(1) Египтомания 1920-х годов нашла свое отражение и в декоре многих кинотеатров, которые сделали роскошную, эффектную и довольно китчевую версию колонн, фресок и фараонской иконографии. В Соединенных Штатах сразу несколько кинотеатров переняли эту новую эстетическую тенденцию. Среди них был впечатляющий театр Grauman’s Egyptian Theatre, расположенный на Голливудском бульваре и построенный в 1922 году. На протяжении десятилетий он служил штаб-квартирой Американской синематеки, а в настоящее время принадлежит известной телевизионной платформе.

(2) «Мумия!» Джейн Уэллс Вебб – оригинальная трехтомная антиутопия, в которой рассказывается о возвращении к жизни Хеопса в 2126 году. Писательница анонимно издала произведение, когда ей было двадцать, и потребовалось несколько лет, чтобы стало известно ее авторство. Отзывы о книге «Мумия! История двадцать второго века» (The Mummy! A Tale of the Twenty-Second Century) описывают ее как «научно-фантастический роман с феминистским уклоном». Среди его особенностей – использование электричества для оживления мумии, что, несомненно, оказало влияние на киноверсию «Доктора Франкенштейна».

(3) Карл Леммле-младший, сын всесильного владельца кинокомпании, оказал решающее влияние на сагу ужасов Universal. Молодой человек, родившийся в 1908 году, был твердо предан жанру, несмотря на скептицизм отца, и возглавил кинопроизводство в тот решающий период, когда было снято несколько шедевров («Дракула», «Доктор Франкенштейн», «Мумия», «Человек-невидимка»), принесших компании весьма солидную прибыль.

(4) Калиостро – предполагаемый итальянский алхимик, живший, как утверждают, несколько веков назад. Он представлялся целителем, наделенным магнетическими способностями и сведущим в египетских обрядах, так что вполне логично, что именно он послужил источником вдохновения для «Мумии».

(5) Использование «Лебединого озера» в нескольких фильмах Universal («Призрак Оперы», «Дракула», «Мумия» и др.) связано с трагическим и романтическим смыслом его сюжета – истории любви, которой приходится столкнуться с темными проклятиями.

(6) Во флэшбэк-сцене, показывающей различные реинкарнации Анхесенамон, принцесса, среди прочего, становилась христианской мученицей в окружении львов. Во время съемок съемочная группа была должным образом защищена, но Цита Йоханн ходила среди львов безо всякой защиты. Позднее эта сцена была вырезана, когда флэшбэки сократили до минимума, поскольку считалось, что они нарушают ритм фильма.

(S) В финальной сцене Имхотеп/Ардат-Бей сражен Анкхом, символом жизни, также известным как «египетский крест», который указывает на персонажа Бориса Карлоффа, и мы наблюдаем, как его лицо разлагается, а тело превращается в неприметную груду костей.