Эксперимент удался: капитан Терехов ожил и, судя по всему, ничего не помнил о своих приключениях с момента зомбирования лётчиков посланцами чёрного леса – шмелями. Всё, что он знал, пилот выложил допрашивающим его офицерам, однако эта информация не добавила ясности в вопросе – какую конкретно задачу поставил чёрный лес двум землянам, заставив искать некий центр обороны или Крепость-2, как окрестил его Костя.

Бывшего пленника поместили в отдельный «номер демонской гостиницы», и Максим велел Мерадзе присматривать за ним.

Наступила ночь: светило мира ушло далеко «на запад», оставив территорию вокруг кратера без света, – и уставшие за долгий суматошный день постояльцы «гостиницы» потянулись к своим апартаментам.

Максим проводил Веронику до её отсека (несколько минут они не могли расстаться, девушка прижалась к нему и не отпускала), потом поговорил с Плащининым и Савельевым, пока Редошкин перегонял самолёт в ангар, чтобы подзарядить его аккумуляторы, принципы работы которых так и остались непонятными для учёных.

Новожилов был убеждён, что двигатель самолёта работает на использовании мезонной плазмы, хотя что это такое, не знал, наверное, и он сам.

Егор Левонович Карапетян отстаивал своё мнение, что аккумуляторы накапливают не электричество, а «излишек измерений», что и даёт самолёту возможность летать быстро и бесшумно.

Как бы то ни было, «демонский» аппарат исправно функционировал, и после окончания всех переговоров и суеты с экипировкой Максим с сержантом заняли места в самолёте, и тот улетел, камнем канув в ночной сумрак Большого Леса.

Разошлись по номерам и физики, оставив в сфере управления Матевосяна, выпустившего самолёт через шахту с «эйфелевой башней» и продолжившего дежурство. Видеокамеры Крепости, встроенные во все отсеки, коридоры и выходы на поверхность, «птеродактилей» не фиксировали, однако надеяться на их бегство не приходилось, поэтому спецназовцы договорились дежурить в центре по очереди и поднимать тревогу в случае появления посланцев чёрного леса.

«Бластеров» в арсенале оказалось много, больше полусотни, все они находились в хорошем состоянии, и вооружились ими не только бойцы Реброва, но и некомбатанты – Костя и Вероника.

Взяли с собой это необычное оружие и Максим с Редошкиным, обрадованным своей возросшей мощью.

Мерадзе проверил состояние капитана Терехова, оставил ему флягу с водой и вернулся в центр.

– Я, наверно, тоже лягу, – сказал он Матевосяну, сидевшему с рогами на голове перед огуречной панелью.

– Иди, – сказал лейтенант. – Разбужу через три часа. Не хочешь приятно поконтактировать с Сумасходом?

– Он же не женщина, – хмыкнул Мерадзе, – чтобы с ним приятно было контактировать.

– Ну, посмотри хоть, как устроились наши командиры.

– На фиг! А что, ты их видишь?

– У них камеры встроены непосредственно в стены всех помещений, я могу подключиться к любому отсеку. Хочешь полюбоваться на Вику?

– Дурак, что ли?

– Не ругайся, я пошутил. Кстати, туда зашёл этот наш безбашенный чекист.

– Точилин?

– Ага.

Мерадзе оскалился.

– Этот супермен так ничего и не понял!

– Ты о чём?

– Он давно подкатывается к Вике. Ну, …!

Лейтенант выбежал в коридор и припустил к жилому сектору Крепости.

Дверей жилые отсеки не имели, поэтому всё, что происходило внутри, становилось достоянием свидетелей в коридоре.

Услышав голоса, он остановился.

Говорила Вероника:

– Мне не нужно ничьё поклонение.

– Ну и зря, – отвечал Точилин. – Ты не понимаешь своего счастья. Здесь одиннадцать мужиков, лишённых женской ласки, а ты одна и можешь купаться в их любви.

– Я не хочу купаться в любви. У меня есть любимый человек.

– Сдался тебе этот майор. Обыкновенный служака с деревянной физиономией.

– Не смей его оскорблять! Уходи!

– Да не ломайся ты, не Дева Мария. Я же знаю, чем вы занимались с майором.

Послышалась возня, возмущённый возглас девушки:

– Не надо! Прекрати!

Мерадзе тенью возник на пороге номера.

