Рано утром, когда первые лучи солнца ещё с трудом пробивались сквозь стёкла школьных окон, команда «ИКС» в полном составе снова стояла под лестницей – среди темноты, пыли и гула труб отопления.

– Свети сюда, – прошептала Кира, и Сашка направил фонарик телефона на пол перед решёткой вентиляции.

Илья присел на корточки.

– Есть. Смотрите. – Он указал на чёткие отпечатки обуви, оставленные на пыльной поверхности пола.

– Протектор… «ёлочкой». – Сашка опустился рядом.

– Кто-то приходил, – тихо сказала Кира.

– Ага! – Илья прищурился. – Ну-ка посмотри…

Самсонов, посветив фонариком, заглянул через решётку в канал.

Все затаили дыхание.

– Ничего нет, – сообщил он.

– Интересно, что это означает? – Кира нахмурила лоб. – Может, его кто-то спугнул? Ну приходил же…

Илья выругался в сердцах и громко объявил:

– Всё. Власова не выпускать из виду. А я постараюсь проверить протектор на его кроссовках.

Сашка поднялся, отряхнул колени. Он выглядел бледнее обычного.

– Мы успеваем на урок? – спросил он и сам себе ответил, взглянув на часы: – Вот же ж…

– Пошли, – скомандовала Кира.

Но тут случилось непредвиденное.

– А вот и мои любимые архитекторы, – раздался за спинами друзей голос Ивана Павловича Корнеева.

Трое подростков обернулись, словно застигнутые на месте преступления. Корнеев вышел из тени, как будто давно тут стоял и всё слышал.

– Под лестницей. Опять. Угадайте, что я думаю? – Он буквально сверлил их глазами.

– Что мы смотрим на качество кладки. Всё правильно. – Илья попытался улыбнуться, но получилось криво и неестественно.

– Даже не смешно, Абрамов, – отрезал Корнеев. – Я уже говорил вам: это не место для игр.

– Мы не играем… – начал Сашка, но замолчал, заметив, что туфли Корнеева оставляют на полу отпечаток «ёлочкой». Он их тут ждал. Выходит, и он догадался, что можно было транслировать звук через вентканал? Самсонов переглянулся с Кирой и Ильёй – они тоже обратили внимание на отпечатки.

– А что вы тогда тут делаете?! – повысил голос Корнеев. – Думаете, я не вижу? Каждый раз, как происходит что-то странное, – вы рядом. Уверен, что шёпот, который всех пугает, – тоже ваша работа.

Кира открыла рот, но Сашка схватил её за локоть. «Не спорь», – умолял его взгляд.

– Я надеялся, что вы образумитесь, – продолжил Корнеев уже тише, но так же грозно. – Но если в прошлый раз вам всё сошло с рук, то теперь такого не будет. Запугивание учеников – это уже не шалость, а форменное вредительство. Ещё одна провинность – и вы в директорском кабинете. А может, и дома. Зарубите себе на носу! – Он выдержал внушительную паузу, а потом приказал: – А сейчас марш на урок. И запомните: это последнее предупреждение!

* * *

Ребята шли по коридору молча. Их будто обдали холодным душем. Слова Корнеева всё ещё звенели в ушах. Даже Илья, обычно пренебрежительный к авторитетам, хмурился и не шутил, чтобы разрядить атмосферу.

– Ну и настроение у нашего смотрителя… – раздосадованно проворчал он. – Как будто мы реально в чём-то виноваты.

– Мы были под лестницей. Он имеет право подозревать, – устало заметила Кира.

– Поджидал нас. Попались, как малыши… Но доказательств у него нет, – буркнул Сашка. Он знал: ещё одна такая встреча – и придётся распрощаться со школой. И, если честно, страх пока брал верх над жаждой приключений.

Они свернули в сторону кабинета математики. Сердца их колотились одинаково сильно, но у каждого по-своему: у Сашки – с тревогой, у Киры – с холодной уверенностью, а у Ильи… – с нарастающим азартом.

На двери висела записка:

Математика отменяется.

Замена – биология. Кабинет 213.

– Отлично! – воскликнул Илья, обрадовавшись. – Замену можно… ну, образно выражаясь, временно проигнорировать.

– Это плохая мысль, – сказала Кира.

– Нет, это знак. Самсон, сейчас техкомната пуста. Можем устроить ловушку. Не пойдём – упустим шанс. Понимаешь? – В голосе Абрамова звучал тот самый нерв, который всегда втягивал друзей в разные истории.

Сашка сомневался. На урок не хотелось. После разговора с Корнеевым сидеть в кабинете под взглядом учителя казалось мучением. Но и идея Ильи… Он покосился на рюкзак, где в отдельном боковом кармане хранился его маленький набор отмычек.

– Если замок без защиты – открою, – тихо произнёс он.

– Супер! – Илья хлопнул его по плечу. – Вперёд, мой гений.

Кира несколько секунд стояла в нерешительности. Стрелка её внутреннего компаса колебалась между «правильно» и «нужно».

– Пятнадцать минут, не больше, – наконец бросила она мальчишкам. – Делаем всё по-быстрому.

И команда «ИКС» снова отправилась навстречу неприятностям – несмотря на запреты, опасения и голос разума.

Потому что именно там, где нельзя, чаще всего и находится правда.

