– Вот, взгляните сами.

Анатолий показал мне переписку Подхомутниковой и Петельникова:

«Мне необходима твоя помощь, и как можно быстрее. Это срочно, потому что дело не терпит отлагательств. Напиши, где мы можем встретиться».

– А ведь Маргарита явно чем-то напугана. Более того, она пребывает в панике. Вам так не кажется, Анатолий? – спросила я.

– Да, вы правы, Татьяна Александровна. Тон ее сообщений явно выходит за рамки ничего не обязывающего флирта, – согласился со мной Сидельников. – И вот, смотрите. Петельников ее сообщение прочитал – выскочило две галочки. О, отвечает! – азартно добавил парень. Я склонилась над его плечом, глядя, как появляются на экране строчки. И внезапно озадачилась:

– Слушай, а они не просекут, что мы тут читаем их переписку?

– Да нет, конечно, – покачал головой Анатолий. – Я аккуратненько зашел, не переживайте. Лучше смотрите. «Готов подойти, куда скажешь» – это он пишет. «Мне без разницы, лишь бы побыстрее» – она. «Давай у памятника генералу Драчевскому в парке «Южные культуры», сегодня, в час дня» – он. Все, вышел из Сети. Маргарита тоже уже не онлайн.

– Далеко до этого памятника? – поинтересовалась я, взглянув на часы. Еще только девять утра. Ну надо же!

– Да нет, у нас город небольшой, до любой точки не более получаса. Тем более на машине – вообще минут за пятнадцать домчим.

– Эх, хорошо бы наблюдение за точкой установить, – вздохнула я. – Маргарита, судя по ее состоянию, может и быстрее там появиться. Кто знает, во что девица вляпалась?

– Хорошо бы, – согласился Анатолий. – Да только кто ж нам людей-то даст? Их, как всегда, не хватает.

– Ладно, значит, будем решать проблемы по мере их поступления, – вздохнула я. – Предлагаю для начала скататься к дому Петельникова. Звонить не будем, дабы не спугнуть – непонятно пока, какую он роль во всей этой истории играет.

Сидельников кивнул:

– Да, возможно, мы еще сможем застать его в квартире и хоть что-то прояснить.

Уже сидя в машине, я передумала и решила, что позвонить Георгию вполне могу. Уж какой-нибудь левый предлог изобрести я в состоянии. Набрала номер Петельникова, но в ответ послышались длинные гудки. Странно. Хотя что тут странного. Георгий может быть занят на работе, а также находиться в спортзале или на пробежке, может быть, у него разрядился телефон, или же он в данный момент находится в зоне с плохим сигналом. Да, в конце концов, Георгий может просто не хотеть говорить.

Я подождала с минуту и снова набрала Георгия. И на этот раз ответа от Петельникова не последовало. У меня появилось какое-то странное предчувствие. Ладно, посмотрим.

Мы с Анатолием подъехали к дому Петельникова. Георгий проживал в обычном пятиэтажном доме, в первом подъезде. Пока Сидельников парковался на небольшом пятачке около первого подъезда, к дому подъехала машина, и рабочие – два молодых парня – начали выгружать мягкую мебель.

Мы с Анатолием вышли из машины и проследили за одним из парней. Он набирал на пульте домофона номер квартиры. И эта квартира как раз оказалась той самой, в которой проживал Георгий Петельников.

«Надо же, какое стечение обстоятельств, – подумала я. – Наверное, этим и вызвано нежелание Георгия ответить на телефонный звонок: он ведь ждет, когда привезут мебель».

– Татьяна Александровна, – вполголоса обратился ко мне Сидельников, – я придумал, как попасть в квартиру к Георгию, не раскрывая себя. Вы же говорили, что не стоит пока, правильно? Ну, мы ведь не знаем наверняка, почему Георгий не отвечает на звонки. Это может быть связано с каким-нибудь непредвиденным случаем.

– Готова выслушать твое предложение, – кивнула я, полностью соглашаясь с логикой стажера.

– Ну… что-то типа легенды вроде бы наметилось. Можно воспользоваться тем, что в эту квартиру привезли мебель, сейчас будут разгружать машину и поднимать на этаж.

Действительно, парни уже взялись за дело. Дверь подъезда открыли нараспашку и, чтобы она не закрывалась, положили кирпич.

Анатолий подошел к одному из парней и спросил:

– Это вы в квартиру номер пятнадцать привезли?

– Ну да, в нее. Хозяйка торопит, недовольная такая. Говорит, что ждет нас уже целый час. А мы что? Наше дело маленькое, дали наряд, мы и выполняем. А что? – спросил рабочий.

– Да нет, ничего, – пожал плечами Сидельников.

– А то, может, помочь хочешь? Нам помощники нужны. Тут вон сколько всего перетаскать нужно, – вступил в разговор второй рабочий.

– Так вы хозяина на помощь позовите, чего он дома сидит, – посоветовал Анатолий.

– Так нет его, хозяина-то. Нас предупредили, что самим придется заносить на этаж все это добро, – объяснил рабочий.

Мы с Сидельниковым переглянулись. Это что же получается? Георгия Петельникова нет дома? Стало быть, его супруга или сожительница одна? Или он вообще здесь не живет? В конце концов, в нашей стране никто не обязан жить строго по месту регистрации. А если обитаешь в пределах региона, можешь и временную прописку не оформлять.

– Ладно, давайте вон тот ящик, помогу вам донести, – предложил Анатолий, – мне все равно нужно в эту квартиру.

– О, спасибо тебе, парень, на, держи, – обрадованные рабочие сунули Сидельникову не один ящик, а целых два.

Тот подхватил их под мышки и пошел наверх. Я направилась вслед за ним.

Дверь в тамбуре на лестничной клетке уже была открыта. В проеме стояла хозяйка – молодая блондинка лет двадцати трех. Анатолий сложил принесенные ящики в коридоре и обратился к девушке.

– Вот, решил помочь ребятам, – объяснил он хозяйке.

– Ой, спасибо вам большое, – поблагодарила девушка.

– Да не за что. Я ведь все равно к вам направлялся, – начал разговор Анатолий.

Девушка заметно насторожилась:

– Да? Ко мне? А что такое? Что случилось? – забросала она вопросами Сидельникова.

– Да ничего особенного не случилось. Я из службы жилищно-коммунального хозяйства. У нас тут плановая проверка системы отопления, – и он небрежно махнул корочками, стажерскими, нахал. Правда, барышня документами не заинтересовалась. – Не могли бы вы меня впустить? – спросил стажер.

– Проверка системы отопления? – несколько растерянно переспросила девушка. – А я и не знала, что у нас имеются какие-то проблемы… Но, конечно, проходите.

Я увидела, как Анатолий переступил порог квартиры.

– Ого, у вас тут, стало быть, переезд? Да? – спросил стажер.

– Да, мы с мужем решили обновить обстановку, – начала девушка и тут же остановилась.

Помолчав, она добавила:

– Хотя, если точнее, это только я решила обновить мебель. Георгий здесь больше не живет.

– А где он теперь? – спросил Анатолий.

– Мы с ним в разводе уже полгода. Он уехал, и я не знаю, где он сейчас, – ответила блондинка.

– Понимаю. Это, должно быть, не просто, – с сочувствием произнес Сидельников и спросил: – А вы с ним поддерживаете связь?

– Нет. Он ушел, и я решила, что лучше будет, если все оставить в прошлом, – ответила девушка. – Сначала было тяжело, но я сейчас стараюсь двигаться дальше. Новый старт, новая мебель, хотя… может, это и не совсем то, что нужно для нового старта, для нового начала.

– Иногда перемены в интерьере могут помочь изменить и внутреннее состояние, – сказал Анатолий.

– Да, вы правы, – ответила бывшая супруга Георгия Петельникова и спросила: – А вы сами давно работаете в жилищно-коммунальном хозяйстве?

– На самом деле я только начинаю. Это мой первый месяц работы, – ответил Сидельников. – Давайте ваши батареи простукаю, а то мало ли что?

– Послушайте, но летом – это как-то странно, – приглашающе махнув рукой, задумчиво проговорила девушка.

– Прекрасно понимаю ваше удивление, – пожал плечами Сидельников. – Но начальство сказало – проверяй, а я что? Мое дело маленькое. К тому же… вроде бы опрессовку проводили, вдруг что течь начало?

Анатолий простукал батареи, делая на редкость озабоченное выражение лица, и наконец улыбнулся хозяйке квартиры:

– Ну, вроде бы все в порядке. Но если вдруг что-то будет не так, обязательно звоните нам.

– Да-да, конечно. Спасибо!

Рабочие уже закончили заносить мебель. Анатолий спустился на один лестничный пролет и подошел ко мне:

– В общем, Георгий Петельников разошелся с супругой, и здесь он больше не проживает. Где его искать – его бывшая жена понятия не имеет.

– Понятно. Знаешь, Анатолий, я, пожалуй, попробую сыграть в открытую. Вдруг да перепадет нам с тобой немного полезной информации? Спускайся во двор и подожди меня.

Анатолий кивнул и пошагал вниз по ступеням, а я поднялась к квартире и позвонила в дверной звонок. Почти сразу же дверь открылась: вероятно, девушка еще не успела уйти в глубь квартиры.

– Здравствуйте, – сказала я.

– Здравствуйте, – ответила девушка и вопросительно посмотрела на меня.

– Меня зовут Татьяна Александровна, я частный детектив и приехала из Тарасова, – представилась я.

– Господи! Сегодня просто какой-то день открытых дверей! – всплеснула руками хозяйка. – То грузчики, то представитель ЖЭКа пожаловал. А теперь вот еще и частный детектив.

– Ну, бывает, – кивнула я. – Так уж совпало, что все разом нагрянули к вам. Мне нужен Георгий Петельников. Это ваш супруг?

– Да, но он здесь не живет. Мы с ним разошлись, и Георгий съехал, – ответила девушка.

– Простите, как к вам можно обращаться? – спросила я.

– Я Альбина, – ответила девушка и спросила: – А почему вы спрашиваете про Георгия? С ним что-то случилось?

– Надеюсь, что ничего плохого не случилось. Просто мне необходимо с ним поговорить. Он может помочь прояснить одну ситуацию и выступить в качестве свидетеля. Но для этого необходимо с ним встретиться. Нам известен только этот адрес его проживания. Может быть, вы можете предположить, где его можно сейчас найти? – спросила я.

– Понимаете… Татьяна Александровна?

– Да.

– В общем… мы ведь с Герой больше не живем вместе. У него своя жизнь, а у меня своя, – ответила Альбина.

– Ну это понятно. Все бывает, но где он сейчас может находиться? – спросила я.

– Даже и не знаю, – ответила Альбина Петельникова.

«Черт возьми! Только этого еще не хватало! – подумала я. – Ведь все же было сделано для того, чтобы встретиться с этим воздыхателем Маргариты Подхомутникой: найден адрес, отыскалась и супруга, пусть даже и бывшая. А сам Георгий Петельников опять неизвестно где».

– Вы знаете, Альбина, дело, по которому я приехала из Тарасова, очень важное, и оно не терпит отлагательств. Поэтому вас очень прошу: постарайтесь вспомнить, где сейчас может находиться ваш бывший супруг, – сказала я.

– Да, я понимаю вас, Татьяна Александровна. Но что я конкретно могу сделать? – спросила Альбина.

– Ну, подумайте, кто может знать, по какому адресу может сейчас проживать ваш бывший муж?

Я вопросительно посмотрела на девушку.

Альбина пожала плечами.

– Ну хорошо, вы этого не знаете. Но, возможно, его приятели в курсе? У вашего бывшего супруга ведь наверняка имеются друзья или просто знакомые, ведь так? Они же приходили к вам в гости, когда вы были в браке?

– Ну, приходили, конечно, но… понимаете, это были Геркины друзья, а не мои. А когда он уехал отсюда, то они перестали здесь бывать, – ответила Альбина.

– Ладно, друзей Георгия вы не знаете, вернее, они больше к вам не наведываются. А что касается его работы? – задала я следующий вопрос.

– Ну, на работе, наверное, должны знать. Все-таки это работа, там все серьезно. Отдел кадров, опять же, имеется, – сказала Альбина.

– Ладно, скажите тогда, как называется место работы вашего бывшего супруга, – попросила я.

– Георгий работает инструктором на пляже, – ответила Альбина.

– Инструктором чего? – уточнила я.

– Ну как чего? Инструктором по водным видам спорта, я так думаю, – ответила Альбина.

– Ладно, предположим. Теперь остается выяснить, где именно? – спросила я.

