«Тогда, пожалуй, расскажешь нам, что в это входит », – сказал Толвин. В отличие от Ричардса, которому удавалось сохранять некую вежливость в общении с принцем, Толвин был груб и явно чувствовал себя неловко. Он долго сражался с килрати, и Бондаревский знал, что ему трудно принять, что Кот может быть союзником, особенно после предательства Ралгхи нар Ххаллеса и хитрой лжи, усыпившей бдительность Конфедерации перед Битвой за Землю. И всё же Толвин понимал, что этот молодой принц- кил держит в своих короткопалых руках ключ к успешному завершению проекта «Голиаф». Должно быть, этот человек разрывался между противоречивыми чувствами: сомнением и надеждой.

«Компьютерная система на борту «Карги» подчинялась определённым командным кодам, известным старшим офицерам авианосца и боевой группы, — сказал ему Мурра. — Систему самоуничтожения можно отключить, используя эти коды».

«Разве вы не были достаточно высокопоставлены, чтобы знать их?» — потребовал Грэм, искоса взглянув на килрати.

«Нет, информация была доступна только старшим офицерам. Но я знаю, что мой дядя хранил полную запись этих командных кодов в файле… и как его помощник я имел к ним доступ. Возможно, я смогу восстановить информацию и использовать её для деактивации последовательности уничтожения. Но есть риск».

«Как же так?» — спросил Бондаревский.

Мурра посмотрел на него, его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах читалась ирония. «Файлы находятся в корабельном компьютере. Чтобы добраться до них, нам нужно восстановить часть компьютерной сети. И для этого…»

«Риск активировать систему самоуничтожения», — закончил Бондаревский. «Замечательно. Идеальная «Уловка-22».

«Что…?» — спросил Мурра.

«Терранская фигура речи», — подхватил Грэм. «Вам нужно сделать что-то, прежде чем вы сможете сделать что-то ещё, что позволит вам сделать первое». Он посмотрел на Толвина и Ричардса. «Это возможно, и я уверен, ваши специалисты по спасению вам это подтвердят. Но невозможно предсказать, что может привести в действие эту летающую бомбу. Вот почему мы никогда всерьёз не рассматривали возможность поручить Муррагу найти коды, пока мы вытаскиваем припасы и оборудование с авианосца. Риск был просто неоправданным».

Ричардс взглянул на Толвина. «Похоже, теперь так оно и есть», — сказал он с кислым выражением на обветренном лице. «Не могли бы вы научить одного из наших специалистов выполнить эту работу, лорд Мурра?»

Молодой кил покачал головой – человеческий жест, перенятый у Грэма. «Нет, это невозможно. Файлы доступны мне как уполномоченному сотруднику штаба Командующего боевой группой. В компьютере хранятся образцы сетчатки и другие идентификационные маркеры. Мало кто из килрати мог получить к ним доступ, и уж точно ни один из людей. Мне придётся сделать это самому».

Грэм нахмурился. «Ты теперь ценный актив, Мурра», — сказал он. «Отправить законного Императора Килраха на борту орбитальной бомбы — не самый разумный поступок, который мог бы предпринять любой из нас. Неужели нет другого выхода?»

Муррах хрипло рассмеялся. «Если у вас есть технология клонирования и двадцать один стандартный килра-год на выращивание дубликата, полагаю, мы могли бы придумать альтернативу. Но если это не так, думаю, единственный разумный выход — это мне попытаться. Что же касается политических последствий всего этого… ну, до недавнего времени я не играл никакой роли в галактической политике, и мало кто заметит моё отсутствие, если теперь я потерян для Империи».

«Ты можешь быть легкомысленным», — сказал Грэм, качая головой. «Но факт остается фактом: ты мог бы там. Черт побери, Мурраг, я не для того высматривал твою блохастую тушку все эти месяцы, чтобы увидеть, как ты тратишь свою жизнь на безумный трюк вроде этого. Ты же знаешь ситуацию на борту « Карги» . Даже с отключенным механизмом уничтожения, ремонт этой громадины потребует чертовски много работы — и в долгосрочной перспективе я не уверен, что это вообще возможно. Ты хочешь рисковать жизнью ради чего-то, что изначально может не стоить усилий?» Ни Грэм, ни Мурраг не были посвящены в информацию о заговоре Толвина, поэтому Бондаревски понимал, как неохотно Грэм позволит своему молодому другу-килрати предпринять попытку. Будучи инженером, Грэм лучше большинства знал, сколько всего нужно, чтобы навести порядок на борту « Карги» .

