала аудиокнигу «Невидимые женщины» Кэролайн Криадо Перес в наушниках, отложив все гаджеты. Ну что тебе еще нужно, организм? Почему у нас просто нет кнопки «выкл.»?

Еще и это навязчивое чувство беспокойства, что я трачу время просто так, не занимаясь ничем полезным и не отдыхая.

Тревожный подсчет времени, отведенного на сон, если я усну вот прямо сейчас. Мысли плавно перетекали одна в другую. Я думала несколько раз о том, чтобы начать принимать снотворные, но после того, как словила приступ сонного паралича вследствие единожды принятой таблетки, как-то опасалась возвращаться к ним вновь. Хотя, скорее всего, приступ был вызван вообще другими факторами, но перепроверять не хотелось.

Сонным параличом называется состояние, при котором человек находится в сознании, но тело при этом полностью парализовано. Некоторые представители старшего поколения до сих пор списывают все на мистику, обосновывая приступы удушья тем, что их «душит домовой».

Сонный паралич испытывали в той или иной степени большинство людей хотя бы раз в жизни.

Жаль, что, когда парализует ужас и сознание мечется в панике, ударяясь о стенки черепной коробки, ты мало что можешь вспомнить из научных оснований, которые могут тебя в этот момент успокоить. Триггерами для этого состояния являются нарушения сна, сильный психологический стресс, переутомляемость или даже заболевания нервной системы. Все описывают эпизоды сонного паралича по-разному, хотя некоторые «симптомы» совпадают. Это могут быть кратковременные как слуховые, так и зрительные галлюцинации, сопровождающиеся чувством страха и неспособностью иногда пошевелить даже веками, чтобы открыть глаза. Шипение, треск, иногда даже шепот целых предложений заставляют людей проживать непередаваемую гамму отрицательных чувств. А чувство удушья и ощущение электрических разрядов, будто волоски на теле приподнимаются волнами от чьего-то касания, лишь расширяют спектр ужаса. Патофизиология сонного паралича не изучена до конца, но большинство предположений базируется на работе мозга во время фазы быстрого сна.

После активной работы нам нужно восстановиться, в этом помогает сон. У сна есть структура, в которую входят четыре стадии, сменяющие друг друга, полная последовательность которых, имеющая в среднем длительность от 90 до 100 минут, называется циклом. Для отличного отдыха, когда утром хочется вставать и петь с птичками как диснеевская принцесса, а не уподобляться Анне Карениной в конце книги, человеку необходимо пройти пять полных циклов.

Интересно, что потребность во сне у женщин в среднем больше на час, чем у мужчин, и дополнительный час на сон необходим во время менструации или наступления беременности и менопаузы.

Также материнство накладывает свой отпечаток на сон, ведь, когда женщина часто просыпается ночью для кормления грудью или укачивания ребенка, это снижает качество ее сна и уменьшает его общую продолжительность. А дневной сон, хоть нам и кажется, что он восполняет ночной дефицит, может препятствовать быстрому засыпанию вечером.

В фазе медленного сна NREM (Non-Rapid Eye Movement – небыстрое движение глаз) мы постепенно проходим стадии от дремоты до глубокого сна. В стадии один – дремоте, или переходном состоянии, мы только начинаем засыпать, мышцы расслабляются, дыхание становится ровным, пульс немного замедляется. Именно в этот момент мозг любит подшучивать над нами, мысленно сбрасывая нас со скалы, из-за чего возникают либо резкие непроизвольные подергивания, либо вообще возврат к стадии бодрствования. Вторая и третья стадии способствуют более глубокому расслаблению, постепенно приводя нас к четвертой стадии глубокого сна. Именно в эту стадию происходят процессы регенерации тканей, а накопленные за день опыт и впечатления из кратковременной памяти переходят в долговременную.

В фазе быстрого сна, которая сокращенно называется REM (Rapid Eye Movement – быстрое движение глаз), мы видим сновидения. Часто они являются сборной солянкой из переживаний, разговоров и событий, которые максимально нас касаются. Если разбудить человека во время именно этой фазы, то почти все могут пересказать свои яркие сновидения. И мозг парализует активность скелетной мускулатуры, чтобы мы под впечатлением от какого-нибудь очень яркого сна не причинили себе вред, ударившись обо что-то или упав.