– А я не знаю… – последовал ответ.

Опять двадцать пять!

– Подождите, ваш бывший муж, он что же, не говорил вам, где он конкретно работает? – спросила я.

– Так ведь он не на одном месте работал, он их достаточно часто менял. Я же не могу все помнить, – сказала Альбина. – К тому же работа сезонная.

– Ну хотя бы одно место работы своего бывшего супруга вы можете назвать? – спросила я.

– Кажется, пляж называется… «Солнечный». Или «Огонек», вот точно не могу сказать. Помню только, что названия у них похожи. Ведь солнце и огонь имеют же что-то общее, верно? Но это в прошлом году было, еще до развода, в этом – не знаю, куда он мог устроиться.

– Верно, – вздохнула я. – Послушайте, Альбина, вот вам моя визитка. Позвоните, пожалуйста, если вдруг вспомните, как называется пляж.

Я протянула девушке свою визитку и вышла из квартиры. Так, с учетом того, что парень разместил в соцсети фото с пляжем «Морской», в этом году он вполне может работать и там. На мой взгляд, это очевидно. Впрочем, время до часа дня у нас есть, но его не так уж много. И все зависит от территориального расположения пляжа.

– Георгий, судя по словам его бывшей супруги, работает инструктором на пляже, – сказала я, спустившись на улицу, где меня ожидал Анатолий. – Только вот на каком именно, она толком не знает. Вспомнила, что, возможно, это пляж или «Солнечный», или «Огонек». А еще – работа же сезонная, сам понимаешь – он может и на «Морском» этим летом трудиться.

– И с какого пляжа начнем? – полюбопытствовал Анатолий.

– А какой ближе? Нам с тобой в этом вашем парке около половины первого бы появиться. Провести, так сказать, рекогносцировку на местности, найти себе удобное укрытие и все такое.

– Ближе? Тогда с «Солнечного». А если выяснится, что Петельников на этом пляже не работает, то тогда поедем на пляж «Огонек», – сказал Сидельников. – На «Морской» мы так или иначе собирались съездить, но он дальше всех отсюда.

– Хорошо, – согласилась я. – Однако следует иметь в виду и такой вариант, при котором Петельников может работать совсем в другом месте. Этого тоже нельзя исключить.

– Да, я уже начинаю думать, как бы нам не пришлось обследовать все побережье в поисках Петельникова, – предположил Анатолий.

– Ну, давай не будем раньше времени усложнять себе задачу. Начнем с «Солнечного», а дальше видно будет, – сказала я.

На пляже «Солнечный» царила атмосфера летнего отдыха. Мягкий песок, яркое солнце и шум волн создавали идеальные условия для отдыхающих. Вдоль пляжа стояли яркие зонтики и шезлонги, а в воздухе витал аромат свежеприготовленных морепродуктов из ближайших кафе. Люди наслаждались отличной погодой, купались в море и играли в пляжные игры.

Мы с Анатолием подошли к входу на пляж, где нас встретил среднего возраста охранник.

– Здравствуйте, – поприветствовала я мужчину, – мы ищем Георгия Петельникова. По словам его бывшей супруги, Георгий работает инструктором на этом пляже. Нам необходимо с ним поговорить. Можете нам помочь?

– Георгий? – переспросил охранник. – Вроде бы я слышал это имя. Но точно сказать, работает он здесь или нет, я, к сожалению, не могу. Вам лучше обратиться к руководству пляжа. Вот они-то точно все знают. Или, по крайней мере, должны знать.

– Спасибо за подсказку. А где мы можем найти руководство? – спросила я.

– Вам нужно будет пройти вон к тому административному зданию, – мужчина показал направление рукой, – оно находится прямо за той закусочной. Там вам помогут.

– Спасибо, – поблагодарила я охранника.

Мы с Сидельниковым направились к административному зданию. Внутри него нас встретила низенькая полная женщина лет пятидесяти пяти в форменной одежде.

– Здравствуйте, – сказала я, – я частный детектив Татьяна Александровна. Нам необходимо поговорить с Георгием Петельниковым. Вы не могли бы нам помочь?

– Вы говорите, что вы частный детектив? – женщина внимательно посмотрела на меня.

– Да, вот моя лицензия, – сказала я и, вынув из сумки файловую папку, протянула женщине.

Та взяла ее в руки и начала изучать.

– Так вы приехали из Тарасова? – оторвавшись от чтения документа, поинтересовалась сотрудница.

– Да, это город на Волге, – ответила я.

– Надо же, – заметила женщина.

– А вот его фотография, – Анатолий протянул женщине фото Георгия Петельникова.

– Вы его знаете? – спросила я.

– Да, знаю. Хороший парень, добрый, отзывчивый, готов прийти на помощь, – с положительной стороны охарактеризовала Петельникова женщина. – Вот как-то отдыхала тут у нас семья с маленькой девочкой Аней. Она мечтала научиться кататься на серфе, но очень стеснялась, а главное – боялась волн. Но Георгий сумел объяснить ей основы этого вида спорта, и Аня смогла побороть свой страх. Правда, в тот день неожиданно поднялся сильный ветер, и волны стали гораздо выше. Многие катающиеся на серфе запаниковали, а Георгий быстро подплыл к тем, кто уже сдался, и помог выбраться на берег.

– А как долго у вас работает Георгий? – вступил в разговор Сидельников.

– Он с нами уже около года, хороший инструктор, все его хвалят, – ответила женщина.

– А сегодня Георгий приходил на работу? – поинтересовалась я.

– Сегодня? А вы знаете, я его сегодня не видела, – немного растерянно проговорила женщина. – Может быть, он заболел? Да нет, с чего бы ему болеть? Он парень молодой, здоровый.

– А где можно узнать его адрес проживания? – спросила я.

– Да в отделе кадров, где же еще, – ответила женщина. – Сейчас вам нужно будет пройти до конца этого коридора, потом повернуть направо. Там сначала будет бухгалтерия, а следующая дверь как раз отдел кадров, – объяснила она.

Мы с Анатолием вошли в маленькое помещение и увидели молодую женщину, которая сидела за столом перед монитором и что-то печатала.

– Простите, нам необходимо узнать, по какому адресу проживает Георгий Петельников, инструктор пляжа, – сказала я и добавила: – Я частный детектив и приехала с расследованием.

Протянув женщине свою лицензию, я приготовилась ждать. Однако оказалось, что в договоре, который заключил Георгий с руководством пляжа, значился тот же самый адрес, по которому проживал Петельников до развода с супругой.

Мы с Анатолием вышли из административного корпуса.

– Не нравится мне все это, – сказала я. – Администратор сказала, что не видела Георгия сегодня, на телефонные звонки он не отвечает. Нужно спросить кого-нибудь, кто работает на пляже.

Следом за нами из административного корпуса вышел парень в ветровке с надписью «МЧС», я окликнула его:

– Молодой человек, вы здесь работаете?

– Да, а что? – спросил парень.

– Видите ли, нам необходимо поговорить с Георгием Петельниковым, но выяснилось, что сегодня на пляже его не видели, а на телефонные звонки он не отвечает. К тому же по адресу, который имеется в отделе кадров, Георгий не проживает. Вы не подскажете, к кому можно обратиться с этим вопросом?

– Да к Наташке, – хмыкнул парень.

– А кто это? – спросила я.

– Наташка-то? Ну, типа герлфренд Герки, – ответил парень.

– А где ее найти? – спросил Анатолий.

– Идите сейчас в кафе «Бриз», она там официанткой работает, – сказал парень.

– Скажите, а какой обычно график работы у Георгия Петельникова? Он каждый день должен появляться на пляже или у него есть выходные? Или же у него график работы, как у охраны: сутки через двое? – спросила я.

– Обычно Герка появляется на пляже каждый день, потому как желающих поучиться водным видам спорта хоть отбавляй. Ну, конечно, бывают у него выходные, он же не робот, только довольно редко, – ответил парень.

– Понятно, – кивнула я и обратилась к Сидельникову: – Анатолий, идем в кафе.

Кафе «Бриз» располагалось прямо на берегу моря. Его интерьер был оформлен в морском стиле: стены украшали ракушки и картины с изображением подводного мира. Большие окна открывали красивый вид на пляж и волны, а легкий ветер приносил запах соли и свежести. Столики были покрыты белоснежными скатертями, на полках стояли бутылки с местными винами и экзотическими коктейлями.

Мы с Анатолием вошли в кафе. За стойкой бара стояла молодая светловолосая девушка в униформе официантки.

– Здравствуйте, – сказала я, подойдя к барной стойке.

– Здравствуйте, – приветливо улыбнулась девушка и спросила: – Что вам предложить? У нас очень богатый выбор напитков и…

– Вы ведь Наташа? – прервала я девушку.

– Да, – ответила девушка, и ее взгляд сразу же стал настороженным.

– А меня зовут Татьяна, я детектив и пришла поговорить с вами о Георгии Петельникове, – сказала я.

– Извините, но я занята, – ответила Наталья и тут же уткнулась в меню.

– Я понимаю вас, но и вы поймите меня: это очень важно, – не отставала я. – Или к вам часто частные детективы заходят? И нет, мы не несем угрозы вашему молодому человеку. Напротив, возможно, сможем вытащить его из неприятностей, – да, я блефовала. У меня даже стопроцентной уверенности не было, что Петельников замешан в интригах Маргариты. Впрочем, возможно, как раз сегодня она его к своим проблемам и привлечет. В любом случае иногда блеф – это эффективный способ получить нужную мне информацию.

Наталья оторвалась от меню и посмотрела на меня. В ее карих глазах мелькнуло беспокойство, но она все еще не была готова к разговору.

– Я… я не знаю… я не понимаю, о чем вы говорите, – тихо проговорила Наталья.

– Наташа, если Георгий вам небезразличен, если он вам действительно дорог, то вам стоит рассказать, где его можно найти, по какому адресу, – сказала я.

Наталья все еще молчала.

– Наташа, поймите, Георгий является очень важным свидетелем, именно поэтому мы его разыскиваем, – сказал Анатолий.

Наталья тяжело вздохнула:

– Гера просил меня никому не рассказывать, где он живет.

– Вот как? А почему? Причину он вам назвал? – я тут же забросала девушку вопросами.

– Ну… не знаю. Наверное, не хочет, чтобы о том, где он сейчас живет, узнала его бывшая жена. Из-за этого, возможно, – ответила Наталья.

Я посмотрела на Сидельникова. Анатолий пожал плечами.

«Не похоже, что Альбина собирается преследовать бывшего супруга, – подумала я. – Наверное, причина того, что Петельников попросил Наталью никому не говорить о его местонахождении, кроется совсем в другом».

– Дело в том, что Гера разошелся с женой, и вот… – начала Наталья.

Девушка остановилась.

– Подождите, Наташа, вы что же, считаете, что бывшая супруга Георгия его преследует и хочет вернуть? – спросила я.

– Ну да. А что? Что, такого не может быть? Да? Герка – парень видный, любая готова с ним…

Наталья не договорила, но чувствовалось, что девушку захлестнула ревность.

– Скажите, а где вы познакомились с Георгием? – спросила я, желая немного снизить накал эмоций.

– Мы с Герой встретились около полугода назад, – уже более спокойным тоном продолжала рассказывать девушка. – Это был день рождения одного из его друзей. Я работала официанткой на этом празднике. Я помню, что Георгий был очень общительным, он много смеялся и шутил. Мы разговорились, и он пригласил меня выпить.

– И что же произошло дальше? – спросила я.

– Мы провели вечер вместе, танцевали и разговаривали. Он рассказывал о своей работе, о том, что он любит путешествовать. Я была поражена, насколько Гера интересный собеседник. В конце вечера он предложил мне встретиться снова, и я согласилась. После этого мы начали встречаться. Он был очень внимательным, всегда заботился обо мне. Но я не знала, не догадывалась, что у него могут быть другие отношения. Знаете, я всегда отдавала себе отчет в том, что Герка привлекательный парень. У него такая харизма, он умеет общаться с людьми, и это притягивает к нему девушек, как магнит. Я не раз видела, как они на него смотрят, как флиртуют. И честно говоря, меня всегда это очень сильно раздражало, да что там раздражало, просто бесило! Но я старалась не особо обращать на это внимание, я ведь думала, что у нас с ним особенные отношения.

Наталья посмотрела на меня, и в ее глазах заблестели слезы.

