Стоики проводили очень четкую границу между благом и злом. «Между добродетелью и пороком, полагают они, нет ничего среднего… В самом деле, говорят они, как палка бывает или прямая, или кривая, так поступок – или справедлив, или несправедлив, но никак не „более справедлив“ или „менее справедлив“; то же и в остальных случаях» [868].

Поначалу такой подход кажется наивным – жизнь ведь не делится на черное и белое, есть и спорные моменты. Один украл ради себя, а другой ради своего новорожденного ребенка – разве можно судить их одинаково? А стоики бы так и судили. Для них не существовало такой причины, которая бы оправдала преступление границы между благом и злом. Злу нет никаких оправданий, говорили они.

Но что, если вы должны совершить зло, однако ради спасения своей жизни, ради своей семьи или ради родины?

ЗЛО РАДИ СВОЕГО БЛАГА

Хрисипп писал: «Бегун на стадионе, чтобы победить, должен напрягать все силы, насколько может; но он не должен подставлять сопернику ногу или отталкивать его рукой. Так и в жизни: каждый вправе добиваться всего, что считает для себя нужным, но не вправе отнимать это у другого» [869].

ЗЛО РАДИ РОДИНЫ

Удивительно, но стоики считали, что даже ради родины нельзя преступать границу блага и зла, совершать подлые поступки.

«Ты говоришь, что твоя родина останется без поддержки, если ты не сможешь ей помогать. И еще раз, о какой помощи ты говоришь? Ты не можешь подарить ей ни общественные бани, ни храмы. И что с того? Сапожник ей разве дарит обувь, а кузнец оружие? Достаточно и того, что каждый выполняет свою работу. Работая над тем, чтобы создать еще одного гражданина, преданного и полного самоуважения, разве ты ничего не делаешь для своей отчизны? Конечно же делаешь! <…> Но если, желая служить родине, ты сводишь на нет добродетели, теряешь всякий стыд, честность и самоуважение, то чем вообще ты можешь быть полезен своей отчизне?» [870]

ЗЛО РАДИ БЛИЗКИХ

Многие идут на подлости не ради себя, а ради близких. Но правильно ли это? Вот что отвечал Эпиктет:

«Если я смогу разбогатеть, не упав в собственных глазах, оставаясь честным и без подлости и обмана, пусть покажут мне такой путь, я готов по нему идти. Но если вы хотите, чтобы я утратил свои собственные ценности, чтобы обеспечить вам вещи, которые не несут в себе блага, считайте, что вы несправедливы и неблагодарны. И потом, что вам важнее? Деньги или преданный друг, достойный уважения? Помогите же мне быть таким, а не желайте, чтобы я жил и действовал так, чтобы перестать быть и преданным, и достойным уважения» [871].

Как говорил Эпиктет, «у нас очень много всяких поводов быть неблагородными: у одних – из-за ребенка, у других – из-за матери, у тех – из-за братьев» [872]. Всех поводов не перечесть. Но нужно помнить, что настоящее благо не может стать причиной зла. «Никогда не считай полезным для себя то, что когда-либо побудит тебя преступить обещание, забыть стыд, ненавидеть кого-нибудь, подозревать, клясть, лицемерить, пожелать чего-нибудь такого, что прячут за стенами и замками», – говорит Марк Аврелий [873]. Ни одно истинное благо не толкнет вас совершить что-то против вашей природы, потому что оно и есть ваша природа.

ЧТО ПОЧИТАТЬ

Эпиктет, «Беседы»: книга 3, глава 24.