«Ты в порядке?» — спросил Арсен, подходя к ней. «Ты белая, как привидение».

Она посмотрела на него, но вдруг ей показалось, что он говорит с ней издалека. В ушах звенело, и с каждой секундой звон становился всё громче. Она видела, что он что-то говорит, но не могла разобрать, что именно. «Он убьёт меня», — тихо сказала она. «Он убьёт нас всех». Её взгляд заметался по комнате. Она почувствовала, как её дыхание учащается. Затем она упала.

Арсен прыгнул вперёд и поймал её, прежде чем она упала на землю. Он прижал её к груди и сказал: «Ты в порядке. Я тебя поддержу».

Она посмотрела на него, на его глаза – карие, всего в нескольких дюймах от её лица. Она взглянула на двух приспешников. Внезапно она обрадовалась любой защите, которую они могли ей предоставить. Когда она прошептала, все трое наклонились ближе, чтобы услышать, что она пыталась сказать. «Вы подписали себе смертный приговор», – сказала она. «Я смотрю на троих мертвецов».

OceanofPDF.com

29

В момент удара автомобиль так неконтролируемо закрутило, что грузовик врезался в него, словно в лобовое столкновение. Этот второй удар не был смягчен подушками безопасности, и основной удар пришелся на водителя. Передняя часть автомобиля смялась, как бумага, а приборная панель раздавила ему ноги. Рулевая колонка, вырвавшись из корпуса, выдвинулась вперёд и пронзила ему грудь, её серебристый стальной стержень прошёл сквозь центр грудины, словно сквозь масло. Она остановилась всего в нескольких сантиметрах от лица Лэнса, сидевшего сзади.

Лэнс потерял чувство времени, всё словно расплылось, а затем внезапно, словно не пройдя и минуты, машина полностью замерла. Лэнс моргнул. Ему потребовалось мгновение, чтобы сосредоточиться. Если он и потерял сознание, то лишь на мгновение. Он поднял руку и коснулся гладкого отверстия рулевого вала перед собой, почувствовав тепло крови водителя.

Затем он услышал бульканье и хрипы водителя.

Он знал этот звук. Звук умирающего человека.

В машине был дым — он подумал, что это дым, — но когда чувства вернулись к нему в ошеломляющем порыве, словно укол адреналина, он понял, что это белый тальк из подушек безопасности. Часть мозга, которая ещё функционировала, учуяла запах серы — от подушек безопасности, подумал он, или от взрывчатки в портфеле Гречко. Именно эта проклятая штука заставила водителя потерять управление.

Он повернулся к Гречко и тут же отпрянул. Не повезло ему, бедняге. Этот бок машины заскреб по бетонной разделительной полосе, и сталь разлетелась вдребезги, как банка из-под газировки. Часть зазубренного края распорола Гречко туловище, выпотрошив его, как рыбу. Казалось, он не понял, что произошло, казалось, вообще ничего не осознавал, хотя всё ещё дышал. Лэнс протянул руку и проверил пульс на шее. «Эй», — сказал он, похлопав себя по лицу. «Эй, Гречко. Давай. Просыпайся».

Глаза мужчины закатились и не могли сфокусироваться.

Портфель лежал на сиденье между ними, и Лэнс открыл его. Документы внутри обгорели от взрыва, и он увидел остатки устройства, вызвавшего взрыв. Ничего особенного. Простая мина-ловушка. Такие были обычным делом во времена холодной войны. Он убедился, что нет никаких сюрпризов, затем осмотрел содержимое: ноутбук, газету, конверт.

Гречко издал какой-то звук, гортанный, глухой, словно предсмертный хрип, и Лэнс наклонился, чтобы услышать, что он говорит. «Что случилось?»

Гречко снова беззвучно произнес это слово: «Бензин».

Лэнс кивнул. Бензин. Он тоже почувствовал его запах.