Но во время сонного паралича, пока тело остается парализованным, мозг «сбоит» и мы находимся в пограничном состоянии между фазой быстрого сна и пробуждением, вследствие чего привидеться и послышаться нам может все что угодно.

Чтобы вернуть себе нормальный сон, приносящий восстановление, многие в погоне за режимом прибегают к помощи препаратов.

У снотворных средств есть плюсы и минусы, как у любых других лекарственных средств. Плюсы: облегчение засыпания, когда время отхода ко сну сокращается до нескольких минут, уменьшение количества ночных пробуждений по разным причинам, а также обеспечение достаточной продолжительности сна. К примеру, снотворное поможет, если вы утром просыпаетесь на час-два раньше будильника и потом не можете заснуть. Но минусы тоже довольно существенны. Снотворные препараты могут вызывать привыкание и зависимость. Звучит страшно, но если вспомнить, что точно такими же эффектами обладают сосудосуживающие капли для носа, которые при адекватной кратности применения не более пяти дней подряд, наоборот, помогают нам чувствовать себя хорошо, то уже становится чуть спокойнее. Второй побочный эффект – это нарушение структуры сна, потому что любые лекарства вызывают сон, близкий к физиологическому, и ключевое слово здесь «близкий», но не точно же такой. Потому что по своему эффекту сон под действием снотворных средств больше похож на вялотекущий и поверхностный наркоз. Третий существенный минус – у них есть «послевкусие», а точнее, последействия, эффекты, которые будут продолжаться после пробуждения, что часто выражается в сонливости, заторможенности и даже раздражительности.

Эффекты снотворных и их влияние на организм до конца не изучены, как и само возникновение снов.

Любое лекарственное средство в норме должно выпускаться для использования людьми только после двойного слепого рандомизированного исследования – это золотой стандарт в медицинских и научных исследованиях, направленный на проверку эффективности и безопасности лекарств, медицинских процедур и других видов лечения. Это помогает трактовать полученные результаты непредвзято. Как все происходит? К примеру, тестируют новое лекарство от кожного заболевания. Набирают 50 людей с этим подтвержденным диагнозом и наблюдателей за изменениями, часто это не только врачи, но и ученые. Участники исследования случайным образом распределяются по разным группам (например, группа лечения и группа плацебо). А не так, что в одной группе все блондины, или ростом выше 1,70 метров. Это называется рандомизацией и помогает исключить влияние личных предпочтений исследователей и участников на результаты.

Почему двойное слепое исследование? Потому что ни наблюдатели, ни участники не знают, получают ли они активное вещество или пустышку.

Если человеку точно известно, что он получает активное вещество, то из-за внушаемости тот может приписать себе положительную динамику. Да и наблюдатель, знающий, что этот испытуемый получает не конфеты, тоже может отметить улучшения. Так же и наоборот: если человек осведомлен, что получает пустышку, то будет игнорировать улучшение и получит меньше внимания от наблюдателей. Поэтому коды распределения сохраняются в секрете до конца исследования. Двойное слепое исследование помогает избежать субъективных оценок и предвзятости. Все эти меры предосторожности обеспечивают надежность и объективность результатов, что делает такие исследования наиболее достоверными. Потому что наука должна опираться на доказательства, а не на веру. Но минусы тоже присутствуют. Такие исследования могут быть дорогими и длительными, так как требуют тщательного планирования и контроля. В некоторых случаях бывает неэтично давать пациентам плацебо, особенно если для их заболевания уже существует эффективное лечение. Представьте себе человека с какой-нибудь гипертензией, который полгода принимает плацебо вместо лекарства. Некрасиво получается. Трудно организовать подобные исследования для хронических или редких заболеваний, так как сложно найти достаточное количество участников. Ведь группа из 10 или даже 50 человек слишком мала для адекватного исследования.

Еще один огромнейший минус в том, что многие существующие лекарства и их дозировки изначально разрабатывались и тестировались преимущественно на мужчинах. Это приводит к тому, что эффективность и безопасность многих препаратов для женщин могут быть недостаточно изучены. Связана такая ситуация с историческим пренебрежением различиями между полами в медицинских исследованиях. В течение долгого времени в клинических испытаниях предпочитали использовать мужчин, поскольку считалось, что женские гормональные колебания могут «исказить» результаты и усложнить интерпретацию данных. А зачем заморачиваться, правда? Женского населения всего ничего – половина планеты. Женщины, особенно детородного возраста, считались «более сложными» объектами для исследований из-за менструального цикла, гормональных изменений в период менопаузы, а особенно в беременность.