Точилин облапил Веронику, заломив ей руки за спину, и елозил губами по щеке, пытаясь поцеловать.

Мерадзе оставил карабин у стены, в два прыжка пересёк отсек, цепко ухватил лейтенанта за рукав и, оторвав от сопротивлявшейся девушки, бросил через всё помещение, как шар для боулинга. Точилин кубарем прокатился по полу, ударился боком о лежак, вскочил, ошеломлённый неожиданным появлением бойца ГРУ.

– Чёрт!

– Иди отсюда! – сказал Мерадзе сдавленным от сдерживаемых чувств голосом.

– Я тебе покажу «иди отсюда», придурок! – Точилин кинул руку на кобуру пистолета, дрожащими пальцами расстёгивая клапан, вытащил «ОЦ-122», с которым не расставался, хотя это бесшумное оружие для спецназа оказалось бесполезным в бою со шмелями и «птеродактилями».

Мерадзе расставил руки в стороны, пошёл ему навстречу.

– Ну, давай, стреляй, супермен! Жить надоело?!

Точилин ощерился, наводя на него ствол.

В этот момент Вероника метнулась к стене, схватила карабин Мерадзе и навела ствол на Точилина.

– Уходи!

Брови лейтенанта взлетели на лоб. Он направил пистолет на девушку.

– Ты… совсем поехала?!

Мерадзе сорвался с места и выбил пистолет из руки Точилина.

Они схватились как бойцы ММА, стараясь поймать противника на приём или нокаутировать его. Точилин наносил удары со знанием дела, исповедуя стиль боя, называемый в среде профессионалов «невидимым стрелком», что, однако, не означало, что удары наносились сверхскоростные или сверхъестественные.

Скорее они были неожиданными, скрытными и камуфлировались ложными замахами. Но его торнадо-кик с разворотом в прыжке не стал неожиданным для Мерадзе, с пятнадцати лет занимавшегося боевым самбо, и, чтобы не затягивать время и не травмировать психику свидетельницы драки, он закончил бой в три удара: серединой внутреннего ребра стопы по голени противника, коленом в пах и коленом же в лицо после того, как Точилин согнулся от удара в пах.

Спецагент ФСБ с воплем перелетел через лежак, подхватился, тыча кулаками во все стороны: он был в нокдауне. Из разбитого носа скатилась на подбородок струйка крови.

Мерадзе поднял его пистолет, выщелкнул обойму, проверил наличие пули в стволе и бросил оружие с обоймой на лежак.

– Убирайся!

Точилин перестал махать руками, начиная соображать, что произошло. Подобрал пистолет, оглядел Мерадзе и Веронику, опустившую карабин, мутным взглядом, криво усмехнулся и направился к выходу, прохрипев: «Я тебе этого никогда не прощу», скрылся в коридоре.

Вероника отпустила звякнувший карабин, всхлипнула.

– Он… хотел…

– Я слышал, – сказал Мерадзе хмуро, подходя к девушке и прижимая к груди. – Ничего, парень с придурью, мажор, привыкший жить нагло. Удивительно, что его взяли в «Альфу». Там таких не любят. Надеюсь, этот урок пойдёт ему на пользу.

– Не рассказывай Максу, – прошептала Вероника. – Не хочу никаких драк и выяснения отношений.

– Командир не мальчик, его просто так из себя не выведешь. Да и не стоит лейтенант его гнева. Принести чего-нибудь? Водички или чего поесть.

Вероника высвободилась, покачала головой.

– Спасибо, не надо.

– Тогда ложись и отдыхай. Я послежу за ним.

– Я так благодарна тебе за помощь! Он пришёл так неожиданно…

Мерадзе засмеялся.

– Как говорила тётя Циля из старого анекдота: незваный гость определённо лучше нежданного мужа.

По губам Вероники скользнула улыбка.

– Он мне не муж. Побудь со мной ещё немного, ладно?

– Без проблем, мне на дежурство через три часа. Устраивайся, я всё-таки схожу за водичкой.

Мерадзе наполнил флягу в «столовой», принёс в номер, и они ещё поговорили о разном, вспоминая вечера дома, на Земле, детские приключения и встречи.

Через полчаса лейтенант подобрал свой карабин и оставил девушку одну.

Матевосян в центре управления встретил его вопросительным взглядом:

– Зачем вернулся?

– Разве ты не смотрел?