Гречко внезапно проснулся, пытаясь справиться с ремнем безопасности на груди, не подозревая о ране, которая убьет его в ближайшие несколько минут.

«Успокойся», — сказал Лэнс. «С тобой всё в порядке».

«Мне нужно выйти».

«Знаю», — сказал Лэнс, притворяясь, что помогает ему с ремнём безопасности. Ремень всё ещё был застёгнут на пряжку, но тоже был перерезан. Впрочем, это не имело значения. Лэнс видел достаточно ран, чтобы знать, что эта будет смертельной.

«Быстрее», — выдохнул Гречко.

За пределами автомобиля, за тонким слоем нейлона подушек безопасности, которые их окутывали, Лэнс слышал нарастающий шум

Попытка спасения. Раздавались крики, лязг стали, ударяющейся о сталь, когда кто-то бил по чему-то молотком, рёв транспорта на другой стороне шоссе.

«Помогите!» — прохрипел Гречко. «Помогите!»

«Они тебя не слышат», — сказал Лэнс, демонстративно расстегивая ремень безопасности. «Расскажи мне, что в конверте».

«Конверт?» — спросил Гречко, совершенно растерявшись.

Лэнс поднял его – он был распечатан – и позволил содержимому выскользнуть ему в руку. Они оба посмотрели на него: размытая чёрно-белая фотография, снимок радара – нет, УЗИ. Глаза Лэнса расширились. Это был оригинал, из больницы, и в левом нижнем углу были идентификационный номер, имя, дата и печать родильного отделения больницы Джонса Хопкинса в Вашингтоне.

Повалил дым, и Лэнс, несмотря на жжение в глазах, читал информацию.

Дата — несколько дней назад.

Имя — Кларисса Сноу.

«Пожар!» — закричал Гречко, отчаянно пытаясь удержаться на сиденье. Его лицо и руки были в крови, но он, похоже, ещё не осознавал этого. Он заметил только дым, да ещё и вонь плавящегося пластика, когда пламя начало лизать нейлон подушек безопасности. Его ярость нарастала. «Пожар!» — отчаянно закричал он. «Пожар!»

Но Лэнс почти не слышал его. Сам же он смотрел на размытое белое пятно в центре матки на снимке. Голосом, едва слышным для Гречко сквозь собственную панику, он спросил: «Это правда?»

Гречко не ответил, и Лэнс схватил его и встряхнул. «Это правда?» — повторил он. «Гречко!»

"Что?"

«Это УЗИ. Кларисса беременна?»

У Гречко всё помутилось в голове. Глаза забегали и расширились. Несколько сильных пощёчин привели его в чувство, и он смог сосредоточиться на Лэнсе.

«Это правда?» — снова спросил Лэнс.

«Конечно, это реально».

Пламя начало прорываться сквозь лобовое стекло. Оно лизало кожу водителя, и запах горящей плоти и волос вызывал у Лэнса тошноту. Водитель мёртв, подумал Лэнс, но тут же послышался хлынувший поток крови…

Из него вырвался душераздирающий звук, крик такой агонии, что он сосредоточил его мысли и мысли Гречко на одном – на огне, который неумолимо приближался к ним. Крик был душераздирающим, полным ужаса и агонии, и он оборвался так же внезапно, как и начался.

Взгляд Гречко был прикован к водителю, и Лэнсу пришлось ударить его ещё раз. «Гречко? Как это может быть правдой?»

«Ради всего святого, вытащите меня отсюда», — прохрипел Гречко. «Вытащите меня!»

«Клариса не может забеременеть».

«Вот в чём был подвох, — воскликнул Гречко. — Вот в чём был подвох, и ты его проглотил».

«А Кларисса? Она согласилась на это?»

Но Гречко больше не обрабатывал информацию. Теперь они оба чувствовали жар пламени, и Лэнсу нужно было выбраться из машины, чтобы не погибнуть вместе с Гречко. Он попытался открыть дверь, но её заклинило. Он откинул нейлоновую ткань с разбитого окна, и внутрь проник свет.