Никакая компания не хотела брать на себя ответственность за возможные побочные эффекты и гибель плода или беременной женщины.

В медицине долгое время считалось, что «мужской организм» может служить универсальной моделью, и поэтому результаты исследований, проведенных на мужчинах, автоматически распространялись на женщин. Это привело к тому, что различия в метаболизме, гормональных уровнях и других физиологических аспектах оставались без внимания. Хотя мужской и женский организмы очень отличаются друг от друга, и это всегда важно учитывать. Именно поэтому дозировки лекарств, которые зачастую рассчитываются по весу, могут абсолютно не оказывать должного эффекта на женщин либо, наоборот, оказывать большее влияние из-за разницы в гормональном фоне. Только в 1993 году Национальные институты здравоохранения США (NIH) начали включать женщин в клинические исследования. Теперь большинство научных грантов требует, чтобы половые различия учитывались в анализе. Вдумайтесь в этот кошмар, меньше 30 лет прошло только с начала требований, и только в одной стране, в большинстве других стран до сих мужской организм считают эталонным. Такое заблуждение стало причиной жуткой трагедии в 1950–1960-х годах, связанной с одним из седативных снотворных средств – талидомидом.

В 1954 году «Хеми Грюненталь» – компания, занимающаяся разработкой и распространением лекарственных средств в Германии – в поисках недорогого способа создания антибиотиков случайно получила препарат, названный в дальнейшем талидомидом. Год спустя она неофициально выслала бесплатные образцы препарата докторам Германии и Швейцарии, чтобы собрать обратную связь от их пациентов. Понимаете? Эдакий реверанс в сторону Йозефа Менгеле.

Зачем корпорации тратить деньги и делать все по уму и по совести? Нет, мы лучше подвергнем людское здоровье угрозе, которая аукнется нам в дальнейшем.

Люди, принимавшие талидомид, отметили его снотворный и расслабляющий эффект. Еще одним своеобразным плюсом послужил тот факт, что передозировка препарата (случайная или намеренная) не вызывала каких-то серьезных побочных эффектов и тем более не доводила до летального исхода. Это даже стало одним из распиаренных плюсов, которыми руководствовалась маркетинговая компания, продвигавшая впоследствии данный препарат. Но для запуска лекарства от бессонницы в массы нужно было пройти сертификацию и доказать его эффективность и безопасность. Поэтому испытания, чтобы пустить пыль в глаза комиссии, проводили – барабанная дробь – на мышах! В специально созданной клетке, регистрирующей малейшие движения. Но люди не мыши, не собаки, не обезьяны, поэтому все испытания должны проводиться с учетом человеческой физиологии и анатомии.

Кошмар начался в 1957–1959 годах, когда препарат мало того, что был официально выпущен под различными названиями в продажу в 46 странах Европы, Скандинавии, Азии, Африки, Южной Америки, так его еще добавляли в состав других препаратов, которые изначально боролись с астмой, мигренью и повышенным кровяным давлением. А затем талидомид начали отражать в рекламе как «лучшее лекарство для беременных и кормящих матерей», хотя ни в одной стране не проводились клинические испытания, где изучалось бы влияние препарата на плод. И даже когда компания начала получать письма, в которых сообщалось о появлении периферического неврита (воспалении нервов), то это мало того, что отрицалось, но еще и скрывалось от общественности, ведь уровень продаж в некоторых странах был на втором месте после аспирина. Хотя первые сообщения о самых жутких последствиях от приема препарата появились еще в 1956 году.

Ирония в том, что одним из первых, кто на своей шкуре это прочувствовал, стал работник компании «Хеми Грюненталь», который давал своей беременной жене препарат еще до официального выпуска.

В их семье родилась дочь без ушей. Но после поступления препарата на рынок и спустя примерно три года педиатры забили тревогу, потому что количество детей с врожденными уродствами кратно возросло.

