(1) Несмотря на захватывающее повествование, которым открывается фильм голосом актера Джона Ларрокетта, фильм не был основан на реальных событиях. Съемки «Техасской резни бензопилой» закончились 18 августа 1973 года, а во вступительном тексте говорится о событии, произошедшем 20 августа. Если только Хупер не обладал даром предвидения, фильм не мог отражать подлинного эпизода, но это не мешает увековечиванию «городской (или, в данном случае, кинематографической) легенды», и многие продолжают верить в подлинность этой истории.

(2) Помимо шести актеров, в фургоне находились три члена съемочной группы, включая режиссера, который снимал сцены в движущемся автомобиле с камерой в руках. Помимо гнетущей обстановки, выделяется стиль оператора Дэниела Перла, который с самого начала стремился к грязной эстетике, определяющей визуальный стиль всего фильма.

(3) Сцену на заправке без топлива можно объяснить контекстом нефтяного кризиса 1970-х годов, который привел к реальному дефициту и длинным очередям автомобилей, ожидающих заправки своих баков.

(4) Дом Кожаного лица и его милой семьи находился в районе Квик-Хилл в Раунд-Роке, штат Техас, но был перенесен в Кингсленд, расположенный в нескольких километрах. Здание, сохранившее свою архитектуру, было переоборудовано в ресторан Grand Central Café. Заправочная станция, расположенная в городе Бастроп, была переоборудована в ресторан-барбекю, а также есть планы по превращению ее в небольшой туристический комплекс, связанный со съемками фильма.

(5) В арсенале Кожаного лица есть как минимум три маски: убийцы, старухи и «красотки», которую персонаж надевает на ужин, с румянами, наложенными по мотивам грима Бетт Дэвис в фильме «Что случилось с Бэби Джейн?» Все они были разработаны Робертом Бернсом.

(6) Успех фильма и поток доходов, который он принес, не принесли никакой прибыли технической и художественной команде, потому что, как они узнали позже, дистрибуция досталась нью-йоркской продюсерской компании Bryanston, принадлежавшей мафиози Луису Перайно, члену клана Коломбо. В 1976 году на кинокомпанию был подан иск, но она обанкротилась, и участники съемок, по их собственным словам, «получили лишь сущие крохи».

(S) Последняя серия также породила архетипическую фигуру, так называемую «последнюю девушку», единственную, кто спасается от всеобщей резни. В данном случае у героини Мэрилин Бернс случился приступ истерики (что также нашло отражение в ее последних кадрах в фургоне), когда технический сбой заставил ее повторить свое выступление, что полностью вывело актрису из себя.