Мурра ответил не сразу, но долго не отрывал взгляда от Толвина. «Репутация адмирала Джеффа Толвина хорошо известна в Империи», — наконец произнёс он. Мы знаем его как воина в самом глубоком смысле этого слова, как достойного противника. Если вы, адмирал, скажете, что вам необходимо приложить эти усилия, я приму это и сделаю всё, что в моих силах. Ваши цели в настоящее время – мои цели. Килрати не нуждаются в возобновлении войны. Нам следовало бы положить ей конец давным-давно. Но Укар даи Рагарк и ему подобные будут считать победу в битве единственным способом сплотить нашу расу под их знамена, а это будет означать новые сражения, которые мы вряд ли можем себе позволить, когда наша главная потребность – восстановить то, что мы потеряли при уничтожении Килраха. Кодексы учат нас, что первейший долг – перед Расой, и даже мои претензии на трон менее важны в этом отношении, чем предоставление вам возможности остановить Рагарка, прежде чем он возобновит войну. Я сделаю всё, что в моих силах, и надеюсь, этого будет достаточно.

Бондаревский перевёл взгляд с принца на Толвина и обратно. Казалось, кто-то был готов поверить Толвину на слово.

Адмиральская комната ожидания, бывшая катер « Карга»

На орбите Ваку VII, Система Ваку

07:21 (центральное поясное время), 2670.318

«Это настолько готово, насколько это вообще возможно. Но, если хотите знать моё мнение, нам всем стоит просто развернуться и вернуться к авианосцу».

Бондаревский покачал головой в шлеме, прежде чем понял, что Грэм не видит движения. «Мне это нравится не больше, чем вам, коммандер», — произнёс он вслух. «Но раз уж мы зашли так далеко, думаю, нам лучше попробовать. Если только Мюрраг согласится».

«Я согласен», — сказал принц килрати.

Они возглавили небольшую группу добровольцев на борту «Карги» , чтобы попытаться добыть компьютерные коды из адмиральской каюты, расположенной рядом с флагманским мостиком потрёпанного суперавианосца. На этот раз отряда морской безопасности не было. Мурра, конечно же, должен был быть там, и, несмотря на его постоянные протесты, Грэм тоже вызвался, либо из чистой дружбы к принцу, либо потому, что чувствовал необходимость продолжать разделять опасность со своим бывшим товарищем по несчастью. Бондаревский решил, что кто-то из руководства проекта «Голиаф» должен принять участие в операции; они не могли просить незнакомцев идти на риск, на который сами не были готовы. Двое компьютерных специалистов из спасательной команды Диаса дополнили абордажную группу. Кевин Толвин и Энгус Харпер вызвались пилотировать шаттл, который доставил их на борт, но Бондаревский приказал им убираться, как только спасательная команда облачилась в скафандры и перебралась на борт корабля. Он не собирался подвергать этих двоих риску.

Если всё пойдёт не так, не было смысла рисковать теми, кто не обязан был там быть. При этом он пожалел, что Грэм остался, особенно учитывая, что тот продолжал высказывать все те сомнительные мысли, которые Бондаревский старался не допускать в свою голову. Но с момента прибытия на борт он доказал свою незаменимость, а его инженерные навыки стали ещё ценнее, поскольку он приобрёл практические знания килратских технологий и научился использовать их с человеческим оборудованием.

«Что ж, — сказал инженер, — пожалуй, они правы. Безумие действительно заразно. Давайте покончим с этим».

«Вы готовы, мистер Мейхью?» — спросил Бондаревский старшего из двух компьютерных специалистов спасательной команды.

«Да. Я почти уверен, что мы изолировали этот терминал от остальной сети». Техник говорил не очень уверенно, но Бондаревский посочувствовал его беде. Философия проектирования килрати делала акцент на многократном резервировании систем, и было трудно быть уверенным, что они отключили персональный компьютер флагмана от остальной компьютерной сети, составляющей систему Карги . «Надеюсь только, что мы правильно подключили питание. Если мы что-то напортачили при переоборудовании, это сожжёт весь блок, и мы вернёмся к тому, с чего начали».

«Всё верно, — сказал Грэм. — Поверьте, я собрал достаточно комбинаций оборудования Конфлота и Империи, чтобы знать, что делаю. Верно, Мюрраг?»

кила прозвучала насмешка. «По крайней мере, с первых раз ты стал лучше, мой друг», — сказал он .

Поскольку они не хотели подключаться к корабельной энергосистеме для активации терминала, они решили использовать портативный источник питания. Однако требования к электропитанию килратских и терранских систем различались, и Грэму пришлось смастерить импровизированный адаптер — он назвал его «Nargrast Special» — чтобы подключение стало возможным.

«Готов на мониторе», — сказала Кристин Вурхис с дальнего конца отсека. Она подключила компьютерный анализатор к другому терминалу, один из которых всё ещё был подключён к системе, и была готова отслеживать поведение сети Карги , когда они начнут работать. Она надеялась, что сможет предупредить их, если какие-либо их действия окажут влияние за пределами одного терминала, но Бондаревский втайне сомневался в этом.

«Питание… сейчас», — тихо сказал Мурра, вставляя чип данных в разъем рядом с монитором.