– Что?

– За номером Вероники.

– Не имею привычки подсматривать за девочками, – фыркнул Матевосян. – К тому же Вика – подруга командира. А что? Ты у неё был?

– Был, Точилина выгнал.

– То-то он примчался как бешеный, попросил выпустить его через шахту.

– Не понял. Что значит – выпустить через шахту? Он собрался прогуляться по пескам над Крепостью?

– Он сел в «дирижабль», и я его выпустил.

Мерадзе онемел, изумлённый.

– Ты офигел?! Какого дьявола ему понадобился «дирижабль»?!

– Он сказал – потренируется управлять, – смутился Матевосян. – Я подумал – почему нет?

– Твою курносую! От этого мажора всего можно ожидать! В здравом уме никто не полетит ночью тренироваться управлять чужим летаком! Где он?!

– Не знаю, вылетел, – совсем растерялся Матевосян. – А куда полетел – одному богу известно, камер обзора у Крепости наверху нет.

Мерадзе выругался.

– Ох и получим от командира!

– Да никуда не денется этот придурок, вернётся, не полетит же он к чёрному лесу?

– Кто его знает, что у него в башке. Ладно, следи за периметром. Дай знать, если появятся «динозавры» или Точилин.

Мерадзе хлопнул приятеля по плечу и отправился в свой номер, только теперь почуяв, как гудят ноги.

* * *

Утро началось с тревоги, которую объявил майор Спицын, дежуривший следом за Мерадзе, в свою очередь сменившим Матевосяна. Причина оказалась уважительной: в кратере снова появились «птеродактили», сопровождающие рой шмелей, и сразу устремились к тоннелю, ведущему в Крепость.

По времени Большого Леса была примерно половина седьмого, постояльцы «демонской гостиницы» не выспались как следует, но вскочили сразу, как только Спицын обежал номера с призывом просыпаться.

Собрались, как обычно, в «столовой».

– Вы видели шмелей в самой Крепости? – осведомился Плащинин, пробуя пальцем щетину на щеках.

– Нет.

– Тогда не будем поднимать панику. И шмели, и «динозавры» полезут в тоннель, здесь мы их и будем ждать за перегородкой, обзаведясь оружием.

– Все будем ждать?

– Кто есть.

– Ваш телохран улетел на «дирижабле».

– Как улетел? – удивился генерал. – Куда?

– Я его выпустил, – покаялся Матевосян. – Не было вроде причин не разрешать. Он собирался потренироваться…

– Анархист, – мрачно проговорил Мерадзе.

– Где он сейчас?

– Ни малейшего понятия. Уже, по идее, должен был вернуться.

– Может, он рванул за командиром? – предположил Матевосян.

– Зачем?

– Мало ли что взбрело ему в голову.

– «Дирижабль» был заправлен?

Бойцы Реброва переглянулись.

– Перед первым испытательным полётом мы его зарядили, – признался Матевосян. – Но «вилку» держали всего с час, так что вряд ли его аккумуляторы успели зарядиться на полную катушку.

– В таком случае он где-нибудь сел, надо искать.

– А если упал в кратер? – поинтересовался Сергей Макарович.

Плащинин собрал морщины на лбу.

– Тогда ему конец. Там сейчас летают «динозавры», мы даже не сможем выглянуть в кратер.

– Жалко, – пробормотал не совсем проснувшийся Костя. – Я хотел пробежаться по лесу, грибов набрать, флору оценить… да и вообще.

– Думай, что говоришь, – с укором проговорила Вероника.

Плащинин повернулся к Сергею Макаровичу.

– Будем искать?

Савельев качнул головой.

– В данном случае риск не оправдан, пока у нас гости. Из Крепости лучше не выползать, пока они не уберутся или пока не прилетит Ребров.

– Занимайте позицию, – велел Плащинин, оглядывая вооружённых мужчин. – Спицын, Мерадзе и Матевосян. Старший – майор.

Спицын бросил взгляд на полковника (тот кивнул) и молча направился к выходу.

За ним последовали и лейтенанты, подхватив свои карабины и «бластеры».

– А мне можно? – спросил Костя.

– Вы будете охранять наших экспертов, – кивнул Плащинин на Карапетяна с Новожиловым. – Егор Левонович, задача усложняется: в первую очередь нужно найти систему защиты Крепости и заставить её работать. Если к кратеру заявится вся армия «динозавров», да ещё с какими-нибудь сюрпризами от чёрного леса, своими средствами мы отбиться не сможем.