Более того, большинство талидомидных младенцев либо были мертворожденными, либо погибали в первый год от несовместимых с жизнью пороков развития. По различным оценкам за эти три-четыре года от талидомида пострадали около 60 000 человек: взрослые люди сталкивались с побочным эффектом в виде периферического неврита, а новорожденные были с физическими уродствами, оставаясь инвалидами на всю жизнь.

Первые три месяца в формировании плода критически важны для правильной закладки и развития органов и систем. И хватало всего одной таблетки, чтобы случилось тератогенное воздействие. Тератомы (от др. – греч. τέρατος и – οµα – «чудовище» и «опухоль») встречались в моей практике и раньше, когда на исследование приносили удаленный шарик из ткани, внутри которого было месиво из различных зачатков. Можно было найти волосы, жир, зубы. Но эти опухоли были следствием не приема матерью препаратов, а просто случайной аномалией, когда один близнец внутриутробно поглощает другого.

При приеме талидомида же среди самых частых внешних проявлений были отсутствие верхних или нижних конечностей, ушных раковин, патологии глаз и мускулатуры лица.

Разрушительное действие затрагивало сердце, печень, почки, пищеварительную и мочеполовую системы, из-за чего около 40 % новорожденных погибали в первый год жизни. Их ступни и кисти были с полидактилией, плоские, деформированные, из-за чего такие дефекты были названы фокомелией (дословно «тюленья конечность»). А некоторые повреждающие действия препарата, касающиеся репродуктивной функции, были обнаружены только спустя много лет.

В начале 1960-х годов, когда весь мир охватило волнение по поводу нового «чудо-препарата», одна женщина не поддалась всеобщему ажиотажу. Ее звали Фрэнсис Кэтлин Олдхэм Келси, и она сыграла ключевую роль в предотвращении одной из самых страшных медицинских катастроф XX века.

Фрэнсис, тогда уже опытный доктор медицины, доктор философии и фармаколог, работала в управлении по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США (FDA). Ее задачей было одобрение новых препаратов для выхода на рынок. И когда в 1960 году на ее стол попали документы о сертификации талидомида – препарата, который уже широко применялся в Европе и якобы считался абсолютно безопасным, – Келси была единственной, кто усомнился в этом. Хотя производители настаивали на быстром одобрении, обещая, что это лекарство станет спасением для миллионов женщин.

Но Келси не торопилась. Она обратила внимание на скудные данные о безопасности талидомида и потребовала дополнительные исследования. Производители оказывали на нее давление, отправляли письма и угрожали, но Фрэнсис была непреклонна. Она интуитивно чувствовала: не все так просто, как обещают рекламные брошюры.

Ее настойчивость вскоре была оправдана. Стали поступать тревожные сообщения из Европы: дети, рожденные женщинами, принимавшими талидомид, появлялись на свет с тяжелыми врожденными дефектами – без рук, без ног, с искалеченными телами. Благодаря решимости и профессионализму Келси талидомид так и не получил одобрения в США.

Фрэнсис Келси стала героиней, но она не искала славы. В 1962 году она была награждена медалью президента США за свои заслуги в защите здоровья и жизни тысяч детей.

В те дни, когда фармацевтические компании стремились к быстрым прибылям, ее неподкупность и научный скептицизм стали барьером, который спас Америку от трагедии.

Келси не только оставила после себя пример профессиональной доблести, но и зажгла свет на пути к более строгому регулированию в сфере лекарств, что сделало ее одной из самых влиятельных фигур в истории медицины.

И вот я смотрю на всех этих выдающихся женщин – тех, кто, невзирая на трудности, преграды и сомнения, шли вперед, чтобы изменить мир медицины, сделать его гуманнее, умнее, добрее. Они – не просто имена в истории, а пульсирующие примеры силы, преданности и бесконечной любви к своему делу. Я жажду быть одной из них не чтобы вскармливать свою гордыню, превознося свои достижения и ставя их на один уровень с легендами, нет. Вдохновленная их смелостью и жаждой познания, я мечтаю, чтобы однажды мои усилия тоже принесли пользу людям, чтобы каждое мое решение стало шагом на пути к спасению чьей-то жизни или облегчению чьей-то боли. Возможно, я никогда не стану великой и не войду в историю медицины как те, кем я восхищаюсь сегодня. Но если я смогу стать хотя бы маленькой ступенечкой на пути к вершине для тех, кто придет следом, значит, все уже было не зря.