«Она работала на русских. А именно на «Мёртвую руку», кремлёвскую группировку, ответственную за сохранение власти президента».

«Она продавала секреты Мертвой Руке, — сказал Шрейдер, — прямо у тебя под носом».

«Да, так оно и было», — признался Рот.

«И было бы справедливо сказать, что именно её предательство стало причиной столь серьёзного ущерба для Группы? Причиной гибели трёх из четырёх ваших агентов за одну ночь? Причиной, по сути, того, что вам пришлось переосмыслить всё её существование?»

«Она продолжает существовать», — сказал Рот.

«Но в другой форме».

«Верно, — сказал Рот. — Я перестраиваю его с нуля».

«И Лэнс Спектор — ключевая часть этого плана».

«Конечно, это так».

«Он — ключ к самой успешной и эффективной программе в истории агентства. Программе, на которой вы построили свою карьеру и репутацию».

«Я бы сказал, что это справедливая оценка», — сказал Рот.

«Так что даже если Спектор и показывал признаки неуравновешенности, это должно было насторожить и заставить вас отстранить его от службы…».

«Ты имеешь в виду убить его», — сказал Рот.

«Я имею в виду убить его», — согласился Шрейдер. «Даже если бы вы увидели множество предупреждающих знаков, у вас был бы очень веский мотив не предпринимать никаких действий».

«Что ты подразумеваешь? Что я это предвидел? Что я защищал Лэнса?»

«Как вы увидите», сказал Шрейдер, «мне не придется этого говорить».

Рот повернулся к президенту. «Что это?» — спросил он. «Охота на ведьм?»

«Выслушайте ее», — серьезно сказал президент.

У него был вид человека, уже принявшего решение.

«Какую роль играла Кларисса Сноу в Группе?» — спросил Шрейдер.

«Она была куратором Лэнса Спектора».

«Можете ли вы рассказать нам, что случилось с человеком, которого вы наняли, чтобы убить ее?»

«Это было другое дело», — возразил Рот.

«Просто расскажите нам, что произошло».

«Его нашли мертвым».

"Когда?"

«Два года назад».

«Прошло меньше двух недель с тех пор, как он выстрелил пулей, убившей Клариссу Сноу, не так ли?» — сказал Шрейдер.

«Если вы так говорите».

Она нажала кнопку, и на экране появились документы, включая дату свидетельства о смерти Клариссы Сноу и еще одно свидетельство о смерти Джона Доу.

«Хорошо», сказал Рот.

«Вы когда-нибудь спрашивали Лэнса, знает ли он что-нибудь о смерти второго мужчины?»

«Нет», сказал Рот.

"Почему нет?"

«Он не имел к этому никакого отношения».

«Вам никогда не приходило в голову, что он может пойти за человеком, убившим Клариссу?»

«Зачем ему это? Она была предательницей. Её смерть была неизбежна. Все это понимали».

«Знаете ли вы, что у Лэнса Спектора и Клариссы Сноу были романтические отношения?»

«Да, был», — сказал Рот.

«Ты не думаешь, что это могло бы стать причиной для того, чтобы Спектор так остро отнесся к твоему приказу убить ее?»

«Лэнс спал с Клариссой, — сказал Рот, — но это не то же самое, что сказать, что они были влюблены друг в друга, и я уверен, ты это знаешь, Сандра».

Шрейдер тонко улыбнулся.

«Ладно», — сказала она. «Может быть, Лэнс и Кларисса не были родственными душами.

Может быть, это была просто мимолетная интрижка.

«Это была мимолетная интрижка».

«Но разве вы не должны были хотя бы рассмотреть возможность того, что один из ваших агентов только что хладнокровно убил кого-то без какого-либо разрешения?»

«Я не рассматривал эту возможность, поскольку не было никаких оснований полагать, что смерть мужчины как-то связана с убийством им Клариссы Сноу».

«Где был Лэнс, когда убили Клариссу?» — спросила Сандра.

«В командировке за границей».

«Задание, на которое вы его послали».

«Я отправлял его на все его задания».

«Вы следили за тем, чтобы его не было рядом и он не мог вмешаться?»

«Ты хочешь сказать, что он попытался бы помешать мне убить Клариссу?»

Сандра улыбнулась: «Именно это я и предлагаю, Рот».

«Это абсурд, — сказал Рот. — Он бы сам её убил, если бы я приказал».

«Ты действительно в это веришь?»

«Конечно, я в это верю. Это его работа».

«Интересно», — сказала Сандра.

Она нажала кнопку, и на экране появился новый слайд, на этот раз показывающий мертвое тело убийцы Клариссы.

«Где был Лэнс в тот день, когда был убит убийца?»

«Все еще на своем задании».

«Он был в самоволке», — сказала Сандра.

Рот покачал головой. Он знал, куда она клонит. Она подготовилась. Сказать ему было нечего.

