Демоны родились такие красивые и славные, что умиление проняло Точилина до слёз. Он даже стал лично подкармливать одного из них, самого симпатичного – с рожками, поднося ему специальную бутылку с соской, одну из тех, в какие автоматика «роддома» разливала «молоко» цвета шоколада.

«Сынишку» он назвал не менее красивым именем – Люцифер.

Так как на одном месте лейтенанту не сиделось, он, оставив Горлума приглядывать за «детским садом», пошастал на аэробайке по саванне и нашёл ещё одно дерево-склад, где наткнулся на некрополь с тремя гробами Демонов. Запустить их оживление у лейтенанта не получилось. Не очень-то огорчившись, Точилин решил подняться на главный уровень Большого Леса и потратил два дня на поиски земляков, всё ещё надеясь на присутствие в Лесу майора Реброва. Злость на него продолжала копиться и грозила в скором времени «сорвать крышку кастрюли», в которую превратилась голова человека, деградирующего не по дням, а по часам.

Однако следов пребывания бывших товарищей отыскать не удалось, и Точилин вернулся на свою «малую родину», в демонские апартаменты, ставшие его прибежищем в чужом мире.

На третий день путешествий по саванне он заметил стаю птиц.

Расположение баз, оставленных Демонами и Амазонками в саванне, лейтенант примерно представлял, создав в уме своеобразную карту. Всего таких сооружений, замаскированных под гигантские деревья, насчитывалось около двух десятков. Большинство было недоступно по причине разрушенных входов. Кроме того, он отметил и три шахты, соединяющие верхние и нижние слои лесного мироздания. Вот у одной из них Точилин увидел дымок, поначалу приняв его за дым костра. И лишь подлетев поближе, он понял, что видит стаю чёрных четырёхкрылых птиц, похожих на крупных земных ворон.

С ними Точилин уже встречался, путешествуя по верхнему ярусу Леса, удивившись их существованию. Насколько он мог судить о структуре фауны этого мира, в нём не было места птицам. Из летающих субъектов Большого Леса ему встречались только бабочки и обычные пчёлы. Теперь же лейтенанта заинтересовало появление «ворон» в саванне. Захотелось выяснить, что они делают здесь и ради чего рискнули спуститься на третий этаж лесного мироздания.

Птицы тоже заметили байкера.

Едва он направил полёт воздушного мотоцикла к «бетонному» конусу тоннеля, облако «ворон» сформировало змееподобную струю, метнувшуюся к нему навстречу.

Первой мыслью пилота, как всегда, была: «Бежать!»

Однако рука нащупала демонский бластер с тремя рукоятями, и страх прошёл.

– Тиши, тише, – пробормотал он, потея. – Не стоит делать угрожающие маневры. Давайте знакомиться.

Птичья змея достигла машины гостя, затеяла над ним танец, собравшись в кольцо.

Точилину показалось, что он слышит слабый свистящий шёпот, выговаривающий непонятные слова.

– Помедленнее, пожалуйста… не понимаю… говорите на русском… вы, случаем, не родственнички шмелям? Те тоже умеют говорить на мысленном уровне.

К шелестящему сотней крыльев кольцу прибавилось ещё несколько десятков птиц. Змеиный шёпот стал отчётливей. Показалось, в нём проскакивают отдельные понятные слова.

Шелест-свист… словечко «нужен»… шёпот… слово «вместе»… длинное шипение и слово «помощь».

– Ни фига не понял! Я вам нужен? Что значит – вместе? Куда вместе? Какая помощь? Ваша мне или моя вам?

Всплеск холодной угрозы в голове.

«Вместе… ликвида… нижние… древние… вместе».

Точилин облился потом. Задрожали руки.

– Полегче, засранцы! Я ведь могу сам вас ликвиднуть! Говорите яснее!

Шёпот на мгновенье стал оглушительным:

«Оживление… программир… следовать меня… вместе древние…»

– Оживить древних? Вы имеете в виду Демонов? Я правильно вас понял? Так я и так это делаю. А потом куда?

Давление на голову скачком уменьшилось.

Кольцо «ворон» смешалось в зонтик, который за несколько секунд превратился в стреловидный контур длиной в полсотни метров. Затем раздался слитный треск крыльев, и птичья стрела рванула прочь от человека, направляясь к горловине тоннеля. Покружив над ней, она втянулась в дыру и исчезла, оставив с десяток «ворон» кружить над конусом.

Точилин с облегчением рассмеялся.

– Понятно… следовать за вами… но мои демончики ещё не созрели до кондиции. Вот когда они подрастут, тогда я к вам и присоединюсь. – Он сплюнул, ухмыльнулся: – А может быть, и нет. У меня своих проблем хватает, знаете ли.

