В середине июля 1973 года, в разгар жары и в окружении пустынного пейзажа, разношерстная команда новичков в мире кино под руководством Тоуба Хупера, режиссера с небольшим опытом, задумали одну из самых больных, беспощадных и мучительных историй, когда-либо снятых. Пощечина жестокости, политической некорректности и рафинированному юмору, она потрясла кинотеатры, выйдя на экраны в 1974 году.
С весьма ограниченным бюджетом, в такой нестабильной киноиндустрии, какая была в штате Техас, и в экстремальных климатических условиях, которые, кажется, так и сочатся с экрана, родились «Техасская резня бензопилой» и один из знаменитейших «мясников», совершивших революцию в современном хорроре: Кожаное лицо.
Его зарождение восходит к детским воспоминаниям Хупера о том, как он слышал в семейном кругу об Эдварде Гине, убийце, вдохновившем Роберта Блоха на роман «Психо» (и на одноименный фильм – Хичкока). Тот стал известен за совершение двух убийств, осквернение кладбищ, вскрытие могил и использование человеческих останков в качестве украшений для дома. Гин, живший в полной изоляции на ферме в Висконсине, был вопиющим примером той жуткой и неизвестной «сельской Америки», к которой относится и большая часть Техаса. Тоуб Хупер, по его собственным словам, не хотел упускать шанс снять на своей родине что-то вроде современной версии «Гензеля и Гретель»: историю о группе из пяти молодых людей, которые случайно попадают в «ужасный дом», населенный дикой семьей людоедов.
Для завершения галереи не хватало какого-то сильного элемента, и Хупер нашел его в разгар Рождества, когда пытался выбраться из переполненного магазина и в его поле зрения оказался отдел бензопил. Именно тогда он решил, что этот элемент может стать очень полезным и заставит зрителей застыть на своих местах.
На самом деле скрытые намерения режиссера и Кима Хенкеля, соавтора сценария «Техасской резни бензопилой», были гораздо шире, чем простая демонстрация кинематографической свирепости. Шестидесятые годы закончились лебединой песней движения хиппи, фотографии резни в Ми-Лай обошли весь мир, семья Мэнсон уже совершила свои ужасные преступления, а новые кинематографисты, благодаря таким фильмам, как «Беспечный ездок» и «Избавление», начали указывать на резкий разрыв между городским и сельским обществом. Изоляция последних, по мнению молодых кинематографистов, отражала невежество, суеверия, примитивность и более жестокую сторону реальности, которые все еще имели силу. Все эти негативные черты давали повод для проявления радикального пессимизма перед лицом происходящих в мире злодеяний, от которых, по словам Хупера, «никто не застрахован».
После того как рассказчик представляет «Техасскую резню бензопилой» реально произошедшим случаем (1), мы видим начальные кадры фильма, и они достаточно эксплицитны, чтобы мы начали чувствовать себя очень неуютно: крупные планы оскверненных тел на кладбище, из которых составлена жуткая скульптура. В конце титров снова появляется мизансцена смерти, в данном случае это броненосец, сбитый на дороге, по которой проезжает фургон. Присутствие палящего солнца и броненосца, весьма типичного для Техаса животного, сразу же помещают нас на эту территорию, в знойное лето и внутрь фургона, в котором едут пятеро молодых людей: две женщины и трое мужчин, один из которых в инвалидном кресле.
Стало известно, что кто-то осквернил могилы на местном кладбище, и молодые люди, типичные городские студенты, едут туда, чтобы выяснить, не коснулось ли это похороненных там родственников. Кроме того, это путешествие призвано показать клаустрофобную атмосферу фургона, где теснятся главные герои (2), к которым присоединяется безумный автостопщик, сыгранный Эдвином Нилом (ветераном войны во Вьетнаме). Персонаж Нила, работающий на скотобойне, критикует технологический прогресс в забое скота и пламенно защищает старые методы: например, убийство скота ударом по голове огромным молотом. В конце концов он оказывается достаточно опасным попутчиком и молодые люди снова оставляют его на обочине, хотя в их кузове уже пролилась кровь.
По пути к ужасу герои останавливаются на заправке, которой управляет довольно мерзкий тип в исполнении Джима Сидоу, одного из немногих профессиональных актеров, с которым Хупер подписал контракт после того, как увидел его в роли шекспировского короля Лира. Заправочная станция объединяет в себе множество безошибочно узнаваемых американских символов (например, название бренда Gulf, возвышающееся над зданием, и автомат с Кока-колой), а также служит местом продажи жареного мяса. Но бензина на ней нет (3), и это заставляет пятерых молодых людей подумать о том, чтобы найти время для посещения старого семейного дома (4).
Именно с этого момента режиссер погружает своих героев в атмосферу кошмара, прибегая к новым предостережениям: разрушенное жилище предков, одинокие окрестности, удушливое солнце и деревянный дом, который появляется вдали, подобно новой версии проклятого замка из готических фильмов ужасов, большим поклонником которых был Хупер. Проход в ад, в который один за другим попадают главные герои.
Появление Кожаного лица (его играет Гуннар Хансен, лица которого мы так и не увидим) застает врасплох всех, включая актеров, играющих его жертв, которые не были предупреждены о внешности убийцы. Крики ужаса актеров реальны и отвечают на жестокое впечатление, которое оказывает этот гигант с внешностью одновременно детской и звериной, с лицом, покрытым маской, которая могла бы быть сделана из человеческой кожи (5), издающий невнятные звуки и кажущийся беспокойным и смущенным появлением незваных гостей в его логове.