– В последнее время я стала замечать, что Гера стал больше времени проводить с другими девушками. Они приходят к нему на уроки, смеются, шутят. Я не могу не думать, что он может быть с какой-то другой. Я знаю, что это глупо, но я не могу с этим справиться. Каждый раз, когда Гера уходит на пляж, я чувствую, как внутри меня растет ревность.

Наталья встала и начала ходить по кафе.

– Я пыталась поговорить с ним, но он всегда говорил, что это просто работа, что он заботится о своих учениках. Но разве это нормально? Почему он не понимает, как мне тяжело? Я не хочу быть той девушкой, которая постоянно ревнует. Но я не могу иначе. Я люблю Геру, но эта любовь превращается в страх, что я могу его потерять.

Наталья остановилась и обхватила себя руками:

– Я не знаю, что делать, я хочу доверять ему, но каждый раз, когда я вижу, как он улыбается другой девушке, у меня внутри все переворачивается. Я не хочу быть параноиком, но как можно не ревновать, когда ты видишь, что твой любимый человек окружен такими красотками?

Девушка замолчала. Я понимала, что Наталье было важно высказать все, что накопилось у нее внутри.

– Наташа, послушайте. Как я уже сказала, я частный детектив и приехала к вам сюда из другого города, чтобы провести расследование. Поэтому очень важно найти Георгия и поговорить с ним, – сказала я.

– А он что? Гера в чем-то замешан? Да?

– Да нет же! Он ни в чем не замешан, успокойтесь, пожалуйста. Просто нам нужно выяснить некоторые подробности, вот и все.

Наталья тяжело вздохнула:

– Ну хорошо, я скажу, где он живет. Это на Петропавловской улице.

– Так, понятно, – включился в разговор Анатолий. – А номер дома?

– Номер дома пятнадцатый, это одноподъездный дом.

– Квартира? Номер знаете?

– Квартира номер десять, – сказала Наталья.

– И последний вопрос, Наташа. Скажите, когда вы в последний раз встречались с Георгием? – спросила я.

– Вчера, – тихо произнесла девушка, – вчера вечером я была у него в квартире.

– Все понятно, – кивнул Анатолий, – поехали, Татьяна Александровна.

Мы с Сидельниковым вышли из кафе и направились к выходу с пляжа.

– Петропавловская улица совсем недалеко отсюда, – сказал Анатолий, включив навигатор. – Скоро будем на месте.

Я взглянула на часы: половина одиннадцатого. Отлично, и в парк успеваем.

Пока мы ехали на квартиру Георгия Петельникова, я еще несколько раз набрала номер Георгия, но безрезультатно.

«Странно все это, – подумала я, – почему Георгий не появляется на пляже? Почему он не отвечает на телефонные звонки? Ладно если бы это было только один, ну максимум два раза. Но ведь я уже трижды пыталась ему позвонить за сегодня. Его молчание уже нельзя объяснить тем, что он находится вне зоны действия сигнала, или тем, что у него закончилась зарядка. Опять же, если телефон разряжен, гудки обычно не идут. С ним что-то случилось? Или он не отвечает на звонки с незнакомых номеров? Или… Ладно, будем надеяться, что на месте жительства парень обнаружится. А может быть, Петельников не проживает здесь постоянно, а просто снимает квартиру, скажем, для романтических встреч? Тогда необходимо будет опросить его ближайших соседей».

Дом на Петропавловской улице находился в большом и ухоженном дворе. Анатолий припарковал машину, и мы с ним направились к единственному подъезду. Анатолий набрал на домофоне номер квартиры Георгия, и мы приготовились ждать ответ. Но его не было.

В это время подъездная дверь открылась и во двор вышли две пожилые женщины. Я сразу подумала, что у них, вероятно, можно будет получить информацию о Петельникове. В самом деле: дом, хотя и многоквартирный, но всего лишь с одним подъездом. Стало быть, жильцы могут знать друг друга. Во всяком случае, стоило попытаться получить интересующие нас сведения.

– Здравствуйте, – с улыбкой поздоровалась я с пенсионерками.

– День добрый, – немного настороженно ответила одна из женщин.

Вторая дама – с короткой стрижкой и в очках – просто кивнула.

– Я частный детектив Татьяна. Мне необходимо задать вам несколько вопросов. Скажите, вы знаете Георгия Петельникова? – спросила я.

– Геру? Конечно, знаем. Он, в принципе, хороший парень, но в последнее время с ним что-то не так, – ответила женщина и покачала головой.

– А что вы имеете в виду? – сразу уточнила я.

– Да вот… уже несколько дней он не появляется дома, – сказала дама в очках.

«Несколько дней его нет дома? Но ведь Наталья сказала, что была у него вчера. Впрочем, женщины могли и забыть, как давно они его видели», – подумала я.

– А кто к нему приходит домой? – продолжала я расспрашивать соседок Георгия.

– Иногда приходят молодые люди. Ведут они себя тихо, но, как говорится, в тихом омуте… – ответила пенсионерка.

– Может быть, вы слышали, как Георгий с кем-то ссорился? – спросил Анатолий, присоединившись к разговору.

Женщины переглянулись, и дама в очках ответила:

– Ссоры? Нет, но… – она замялась, как будто вспоминала, – я слышала, как Гера разговаривал по телефону. Так вот, иногда его голос становился очень напряженным. Правда, слов я разобрать не смогла, только интонация… знаете, как будто бы он боялся кого-то, что ли. Или за кого-то.

– Спасибо вам за информацию, – сказала я. И задумалась: может быть, Гера боялся за Маргариту? Или… ему позвонил кто-то, кого он опасается?

Пенсионерки пошли по двору. А нам с Анатолием пришлось ждать кого-то, кто бы вышел или, наоборот, зашел в подъезд. Почти сразу же дверь подъезда открылась, и во двор вышла юная мамочка с ребенком на руках, а мы с Сидельниковым вошли в подъезд.

Внутри подъезд выглядел чисто и аккуратно. Скорее всего, в нем совсем недавно сделали ремонт или же обновили. Стены были выкрашены в светло-зеленый цвет, а пол на лестничных площадках выложен новой плиткой. На подоконниках стояли цветочные горшки с растениями, которые придавали общедомовому пространству домашний вид. Перила лестниц были отшлифованы и покрашены в темно-коричневый цвет.

Мы поднялись на третий этаж, и я уже готова была нажать на кнопку звонка, как вдруг заметила, что дверь квартиры Георгия Петельникова приоткрыта. Я остановилась и прислушалась: внутри было тихо.

«Почему дверь не заперта? – подумала я. – Может быть, Георгий просто забыл ее закрыть? Ну нет, это не могло быть случайностью. Сколько таких «приоткрытых» дверей было в моей практике! А внутри – как правило… ладно, не буду предугадывать. Вполне возможно, что у Петельникова сейчас находится знакомый, который забыл захлопнуть дверь… Ох, Таня, и кому ты это говоришь! Объективно, конечно, телефонное молчание – не повод тревожиться, телефон Петельникова не отвечал всего пару-тройку часов – с утра. Только вот интуиция, которая и позволяла мне котироваться в качестве частного детектива, просто вопила: что-то неладно!

Я взялась за ручку двери и осторожно потянула ее на себя. Раздался очень тихий, едва уловимый скрип.

– Георгий! – позвала я.

Никто не откликнулся.

– Георгий, вы здесь? – повторила я свой вопрос.

Я переступила порог квартиры и сразу же ощутила, что здесь что-то не так. Точнее сказать, здесь все было не так. И прежде всего отчетливые следы мужской обуви, которые виднелись на пыльном полу начиная от прихожей. Следы вели в глубь квартиры.

Я направилась в гостиную, ступая очень осторожно и стараясь не испортить отпечатков следов – мало ли что. Бросив взгляд в глубину небольшой комнаты, я увидела неподвижно лежащую фигуру около кресла. Мужчина в белой футболке и такого же цвета легких летних брюках лежал на спине. Лицо его было бледным, а глаза закрыты. Я приблизилась и коснулась его шеи, пытаясь нащупать пульс: а вдруг все-таки… Но первоначальное мое предположение – о том, что передо мной труп, – подтвердилось. Причем, похоже, этот тип мертв уже несколько часов. Впрочем, точное время смерти определить мог только эксперт-криминалист.

В гостиной царил беспорядок. Насколько я могла заметить, он был связан с борьбой. Видимо, на Георгия – а судя по фотографиям, выложенным в соцсети, это был именно он – напали, а он оборонялся. Мебель была сдвинута в сторону, некоторые предметы хаотично валялись на полу. Впрочем, кажется, преступники не проводили обыск в гостиной на предмет обнаружения каких-либо документов или вещей.

– Анатолий, у нас труп, – сообщила я Сидельникову, – вызывай опергруппу.

– Сейчас, Татьяна Александровна, – ответил стажер, вынимая телефон, и спросил: – А Аркадию Геннадьевичу доложить?

– Я сама ему сообщу, ты встречай оперативников, а потом опроси соседей Георгия, – распорядилась я.

– Будет сделано, – ответил Сидельников.

– Да, Анатолий, вот еще что, – сказала я, – необходимо будет привезти в управление Наталью, девушку Георгия. Она ведь призналась, что вчера вечером они встречались.

– Вы думаете, что…

– Пока я опираюсь только на факты, Анатолий, – сказала я. – Наталья вчера была у Петельникова. Не исключено, что ночь они провели вместе. Еще сегодня утром Георгий ответил Маргарите Подхомутникой на ее просьбу о помощи. Значит, сегодня утром он был еще жив. Поэтому я считаю, что Наталья, возможно, была последней, кто видел Петельникова живым. В общем, ее необходимо будет тщательно допросить. И еще. – Я глянула на часы и нахмурилась. – К памятнику мы с вами не успеваем. Если только… – я задумалась. С одной стороны, Георгий и Маргарита связаны, как – пока не знаю, но обязательно выясню. С другой, мне платят за то, что я отыщу Маргариту, а вовсе не за расследование смерти какого-то там парня. А значит… давай поступим следующим образом. Ты вызовешь оперативников, я здесь сейчас быстренько осмотрюсь – не наслежу, не переживай, – отмахнулась я, заметив, что парень нахмурился. – Ну и пока по соседям можешь пробежаться. А потом мы с тобой – в парк, караулить Маргариту Подхомутникову. Криминалисты все равно так сразу ничего особенно интересного нам не расскажут. Да и путаться у них под ногами, думаю, смысла нет.

– Можно и так, – покладисто согласился парень. Глянул на часы и добавил: – У нас есть около часа, чтобы дождаться оперативников, тогда в парке мы будем как раз в половине первого. Думаю, нормально. Но ведь если Подхомутникова знает, что Георгий Петельников мертв, то зачем ей приходить в парк?

Сидельников недоуменно посмотрел на меня.

– А как Маргарита может об этом узнать? – вопросом на вопрос ответила я стажеру.

– Да, собственно… Я понял.

А я поняла, что и такое возможно. Кто знает, во что влезла дочка Подхомутникова. Не нравится мне вся эта история!

– Обязательно! Ладно, встречайте экспертов и оперативников, и опрашивайте жильцов, – сказала я.

Сидельников вышел из гостиной, а я набрала Аркадия Сидорова:

– Аркадий, это я, Татьяна Иванова. Слушай, я вынуждена тебя обрадовать в кавычках.

– Да, что такое? И почему радость выражается в кавычках? – поинтересовался Сидоров.

– Да потому, что мы с Анатолием искали Маргариту Подхомутниковую, а нашли труп Георгия Петельникова, ее знакомого, к которому она обращалась за помощью в социальной сети, – объяснила я.

– Вот дела… Значит, это уже не столько твое дело – поиск этой девушки, – а полностью наше. Я имею в виду – поиск убийцы этого парня. Кстати, чем он занимается, этот Георгий Петельников? – спросил Аркадий.

– Георгий работал инструктором по водным видам спорта на пляже «Солнечный», – сказала я.

– А что с мотивом убийства? – спросил Сидоров. – Случайно, не откопала?

– Пока непонятно. Может быть, что-то искали в квартире и не нашли. Георгий разошелся с супругой, они не общаются, так что установить, что ценного пропало из квартиры, думаю, проблематично. А вообще-то, я думаю, что дело не в поиске вещей или документов. В гостиной беспорядок, да, но он связан, на мой взгляд, с тем, что здесь шла борьба не на жизнь, а на смерть. А вообще-то парня могли убить по ряду причин: кредиторы, если таковые имелись, конкуренты опять же. Да и просто по причине любовных отношений. Мы с Анатолием выяснили, что у Петельникова была любовница, и довольно ревнивая. Кто знает…

– Ясно. Ладно, Тань, держи меня в курсе. Если что – сразу звони, – сказал Аркадий.