«Электричество включено», — объявил Мейхью.

Рядом с терминалом загорелся жёлтый индикатор, и через долгое мгновение экран засветился. По нему поплыли инопланетные буквы.

Бондаревский понял, что задерживает дыхание, и заставил себя расслабиться. Ему почти удалось.

«Терминал функционирует», — тихо произнёс Мурра. Его голос был спокойным и ровным, и Бондаревский позавидовал его самообладанию. Для молодого офицера, впервые выполнявшего задание в дальнем космосе, он был весьма сдержанным. Если ему когда-нибудь удастся взойти на императорский престол, он, скорее всего, окажется отличным правителем.

«А теперь самое сложное», — пробормотал Грэм. «Скрестите пальцы, ребята».

Компьютерная сеть килрати функционировала иначе, чем системы, используемые на кораблях Терры. Компьютеры Конфедерации, как правило, были высокоцентрализованными, быстрыми, эффективными, но уязвимыми. Компьютерные залы были надежно защищены и бронированы, а на случай выхода основного компьютера из строя в критический момент устанавливалась полноценная резервная система. На кораблях килрати же множество отдельных компьютеров были связаны между собой, подобно клеткам живого мозга, разбросанного по всему кораблю. Время отклика было немного больше, но большие участки сети могли быть выведены из строя без существенного ущерба для компьютерных функций корабля, и сеть могла перенаправлять соединения в обход поврежденных или разрушенных участков.

Поскольку личный терминал адмирала Дая Нохтака был изолирован от остального корабля, у них не было доступа к сети. Именно этого они и хотели, учитывая опасность, исходящую от механизма самоуничтожения. Однако они надеялись получить доступ к памяти терминала. Личные данные и секретные файлы, скорее всего, хранились локально, а не распространялись по сети, а значит, командные коды, необходимые для захвата управления кораблём, скорее всего, находились в этом компьютере.

По крайней мере, на это надеялись все участники проекта «Голиаф». Мурра не был специалистом по компьютерам, и Ричардс с Толвином до сих пор предпочитали не раскрывать свои планы килратскому компьютерному офицеру из Кадра принца, на случай, если тот окажется менее благосклонен к их целям, чем Мурра, до сих пор демонстрируемый. Так что не было никаких гарантий, что их подход был верным. Оставалось лишь надеяться на успех.

Мурра ввёл комбинацию клавиш на терминале, его пальцы были немного неловкими и неуклюжими из-за перчаток костюма. На экране появились новые символы, и кил довольно хмыкнул. «Я в деле», — коротко сказал он. «Пора на проверку безопасности».

Он подключил свой костюм к компьютерному терминалу по проводу, а затем замер на несколько мгновений, пока люди напряжённо ждали. Встроенные в костюм медицинские мониторы могли предоставить компьютеру информацию, необходимую для идентификации Муррага как уполномоченного сотрудника штаба адмирала, имеющего законное право доступа к файлам.

В ответ на какой-то вопрос Мурраг продекламировал несколько слов на рычащем килратском языке. Затем, обращаясь к остальным, он продолжил по-английски: «Компьютер обрабатывает данные безопасности. Будьте наготове».

«Здесь все выглядит хорошо», — сообщил Вурхис.

«Допуск разрешён!» — сказал Мюрраг. Его пальцы забегали по клавиатуре так быстро, как позволяли перчатки. «Начинаю загрузку».

Они согласились, что наиболее эффективный способ получить нужную информацию — загрузить всё, что можно, из защищённых файлов адмирала на чип данных, вместо того, чтобы искать нужные материалы и, возможно, слишком долго искушать судьбу. Однако недостатком такого подхода был объём информации, хранящейся в локальной памяти терминала, передача которой занимала много времени… и, конечно же, риск того, что коды команд могут отсутствовать в полученных данных, что вынудит повторить попытку позже.

Казалось, прошли часы, прежде чем Мерра наконец объявил, что чип заряжен, хотя Бондаревский знал, что это вопрос нескольких минут. Киллер отсоединил свой провод, затем аккуратно извлек чип с данными и жестом велел Мэйхью отключить питание. Экран компьютера снова погас.

«Бондаревский — шаттлу. Готов к отправке». Произнести эти простые слова было настоящим облегчением.

Флаговый мост, бывший КИС Карга

На орбите Ваку VII, Система Ваку

1218 часов (CST), 2670.319

«Дамы и господа, Karga в рабочем состоянии».

Бондаревский затаил дыхание, пока адмирал Ричардс произносил эти слова, а затем набирал комбинацию на панели управления перед собой. Повисла долгая пауза, воцарилась гнетущая тишина. Затем в отсеке внезапно замигали оранжевые аварийные огни, и загорелся ряд пультов. Собравшиеся на флагманском мостике мужчины и женщины команды «Голиафа» разразились бурными аплодисментами.