«На самом деле Лэнс Спектор сбежал в самоволку в тот день, когда узнал, что вы убили Клариссу, и оставался таковым каждый день в течение двух с половиной лет с тех пор, не так ли?»

Рот посмотрел на президента. Лицо президента было пустым и бледным, как каменная стена.

«Я бы сказала, было бы справедливо предположить, что Лэнс Спектор немного расстроен из-за произошедшего, не так ли, Рот?» — сказала Сандра.

Рот кивнул. «Сказать, что он был расстроен из-за Клариссы, — это слишком большой шаг вперёд, чем угрожать взорвать посольство».

«Гигантский скачок», — сказала Сандра, снова нажимая кнопку.

Следующий слайд представлял собой ультразвуковое исследование.

«Знаете ли вы, — сказала Сандра, — что Кларисса Сноу была беременна на момент своей смерти?»

Когда Рот понял, что она говорит, кровь отхлынула от его лица.

Это был первый раз с тех пор, как он вошел в комнату, когда она сказала что-то, чего он еще не знал.

«Мистер Рот?» — спросила она.

Рот наклонился вперёд, чтобы рассмотреть поближе. Судя по слайду, УЗИ было сделано в отделении перинатологии и медицины плода при больнице Джона Хопкинса. Имя Кларис было чётко вписано, как и подпись акушера. Возможно, это была подделка, но что-то подсказывало ему, что это настоящая подпись.

Как он мог это пропустить?

И что еще он упустил?

У него голова пошла кругом, когда он обдумывал последствия её слов. Возможно, преданность Лэнсу ослепила его. Возможно, всё, что она говорила, было правдой.

«Пожалуйста, ответьте ей», — сказал президент.

Рот прочистил горло.

«Нет, это не так», — тихо сказал он.

Он посмотрел на Сандру. Она победила его, и по выражению её лица было видно, что она это знает.

«Рискните предположить, кто был отцом?» — спросила она.

Рот перевел взгляд с нее на президента, а затем на всех остальных, сидевших за столом.

«Теперь это начинает приобретать смысл, не правда ли?» — сказала Сандра.

«Я не понимаю…» — сказал Рот, и его голос затих.

«Ты убил не только Клариссу, — сказала Сандра. — Ты убил нерождённого ребёнка Лэнса».

«Я не знал», — сказал Рот, его голос был едва громче шепота.

«Я бы сказала», — сказала Сандра, — «если бы мы искали человека, имеющего причины сойти с ума, человека, затаившего обиду на правительство, нам не нужно искать никого, кроме Лэнса Спектора».

«Нет», — сказал Рот, обращаясь напрямую к президенту. Он больше не пытался никого убеждать. Он просто говорил то, что думал. «Я знаю Лэнса».

«А вы?» — спросил президент. «Вы убили его ребёнка, и за два с половиной года он ни разу не сказал вам об этом ни слова. Я думаю, этот человек ещё более лжив, чем вы думаете».

У Рота кружилась голова.

«Как ты... как ты вообще узнала об этом?» — сказал он Сандре.

«Это не важно», — сказала Сандра.

Рот не знал, что сказать. Если это правда, если Кларисса была беременна от Лэнса, возможно, он действительно не знал Лэнса и не представлял, на что тот способен.

Сандра снова открыла запись с Лэнсом в посольстве. «Это всего несколько минут назад», — сказала она. На записи видно, как Лэнс выбегает из посольства, выходит по лестнице и бежит по задней части комплекса. В кадре клубился дым и слезоточивый газ, слышны звуки выстрелов и вертолётов.

«Это происходит сейчас?» — сказал Рот.

«Да, это так», — сказала Сандра, когда Лэнс перелез через стену комплекса.

Сандра переключила камеры, показав кадры разъяренной толпы, бросающей бутылки с зажигательной смесью в главные ворота посольства.

«Если Лэнс Спектор не представляет угрозы, — сказал президент, — то расскажи нам, что мы имеем здесь в виду, Леви».

Рот ничего не мог сказать. Он смотрел на лица сидевших за столом.

Он уже собирался встать, когда кто-то постучал в дверь.

Помощница просунула голову в комнату.

«Господин президент, — сказала она, — Леви Роту звонят из Москвы».

«Господин Рот занят», — нетерпеливо сказал президент.

Помощник уставился на него.

«Есть что-то еще?» — спросил президент.

«Сэр, звонок от Лэнса Спектора».

Рот тихо рассмеялся, словно желая подчеркнуть то, что и так было известно всем в комнате.

Его судьба была предрешена, и он это знал.

И Лэнс Спектор стал его погибелью.

42

Лиззи Шрейдер лежала на спине, глядя на яркую флуоресцентную лампу, словно на солнце. В комнате было невыносимо жарко, а кожа была липкой от пота. Она не двигалась уже несколько часов. Может быть, даже дней. Она понятия не имела, сколько времени провела здесь, и единственным признаком течения времени была ровная капля в углу из одной из труб под потолком.