– Договорились. И аналогичная просьба к твоему ведомству, – откликнулась я. – Я сейчас здесь быстренько осмотрюсь, возьму Анатолия и сорвусь ловить Маргариту, – зачем-то добавила. На что мой знакомый откликнулся коротким: «Ладно».

До приезда оперативной группы Анатолий успел опросить жильцов, которые в это время находились дома.

– Ну как? Удалось что-то узнать о Петельникове? – спросила я вернувшегося Сидельникова.

– Все только положительное. Парень он вежливый, обходительный, со всеми здоровается, пожилым помогает донести поклажу. В свою квартиру шумных компаний не водит, не пьянствует, не дебоширит. Работает на пляже, об этом все жильцы знают. Бывало, что задерживался на работе допоздна. Что еще? Да, иногда Георгий не приходил домой, ну, то есть это жильцы говорят, что не видели его пару-тройку дней. Но никто ведь и не следил за ним, когда он приходит, когда уходит, так что…

Анатолий пожал плечами.

– Хорошо, Анатолий, я поняла, – кивнула я. – А вот, кажется, и эксперты приехали.

В квартиру вошли двое мужчин, один высокий и с короткой стрижкой «ежик», и второй – среднего роста и в очках. Они начали с осмотра входной двери. Экспертам предстояло прежде всего выяснить, имел ли место взлом или же дверь открыли «родным» ключом. Я, разумеется, сразу представилась и сказала, что Аркадий Геннадьевич Сидоров не против моего интереса к расследованию данного дела. Один из экспертов, оказалось, обо мне слышал:

– Хорошо, Татьяна Александровна, расскажем вам, что сможем выяснить.

– Ну что? – спросила я одного из экспертов, когда он вынул замок и положил его в пакет для того, чтобы отправить на более детальный осмотр.

– Предварительно могу сказать, что взлома, скорее всего, не было. По крайней мере, характерных царапин не вижу. Точный ответ даст экспертиза, – ответил специалист. – Вы же понимаете, что на месте преступления мы снимаем возможные следы, а все остальное выясняется уже в условиях лаборатории?

– Разумеется, – коротко кивнула я, глянула на часы и поняла, что могу дождаться хотя бы поверхностного осмотра места преступления – еще минут двадцать осталось. Благо парк, как сказал Анатолий, недалеко отсюда.

После того как с осмотром замка было покончено, криминалисты взялись изучать следы на полу. Мужчина в очках комментировал, я так поняла, для нас всех – и для коллеги, и для стажера, и для меня:

– Помимо трупа, здесь находились предположительно два человека. Это заметно невооруженным глазом по размеру следов и рисунку протекторов от подошвы. Все-таки нелюбовь людей к уборке в нашем случае полезна, – говорил он серьезно, ползая в пыли, снимая на камеру отпечатки пальцев, замеряя их и подцепляя в пакетики для вещдоков комочки пыли. – Обувь, похоже, мокасины. Размеры… навскидку сорок третий и сорок пятый.

Я удивленно вскинула бровь:

– Как вы это определили с такой скоростью?

– Что я, отпечатков своих ног не видел? – фыркнул иронично мужчина. И приподнял брючину, демонстрируя светлые замшевые мокасины. Объяснил снисходительно: – У нас весной завоз таких был, натуральная кожа, а цена приемлемая. Половина города теперь ходит. Так, дальше. Тип с сорок третьим размером ноги косолапит – смотрите, на отпечатках слабо, но заметно. Второй, похоже, прихрамывает – шаги разного размера. Все остальное, как вы понимаете, после экспертизы.

К увлекательной, надо сказать, лекции подключился и второй криминалист:

– Судя по осмотру помещения, здесь ничего не пытались найти, повреждения имущества и беспорядок – результаты драки. Можно предположить, что эти двое, как убежден мой коллега, визитеров преследовали цель – убить владельца жилья. Собственно, убит парень не так давно. Вот смотрите, трупное окоченение в начальной стадии, – он осторожно надавил на челюсть Петельникова затянутой в латексную перчатку рукой. – Ригидность мышц во всей красе.

Анатолий при этом несколько побледнел, но мужественно держался.

– Судя по погодным условиям и прочим факторам, смерть могла наступить в районе восьми-десяти утра. Причем десять – самое позднее, и это маловероятно. Точнее скажу, разумеется, после экспертизы. Что еще мы можем вытащить с места преступления? – задумчиво проговорил криминалист, осматриваясь. И продолжил свою лекцию.

По его предположениям, Георгий защищался монтировкой – она со следами крови валялась в углу гостиной – но двое против одного… Силы были слишком неравные. Один из убийц нанес Петельникову ранение в спину холодным оружием. Это мог быть нож или заточка. Однако смертельный удар был нанесен тяжелым предметом по голове. Скорее всего, орудием стал табурет из металла, он тоже был отброшен в сторону и теперь валялся на пути в кухню. Судя по всему, у Георгия был проломлен череп, но точную причину смерти должно показать вскрытие.

Помимо гостиной эксперты осмотрели спальню Георгия Петельникова. Выяснилось, что на одной из подушек, которые находились на двуспальной кровати, имеются женские волосы в количестве нескольких штук. Волоски светлые, довольно длинные.

«Наталья, – сразу подумала я. – Она ведь сказала, что провела предыдущую ночь у Георгия».

– Татьяна Александровна, нам бы ехать, если в парк хотим успеть, – тронул меня за плечо стажер.

– Да, поехали, – кивнула я, поблагодарила экспертов за информацию и пошла к выходу из квартиры. Уже на лестничной площадке столкнулась со следователем и обрадовалась:

– Юрка! Ты здесь какими судьбами?

С Юрием Сорокиным мы когда-то пересеклись на курсах повышения квалификации, сошлись характерами – он тот еще язва, ну и какое-то время даже созванивались. Потом, правда, у обоих появились дела, которые этому общению помешали.

– Татьяна? Кого я вижу! – улыбнулся Сорокин. – А ты здесь как очутилась?

Я кратенько рассказала, что здесь делаю, после чего бросила Анатолию ключи от машины, предложила подождать меня внизу, а сама заявила:

– Знаешь, я тут тебе ненароком подозреваемую нашла. Она, конечно, вряд ли причастна к убийству, но жила – или встречалась, я не очень поняла – с трупом и может что-то знать.

– Давай явки-пароли, отработаем, – заулыбался Юрка.

– Кафе «Бриз», официантка Наталья, блондинка, сегодня работает. Мы с ней с утра пообщались.

– Возьмем под белы рученьки и допросим-расспросим, – хмыкнул Сорокин. – Или ты альтернативный вариант можешь посоветовать? Все-таки эту личность уже видела и успела оценить, – пояснил он такую высокую степень доверия со своей стороны.

– Предлагаю как раз так и сделать. Более того, можно даже припугнуть. Девица не особенно склонна откровенничать. Могу предположить, что Наталья провела ночь с убитым Петельниковым, она об этом говорила, ну и на подушке обнаружены волосы, которые могут принадлежать именно ей. Не захочет откровенничать – можно ведь ее заверить, что волосы – ее, и дело за малым – получить отчет от экспертов.

– Ну да, и раз она с парнем ночевала, она его и грохнула, – хохотнул Юрка.

– Переобувшись в сорок третий или сорок пятый размер обуви, на выбор, – подключился к нашей милой беседе один из криминалистов.

– Василич, не мешай версии строить, – отмахнулся Юрка, видимо, давно и хорошо знакомый со своим сотрудником. – Тань, слушаю, договаривай.

– Ты сам меня перебил, – фыркнула я. – Но если серьезно… Девица что-то знает, и это что-то – важное. У меня ни времени, ни возможности не было сегодня ее разговорить нормально. А так она может стать важным свидетелем.

– Понял, пугнем, Татьяна Иванова плохих советов не дает, – серьезно кивнул приятель. – Телефончик-то свой дашь? Звякну, как что-то выясним.

– Конечно, – я продиктовала номер и помчалась вниз. Стажер уже сидел в машине, на пассажирском сиденье. Я завела авто, и мы поехали в парк.

Следователь Юрий Сорокин доверял своей бывшей коллеге – а Татьяна Иванова в свое время работала в прокуратуре – и приятельнице. А потому, разумеется, отправил оперативника на задержание Натальи. Сам, сделав на месте преступления все, что считал нужным, и раздав парням указания по опросу соседей, поиску свидетелей, отсмотру камер, отправился в управление полиции Адлера. Через полчаса туда привезли и Наталью. Девушка выглядела встревоженной и напряженной.

– Я не понимаю… зачем меня сюда привезли? – спросила она, обращаясь ко всем, кто находился в кабинете Юрия.

– Наталья, вы успокойтесь, пожалуйста. Нам необходимо задать вам несколько вопросов, – объяснил он, за время работы привыкший ко всем возможным реакциям задержанных.

– Вы провели вчера ночь с Георгием Петельниковым, – спокойно проговорил он.

– Да кто вам это сказал? – возмутилась Наталья. – Вы что, там были, что ли, что так уверенно это утверждаете?

– Наталья, послушайте, я не утверждаю, я просто хочу услышать от вас правду. Мы проводим расследование и пытаемся выяснить все нюансы.

– Нет, вы хотите представить все так, как будто я… как будто у нас с ним…

Девушка окончательно запуталась. Она не говорила «нет», но и не подтверждала то, что она провела ночь с Петельниковым.

Пора было поставить вопрос ребром, иначе подобная перепалка могла продолжаться еще бог знает сколько времени.

– Так, ответьте на вопрос прямо и однозначно: вы провели вчера ночь с Петельниковым? – спросил Юрий своим особенным тоном, которого и бывалые уголовники пугались.

– Я… – снова замялась Наталья.

– Наталья, я спрашиваю в последний раз: да или нет? Отвечайте!

– Нет! – выкрикнула девушка.

– А вот у экспертов совсем другое мнение на этот счет, прямо противоположное тому. что вы говорите, – хмыкнул он. Тем более, навскидку, обнаруженные на подушке волосинки и по цвету, и по длине подходили девице. Конечно, может, убитый Петельников просто предпочитал в своей постели видеть блондинок, но в подобные совпадения Сорокину не особо верилось.

– У каких еще экспертов? Что вы меня путаете? И зачем пугаете? Что все это значит? – продолжала строить из себя оскорбленную невинность Наталья.

Но он уже по интонациям и выражению глаз девицы понимал, что она врет. Откровенно врет. Да, она была у Георгия Петельникова ночью и теперь изо всех сил скрывает этот факт. Почему она это делает? Не хочет обнародовать свою связь с мужчиной? Или же что-то знает?

– На подушке в спальне Георгия Петельникова были обнаружены светлые женские волосы. Их длина соответствует длине ваших волос, – сказал Юрий размеренно. – Экспертное заключение – дело пары часов. Хотите – можем подождать. Правда, вам предстоит это делать в камере предварительного заключения. А потом побеседуем уже более предметно, – давил Сорокин. Он не мог понять, почему девица боится рассказать о своей связи с Петельниковым. Ну ночевала, и что? Она еще даже не в курсе, что его убили. Что-то видела-слышала? Или навела на него преступников? Или…

Наталья резко побледнела, а потом закрыла лицо руками и расплакалась. Девушка раскачивалась, ее плечи вздрагивали от безудержных рыданий.

– Наталья, успокойтесь, пожалуйста, – следователь налил в стакан воды и протянул свидетельнице.

– Как я могу успокоиться, если вы никак не оставляете меня в покое? Совсем недавно какая-то странная девица пришла в кафе, задавала мне вопросы. Я ответила на все ее вопросы, и что? Теперь меня привозят в полицию и начинают подозревать бог знает в чем. Приплели какие-то волосы… я ни в чем не виновата. Откуда я знаю, где находится Гера? Я же назвала ей адрес, хотя он и просил не говорить никому. Но она сказала, что это очень важно, и я сказала. А теперь что? Что еще от меня нужно?

– А теперь вот что. Сегодня Георгия Петельникова нашли мертвым. Он был убит в квартире, адрес которой, насколько мне известно, вы сообщили той женщине. Это наша внештатная сотрудница, если что. Но главное не это. По всем признакам получается, что вы, Наталья, являетесь последней, кто видел Георгия живым.

Наталья отняла руки от лица и посмотрела на следователя таким взглядом, как будто в первую минуту не поняла его слов. Но тут же из ее глаз снова полились слезы, причем еще более бурным потоком, чем в первый раз.