Коридор западного крыла, забытый и чуть более холодный, чем остальная школа, дышал затхлым воздухом и лёгким эхом тишины. Под ногами гулко скрипел паркет, люстры на потолке подрагивали, будто нервничали вместе с юными детективами.

Они остановились у двери технической комнаты. Обшарпанная табличка «Служебное помещение» висела криво – видимо, давно пыталась сползти вниз. Замок был новый.

– Классический цилиндровый. Английский профиль, – пробормотал Сашка, присев и доставая из рюкзака тряпичный свёрток. – Внутри – стандартный язычок и штифты. Простой, но не дурацкий. Если честно, я только в теории знаю, как такие открывать.

Он развернул инструменты: тонкий зонд, изогнутую отмычку и крошечную отвёртку. Пальцы дрожали, но не от страха – от концентрации.

– Давай, Самсон, – сказал Илья, наклонившись к другу. – Ты сможешь.

– Тихо, дай работать, – отмахнулся Сашка. Он вставил зонд и начал медленно его крутить, считая щелчки, точно беседовал с замком на особом языке.

Свет из окна, затянутого пыльным стеклом, резал воздух полосами. Всё вокруг замерло. Даже Кира задержала дыхание, прислушиваясь.

– Щёлк… ещё немного… – приговаривал Сашка, едва заметно вращая инструмент.

И тут в коридоре раздались шаги. Глухие, тяжёлые, уверенные. Сашка и Кира застыли. Илья выглянул из-за угла.

– Корнеев! – отпрянул он, стараясь придумать, что делать. – Самсон, бросай. Прячемся.

Сашка поспешно закинул инструменты в рюкзак. Кира метнулась по коридору, дёрнула одну дверь – закрыта, вторую – закрыта. Неожиданно из подсобки вышла уборщица Марина. Та самая, которой они недавно помогли, когда случился инцидент в библиотеке. Как всегда, в рабочем комбинезоне, с ведром и тряпкой в руках.

– Заходите! Быстро! – шепнула она, широко распахивая дверь.

Не задавая вопросов, троица юркнула в подсобку. Марина захлопнула дверь и прижалась к ней спиной.

Коридор наполнился голосами.

– Замок… – сказал мастер. – Может, сломать?

– Ломать не смейте! – резко ответил Корнеев. – Это историческая зона. Думайте, как открыть без повреждений.

Скрип подошвы. Металлический звон ключей.

Сашка, стоя в темноте между ведром и шваброй, чувствовал, как по его позвоночнику стекает ручеёк пота.

– Они не войдут, – успокоила Марина. – Ключи украли у меня неделю назад. И от технической комнаты, и от этой. Из закрытого ящика. Кто-то знал, где искать.

– А как же вы дверь открыли? – удивилась Кира.

– У меня есть дубликаты. Сделала на всякий случай.

Лицо её было усталым, но внимательным.

– Корнеев… теперь какой-то странный. Постоянно ходит сюда, в западное крыло. Что-то высматривает. Слушает.

– Значит, он напал на след… – пробормотала Кира.

– А вдруг он сам всё подстроил? – предположил Илья. – Мало ли, какой у него может быть мотив. И протектор «ёлочкой» на его обуви.

Голоса за дверью стихли. Шаги удалились.

Марина отступила от двери:

– Можно идти. Они ушли.

– Кстати, – протянула Кира, – вчера в эту… подсобку заходил Власов. Что он тут мог делать?

– Ничего особенного. – Уборщица смутилась. – Не могу рассказать. Обещала ему.

– Ну пожалуйста, это может быть очень важно. Он главный подозреваемый у нас.

– Ладно. Только никому не говорите, хорошо?

Ребята дружно кивнули.

– Он наказан и помогает мне с уборкой, – призналась Марина. – Не хочет, чтобы кто-то узнал, что ему приходится мыть полы. Стесняется.

– Теперь понятно, – вздохнул Сашка. – Значит, минус подозреваемый.

– А чего? – Марина вопросительно подняла брови.

– Мы думаем, что кто-то запускает звук через вентиляцию, – пояснил Сашка. – Шёпот – это не призрак.

– Ну конечно! – усмехнулась Марина. – Я каждый день здесь. И вижу больше, чем вы думаете.

– Кто? – напрягся Илья. – Кто это делает?

Она покачала головой:

– Не знаю… А зачем вы хотите попасть в техническую комнату?

– Там могут быть улики. Например, диктофон, с которого транслируется шёпот.

Марина задумалась:

– Вам очень надо туда попасть?

– Да. – Сашка сунул руки в карманы стареньких брюк. – Нужно помешать тому, кто это устроил, пока все от страха тут с ума не посходили.

Уборщица помолчала, что-то прикидывая, потом тряхнула головой, словно приняв для себя очень важное решение.

– Ладно… Я вам помогу. Завтра до обеда принесу ключ. Только Корнееву ни слова. Я же сделала дубликаты без его ведома. Боюсь, если он узнает, мне влетит. А я ключи часто теряю. Мне без дубликатов никак нельзя.

– Спасибо, – прошептала Кира.

Сашка с Ильёй улыбнулись.

Ребята выскользнули из подсобки, как три молчаливые тени, и растворились в коридоре. На этот раз им повезло. Расследование медленно, но продвинулось вперёд.