В субботу утром Нова проснулась до восхода солнца. Она то и дело поглядывала на старомодные карманные часы, лежавшие у её кровати, и чувствовала, что сегодня время бежит медленнее, чем обычно.

Руби вцепилась зубами в её одеяло и тянула его на себя. Нова уже успела поиграть с ней в «Поймай ноги», но Руби требовала больше внимания. Видя, что ещё немного, и котёнок прокусит в ткани дырку, Нова схватила его и поднесла к своему лицу.

– А теперь хватит! – строго произнесла Нова, уворачиваясь от Руби, которая так и норовила дотянуться лапами до лица Новы. – Нас ждёт волнительный день, и тебе сейчас лучше отдохнуть.

Она опустила Руби на одеяло, и котёнок громко и радостно замурлыкал. Красный клубок шерсти из дворца всё ещё висел у неё на шее.

– Можешь его снять, – сказала Нова и потянулась к ниткам.

Руби сердито зашипела и неуклюже попятилась.

– Мой, мой! – пронзительно закричала она.

– Ладно, ладно, – успокоила котёнка Нова. – Но тогда тебе придётся целый день ходить с шерстью на шее, – она зевнула и посмотрела в окно. Падавший в комнату свет казался серым и холодным. День обещал быть пасмурным.

Её мысли вернулись к Пабло, который больше всего на свете хотел стать полуночным котом, но которому было не суждено сдать экзамен. Она подумала о Зии, которой ничего не стоило пройти испытание, но которая на самом деле ждала, когда Эдисон признается ей в любви и тем самым помешает ей стать бойцом королевской гвардии. Как же всё несправедливо устроено!

– Я иду на кухню, – прошептала она Руби, – пойдёшь со мной?

Внизу ещё не было ни одного человека, зато целая куча кошек. «Свет первой зари будит нас, как по волшебству», – объяснил Эдисон Нове, когда она впервые удивилась тому, что все кошки – жаворонки.

Большинство гостей с наслаждением уплетали из мисок мясо и рыбу, которые Горацио приготовил ещё с вечера.

Нова усадила Руби на деревянный табурет рядом с миской с курицей, и котёнок благодарно протянул «ням-ня-ааам».

– В моё время было не принято изводить деликатесы на столь юных котят, – раздался голос с одного из диванов. Это был Гектор. Надувшись оранжево-белым шариком, он сидел в глубокой ямке мятно-зелёного дивана и вылизывал лапы. Рядом с ним стояла наполовину пустая миска с печеньем из тунца.

– Как давно ты живёшь в башне? – осведомилась Нова и уселась рядом с Гектором, игнорируя его комментарий.

– Горацио спас меня, забрав из убогого зоомагазина в Тоттенеме[7], когда был студентом, – Гектор повернул голову к Нове и пристально посмотрел ей в глаза. – Только не нужно считать, сколько мне лет. Вы, люди, вечно путаетесь с нашими семью жизнями.

Нова покачала головой.

– Ты старым не кажешься, – сказала она, и Гектор благосклонно кивнул.

Сидевшая на спинке дивана Руби нацелилась на тарелку с печеньем из тунца, и Нова бросила на неё предупреждающий взгляд.

– Надеюсь, – продолжал Гектор, – я приобрёл мудрость взрослого кота, не растеряв острый ум и пылкость юности. – Он внимательно изучил внутреннюю поверхность одной из своих передних лап и продолжил её вылизывать.

Руби пригнулась и протянула лапу к печенью.

Гектор отреагировал молниеносно и шлёпнул своей массивной лапой по крохотной лапке Руби. Котёнок тревожно мяукнул, спрыгнул с дивана и спрятался за бархатной занавеской.

Нова рассмеялась.

– В скорости тебе не откажешь!

– У этих котят в голове один вздор, – пожаловался Гектор. – Генри и ты их слишком избаловали. Горацио с самого начала внушал мне правила этой башни. Но тогда и времена были другие. Мистер Мэллори был строг, но справедлив. Многие из его бывших учеников прославились в кошачьем мире далеко за пределами английского королевства. Так, Марк Хармстон участвовал в спасении русских диких кошек, а Элеонора Райнер занимается котятами-сиротами на Мадагаскаре.

Они оба посмотрели на приоткрытую дверь в сад. Оттуда в кухню вошла, пригнувшись, чёрная кошка. Из её пасти свисала половинка мыши. Гектор облизнулся.

– То есть ты знаешь всех одноклассников Горацио? – с самым невинным видом спросила Нова.

Гектор посмотрел на неё, и его зрачки сузились.

– Когда твоя мама начинала моргать так, как ты сейчас, это означало, что она что-то замышляет.

Нова вздрогнула.

– Я. Э-э…

– Алиса постоянно вынашивала какие-то тайные планы. Не могу сказать, что она была умнее других. Правда, она часто приносила сюда раненых кошек, которых без неё мы бы никогда не нашли. И к людям, и к кошкам она относилась с одинаковым сочувствием. Если кто-то замышлял что-то недоброе, Алиса это сразу замечала. Меня не удивило, что она помчалась в Шотландию сразу, как только поняла, каким королём станет Фергус. Даже если из-за этого ей пришлось отказаться от своего предназначения.

Гектор придвинулся ближе к Нове. У него была такая густая шерсть, что Нова даже на расстоянии ощущала исходящее от неё тепло. С другого бока к ней прижалась Руби, и Нова рассеянно погладила её по голове.

– Я знаю, что мама должна была стать Хранительницей Изумрудной звезды, – тихо произнесла Нова.

– О, да, – ответил Гектор.

Из сада донеслись крики, и Нова поспешила на шум, забыв про Руби и Гектора. Она даже не заметила, что обе кошки последовали за ней.

Прохладный, наполненный туманом городской воздух ударил в лицо, как мокрое полотенце. Возле розовых кустов прыгал Пабло.

– Ха! – кричал он, колошматя лапой воздух. – Вот так! Получи! И вот так… ай! – он упал и больно ударился о землю. – И вот так! – Он снова подпрыгнул, но уже не так высоко и приземлился на спину, открыв живот.

Нова вздохнула. Пабло не мог победить даже невидимого противника, что уж тут говорить о предстоящем поединке с Бенджи?

– Привет, Нова! – пропищал Пабло. – Ты это видела? Я освоил новый боевой прыжок мистера Марло. Если повезёт, сегодня я застану Бенджи врасплох. План состоит в том, чтобы ударить его по голове, тогда он побыстрее упадёт.

Нова закивала так убедительно, как только могла. Если не произойдёт чуда или если у Бенджи внезапно не заболит живот, можно считать, что исход боя предрешён.

– Ты не спал всю ночь? – спросила она, увидев, что Пабло дрожит от изнеможения, а его глаза закрываются.

– Да, – признался кот. – Я тренировался, не хотел терять время зря. Решил использовать каждую минуту. Но чувствую себя отвратительно.

Нова взяла Пабло на руки. Выглядел он жалко.

– Я отнесу тебя и Руби в свою комнату, – решила она. – По утрам, перед обедом, котята чаще всего спят. А потом мы все вместе пойдём во дворец. Что думаешь?

Нова откинула прядь волос, которую задул ей на лицо ветер, и наклонилась.

– Только не опаздывай, – едва слышно пробормотал Пабло. – Иначе я просто возьму котят и…

Пабло заснул на полуслове. Его тело дрожало, а когти торчали, как маленькие острые иголки. Даже во сне бедняга продолжал отрабатывать новые боевые приемы.