Нова решила при первой же возможности вытянуть из Горацио больше информации о своей маме. И неважно, что он ей обещал. Неужели Горацио и правда думал, что теперь, когда Нова посещала школу фелидиксов, она удовлетворится парой подробностей о своём происхождении? Ну уж нет! Каждый имеет право знать, кто он и откуда.

Нова не знала, было ли дело в письме, которое Горацио вручил ей перед праздниками, или в фотографии, которую она только что увидела во дворце: но что-то подсказывало ей, что сейчас она ближе к своей маме, чем когда-либо. Это было приятное ощущение, хотя и тревожное.

– Эдисон, где котята? – спросила она, обнаружив кота на улице в полном одиночестве.

– Дремлют у розовых кустов! Подойди и сама посмотри!

Генри и Рия стояли далеко друг от друга на одной из дорожек в волшебном саду Горацио. Это был самый длинный прямой участок, который можно было отыскать среди многочисленных клумб и живых изгородей. Пабло бегал туда-сюда и хватал то джинсы Генри, то подол платья Рии, после чего разворачивался и устремлялся в другую сторону. Рия не возражала, хотя подол её платья всё больше начинал напоминать грязную выцветшую тряпку.

Рия полюбила Пабло с тех пор, как он в первый раз вошёл в башню. И правда, с его большими ушами и глазами и писклявым голоском он был одним из самых милых котиков, которых знала Нова. А ещё у него был пушистый животик. Но быстро бегать он не умел.

– Беги, Пабло! Ты сможешь! – подбадривала его Рия, пока запыхавшийся кот метался из стороны в сторону.

Эдисон покачал головой.

– Слишком медленно! И выносливостью он не блещет. Он точно придёт последним! Зачем он только ввязался в эту авантюру?!

– Первое испытание – гонка в часовой башне Биг-Бена, верно? – спросила Нова.

– Триста тридцать четыре ступени вверх, – подтвердил Эдисон, – и ещё десять до колоколов. Первые сорок восемь кошек будут допущены к следующему этапу соревнований.

– А сколько кошек примут участие в первом испытании? – спросила Нова.

– Сотни! – ответил Эдисон. – Ты даже не представляешь, сколько полоумных кошек убеждены, что у них есть какое-то высшее призвание. Многие из них сильные и крупные. Они будут проталкиваться к линии старта и вытеснят тебя уже там, если ты не будешь осторожен. Они любят нападать на уши и нос. Только раздастся стартовое мяу – как на дистанции уже куча раненых. Этот экзамен не для слабаков.

Эдисон отвёл взгляд в сторону. Нова привыкла к его уничижительным замечаниям, особенно по поводу полуночных котов. Но сегодня в его красивом голосе слышалось что-то другое. Что-то похожее на грусть.

– Но Пабло только об этом и мечтает! – возразила она. – Кто знает, может, он сумеет пробиться сквозь толпу этих силачей, ведь он маленький и юркий.

Эдисон фыркнул, лёг на землю и принялся вылизывать густую шерсть на животе.

Нова заметила чёрную ленту на его передней правой лапе, ровно на том месте, где на его теле находилось единственное белое пятно. Лента почти полностью утопала в шерсти, но Нова была уверена, что никогда прежде её там не видела.

– Что это? – спросила она и указала на его лапку.

– Так носят при дворе, – пробормотал он. – По крайней мере, Зия так говорит. – Он поднёс лапу ко рту и рывком сдёрнул ленту зубами. – Глупость какая-то!

Нова вдруг вспомнила, что испортило Эдисону настроение.

– Тот инцидент сегодня с Зией стал для тебя сюрпризом, да? – тихо спросила она.

Эдисон перестал вылизывать мех и уставился на Нову бирюзово-голубыми глазами.

– Можно сказать и так.

– Ты ничего не знал?

Кот покачал головой.

– Она ни словом не обмолвилась. Разумеется, Зия вправе решать сама. И из неё точно получится отличная полуночная кошка. Она доказала это, когда помогла нам победить Пенелопу. Но я бы никогда не подумал… – Он замолчал.

Белая бабочка вспорхнула перед носом Эдисона и опустилась на землю. Эдисон шлёпнул лапой рядом с бабочкой, и она, дрожа, поднялась в воздух и исчезла.

Обессиленный Пабло рухнул на полпути между Рией и Генри и восторженно вскричал:

– Отличная была тренировка! Завтра продолжим!

Рия подбежала к нему, взяла на руки и ласково похвалила:

– Ты сдашь этот экзамен в два счёта! Пойдём со мной – я тебя покормлю. А ещё почищу тебе коготки.

Пабло с энтузиазмом кивнул, и Рия исчезла с ним в башне, взмахнув грязным подолом платья.

* * *

– О, господи! – простонал Генри. – Как нам сказать Пабло, что он провалит экзамен? Он бегает слишком медленно!

– Вдруг тренировки помогут? – неуверенно произнесла Нова, повернулась и прикрыла глаза ладонью, защищая от зависшего над горизонтом солнца. – Пойдём за котятами. Пора ужинать.