– Послушайте, успокаивайтесь, сейчас не время лить слезы. Вот, водички выпейте, – и он впихнул-таки стакан с водой в руки девушки.

Наталья кивнула и начала пить, клацая зубами о стекло стакана и периодически проливая воду на платье.

– Ну что, успокоились? Мы теперь можем поговорить? – спросил следователь.

Девушка молча кивнула, не сводя с него затравленного взгляда.

– Вы сказали, что Гера… что Геру убили? Это правда? – спросила Наталья.

– Да, это так.

– Но я… я здесь ни при чем. Ведь я ушла от него, когда было примерно половина шестого утра. И с Герой было все в порядке. А что случилось потом, я не знаю. Я… мне на работу нужно было идти…

– Так, вы ушли из квартиры Георгия Петельникова в половине шестого утра. А сколько было времени, когда вы пришли к нему накануне?

– Сейчас вспомню. Значит, мы сначала немного прошлись по набережной, погода была очень хорошая, потом поужинали в ресторане «Золотое руно». Вышли мы оттуда около половины десятого, кажется… я вообще-то не смотрела на часы, зачем? У нас был хороший вечер, мы шли, смеялись и обсуждали разные вещи, – сказала Наталья.

– Понятно. А после ресторана и прогулки вы поехали к Георгию Петельникову, так? – уточнил Сорокин.

– Да, – кивнула Наталья.

– А на чем вы добирались?

– Мы вызвали такси. В машине мы продолжали обмениваться впечатлениями о прогулке, ресторане, еще, помню, мы обсуждали новые музыкальные группы, еще… в общем, мы продолжали разговаривать, и все было нормально, – ответила девушка.

– А когда вы приехали к Георгию, что произошло дальше? – задал следующий вопрос следователь.

– Ну, мы зашли в квартиру, и Гере почти сразу же кто-то позвонил, – ответила Наталья.

– Кто ему позвонил? Он назвал абонента? – тут же поинтересовался Сорокин, отмечая у себя, что надо побыстрее вытащить с телефона Петельникова всю возможную информацию. И, не откладывая дела в долгий ящик, набрал сообщение специалистам.

– Нет… кажется. Просто Гера выглядел обеспокоенным, – сказала Наталья.

– Так, может быть, этот звонок был от кого-то, кого Георгий хорошо знал?

– Не думаю, не знаю… – девушка пожала плечами, – Гера ничего не сказал, но я заметила, что он начал нервничать.

– Почему же Петельников так отреагировал? Может быть, это было что-то важное? Кстати, вы заметили в подъезде кого-то подозрительного, когда поднимались в квартиру? – спросил он.

– Нет, никого не было. Все было тихо, – ответила девушка.

– А утром? Когда отправлялись на работу?

– И тоже ничего особенного, – покачала головой Наталья.

– А как было во дворе? Тоже тихо? Или нет? – уточнил Сорокин.

– Да и во дворе тоже никого, кто внушал бы опасение, не было. Ну не считать же таковыми двух старушек, правда? – Наталья слабо улыбнулась.

– Да, конечно, старушек мы не будем подозревать, – согласился Сорокин. – Как вы думаете, почему Георгий мог перенервничать из-за телефонного звонка?

– Я просто подумала, что Гера переживает из-за работы. Мне, правда, ничего такого даже в голову не пришло. Как я могла подумать, что…

На глаза Натальи снова навернулись слезы.

– А… почему Геру убили? – спросила Наталья.

– Это мы сейчас и выясняем, – ответил Юрий. Понял, что больше ничего не добьется, подсунул свидетельнице протокол и отпустил на все четыре стороны. Впрочем, проверить ее алиби нужно будет.

После чего набрал номер Татьяны. Он не знал, пригодится ли ей полученная им в разговоре небогатая информация, но обещал же позвонить.

До парка «Южные культуры» мы с Анатолием добрались на удивление быстро, минут за десять. Осмотрелись на местности, нашли, где находится этот самый памятник… и я с трудом сдержалась от того, чтобы выругаться. Он гордо высился в центре довольно большой асфальтированной площадки, к которой с пяти сторон вели широкие, асфальтированные же дороги. Ближайшие лавочки – метрах в двухстах от памятника.

Можно было, конечно, сделать вид, что мы влюбленная парочка, но я опасалась, что Маргарита просто не подойдет к монументу, если не увидит Георгия – а его она определенно не увидит – зато заметит совершенно незнакомых личностей.

– Так, ты туда, я сюда, – я кивнула на две лавочки, расположенные примерно напротив друг друга – с них открывался замечательный обзор и памятника, и путей подхода к нему. – Кстати, на машине сюда можно подъехать? – свое средство передвижения мы, как законопослушные граждане, оставили на парковке за ограждением парка.

– Работники подъезжают, – кивнул Анатолий. – Ну и некоторые отвязные деятели тоже по вечерам лихачат. Правда, местная охрана не дремлет – номера срисовывает и штрафует.

И мы разошлись по точкам наблюдения.

Сидели. Сидели… Долго. Наконец минут без десяти час к памятнику быстрым шагом зашагала девушка. Маргарита Подхомутникова. Я выдохнула, понимая, что очень скоро смогу с ней побеседовать, отзвонюсь ее папеньке – и, может быть, позволю себе пару деньков понежиться на местном пляже. Но вскакивать с места не стала – девушка нервно озиралась вокруг, и не хватало только ее спугнуть.

А зря. По одной из дорожек, визжа тормозами, к ней подкатила «Вольво» белого цвета, из нее выскочили двое, подхватили девушку под мышки, сунули в машину и помчались из парка.

– Погнали, – рявкнула я на стажера и метнулась к месту, где оставила машину. Он мчался за мной. – Думай, куда они могли поехать, – попросила я, когда мы были уже у машины. – И вот что. Права у тебя есть? Водить умеешь?

– Так точно! – отчеканил Анатолий, забрал у меня ключи и с готовностью уселся на водительское сиденье. – По южной аллее они могли выехать только на Вольскую. Попробуем найти и подсечь, – заводя мотор, рассказывал стажер. – Улица прямая где-то на километр, может, успеем. С Вольской – только на Ленина, а оттуда уже куда угодно.

– Гони, – махнула я рукой. Сама же звонила Аркадию Сидорову. – Аркаш, сможешь помочь? Похоже, мы свидетелями похищения стали, – и я коротко рассказала о случившемся полковнику местной полиции.

– Номер машины срисовали? – без особой надежды уточнил Аркадий.

– Обижаешь, – фыркнула я и продиктовала ему номер.

– Закину на план-перехват. Похищение человека – дело серьезное. Скинь мне фото своей дамочки. Если что, свидетелем пойдешь? – поинтересовался Аркадий.

– Куда я денусь, – согласилась я и отключилась.

Анатолий водил чисто, четко и рискованно. Я молча вглядывалась в даль в надежде обнаружить машину похитителей. И мы ее обнаружили только благодаря тому, что дорога свернула и повела вверх.

– Серпантин, – таким тоном, словно он выругался, сказал Анатолий и нажал на газ.

– А для неместных? – уточнила я, вжимаясь в сиденье. Уж на что у меня нервы крепкие, но в «Формуле-1» участвовать, пожалуй, не согласилась бы. Настолько быстрая езда – несколько не мое.

– Горные районы, – коротко ответил стажер. – Поначалу трасса нормальная, дальше – чуть ли не козьи тропки. Хотя… таратайка нормальная, глядишь, не застрянем, – и он, оторвав одну руку от руля, ласково похлопал машину по панели. Пунктов ГИБДД нет, если скинут машину где-то в горах – потеряем.

Анатолий резко свернул, и наша машина проскочила мимо припаркованных автомобилей, оставляя за собой облако пыли.

Серпантин извивался между скалистой местностью, и «Вольво» мчался по узкой дороге, петляя между поворотами.

– У этих гадов опытный водила, сразу видно, что не лох, – сквозь зубы проговорил Сидельников, напряженно всматриваясь в дорогу.

– Да, они постараются нас запутать, это уж как пить дать, – сказала я.

– Ладно, еще не вечер, прорвемся, – уверенно проговорил Анатолий, сосредоточенно ведя машину и стараясь не упустить из виду «Вольво» преступников, которая то исчезала за поворотом, то вновь появлялась на горизонте.

– Кажется, бандиты пошли в отрыв, – сказала я, когда «Вольво» резко свернул на боковую дорогу, уходя в глубь лесополосы.

– Ничего. И не таких ломали! – стиснул зубы стажер.

Анатолий без раздумий последовал за похитителями, хотя дорога становилась все более извивающейся и трудной. Далее преступники, понимая, что их преследуют, начали маневрировать, выезжая на встречные полосы. Они стали резко тормозить, чтобы заставить Анатолия потерять контроль. Но Сидельников уверенно держался за руль и продолжал преследовать преступников.

Внезапно «Вольво» свернул на узкую тропинку, которая вела к заброшенному карьеру. Анатолий тут же перестроился и пустился вслед за похитителями. Дорога становилась все более ухабистой, и вскоре «Вольво», а за ним и мы, оказались на краю обрыва. Преступники, как мне показалось, собирались сбросить скорость.

– Они могут уйти! – крикнула я.

В это время «Вольво» резко развернулся, пробрался вокруг карьера по какой-то совсем уж козьей тропке и помчался обратно к серпанитину. Мы мчались за ними. Скорость все нарастала, и вскоре обе машины – и наша, и преступников – оказались на главной дороге, по которой «Вольво» теперь уже помчался к городу. Мы уже проехали мимо кафе, и люди с недоумением посмотрели на проносящиеся друг за другом машины.

– Куда они?

– Мы им путь перекрыли по серпантину, – буркнул стажер, нервно вцепившись в баранку автомобиля. – Пришлось обратно в Адлер. Похоже, хотят покинуть город. Только не знают, как это быстрее сделать. Или растерялись. Или не местные.

«А ведь Анатолий может быть прав, – подумала я. – Ведь Маргарита Подхомутникова не случайно приехала сюда, а с какой-то определенной целью. А тут ее уже поджидали, и тогда Маргарита попросила помощи у Георгия Петельникова. Но кто же эти похитители? И откуда они, если не адлерские? Но главное – похищение, получается, было запланировано?»

– А что, если преступники будут уходить по морю? Возможно, у них уже имеется договоренность с каким-нибудь катером, – предположила я.

– Это вряд ли, им просто не дадут уйти, – уверенно заявил Анатолий.

Между тем «Вольво» свернул на дорогу, которая вела к промышленной зоне, там стояли большие грузовики. Мы стали следовать за похитителями, которые начали петлять между грузовиками и складами, пытаясь сбить нас с толку. Вдруг «Вольво» резко затормозил и остановился у одного из складов. Но буквально спустя несколько секунд он снова рванул вперед.

Мы вновь помчались по узкой дороге, как вдруг перед «Вольво» оказался «КамАЗ», который выехал с боковой улицы. Водитель в машине преступников не успел затормозить, и бок «Вольво» проехал по прицепу большегруза. Заскрежетал металл, машина наших бандитов заюзила и тюкнулась мордой в бордюр на противоположной стороне дороги. Хорошо, что скорость «КамАЗа» была невысока…

Будем надеяться, что обошлось без серьезных травм. Все-таки среди пассажиров пострадавшей иномарки похищенная Маргарита Подхомутникова. А черепно-мозговые травмы или переломы, в том числе и позвоночника, – самые частые спутники таких ДТП.

Кстати, мне показалось или на самом деле где-то неподалеку находится полицейская машина? Однако времени на проверку, да и вообще на раздумье не было. Потому что внезапно резко открылась дверь «Вольво».

– Анатолий, вызывай подмогу, – скомандовала я. – Оружие есть?

– Откуда? Я стажер, – буркнул парень, набирая номер коллег. Я мысленно выругалась, вытащила из сумки свой любимый «макаров» и пихнула ему в руку.

– Стрелять умеешь?

– Обижаете! – он взял у меня оружие, поблагодарив кивком.

«Сейчас мы можем рассчитывать только на самих себя, – подумала я. – Ведь неизвестно, на каком расстоянии отсюда находится ближайшая патрульная машина. А в «Вольво» находятся преступники и Маргарита Подхомутникова. И в каком состоянии пассажиры машины – неизвестно. Хотя кое-что известно. Вот тот мужчина уже выбирается из «Вольво». И не один. За руку он вытаскивает девушку. Это была Маргарита Подхомутникова. Мы с Анатолием уже не успеем добежать до машины преступников, чтобы блокировать их внутри и освободить Маргариту. Тем более если похитители вооружены. А то, что они вооружены, тут и гадать не надо. Кто же идет на такое серьезное преступление, как похищение, безоружным?»