Капать.

Капать.

Капать.

Она пересчитала их. Сто. Тысяча. Сколько секунд в часе?

Когда она подумала о том, где она находится, что с ней случилось, ее охватила неконтролируемая дрожь, и она не могла дышать.

И вот тогда она заставила себя перестать думать.

Возвращаемся к каплям. Подсчёту. Свету лампочки, сияющей непрестанно, словно Око Саурона.

Она была под землёй. Это было видно по тому, как формовался бетон, заливаемый в формы.

Судя по всему, когда-то здесь была овощеводческая ферма. На полу лежала толстая пластиковая плёнка, а на потолке, помимо длинных люминесцентных ламп, виднелись остатки довольно мощной вентиляционной системы.

Теперь это не сработало. Было такое ощущение, будто в комнате уже очень давно не было никакой вентиляции.

Она лежала на земле, но рядом стояла кровать. Спартанская вещь с металлической сеткой под тонким матрасом, настолько испачканным, что она не решалась к нему подойти.

Рядом находилась грязная маленькая фарфоровая раковина, хуже самого худшего туалета на заправке, который она когда-либо видела, и она не работала.

Она попробовала это.

Она была так измучена жаждой, что готова была пить даже из этого источника.

За дверью раздался какой-то звук, и ее тело наполнилось адреналином.

Мужчина не возвращался с тех пор, как бросил её туда. Судя по звукам, он вот-вот должен был вернуться.

В прошлый раз он заставил её сидеть неподвижно на кровати, пока снимал её на телефон. Он велел ей поздороваться с камерой, но она не смогла. Её губы не двигались. Голос не звучал. Он оттянул её голову назад за волосы и заставил смотреть в камеру.

Она плакала.

Она знала, что эти кадры предназначены для её матери. По крайней мере, она не могла придумать для них другого применения.

Она представила, как ее мать получает подарок, и ей снова захотелось плакать.

Мужчина говорил по-русски, по крайней мере, насколько Лиззи могла судить. У неё не было большого опыта общения с местными акцентами. Он был огромным.

У неё не было ни малейшего шанса вырваться от него, одолеть его, но она попыталась. Когда он закончил снимать, и она представила, как её мать наблюдает за этим, она бросилась на него, царапая, кусаясь, царапаясь, словно загнанный в угол зверёк, которым она и была.

Он швырнул её через всю комнату одной рукой, словно тряпичную куклу. Она так сильно ударилась головой о стену, что её чуть не стошнило. Зрение затуманилось.

Когда она снова сосредоточилась, то увидела его, его огромную тушу, возвышающуюся над ней, словно медведь. Он смотрел на неё, и улыбка на его лице заставила её кровь застыть в жилах.

Это было неправильно. Это было неестественно.

Она никогда раньше не видела такого выражения на лице мужчины и инстинктивно поняла, о чем он думает.

Позже она услышала, как он играет с маленьким глазком в двери. Он перевернул его, чтобы видеть её.

У нее возникло ощущение, будто по ее телу бегают насекомые.

43

Лэнс и Ларисса проехали несколько кварталов от посольства, прежде чем осмелились остановиться. Они всё ещё слышали хаос, царивший в посольстве, шум вертолётов над головой и вой сирен полицейских машин.

«Ты действительно пошел на это», — сказал Лэнс.

«Мне пришлось вытащить тебя оттуда».

Мимо проехала еще одна полицейская машина, и Лэнс отвернулся.

«Ну, ты определенно знаешь, как завести толпу».

Он посмотрел на неё. В её глазах появилась новая уверенность.

И это было оправдано. Ей не просто удалось закрыть посольство, она спасла ему жизнь.

Она еще этого не знала, но он знал.

«Я всегда умела устраивать скандал», — сказала она.

Лэнс коротко усмехнулся.

«Это правда, — сказала она. — Вам стоит подумать о моей вербовке. Я могу оказаться одним из тех агитаторов, которых ЦРУ засылает для дестабилизации стран».

«ЦРУ этим не занимается», — сказал Лэнс.

Лариса улыбнулась: «Конечно, нет».

Мимо проехала еще одна полицейская машина, и Лэнс сказал: «Мне кажется, вы создали достаточно хаоса, чтобы оправдать посла, решившего отозвать высланных морских пехотинцев».

Лариса спросила: «Значит, посольство в безопасности?»

«Ну, — сказал Лэнс, — я бы не стал заходить так далеко. Но, по крайней мере, теперь он настороже».

«И что дальше?»

«Нам нужно найти таксофон», — сказал Лэнс.

Направиться прямо в посольство было ошибкой. Лэнс пошёл туда, чтобы сообщить об угрозе безопасности начальнику резидентуры, и оказался в подземной камере с русским, пытавшимся его убить.

Нарушение системы безопасности посольства дошло до самого верха, и Лэнсу нужно было немедленно сообщить об этом Роту.