Вновь обретя независимость, которая теперь сочетается с финансовой стабильностью, а не противоречит ей, «Феррари» продолжает свое путешествие по бурным водам автомобильной индустрии. В «Формуле‐1» дела продолжают идти неважно. Магия красной машины в 2015 году переманила из «Ред Булла» четырехкратного чемпиона мира Себастьяна Феттеля, который мечтал повторить путь своего кумира и соотечественника Михаэля Шумахера и возродить былую славу «Скудерии». Вместо этого немец столкнулся с кадровой чехардой. Харизматичный Маурицио Арривабене, сменивший у руля гоночной команды Марко Маттиаччи, так и не смог создать чемпионскую команду. Вернувшийся Кими Райкконен был лишь бледной тенью себя, иногда включаясь в борьбу за победы в отдельных гонках.
Себастьян Феттель смог по-настоящему включиться в борьбу за титул лишь в 2018 году, когда с уверенным лидерством подошел к экватору сезона, но все перечеркнула его собственная ошибка на залитом водой «Хоккенхаймринге», арене Гран-при Германии. Казалось, что после неудачи внутри у немца лопнула какая-то струна. Он ошибался все чаще, нервничал все больше и смотрелся сильно лишь на фоне в очередной раз растерявшего мотивацию Райкконена. Как только на место финского ветерана пришел молодой монегаск Шарль Леклер, спад четырехкратного чемпиона мира стал очевиден.
Так и не принесший победы или хотя бы реальной борьбы за нее Арривабене был отправлен в отставку, а его сменил старательный Маттиа Бинотто, который с 1995 года работал в отделении двигателей «Скудерии». Увы, он прославился лишь умением принимать ошибочные тактические решения, превратив капитанский мостик «Феррари» в посмешище для всего мира.
На этом фоне куда успешнее выглядит программа «Феррари» в гонках на выносливость. Практически каждое поколение младшей линейки марки, ставшее основой для машин различных категорий GT, добивалось побед на «Ле-Мане», «Дайтоне» и «Сибринге». Как и в 1960-х, значительная часть этих успехов – заслуга частников, которые вновь выстраиваются в очереди за гоночными «Феррари». Приятно отметить, что среди пилотов, побеждавших в гонках за рулем «Феррари», есть немало россиян, продолжающих дело князя Игоря Трубецкого. Но если потомок белых эмигрантов был скорее исключением, то теперь итало-российские успехи стали правилом. Алексей Басов и Виктор Шайтар выиграли в своем классе «24 часа Ле-Мана», Ринат Салихов – «24 часа Спа-Франкоршам», а Кирилл Ладыгин – «24 часа Барселоны». Это лишь несколько примеров в череде российских побед, титулов и подиумов на «Феррари». Среди них есть и успехи в монокубке «Феррари Челлендж», который превратился в настоящую экосистему, охватившую Америку, Европу и Ближний Восток.
Пилоты Виктор Шайтар (слева) и Алексей Басов (справа), а также основатель команды SMP Racing Борис Ротенберг (по центру) празднуют победу в «24 часах Ле-Мана» 2015 года. Еще одним членом команды был итальянец Андреа Бертолини.
Наконец, после введения в «Формуле‐1» потолка бюджетов «Феррари», не желая сокращать свой огромный штат, решила вернуться в «Ле-Ман» с заводским спортпрототипом 499P. На большинстве трасс чемпионата мира по гонкам на выносливость машина из Маранелло немного уступает лидерам, зато в «Ле-Мане» «Феррари» побеждала в 2023 и 2024 годах.
Департамент дорожных автомобилей чувствует себя как нельзя лучше.
Технологическое лидерство «Феррари» вновь не вызывает сомнений, а многие решения становятся настоящими произведениями инженерного искусства, будь то атмосферный мотор с самой большой литровой мощностью на Ferrari 458, сложная система полного привода с двумя коробками передач на Ferrari FF и ее развитии GTC4 Lusso или поражающая воображение силовая установка на SF90 Stradale, которая состоит из битурбо V8 и трех электромоторов.
При этом техническое совершенство сочетается с элегантным дизайном, который теперь разрабатывается в собственном центре стиля, а не заказывается на стороне. Стилисты «Феррари» черпают вдохновение в богатом наследии бренда, что наглядно просматривается в дизайне семейства Roma, 12Cilindri и новейшем гиперкаре F80. Более того, в Маранелло восстановили традицию производства машин по индивидуальному заказу, создавая шедевры, существующие в одном экземпляре, а также развивают линейку Icona – ретрофутуристических суперкаров, вдохновение для создания которых черпается в культовых моделях марки. Наконец, «Феррари» переосмыслила формат кроссовера, запустив в серийное производство Purosangue, название которого в переводе означает «чистокровный».
Спрос на дорожные «Феррари» сейчас таков, что марка сама приняла решение ограничить годовой объем производства, сама отбирает покупателей для эксклюзивных моделей и ведет черный список клиентов, которые относятся к машинам с гарцующим жеребцом без должного пиетета. Все дорожные автомобили «Феррари» по-прежнему производятся только в Маранелло, где окно старого офиса Энцо Феррари до сих пор выходит на проходную завода. А гонщики все так же мечтают сесть за руль красной машины. Очередным пилотом, попавшим под чары «Феррари», стал семикратный чемпион мира Льюис Хэмилтон, который ради первого визита в Маранелло даже надел костюм. Лучше всего отношение гонщика к «Скудерии» характеризуют слова бывшего босса британца по «Мерседес-Бенц» Тото Вольффа: «Я пытался уговорить тебя надеть костюм двенадцать лет, и теперь ты сделал это в свой первый день в “Феррари”».
Петербуржец Роберт Шварцман в экипаже с Йе Йифеем и Робертом Кубицей долго лидировал в «Ле-Мане» в 2024 году. Увы, полузаводская Ferrari 499P сломалась, и победа второй год подряд досталась заводскому экипажу.
Энцо Феррари не стал ни хорошим кузнецом, ни блестящим инженером. Он просто создал главную легенду в истории автомобилизма. Легенду, которая будоражит кровь и мальчишек, и чемпионов мира.
Ferrari Purosangue открыл новую эру в истории марки, став первым кроссовером. В Маранелло постарались создать машину, максимально далекую от привычного формата.