Все эти мысли пронеслись у меня в голове буквально за считаные секунды.

Я выскочила из машины, перекрывая обзор преступникам. Стажер быстро сориентировался и осторожно, пригнувшись, выскользнул с другой стороны, скрываясь за корпусом авто. Сейчас самое главное – не спровоцировать преступника. Ведь в одной руке бандит держал пистолет, а другой обхватил Маргариту за шею. Увидев меня, преступник перевел оружие ближе к виску Подхомутниковой и сделал несколько шагов в сторону. Я заметила, что мужчина прихрамывал.

Похититель пострадал в аварии, это было видно даже на расстоянии, поскольку его лицо все было в крови. Маргарита внешне, кажется, не пострадала. По крайней мере, крови на ней не было.

А что с остальными пассажирами? Мы видели, что Подхомутникову схватили двое мужчин. Стало быть, еще один должен находиться в машине.

Сейчас необходимо было вести себя крайне осторожно, чтобы как минимум выиграть время. А для этого нужно показать преступнику, что я безоружна. Я широко расставила руки в стороны, демонстрируя свою полную безопасность. И замерла, боясь шелохнуться: кто знает, как воспримет похититель любое мое, даже самое безобидное движение.

– У вас там все в порядке? Раненые есть? – громким голосом спросила я, акцентируя внимание похитителя на себе и давая Анатолию возможность действовать. Стажер оказался молодцом – он осторожно пробирался к «Вольво», укрываясь за корпусом нашей машины, ошалевшим «КамАЗом», водитель которого не рискнул выскочить из салона и предпочел наблюдать с высоты кабины, и жалкими пыльными кустарниками.

– А ну заткнись! – грубо выкрикнул преступник.

Его покачивало, и было видно, что ранено не только лицо. Скорее всего, у похитителя имелись внутренние повреждения.

– Я только спросила, я просто хочу вам помочь, – продолжала я отвлекать внимание бандита.

– Заткнулась быстро и стой, где стоишь! Помощница хренова! – снова выкрикнул преступник.

На мгновение его лицо перекосилось от боли. В это время я заметила, что Сидельников уже подобрался к «Вольво» с другой стороны, оставаясь незамеченным. Анатолий успел заглянуть в окно со стороны водительского места и вынул пистолет. Если только преступник сейчас повернется к Анатолию хотя бы вполоборота и заметит его, то ожидать можно все что угодно. Похититель на взводе, он серьезно ранен и, судя по всему, держится из последних сил. Однако, как знать, именно в такие минуты силы откуда-то берутся. И загнанный в угол бандит может наворотить таких дел! Да он просто начнет стрелять без разбора! И прежде всего в Маргариту!

Нет, необходимо что-то предпринять, чтобы преступник полностью развернулся спиной к Анатолию.

– Послушайте, отпустите девушку! – громко сказала я.

– Чего?!

– Правда, отпустите меня, – до меня донесся слабый и дрожащий от страха голос Маргариты.

В это время послышался звук полицейской сирены. Судя по всему, машина была уже недалеко отсюда. Преступник заметался, но продолжал удерживать Маргариту.

– А ну отошла от своей машины! – скомандовал похититель. – В ней поеду я!

– Хорошо, вы поедете, я обещаю. Ключи находятся в машине, не нужно только делать резких движений, – продолжала я уговаривать бандита, одновременно отходила от нашей машины и мало-помалу приближалась к нему и Маргарите.

Я рассчитывала подобраться к преступнику так близко, чтобы одним прыжком, одним броском пересечь расстояние, которое отделяло нас друг от друга. Но в это время звук сирены прозвучал как будто бы рядом с нами.

Это окончательно вывело преступника из себя. Он уже сделал несколько шагов по направлению в нашей машине, но вдруг резко остановился и сразу же развернулся вместе с Маргаритой. Конечно, он тут же увидел Анатолия и наставленный на него пистолет. Но, как мне показалось, преступник еще полностью не осознал, что у него в тылу находится вооруженный человек. Однако уже буквально через пару секунд преступник сориентировался и заорал:

– Быстро назад! Быстро, я сказал! Застрелю!

Похититель сразу же продемонстрировал свое намерение, нацелив оружие на Анатолия. При этом он все равно продолжал удерживать Подхомутникову одной рукой, хотя и отвел пистолет от ее головы.

Сидельников повиновался и отвел пистолет в сторону. Однако он почему-то начал смотреть прямо на меня, что было ошибкой. Преступник мгновенно считал взгляд стажера.

Ситуация накалилась до предела. Я подумала, что преступник вряд ли выстрелит в Маргариту. То, что он держал Подхомутникову на прицеле, еще ни о чем не говорило. Да, риск попадания пули в девушку присутствовал, но что-то мне подсказывало, что не для того похитители увезли Маргариту, чтобы в конечном итоге убить ее.

Анатолий, кажется, понял, что необходимо действовать, а не стоять на месте. И стажер начал постепенно уходить в сторону, снова подняв свой пистолет, и показывая, что готов пустить его в ход.

Похититель не знал, на ком сосредоточить свое внимание: на мне или на Сидельникове.

Анатолий уже был недосягаем для его выстрела, он умело отошел в сторону на несколько метров.

Я почувствовала, как время замедляется. Раненый бандит, охваченный паникой, сжимал пистолет, его глаза метались в поисках выхода. Полицейская машина уже приближалась, и вот-вот могло случиться фатальное и непоправимое.

– Рита, держитесь! – крикнула я, а сама в это время бросилась вперед, преодолевая расстояние до «Вольво» похитителей.

Бандит, видимо испугавшись моего стремительного движения, резко повел пистолетом в мою сторону и выстрелил. Маргарита отчаянно закричала. Я почувствовала, как пуля просвистела буквально в миллиметре от моей головы. Но я уже вся была в движении. Я провела подсечку, сбивая преступника с ног. Спорт – это жизнь, и я в очередной раз доказываю это собственным опытом. Спасибо моему тренеру по карате. А преступник упал на землю, пистолет его выскользнул из рук.

Маргарита, воспользовавшись моментом, отскочила в сторону. Я, не теряя времени, бросилась к похитителю, который попытался подняться, но вдруг глухо застонал и вновь повалился на землю.

В это время к нам подбежал Анатолий.

– Татьяна Александровна, как вы? Он вас не задел? – спросил Сидельников.

– Со мной все в порядке, Анатолий. Займись бандитом, – скомандовала я.

Но стажеру и без моей команды не терпелось поквитаться с доставившим столько напряженных минут преступником.

– Теперь ты, гад, далеко не уедешь! – с чувством произнес Сидельников.

Анатолий профессиональным движением защелкнул на руках захрипевшего и попытавшегося сопротивляться преступника наручники, а затем поднял его упавший пистолет.

Полицейская машина уже подъехала, и сразу захлопали двери и начали раздаваться голоса.

Я подбежала к Маргарите Подхомутниковой. Девушка сидела на асфальте и смотрела перед собой невидящим взглядом. Понятно, что Маргарита перенервничала и вот-вот могла отключиться.

– Маргарита! – позвала я девушку.

Она никак не отреагировала и продолжала все так же неподвижно сидеть.

– Маргарита, вы меня слышите? – я снова попыталась привлечь внимание Подхомутниковой.

Группа захвата уже оперативно работала на месте происшествия – вытаскивала из машины второго бандита, который был уже мертв – удар по большегрузу пришелся как раз на его сторону, а парень оказался рисковый, не пристегнулся – и все, паковала живого в служебный автомобиль, кто-то вызывал криминалистов для работы с телом, кто-то – эвакуатор для вывоза пострадавшего «Вольво», кто-то успокаивал водителя «КамАЗа», который рискнул-таки выбраться наружу и теперь растерянно повторял:

– Я это… Я ничего. Я и не видел, как эти выскочили… тихонечко выходил из поворота, а тут вот.

Я ощутила прикосновение к плечу.

– «Скорая» нужна? – спросил Анатолий. – Или быстрее сами до больницы доедем?

– Н-нет… не нужна, я в порядке, – выдохнула Маргарита и вдруг разрыдалась.

– Маргарита, успокойтесь, пожалуйста, – сказала я. – Все уже закончилось, все уже позади. Вы в безопасности, больше никто не причинит вам зла.

– Но кто вы?

Маргарита перестала плакать и удивленно посмотрела на меня.

– Я – ваш друг, – коротко сказала я. – И все эти люди вокруг тоже. Они организовали погоню за вашими похитителями.

– Но я вас не знаю…

Подхомутникова растерянно посмотрела вокруг.

– Когда вы окончательно успокоитесь и отдохнете, я вам все расскажу, – пообещала я.

Маргариту отвезли в больницу: необходимо было осмотреть девушку на предмет травм, которые она могла получить во время нападения на нее. А мы вместе с Анатолием поехали в управление полиции. Туда же на допрос доставили похитителя Маргариты Подхомутниковой. Стажер метнулся в свой кабинет, сказав, что должен отчитаться перед полковником Сидоровым и выяснить, кто будет заниматься делом похитителей. А я отошла к окну и приготовилась к ожиданию. Тут дверь одного из кабинетов открылась, и в коридор вышел следователь Сорокин. Кивнул мне:

– Рад, что не пострадала.

– Я тоже рада, – согласилась я. – Дело на тебя повесили?

– Да, – согласился он. – Поскольку похищенная девица связана с моим – ну или твоим – трупом. Ты сама рассказала, что они вели переписку. Ну и мои ребята подтвердили этот факт.

– Похитителя допрашивать будешь?

– Да, минут через десять приведут, – согласился он. – По поводу Петельникова – официантка, разумеется, ничего не видела и не слышала. Но сказала, что парень стал нервничать после какого-то звонка. Мы запросили список вызовов у оператора, а ребята пытаются откопать хоть что-то полезное в его телефоне.

– А с экспертизой что?

– Я очень попросил криминалистов поторопиться. Ну и мне прислали сводку предварительных данных – официальный отчет будет, скорее всего, завтра. Но и сейчас мне уже есть чем прижать к ногтю похитителя.

– Как так? – несколько удивилась я.

– А вот так, – Юрка продемонстрировал светлые замшевые мокасины, красовавшиеся на его ногах. Такие же, как были на криминалисте, который работал в квартире Георгия Петельникова. И такие же, как на его визитерах и возможных убийцах. – Разумеется, парень переобуться не успел.

– Постой, один парень?

– На данном этапе да, там очень характерные отпечатки, – кивнул Юрка.

– Это тот парень, который, по заключению экспертов, страдает хромотой? – догадалась я.

– Да, и он же остался в живых. Его подельник, который вел машину, погиб на месте, – кивнул Юрка. И подсунул мне чуть смазанные снимки с отпечатков следов: – Вот, смотри сама, Тань, все сходится. Даже дефект подошвы, еле заметный скол, всего в несколько миллиметров, тоже имеет место быть. Короче, все детали налицо.

Действительно, рисунок подошвы, все характерные черты совпадали один к одному.

– Слушай, – задумчиво проговорила я, рассматривая отпечатки и вспоминая жилище Петельникова. – А почему, собственно, у Георгия так пыльно на полу было? Вроде бы на остальных поверхностях пылищи не обнаружено, а начиная со входа – как будто там сроду не убирались.

– Это не пыль, а земля с песком. Сами же деятели и притащили. Ты, наверное, внимания не обратила, но там около дома участок дороги ремонтируют, а отсыпку делают из чего бог на душу положит. Вот и…

– Ага, ясно, – кивнула я, – а что со следами водителя?

– Был в сандалиях. Теоретически мог и переобуться, – пожал плечами Юрка. – Машину еще не обследовали.

– В любом случае похищение и убийство связаны, – отчеканила я. И пояснила больше для себя: – Смотри, стоило Маргарите связаться с Петельниковым и назначить встречу, как его тут же убили. Ее же похитили. Следы одного из похитителей и отпечатки подошв в квартире Петельникова совпадают. Как-то не верю я в подобные совпадения.

– Согласен. Попробую выяснить, по собственному почину эти деятели работают или это заказ. – Тут он неожиданно отпихнул меня в оконный проем и быстро открыл дверь своего кабинета, перекрывая мне обзор. Скомандовал: – Заводите, охраняйте, сейчас подойду.

– Есть, – откликнулся невидимый мне человек, и застучали шаги. Другой голос сказал:

– Вам данные на этого деятеля на стол положить?