«Не покидай меня!» — кричал Гречко. «Умоляю!» Его голос становился слабее, надежда угасала, тело теряло всё больше крови. Лэнс бросил на него последний взгляд. Казалось, он снова обрёл рассудок. Он знал, что умрёт. «Не дай мне сгореть», — еле слышно прошептал он.

Пламя было настолько близко, что Лэнс прикрывался от жара полой куртки. Волосы на голове водителя вспыхнули и мгновенно сгорели. Лэнс выхватил пистолет и передал его Гречко.

«Мне очень жаль, — сказал он. — Это всё, что я могу для вас сделать».

Гречко взял пистолет и посмотрел на него так, словно никогда его не видел. Лэнс отвернулся и начал вылезать через разбитое окно. Оказавшись на свободе, он снова посмотрел на Гречко. Мужчина держал пистолет в руках, но не целился в кого-то конкретного. «Она сделала это добровольно», — сказал он.

«Что это?» — спросил Лэнс.

«Клэрис», — сказал он, поднося пистолет к виску. Его взгляд не отрывался от Лэнса, и он добавил: «Она не могла дождаться, чтобы испортить тебе жизнь».

И тут — бац!

OceanofPDF.com

30

Лэнс не хотел терять времени на месте аварии в ожидании полиции и медиков. Он пошатнулся от машины, пока десятки прохожих смотрели на него с разной степенью ужаса на лицах.

След из обломков и разрушений тянулся вдоль шоссе.

Осколки стекла, жженая резина, пролитый бензин – кульминацией стали тягач с прицепом и раздавленный «Мерседес», которые всё ещё были сцеплены вместе в объятиях переплетенной и разорванной стали. Пролитый бензин загорелся, отбросив пламя змеёй назад к застрявшему потоку машин и вызвав небольшую панику, поскольку некоторые водители опасались, что пламя может добраться и до них. Все четыре полосы были перекрыты, а некоторые машины остановились так резко, что их протаранили те, кто ехал сзади. Из потока машин доносился какофонный гудящий сигнал, и Лэнс смотрел на людей, которые выходили из машин и приближались к месту аварии.

Они, по-видимому, намеревались оказать помощь в спасении, эти потенциальные герои с добрыми намерениями, но теперь, когда перед ними стоял Лэнс, шатаясь от обломков, с лицом, перепачканным кровью и машинным маслом, они отступили, словно от дикого зверя.

«Сейчас рванет», — сказал он им, отойдя от него примерно на двадцать футов, в то время как несколько самых безрассудных продолжали приближаться.

«Назад», — сказал Лэнс громче. «Я не шучу».

«Ты не пострадал?» — спросил один из них, словно обвиняя, и Лэнс ощупал себя, чтобы убедиться, что он действительно цел. Машина была разбита вдребезги, и, глядя на неё сейчас, было почти невероятно, что он не пострадал ещё больше.

«Мой счастливый день», — сказал он с усмешкой.

Пламя вырывалось из блока цилиндров, поднимаясь в небо и лизая переднюю часть полуприцепа. Чёрный, как смола, дым поднимался в небо, словно маяк.

«Есть ещё внутри?» — спросил мужчина. Он был одет в тёмно-синий деловой костюм и стоял в радиусе возможного взрыва, если таковой имелся.

«Я же сказал тебе вернуться», — сказал Лэнс. Мужчина отступил на несколько шагов, и Лэнс добавил: «В машине было ещё двое. Они оба мертвы».

Вдалеке послышался вой сирен. Они будут там через несколько минут. Лэнс направился к бетонному ограждению на дальней стороне шоссе.

«Куда ты, чёрт возьми, собрался?» — спросил другой мужчина. Лицо у него было в крови, а на одежде застряли осколки разбитого лобового стекла. Лэнс принял его за водителя тягача с прицепом. Он был в сознании, но в остальном, казалось, не пострадал.