– Хорошо, постараемся.

– Завтракаем – и вперёд!

– А куда мне идти? – не поняла Вероника.

– Присоединяйтесь к нам с Сергеем Макаровичем. Мы займёмся вторым «дирижаблем» и попытаемся поднять его в воздух. Потом продолжим исследовать арсенал.

– Тогда и я с вами, – заявил Костя.

– Вы остаётесь работать с экспертами, – твёрдо сказал Плащинин. – А пока выбирайте консервы для завтрака.

Через четверть часа «столовая» опустела.

Плащинин, Сергей Макарович и Вероника отправились в транспортный отсек, физики и приунывший Костя повернули к сфере управления.

Впрочем, унывал он недолго.

Кресел вокруг «огуречного» терминала было много, молодой человек занял одно из них рядом с Карапетяном и принялся пытать учёного расспросами, как ему подсоединиться к браузеру Сумасхода и можно ли принять участие в решении возложенной на экспертов задачи.

Карапетян терпеливо проконсультировал молодого человека, до этого момента не контактировавшего с компьютером Крепости, и Костя с пылким азартом молодости и своего природного любопытства, не знавшего ограничений, принялся изучать систему управления, а потом и отсеки «демонской» цитадели, предназначенной контролировать гигантскую территорию Большого Леса с помощью ещё не понятых до конца технологий.

Именно ему и удалось решить проблему защиты Крепости, потому что, в отличие от учёных, мыслящих стандартами научных подходов, мысли ботаника, не ограниченные знаниями, бегали по всем нешаблонным векторам, не связанным с физическими законами, и совершенно случайным образом наткнулись на выход из положения.

Система защиты Крепости существовала!

Но действовала, во-первых, автономно, имея собственный контур управления, завязанный на какую-то конкретную «семью» Демонов. Во-вторых, она не опиралась на конструктивные узлы наподобие земных автоматов, роботов и боевых модулей, представляя собой нечто вроде нейросети, нервные проводники которой пронизывали всю цитадель, как нити грибницы почву. По-видимому, они и в самом деле являлись такими нитями, своеобразными «побегами плюща», выращенными искусственно.

И в-третьих, энергетические генераторы этой системе были не нужны, так как она получала энергию из почвы, опять-таки наподобие нитей грибницы.

Конечно, эта странная «грибница» за тысячи лет консервации частично сгнила, частично потеряла способность проводить сигналы, но вполне ещё могла сгодиться для защиты нынешних обитателей Крепости.

Когда Костя ликующе воздел над головой кулаки и заорал: нашёл! – перепугав соседей, никто из них и представить не мог, какое оружие получила горстка землян, проникшая в сердце «демонской» базы.

Полчаса ушло у них для проверки открытия ботаника.

Убедившись в правильности его выводов, пристыженные учёные мужи обменялись смущёнными взглядами.

– Никогда бы не подумал… – начал Новожилов, не решаясь продолжить фразу: «что пацан смог решить задачу быстрее».

Во взгляде Карапетяна читалось восхищение и печальная констатация собственных возможностей, которую можно было выразить двумя словами: старые мы…

– Давайте включим! – предложил Костя, ничуть не переживая по поводу эмоций старших товарищей. – Грохнем всех этих шмелей и «птеродактилей»!

– Ага, и вместе с ними наших парней, – проворчал Новожилов.

– Почему? – удивился Костя.

– Потому что мы не знаем, как отреагирует система на включение. Что, если она сочтёт нас за проникших на территорию базы врагов и накроет всех?

Костя смутился, поскрёб пальцем верхнюю губу, покрытую рыжим пушком.

– Согласен, такое может случиться. Тогда надо их предупредить.

– Зови всех сюда.

– И спецназ?

– Всех.

– Понял. – Ботаник сбросил рога и умчался в тоннель.

Новожилов проводил его неприязненным взглядом.

– Вот ведь вундеркинд, право слово!

– Молодой, – с завистью сказал Егор Левонович, – а у молодых головы работают по-другому. Они быстрее соображают и быстрее адаптируются к смене формата жизни. Будущее за ними.

– Только не за теми, кто живёт по своим законам, плюёт на чувства окружающих и норовит выскочить вперёд во что бы то ни стало.