Они шли по узкой грунтовой дорожке, мимо высоченных подсолнухов и старой проржавевшей тачки, которую Горацио использовал для работы в саду. Последние лучи солнца падали на траву возле клумб с розами. Генри повернул голову и с наслаждением вдохнул аромат своих любимых роз Эммануэль.

– Где котята? – спросила Нова, озираясь по сторонам.

– Наверняка играют в прятки, – ответил Генри, сделал ещё один глубокий вдох и замер на месте.

– Неужели Горацио опять лакомится песочным печеньем и копчёным лососем? – спросил он. – Он же ел их уже на прошлой неделе.

Нова последовала за ним через клумбу с розами к большим воротам в стене, которые вели на территорию школы. Рядом с воротами виднелось небольшое отверстие для прохода кошек.

– Я их вижу! – крикнул Генри.

Нова испуганно вздрогнула.

– Руби, Рик! Подождите! Вам туда нельзя!

Ей не верилось, что котята самостоятельно проделали весь этот путь до ворот. Теперь они целенаправленно бежали к опасному выходу, словно их влекло невидимой ленточкой. Генри был слишком далеко от них!

Нова сделала глубокий вдох, напрягла все мышцы и прыгнула так далеко и высоко, как только могла. Три, четыре, пять мощных толчков, между которыми она ненадолго и мягко касалась земли, словно отталкиваясь на батуте.

За спиной она услышала удивлённый возглас Генри «Ух ты!» и «Превосходная техника!», комплимент от Эдисона, после чего приземлилась точно возле кошачьего прохода в стене, до которого только что добрались Руби и Рик.

К её изумлению, котята не обратили на неё внимания. Как загипнотизированные, с остекленевшими глазами, они продолжали двигаться к круглому отверстию, отбивая лапками такт, как механизмы. С другой стороны стены доносился странный гул, низкий и печальный. Она наклонилась и попыталась разглядеть, что так привлекло котят.

И вздрогнула, увидев круглую морду огромного кота с рыжевато-коричневой шерстью. У него были глубоко посаженные жёлтые глаза, тонкие чёрные линии зрачков и короткая шерсть, которая только на лапах становилась густой и длинной, из-за чего он выглядел так, будто надел сапоги. Из-за его головы торчали перья в коричневую и чёрную полоску. Это кот короля Фергуса!

При виде Новы кот отступил, и странное гудение прекратилось.

– Что ты здесь делаешь? – крикнула Нова коту, когда Рик уже пролез через отверстие. Нова вытянула руку, в последний момент схватила котёнка за шкирку и ногой преградила путь Руби.

Кот ошарашенно посмотрел на Нову, развернулся и помчался через широкий луг к старым пушкам, вокруг которых столпились туристы.

Генри открыл большие ворота и вместе с Эдисоном растерянно смотрел вслед странному коту, который бежал, покачивая перьями на шее. Котята извивались в руках Новы, как только что выуженные из водоёма угри.

– Как же вы нас напугали! – пробормотала Нова, чувствуя, что её сердце колотится, словно вот-вот выскочит из груди. – Нельзя просто так взять и побежать за незнакомцем. Мы же говорили вам!

Руби и Рик, казалось, понятия не имели, о чём она толкует. Вырвавшись, наконец, на свободу, они набросились на Эдисона с криками:

– Дисон, Дисон!

Эдисон принялся рассеяно лизать их головы. Вскоре котятам это надоело, и они развернулись и помчались обратно в сад. Генри, Нова и Эдисон рванули за ними.

– Вы видели этого кота? – спросила Нова. – Это наверняка один из тех шотландских котов, которых мы сегодня встретили во дворце. У него такие чудные перья! Кто бы стал добровольно такое носить?

– Кошки при дворе Фергуса Финнигана XIV, кошачьего короля Шотландии. Перья там вручают за особые заслуги и верность королю. Бытует мнение, что они делают кошек непобедимыми в бою. Перьеносцы в Шотландии чем-то напоминают полуночных котов в Англии. – Эдисон пытался не выпускать из вида котят, которые прятались за огромным листом подсолнуха, предположительно, устраивая им засаду.

– А-а, – протянул Генри. – Наверное, этим объясняется запах песочного печенья и дикого лосося. Я бы мог поклясться, что это лосось из Шотландского нагорья: моя бабушка ела его до того, как стала вегетарианкой.

Как и ожидалось, котята выскочили из укрытия, когда Эдисон проходил мимо подсолнухов. Но кот вопреки обычаю не стал с ними сражаться, а просто прогнал.

– Почему один из перьеносцев короля Фергуса пытался выманить Руби и Рика с территории школы? И как ему это удалось? – спросила Нова, когда они подошли к обветренной деревянной двери башни.

Эдисон сел и, прищурившись, посмотрел на ряд оставленных кротами кучек земли.

– Все котята чрезвычайно любопытны. Порой им достаточно услышать новый голос или незнакомый шум – и вот они уже забыли обо всём вокруг. Чего именно хотел этот кот, я вам сказать не могу. Одно я знаю наверняка: когда в игру вступают перьеносцы, ничего хорошего не жди!