«Извини», — сказал ему Лэнс. «Когда страховка оформится, бери первую попавшуюся. Машина принадлежала российскому правительству. Не стоит с ними скандалить».

«Что?» — ошеломлённо воскликнул мужчина, как будто Лэнс говорил на иностранном языке.

Лэнс ничего не сказал, а повернулся, перелез через бетонное ограждение на краю шоссе и посмотрел вниз на улицу внизу. Они ехали по участку скоростной автомагистрали, который был приподнят, но уже начал спускаться к уровню улицы. Перепад высот составлял всего около трёх метров.

Лэнс прыгнул и слегка неловко приземлился на лодыжку, отправив

Вспышка боли пронзила ногу. Падение потрясло его сильнее, чем он готов был признать, и теперь ему придётся за это заплатить.

Слегка прихрамывая, он поспешил через выбоины улицы к высокой кирпичной стене магазина Costco Wholesale. Он шёл вдоль задней стены здания, пока не скрылся из виду людей, всё ещё наблюдавших с шоссе. Он завернул за угол, пересёк парковку, перепрыгнул через сетчатый забор – на этот раз приземлившись аккуратнее – и пересёк закрытую строительную площадку. Когда он вышел оттуда, перепрыгнув через тот же забор во второй раз, он оказался на жилой улице с таунхаусами по одну сторону и пятнадцатиэтажным жилым домом по другую. Он дошёл по улице до угла 99-й улицы и зашёл в первый попавшийся магазин. Это был дешёвый магазинчик шаговой доступности – спиртное и пиратские DVD на проволочных стеллажах, бородатый владелец в тюрбане стоял за защитной проволочной клеткой. Владелец смотрел на него так, словно в его магазин только что вошёл тигр.

«У тебя есть туалет?» — спросил его Лэнс.

Мужчина был настороже, но не настолько, чтобы не сказать: «Туалет только для клиентов».

Лэнс посмотрел на него, защищённого в клетке. У него, без сомнения, было оружие. И уж точно телефон. «Это не ограбление, — сказал он. — Произошёл несчастный случай».

«Думаю, вам пора уходить», — сказал мужчина. «Пока я не вызвал полицию».

У Лэнса не было времени на переговоры. Не было времени рассматривать другие варианты. Он выхватил пистолет и, не направляя его на мужчину, спросил: «У тебя есть телефон?»

Мужчина на мгновение лишился дара речи. Он взглянул на Лэнса — на его поведение, на кровь на лице, на пистолет — и подумал, не схватить ли что-нибудь из того, что тот хранил за прилавком, чтобы защитить себя.

«Я в бегах», — сказал Лэнс. «Помогите мне, и я уйду через минуту».

Мужчина, казалось, задумался на мгновение, затем потянулся к стационарному телефону на стойке и подвинул его к Лэнсу.

Лэнс выдернул шнур из стены, сделав его бесполезным, а затем сказал:

"Клетка?"

Мужчина замешкался, и Лэнс поправил хватку пистолета, словно готовясь выстрелить. Из кармана мужчины выскочил мобильный телефон, и Лэнс забрал его. «А теперь вылезай оттуда. Покажи мне туалет».

Мужчина указал ему на дверь в задней части магазина, и Лэнс вошёл, оставив дверь открытой. «Встань здесь, чтобы я тебя видел». Мужчина

Лэнс послушался, и он вымыл руки и лицо. Он сказал: «Мне нужна чистая рубашка».

Мужчина не ответил, а лишь молча наблюдал, как Лэнс продолжает мыть посуду.

Лэнс снял куртку и рубашку, промокнул шею и волосы. Он вытерся бумажным полотенцем и спросил: «У тебя есть что-нибудь, что я мог бы взять?» Он достал бумажник и отсчитал пять двадцаток. «Я не привередливый».