Аэробайк медленно двинулся к тоннелю.

Память вернула намёки стаи.

Птицы знали о существовании демонских «роддомов», предложив ему оживить их. Но зачем? Что они задумали? Куда собрались лететь, призывая человека присоединиться?

Мысль слетела с неба камнем в затылок!

Точилину показалось, что его клюнули в голову.

Он дёрнулся, судорожно нажимая на рукояти руля, и едва не свалился с мотоцикла. Оглянулся с недоумением, увидел «ворону», взметнувшуюся над ним. Птица и в самом деле долбанула его огромным клювом в затылок, вызвав приступ сродни озарению: её собратья собирались навестить мемориал Амазонок, располагавшийся на дне лесного мира, и приглашали землянина поучаствовать в походе.

– Отстань! – Точилин погрозил «вороне» кулаком. – Шарахну из бластера – только перья полетят! Может, я и прибьюсь к вам, когда мои солдатики слегка повзрослеют.

– Каррр! – вдруг раскатисто каркнул четырёхкрылый летун совсем как земная ворона.

– О! По-русски заговорил! – удивился Точилин. – Чисто российская птица! Прав был этот пацан-ботаник, вы – предки наших ворон! Что ещё умного скажешь?

– Дурр хррусс! – прокаркала «ворона».

– Сам дурак! – возмутился Точилин. – Вали отсюда!

Он взмахнул бластером:

– Кыш!

Птица крутанула вираж, падая вниз, затерялась на фоне коричнево-чёрных кустов.

Понаблюдав за конусом тоннеля, Точилин всё же решил не соваться в него, чтобы проверить догадку о цели стаи. Она явно предлагала человеку совместно навестить кладбище Амазонок, чтобы он помог птицам что-то сделать. Кстати, того же хотели и шмели. Но их патрон – чёрный лес приказал долго жить, и его давние распоряжения были уже неактуальны. Однако на что-то же он рассчитывал? Амазонский некрополь для чего-то был ему нужен?

Точилин почесал место на голове, куда пришёлся удар клюва «вороны».

Экскурсия к некрополю была необходима по-любому. Но позже.

– Позже! – вслух повторил лейтенант.

* * *

Свой план он начал претворять в жизнь на четвёртый день после встречи с «воронами».

Демонские «мальчишки» к тому времени превратились в полутораметровых «драконов» с почти человеческими лицами, а любимец Точилина Люцифер и вовсе догнал его в росте, прибавляя каждый день чуть ли не по полметра. Он первым начал реагировать на команды «родителя», усвоив главные из них:

Иди ко мне!

Стоять!

Лечь!

Встать!

Принеси (то или иное)!

Подать!

К этим приказам вскоре присоединились ещё два:

– Атаковать! Открыть огонь!

Когда Люцифер научился реагировать на них правильно, Точилин начал обучать и других демономальчиков, мечтая превратить их в солдат. В конце концов через три дня в его распоряжении был «батальон инопланетных суворовцев» численностью в двадцать особей, который вполне мог защитить своего командира. Во всяком случае, Точилин в это верил. Останавливало же его только отсутствие транспорта, на который мог бы погрузиться «батальон» и следовать за человеком.

Для этого вполне мог пригодиться демонский «дирижабль», какие хранились в Крепости. Но база Демонов была уничтожена, и Точилин принялся искать замену «дирижаблю», подумав о технике, созданной самим Лесом.

Такой техникой являлись похожие на земные «шхуны» и «яхты» пограничные заградители, с которыми не раз сталкивались люди. Пару раз «шхуны» даже помогали попаданцам в сражениях против созданий чёрного леса.

Подумав об этом, Точилин отправился на первый уровень Леса, искать кораблик.

Как известно, в нашей вселенной всегда везло дуракам и пьяницам. Повезло и бывшему бойцу спецназа «Альфа», по уровню развития приблизившемуся к первой категории везунчиков. Хотя он в этом, по большому счёту, и не был виноват.

«Шхуну» лейтенант обнаружил в долине реки, неподалеку от места приземления «ракетки» кенгурокузнечиков. Кораблик выбрал для стоянки невысокий холм, свободный от деревьев и кустарника.

Ради вящей осторожности Точилин показался из-за высокого «фикуса», подождал реакции заградителя, помня о его нехилых кондициях: вся пограничная техника Леса имела мощные электрические разрядники. Но кораблик не шевелился, и осмелевший лейтенант подлетел ближе.

– Привет, сторож. Ты живой или мёртвый?

«Шхуна» не ответила, грустно глядя мачтой в небо.

– Не возражаешь, если я взойду на палубу?

Тишина в ответ.

Потом вдруг загудело, и на лесной заградитель выпала из-за ближайшего дерева туча шмелей, прятавшихся там до поры до времени.