– Нет, давай сюда, – откликнулся Юрка. Зашуршали бумаги, дверь в его кабинет захлопнулась, а следователь обернулся ко мне: – Извини. Не хотел, чтобы тебя этот тип видел.

– То есть на допрос не пустишь? – сделала вид, что огорчилась, я.

– Прости, права не имею. Но после допроса все тебе расскажу. А пока… Смотри, что у нас тут. Наш хромоногий похититель – Никита Бубенчиков, ранее к суду не привлекался, отпечатки его пальцев в наших базах отсутствуют. Водитель «Вольво» – Гвоздев Виталий Павлович – имел судимость семь лет назад.

– Статья? – уточнила я.

– Мошенничество, срок небольшой, но кличку он приобрести успел, – сказал Юрка.

– Дайте я угадаю. Скорее всего, Гвоздь? – назвала я.

– В точку!

– Так тут и вариантов-то особо нет, – пожала я плечами. – Ну как еще можно окрестить человека с такой фамилией? Ну не Топор же.

– Ладно, Тань, я пошел. Тут будешь? Или, знаешь, напротив управления неплохое кафе есть. Сходила бы ты, перекусила, а я, как здесь закончу, подойду.

– Договорились, – кивнула я и отправилась в кафе. Тем более есть и в самом деле хотелось. И нужно было поразмыслить. С одной стороны, свое дело я сделала – отыскала Маргариту Подхомутникову. Теперь позвонить ее отцу, порадовать его, вернуть дочь – и все. С другой – мне не дает покоя, во что же вляпалась Маргарита, за что ее похитили, чего от нее хотели. Впрочем, с этим попробую разобраться. Переговорю с Юркой и съезжу в больницу, побеседую.

Юрий Сорокин вошел в кабинет и выразительно посмотрел на высокого и крепкого парня с короткой стрижкой и легкой щетиной на подбородке. В другое время он мог выглядеть довольно брутально. Однако джинсы без ремня и шлепанцы китайского производства несколько диссонировали с подобным образом, как, впрочем, и разбитая физиономия, на скорую руку заклеенная пластырем. Впрочем, такая экипировка была объяснима: обувь у Бубенчикова забрали на экспертизу, ну а ремень отбирают у всех задержанных, которых помещают в следственный изолятор. Парень сидел, опираясь локтями на колени, и мрачно зыркал исподлобья. И скорее всего, Бубенчиков сейчас соображал, каким образом можно избежать максимального срока.

– Ну что, Никита Андреевич, давай поговорим о Маргарите Подхомутниковой, – начал Юрий.

– Маргарита Подхомутникова? Парень наморщил лоб. – А кто это такая? Я ее не знаю.

– Это девушка, которую вы вместе с Гвоздевым похитили, схватив ее у памятника в парке «Южные культуры», – снисходительно пояснил следователь.

– Так мы ее не похищали! Она сама села к нам в машину, сказала, что хочет подработать интимом, – уверенно ответил Бубенчиков.

– У нас есть свидетели, рассказавшие, что все было иначе, – вздохнул Юрий, словно огорчался, что не может поверить в ложь задержанного.

Похититель потер затылок.

– Ну, может, я и преувеличиваю немного, – пошел на попятную Бубенчиков. – Короче, мы с дружком решили просто пошутить.

– Да? Похищение человека – это шутка? Повезли покататься, а девица не захотела? Может, ее в машине укачивает? – не сдержал мрачного ехидства следователь.

– Да нет, мы не хотели, чтобы так получилось. Мы просто подумали, что будет весело, вот и все, – с ухмылкой заявил Бубенчиков.

– Так, ладно. Очную ставку со свидетелями чуть позже устроим. А пистолет тебе зачем? И на нем определенно твои отпечатки пальцев остались.

– Про какой пистолет? – прикинулся непонимающим Бубенчиков.

– Про тот, из которого ты выстрелил в сотрудника полиции! – напомнил Юрий.

– Так это… я его нашел, – тут же вывернулся Бубенчиков.

– Ага, нашел! Придумай что-нибудь получше, – сказал Сорокин.

– Так я не придумываю, я правду говорю. Реально я его на улице подобрал.

– Да, конечно. Что-то я еще ни одного пистолета на улице не нашел. А ты такой удачливый оказался.

– Ну… так уж получилось. Я вообще-то и не подозревал даже, что он боевой. Подумал, что это травматический пистолет. Я вообще-то сразу, как только его нашел, хотел отнести в полицию, – сказал Бубенчиков.

– Ну так и чего же не отнес? – спросил Юрий.

– Так не успел! Вы за нами погнались, как ненормальные… ой, простите, с языка сорвалось, – смутился Бубенчиков.

– Да, за языком тебе не мешало бы последить. Теперь что касается пистолета. Неужели ты, сделав один выстрел, не понял, что стреляет он боевыми патронами? Не понял, что это никакое не травматическое оружие, а самое настоящее боевое? – спросил Сорокин.

– Да я… я тогда не в себе был! Моего другана убили, между прочим! – выкрикнул Бубенчиков.

– Ты это сейчас серьезно? – спросил Юрий.

– А то! Нас преследовали, как… как… вы вот говорите, ваши люди это были, короче, мы подумали, что они – бандюганы. Ну, я тогда и стрельнул… от страха за свою жизнь.

Бубенчиков, запинаясь, изложил свою версию событий.

– Понятно. А скажи-ка, как зовут этого твоего друга? – спросил Сорокин.

– А я… это… Не знаю я, как его зовут, что я, всех, что ли, знать должен? – пробурчал Бубенчиков.

– Ну а как же не знать своих друзей? – искренне удивился Юрий. – Ведь ты же назвал его своим другом.

– Ну да. Но сейчас уже не помню, как он себя назвал, – хмуро проговорил Бубенчиков.

– Ладно. Пистолет ты нашел. Стрелял с испугу. Девицу вы просто покататься пригласили, – подытожил следователь. – А что скажешь по поводу следов, оставленных тобой в квартире Георгия Петельникова?

– Я? Следы? Да вы че такое говорите? – заерзал Бубенчиков.

– Мы знаем, что вы, подозреваемый, были в квартире Георгия Петельникова, – терпеливо говорил следователь, сменив обращение с «ты» на казенное «вы». – У нас имеются данные экспертизы, которая подтверждает, что следы вашей обуви совпадают с отпечатками, найденными на месте преступления. Как вы это объясните?

– Да вы че, серьезно, что ли? Может, я просто мимо проходил? В городе много людей с похожей обувью, – Бубенчиков с невозмутимым видом пожал плечами.

– Мимо, значит, проходили?

Юрий посмотрел на него тяжелым взглядом:

– В квартире убитого вы мимо проходили? Это довольно странное совпадение, не находите? Костяшки пальцев у вас, гражданин Бубенчиков, разбиты. Следы крови – вашей крови – найдутся в квартире Петельникова. Экспертное заключение будет готово… – он побарабанил пальцами по столу и продолжил: – Будет готово завтра, ну или послезавтра. До этого момента посидите в КПЗ.

– Странное совпадение? КПЗ? Да вы просто пытаетесь меня запугать! Я не знаю, кто там был в квартире этого, как вы сказали, Петельникова, но я точно не причастен к этому делу, – нервно проговорил Бубенчиков.

– То есть в отказ пошел? – без особого удивления заметил Сорокин. – Доказательства тебе не нравятся? Сотрудничать со следствием ты не хочешь? Предпочитаешь срок по полной получить? Похищение человека, если не докажем группу – тогда от шести до двенадцати. Убийство – от шести до пятнадцати, опять же, если группу не докажем. Докажем – будет до двадцати лет. По совокупности, может, и не получится – двадцать семь лет не дадут. Но… – следователь помолчал, перекладывая бумаги на столе с места на место. И повторил: – Но… у тебя есть выбор. Ты можешь идти в отказ. Нам придется поработать над доказательной базой, ты же все это время проведешь в СИЗО. Припаяют лет восемь, думаю. Все-таки убийство – раз, похищение – два. Или ты идешь нам навстречу, сотрудничаешь со следствием, садишься лет на пять и через два-три года выходишь по УДО.

– Да ладно! Что вы мне сделаете? – с вызовом спросил Бубенчиков. – Я не виновен! Вы просто пытаетесь выдавить из меня признание! Но не на того напали! Я не такой простак, каким вы меня считаете!

– Мы не пытаемся вас запугать. Если вы действительно не причастны, то расскажите нам, где вы были сегодня около десяти часов утра? – равнодушно спросил следователь.

– Я… я был с друзьями. Мы отмечали день рождения одного из них. Можете у них спросить, они подтвердят мои слова, – ответил Бубенчиков.

– Так рано начали? – делано удивился Юрий. – И что же, мороженым отмечали, как в детстве? Алкоголем от тебя не пахнет.

– Я не знаю, что вам еще сказать! – вскричал похититель. – Я не убивал того парня, Петельникова, и не похищал девчонку! И у вас нет никаких улик против меня!

– Так, понятно. Значит, разговор у нас с тобой, Бубенчиков, не получается, – подытожил Юрий Сорокин. – Отправлю-ка я тебя в изолятор временного содержания, по старинке камеру предварительного заключения. И спокойно начну собирать доказательную базу. За что, спрашиваешь, отвечать будешь? Да за все! Ты со своими дружками совершил ряд преступлений, причем в составе организованной преступной группировки, сокращенно – ОПГ. Причем преступления эти были совершены по предварительному сговору, да еще и с корыстными побуждениями. А что касается твоих дружков, то плохие они у тебя, Никита, ох плохие. Мало того что они не все тебе рассказали, что тебя ожидает, так они тебя еще и крупно подставили.

– Да я вообще… я не при делах! – возмутился Бубенчиков. – Я так это, только в интернете хорошо шарю, на любую страничку могу зайти… вот блин! – возмутился собственной откровенности он.

– Вот-вот. Поэтому и привлекли, что ты на любую страничку пользователя можешь залезть, – покивал Юрий. – Ну и еще имело значение то обстоятельство, что ты из Адлера. Но влип ты здорово, это я тебе точно могу сказать. Убийство Петельникова докажем. И парой или даже пятью годками ты никак не отделаешься!

– А… сколько… сколько лет тогда? – хриплым голосом поинтересовался Бубенчиков.

– От шести до пятнадцати лет! Это статья за совершение убийства в вооруженной банде. И мало того что ты участвовал в убийстве Георгия Петельникова, ты еще и оказал сопротивление полицейским. Сопротивление в момент задержания. А это является отягчающим обстоятельством, – как по полочкам разложил все пункты обвинения Аркадий.

– Так я это… откуда же мы знали, что в машине, которая за нами гналась, были из полиции? – пробормотал Бубенчиков.

– Так я и не об этом говорю. Здесь – ладно, лица в гражданском. Но отстреливался ты, когда полицейские подъехали, и машина у них была узнаваемая.

Бубенчиков продолжал молчать, кусая губы и ерзая на стуле. Сорокин тоже молчал, чувствуя, что еще чуть-чуть – и парень разговорится.

– Так че вам от меня надо, гражданин начальник? – вдруг, словно опомнившись, спросил Бубенчиков.

– Ну, наконец-то! – воскликнул Сорокин. – Всего-то навсего, чтобы ты с нами сотрудничал. Чтобы прямо и откровенно отвечал на все наши вопросы, понимаешь?

– Да че уж тут не понять, – вздохнул Бубенчиков. – Ладно, валяйте, спрашивайте.

– Так кто же приказал похитить Маргариту Подхомутникову? – спросил Юрий.

– Да не знаю я! Мне сказали, что можно заработать хорошие бабки. Ну, а я че? Отказываться, что ль, буду?

– Имя, кто тебе сделал такое предложение.

– Один крутой. Зовут Гвоздем. Наши местные сказали, что мое дело – пойти с ним куда скажет. Когда сделаем дело, он заплатит, и я исчезну отсюда на пару годков. Или даже поменьше. Главное – шухер переждать, а потом, когда все утрясется, можно будет возвращаться, – рассказал Бубенчиков.

– Хм… Гвоздь, говоришь, кличка у него? – уточнил Сорокин.

– Ну да, – кивнул Бубенчиков.

– Что вы еще о нем знаете? – спросил Сорокин.

– Больше ничего, мы вообще с ним не разговаривали. Он вопросы не задавал, ну и я помалкивал, – ответил Бубенчиков.

– А куда вы собирались отвезти Маргариту Подхомутникову после того, как схватили ее? – задал следующий вопрос следователь.

– Да не знаю я! Он что, докладывал мне, что ли? Ага, счас! Он ваще какой-то такой…

– Ну, какой?