Кровопролитие, открывающее появление Кожаного лица, – одна из самых жестоких и характерных сцен «Техасской резни бензопилой», дающая примерное представление о невозможной степени провокации, на которую был нацелен режиссер. Нанеся одному из молодых людей смертельный удар по голове огромным молотом, монстр затаскивает его в комнату и с треском захлопывает раздвижную металлическую дверь, наводящую на мысль о скотобойне. Девушка убитого парня отправляется на его поиски. В антологичном кадре со спины крупным планом мы видим, как она заходит в дом, где в конце концов повиснет на мясницком крюке, пока Кожаное Лицо впервые запускает бензопилу и расчленяет тело только что убитого юноши.
Может сложиться впечатление, что Хупер уже исчерпал весь список своих ужасающих ресурсов, но мы все равно увидим, как Кожаное Лицо расправляется еще с двумя жертвами и преследует Салли, единственную выжившую из группы (ее играет Мэрилин Бернс). Она пытается бежать через заросли, испытывая боль от царапин и порезов на коже, которые тоже были настоящими, потому что трюки было решено свести к минимуму. Кульминацией невразумительного и зачастую раздражающего сюжета «Техасской резни бензопилой» становится семейный ужин, где Салли – «гостья», которая присоединяется за столом к Кожаному лицу, двум его братьям (с которыми мы уже познакомились во время поездки на фургоне) и деду, похожему на мумию, в котором едва теплится жизнь.
Съемки этого зверского эпизода длились двадцать семь часов и довели съемочную группу, техническую и художественную, до грани безумия, что отразилось в постоянных криках Мэрилин Бернс и в ощущении подавленности и отвращения, которое исходит от третьего акта фильма. По финансовым соображениям фильм пришлось снимать в один заход, закрыв окна черной тканью, чтобы имитировать ночную сцену. Это была середина августа, в Техасе стояла жара, а температура в помещении без вентиляции превышала сорок градусов; актеры не могли переодеться на протяжении почти всей съемки, а еда на столе, включая курицу, гнила. Больше всех пострадал Джон Дуган, исполнитель роли дедушки, актер двадцати с небольшим лет, которому пришлось пройти более чем пятичасовые сеансы грима и весь ужин сидеть в костюме и галстуке.
Атмосфера стала невыносимой, все пронизывало зловоние, а напряжение явно отражалось в безумном поведении персонажей, наводя на мысль, что Хупер доводил актеров до предела. Многие члены съемочной группы пришли к выводу, что стремление режиссера к аутентичности не обошлось без жестокости. Однако спустя время некоторые из них сочли это триумфом: «Это была бесконечная ночь, но мы сделали это». Развязке пока не хватало элемента, без которого невозможно представить будущие подражания (S), и необычной финальной сцены – отчаянного танца Кожаного лица, рассекающего воздух бензопилой. Эти финальные кадры стали завершающим штрихом и подтверждением огромного таланта Хупера к визуализации, который заметен на протяжении всего фильма.
В сеттинге «Техасской резни бензопилой» были еще две составляющие, усиливающие ее тревожную атмосферу: художественное оформление и саундтрек. В первом случае Роберт Бернс сыграл значимую роль, позаботившись обо всех деталях: масках Кожаного лица, предметах в фургоне и оформлении дома убийц. В случае последнего Бернс превратил различные комнаты в своеобразный «музей смерти», усеяв пол, стены и мебель фрагментами кожи, зубами, тушами животных, черепашьими панцирями, перьями, костями и биологическими останками всех видов, настоящими или имитированными, часто напоминающими тотемы или небольшие инсталляции. Замысел Бернса состоял в том, чтобы превратить дом в «еще одного персонажа» истории, а его скрупулезный профессионализм вызвал ироничные комментарии Хупера: «Вы открывали ящики, и они были оформлены даже изнутри».
Над музыкой работали Уэйн Белл и сам Тоуб Хупер. Хупер годами экспериментировал со звуковыми текстурами, основанными на использовании разных диапазонов, сломанных инструментов, металлических чаш с разным количеством воды и жестяных листов, пока не добился фона, который невозможно создать обычными средствами и который сопровождает фильм непрерывным визжащим звуком.
Спустя год монтажа и переговоров между режиссером и Комиссией по рейтингу фильмов, чтобы «Техасская резня бензопилой» смогла избежать рейтинга «X[4]» и демонстрироваться во всех кинотеатрах, фильм вышел на экраны в октябре 1974 года. Успех у критики и общества был неоспорим (6), но фильм был запрещен в таких странах, как Финляндия, Новая Зеландия, Австралия и Великобритания, где кто-то из цензоров охарактеризовал его как «порнографию ужасов».
Последующее влияние было огромным и послужило появлению клише: дом в лесу, группа молодых людей, переживающих ужасающий опыт, и убийца, который прячется за маской и не раскрывает своей личности. Такие персонажи, как Джейсон («Пятница 13-е»), Майкл Майерс («Ночь Хэллоуина»), Призрачное лицо («Крик») или Пеннивайз («Оно»), создали свои собственные саги, а «Техасская резня бензопилой» породила почти дюжину прибыльных сиквелов и способствовала появлению слэшера – поджанра, отличительные признаки которого можно свести к крови, страху и садизму, далекому от замыслов творения Тоуба Хупера.