Точилин схватился за оружие, однако через пару секунд успокоился. Шмели направились не к нему, а целенаправленно к небольшому кораблику, объединяясь на лету в подобие текущего снизу вверх фонтана. А ещё в голове лейтенанта включилась программа, внушённая шмелями ещё до гибели чёрного леса, и он весело обратился к его посланцам:

– Привет, парни! В засаде сидели? Чего ждали? Что задумали? Надеюсь, поможете мне? Эта посудина мне очень пригодилась бы. Попробуйте-ка её перепрограммировать.

Шмелиный фонтан начал пульсировать, порождая басовитые жужжащие вздохи: ахх! – охх! – ахх! – охх!

«Шхуна» вдруг выстрелила: её невысокая мачта послужила своеобразной антенной излучателя.

Молния прошила воздух над корабликом, уносясь в небо, и заставила шмелиное веретено расплыться зонтом.

«Шхуна» начала подниматься в воздух. Застыла. Поднялась ещё на несколько метров, снова замерла.

Конфигурация роя изменилась: облако пыталось найти нужный ракурс и объём своей пчелиной антенны.

Точилин невольно сжал кулаки.

– Давай, давай, жми! Подсоедини меня, я помогу!

И в самом деле, к нему от фонтана протянулся жгут насекомых, накрывая гудящей чашей, и лейтенант почувствовал мощное давление на мозг. Его сознание расщепилось на струйки призрачных стеблей, втянувшихся в общее поле стаи, и он обнял разом и рой, и пограничный кораблик, имеющий собственное сознание. Ну, или если не сознание, то командное устройство сродни компьютеру. Оно, это устройство, сопротивлялось внешнему воздействию, то принимая новую программу, то вспоминая свои обязанности, и «шхуна» то рывком поднималась выше, то опускалась, ища союзника и не находя его.

Наконец нашла! Это было сознание человека, нацеленное на подчинение пограничного сторожа воле извне.

«Шхуна» перестала сопротивляться. Между её «мозгом» и роем шмелей, а через них – и с человеком установилась связь. Целевая программа аппарата, установленная Лесом тысячи лет назад, перестала служить источником сознательных действий.

– Фу! – выдохнул Точилин, встряхивая головой. – Ну ты и упрямая! Но всё равно молодец. Будешь выполнять мои распоряжения.

Струйка шмелей втянулась в общее веретено, и рой взлетел вверх, расплываясь волной своеобразного взрыва.

Точилин повёл аэробайк к «шхуне», прислушиваясь к своим ощущениям, угрозы не почуял, посадил мотоцикл на палубу судёнышка.

– Как слышишь меня? Приём!

В голове лопнула гитарная струна, подтверждая, что связь человека с компьютером аппарата сохранена.

– Отлично! Поднимись выше!

«Шхуна» дрогнула, закачалась, но осталась на месте.

Рука лейтенанта потянулась к рукояткам бластера.

– Поднимись, я сказал! Выше!

На этот раз его, а точнее – более ярко выраженную мысленную команду услышали. «Катерок» плавно пошёл вверх.

– Стоп!

Аппарат замер.

– Это другое дело! – Точилин понял, что лесной автомат подчиняется ему быстрее, если звуковую команду сопровождать мысленной.

Потренировавшись полчаса с маневрированием «шхуны», он приказал ей лететь к ближайшему тоннелю. И хотя пограничный корабль не сразу сообразил, что от него требуется, в конце концов довёз человека с его мотоциклом до саванны.

– Буду звать тебя Икаром! – объявил Точилин.

Едва ли «катер» понял своего нового хозяина, хотя того данное обстоятельство не обеспокоило. Всё складывалось так, как он хотел.

* * *

Через день «батальон демонских суворовцев» начал подчиняться командиру как единое целое. Способствовал этому и «сержант», коим Точилин назначил Люцифера. Тот быстро освоил приказы человека и ещё быстрее научился управлять контингентом. В чем ему помогал и Горлум, державшийся особняком, но продолжавший слушаться Точилина беспрекословно. Молодые Демоны ещё не достигли боевых кондиций, которых ждал Точилин, но лейтенанта снедало нетерпение, ему хотелось побыстрее спуститься вниз вслед за птицами, и день похода настал.

Точилин вооружил «солдат» бластерами и выстреливающими острия копьями, погрузил «батальон» на «шхуну», и пограничный заградитель, переставший служить Лесу, стартовал, направляясь к ближайшему тоннелю.

Его сопровождал небольшой отряд шмелей. Однако, поскольку эти насекомые давно вошли в состав вспомогательных сил, лейтенант не обратил на них внимания. Они всегда ему помогали, хотя с какой целью – Точилин не представлял. Главное, что сейчас они ему не мешали.