– Да непонятный, короче! Он вроде как и из блатных, но и может себя так повести, что и не догадаешься ни в жизнь!

– А зачем вы Георгия Петельникова убили? Чем он вам помешал? – спросил Сорокин.

Бубенчиков тяжело вздохнул:

– Не собирались мы его кончать. Он сам нарвался. Мы приехали к нему, потому как Гвоздь сказал, что чувак может быть в курсе, где девку искать. Ну ту, которую надо было увезти. Они вроде как общались, ну я это… отловил это дело в интернете. А там дело за малым, отловить чувака на работе – а он официально же работает на пляже, – ну и проследить до хаты. Мы хотели дело по-тихому сделать. А этот кент начал понтоваться, героя из себя строить. Вот и получил…

– Скажите, а этот Гвоздь Маргариту Подхомутникову что, знал в лицо? Знал, как она выглядит? – уточнил Сорокин.

– Ну да, а как же? Как бы мы узнали, кого нужно брать? Гвоздь нам показал ее фотки, – объяснил Бубенчиков.

– Понятно. Вы у Петельникова вдвоем были? С Гвоздем?

– Вдвоем. Не с Гво… – Бубенчиков осекся. Поправился: – Ну да, с Гвоздем.

– Так, понял, – кивнул следователь. – Третьего своего приятеля ты сдавать не хочешь. По крайней мере пока. Рассказать о нем тебе все равно рано или поздно придется. Тем более что ты уже начал рассказывать. И это зачтется тебе как сотрудничество со следствием. Сейчас протокольчик подпишем, и отправишься в камеру. Наш с тобой разговор дальше этого кабинета пока не пойдет. Поэтому я могу предложить тебе следующее: если в камере тебя кто-то спросит о Гвозде, говори, что вас взяли вместе.

– Но как же… ведь Гвоздь, он же…

Бубенчиков растерянно посмотрел на Юрия.

– Он мертв, – кивнул Сорокин, – но об этом еще никому, кроме тебя, не известно. И мы сможем сделать так, что это неведение будет продолжаться, ну, скажем, еще пару недель. Его тело сейчас находится в морге как неопознанное. Я это к чему тебе сейчас говорю? Все это делается для того, чтобы на тебя никто не подумал, что ты сдал третьего из вашей группы, понял?

Бубенчиков кивнул.

– Ну вот. Скажешь, если спросят, что Гвоздь вместе с тобой попал в полицию. Тогда ваши будут думать, что именно Гвоздь сдал и тебя, и того.

– А потом что будет? – хриплым голосом спросил Бубенчиков.

– А потом выяснится, что Гвоздь скончался от ран. Но дело уже будет сделано, понял? – спросил Юрий.

– Понял, – кивнул Бубенчиков.

– Ну, так как?

– Я… это… а можно мне подумать?

– Можно, но думай быстрее.

Пока ждала Юрку, успела плотно пообедать, выпить пару чашек кофе и принять решение: отцу Маргариты позвоню после беседы с ней самой. Мне как минимум хотелось прояснить, почему девица не отвечала ни отцу, ни на мои сообщения.

Сорокин, ворвавшись в кафе, сделал заказ и уселся ко мне за столик. Пока обедал, вкратце рассказал о беседе с Бубенчиковым. Пообещал держать в курсе дальнейшего расследования. И поинтересовался:

– Ты сейчас куда?

– К Маргарите Подхомутниковой в больницу, – пояснила я. – Мне с ней поговорить надо, а потом перед клиентом отчитаться. А ты?

– Если не возражаешь, я с тобой. Мне же доказательную базу собирать нужно. А она – пострадавшая, жертва, можно сказать, похищения.

– Поехали! – согласилась я. – Хочешь – на моей машине.

– Ты сюда к нам на машине примчалась?

– Нет, конечно. Цивилизация и до вас добралась, каршеринг работает, – поддела я приятеля. Он улыбнулся, и мы пошли к автомобилю.

На территории клиники были разбиты ухоженные клумбы с цветами, а также небольшие газоны. В центре двора под раскидистыми деревьями стояло несколько скамеек. По асфальтированным дорожкам прогуливались пациенты.

Само здание клиники выглядело современно, скорее всего, оно было построено совсем недавно. Оно было пятиэтажным, с большими окнами, фасад облицован светлыми панелями.

Пока мы с Юркой проходили через парк, я подводила итог предшествующих событий. Вроде бы все на данный момент складывалось более или менее удачно. Нам удалось вырвать Маргариту Подхомутникову из лап похитителей, более того, девушка была жива.

Я не питала особых надежд на то, что Маргарита в курсе того, почему ее похитили. Возможно, что для нее самой это нападение было неожиданным, как знать. Однако даже то, что ей может быть известно, в состоянии пролить свет на произошедшие события. И в первую очередь на то, почему они с матерью оказались так далеко друг от друга. Ведь, по словам Александра Вячеславовича Подхомутникова, Маргарита давно мечтала и планировала посетить Тунис. И мужчина не возражал против того, чтобы Маргарита отправилась в туристическую поездку вместе с его бывшей супругой.

Мы с Сорокиным остановились перед стеклянными дверями, которые открывали вход в клинику. Они открывались автоматически.

Однако у самых дверей нас остановил средних лет мужчина в форме охранника.

– Вы к кому? – спросил он.

Юрий показал свое удостоверение.

– Проходите, товарищ майор, – сказал мужчина.

Мы прошли в просторный холл, стены которого были украшены картинами, насколько я поняла, местных художников. Они удачно оживляли больничную обстановку. В углу я заметила автоматы для напитков и кулер с водой. На центральной стене холла находилась большая доска, на которой были написаны названия отделений и указатели, помогающие ориентироваться.

Мы подошли к медицинскому посту. За столом сидела молодая девушка в медицинской форме.

– Скажите, как пройти в Маргарите… Лебедевой? – спросил Сорокин, глянув что-то в планшете. Я вспомнила, что он говорил – Подхомутникову с целью обеспечения ее безопасности оформили под другой фамилией. – Ее сегодня привезли к вам несколько часов назад.

Медсестра кивнула:

– Да, я помню эту девушку. Но вряд ли к ней сейчас пустят посетителей.

– Я майор полиции, занимаюсь расследованием данного преступления, а со мной частный детектив. Маргарита Лебедева подверглась нападению, и мы сейчас работаем над раскрытием этого преступления, – объяснил Юрка.

– Я понимаю вас, однако разрешение на посещение может дать только лечащий врач Лебедевой, – ответила медсестра.

– Где его можно найти? – спросил Юрий.

– Поднимайтесь на пятый этаж. Там тоже находится сестринский пост, объясните ситуацию, и вам вызовут доктора, – сказала девушка.

Мы вызвали лифт.

– Юр, спасибо тебе за все, – сказала я, когда мы уже поднимались в лифте.

– Погоди, Таня, мы ведь еще толком ничего не выяснили. Почему Маргариту похитили? И задержанный этот, Никита Бубенчиков, молчит. Он, конечно, оговорился, что у Георгия с ним был не Гвоздь, но кто именно – не сказал. Он-то, понятное дело, простой исполнитель, вряд ли он обладает важными сведениями. А вот тот, второй… который водитель, сдается мне, что он-то как раз и был за главного. Черт! Как же это совсем некстати! «Шестерка» осталась в живых, а «туз» откинулся, – с досадой в голосе проговорил Сорокин.

– Слушай, а по предварительному заключению, тот, второй, от чего умер? Не знаешь?

– В мои должностные обязанности входит знать все, – приосанился Юрка и осекся: – Ну ладно, не все, но многое. Так вот, гражданин Гвоздев получил травмы, несовместимые с жизнью. Рассечение сонной артерии и перелом шейных позвонков.

– Это как? – удивилась я, вспоминая картину аварии. Вот летит «Вольво», а с боковой дороги выворачивает «КамАЗ». «Вольво» пытается свернуть, но едет на высокой скорости, не успевает, левая сторона машины скрежещет металлом о большегруз, легковушку откидывает к бордюру – все.

– А вот так. При столкновении ему в шею осколок стекла воткнулся, а от толчка позвоночник пострадал. Умер мгновенно.

На лифте мы поднялись на пятый этаж. Недалеко от лифта находился сестринский пост. Медсестра пригласила лечащего врача Маргариты Подхомутниковой – высокого полного мужчину лет сорока пяти. Выслушав просьбу Юрия допросить Маргариту, врач нахмурился.

– Послушайте, майор, я, конечно, все понимаю, у вас идет расследование, но и вы поймите меня. Девушка попала в такой переплет, какой никому не пожелаешь, даже самому злейшему врагу. Да, серьезных повреждений у Лебедевой нет, имеются ссадины и царапины. Но главное – это то, что она перенесла очень серьезный стресс. Шутка ли сказать, ее похитили, увезли, а потом держали под дулом пистолета. Надо полагать, что она уже сто раз готовилась умереть. А вы собираетесь ее допрашивать! Вы понимаете, что это означает? Ведь девушка снова будет заново вспоминать все, что с ней происходило. И вот он – повторный стресс. Так ведь можно настолько повредить психику, что я не берусь предсказать ее дальнейшую судьбу. Поймите, что все это очень и очень серьезно.

– У вас, простите, здесь травматологическое отделение? Или психиатрическое? – уточнил Юрий Сорокин серьезно. Не зная его, издевки и не почувствуешь.

– Травматологическое, – ответил чуть растерянно врач. – Но поймите, я клятву Гиппократа давал. И уж извините, вижу, в каком девушка состоянии. Мы ее оставим на ночь как минимум, хотя с позиций физических травм показаний нет. Отделалась ссадинами и ушибами, мы их обработали. Но пациентка действительно в постстрессовом состоянии. Приходится колоть успокоительные.

– Я готов вас понять, – вздохнул Юрка, – но и вас попрошу учесть вот какой момент. Маргарита Лебедева является выжившим свидетелем. Один преступник погиб по время ДТП, второй не торопится сознаваться, а время идет. Кроме того, эти два похитителя – они из низшего звена, простые исполнители. А организаторы преступления находятся на свободе. Ведь кто-то же заказал похищение Маргариты? Мы не можем ждать, пока случится очередное преступление.

– Хорошо, я вас понял, – кивнул врач. – Только давайте сразу договоримся: во‐первых, вдвоем вам к Лебедевой идти никак нельзя. Только кому-то одному. И еще: как только вы заметите, что с девушкой что-то не так – например, она начинает задыхаться, появляется бледность кожных покровов, – сразу сообщайте мне. И пожалуйста, постарайтесь избегать темы похищения.

– Первые два пункта приемлемы, – кивнул Юрий. – А вот с последним будет проблема. Не будем же мы с ней общаться о погоде и замечательных морских видах нашего чудесного города?

Врач нахмурился, поняв, что над ним несколько издеваются, но все же кивнул. Добавил:

– Медсестры на посту, я в кабинете. Если Лебедевой станет хуже, зовите.

Врач зашел в кабинет и закрыл за собой дверь, а мы с Юркой переглянулись.

– Ты пойдешь? – спросила я. – Ты же следователь, ведешь дело о ее похищении.

– Знаешь, давай тебя отправлю, – предложил Сорокин спокойно. – Во-первых, ты – женщина, а женщины менее опасны с виду. Во-вторых, знакома с ее отцом. Ну а какие вопросы задать, ты и сама сообразишь. Я же с ней и завтра смогу под протокол побеседовать.

– Договорились, – обрадовалась я. – Ты в коридорчике меня подождешь?

– Да, – кивнул Сорокин, и я подошла к палате, в которой находилась Маргарита Подхомутникова, здесь – в целях конспирации – Лебедева. Около двери в палату стоял табурет, на котором сидел полицейский в форме. Мы с Юркой переглянулись.

– Юрий, извини, конечно, но это уж слишком… демонстративно как-то, – сказала я. – Ведь уже на расстоянии видно такую колоритную фигуру, да еще и в форме.

– Ну знаешь, Тань, еще не хватало девчонку в качестве наживки использовать, – отмахнулся Сорокин. – Пусть тут сидит бравый полицейский, чтобы преступники сразу видели – им здесь ничего не светит. Хотя… Может, ты и права. Пока беседуете, попрошу заменить охранника на пару парней в гражданском. Или даже… в медицинской форме, так меньше внимания будут привлекать.

«Ладно, лучше поздно, чем никогда, – подумала я, – может быть, еще не все потеряно и весть о том, что в клинике находится пациент, которого охраняет полиция, еще не успела распространиться достаточно широко».