– Согласен, Иван Петрович, но всё зависит от воспитания, не правда ли? А какое воспитание получают мальчики и девочки от безбашенных отцов с карманами, набитыми купюрами? Однако давай не будем отвлекаться, посланцы чёрного леса уже подошли к перегородке вплотную. Хоть бы не пробили!

– Сам нервничаю.

Помолчали, изучая через видеокамеры в коридорах отряд «птеродактилей» численностью в два десятка, скопившийся у зеркальной стены. Система обзора Крепости работала превосходно, несмотря на солидный возраст, а её качество говорило о том, что зрение хозяев Крепости и людей практически не имело отличий, поэтому гигантские четырёхкрылы были видны во всех деталях, что, впрочем, не радовало глаз: уж слишком злобной и угрожающей была эстетика посланцев чёрного леса.

Примчались Мерадзе с Мативосяном, за ними в сферу управления пришли остальные, ведомые Плащининым.

– Не вернулся? – спросил генерал, имея в виду Точилина.

– Нет, – развёл руками Егор Левонович.

– Что вам удалось обнаружить?

– Систему блокировки тоннелей и отсеков.

– Вы имеет в виду устройства запирания?

– Это, по сути, оружие. По команде Сумасход включает генератор подавления жизни.

– Что?!

– Так можно перевести его речь. Мы считаем, что включится какой-то механизм, убивающий всё живое в определённых отсеках Крепости.

– Кем определённых?

– Сумасход высвечивает карту подземелий, по которой можно сориентироваться и нанести удар.

– Какой? Что это такое? Радиация, газ, химия?

– Мы ещё не разобрались…

– Не время разбираться, – сказал Сергей Макарович, – враг у ворот. Если вы уверены, что система сработает, включайте в тоннеле, где скопились «птеродактили».

– Нас не заденет? – спросил Плащинин.

– По первому впечатлению система может включаться секторально, – сказал Карапетян.

– Врубайте!

Физики засуетились, поправляя рога управления и устраиваясь в креслах поудобнее.

– Центр должен иметь полевую защиту, – неуверенно проговорил Матевосян. – По-моему, Сумасход как-то зацепил эту тему.

– Посмотрим.

Настройка «демонского» противодиверсионного дефинитива длилась несколько минут.

– Кажется, готово, – неуверенно оглянулся на стоящих за спиной мужчин Егор Левонович.

– Подождите. – Плащинин уселся на пустующем «гнезде», нацепил дугу с рогами. – Я хочу увидеть.

С минуту он сидел неподвижно, с остановившимися глазами, зажмурился, потряс головой.

– Никак не привыкну… где этот сектор?

– Попросите Сумасхода дать видео главного тоннеля.

Прошла ещё минута.

– Вижу… их там как сельдей в бочке…

– Бьются о перегородку! – воскликнул Костя. – Хотят пробить! Стреляйте же!

– Вы можете взять управление на себя, – предложил Карапетян.

– Не хочу терять время, включайте генератор… или что там у них есть.

Разговоры на несколько секунд стихли.

Чувствующие себя лишними, спецназовцы сгрудились за спинами операторов, обмениваясь репликами.

– Сработает? – поинтересовался Мерадзе.

– Хорошо бы, – ответил Спицын.

– А если не сработает?

– Придётся отгонять зверей «бластерами».

– Огнемёт бы!

– Ага…

Сидевших в креслах операторов шатнуло.

– Оп! – вырвалось у Кости.

Из недр Крепости в сферу управления прилетел звук, похожий на мучительный стон раздираемого железа.

Стих.

– Жесть! – хихикнул Костя.

– Потрясающе! – сказал Плащинин.

– Костя, дай посмотреть! – умоляюще сказала Вероника.

– А нечего смотреть, – ответил ботаник. – От всей звериной толпы осталась только пыль!

Плащинин снял рога, передал девушке. Помял лицо ладонями, покачал головой.

– Эффектно!

– Замочили? – полюбопытствовал Сергей Макарович.

– Система сработала… на всём протяжении коридора… от «динозаврьего» десанта не осталось ничего.

– В таком случае это какое-то энергетическое поле.

– Не могу возразить.

– Мезонный распад, – буркнул Новожилов.

– Эффект нецелочисленного иномерного взаимодействия, – возразил Карапетян.

– Что бы то ни было, оно функционирует. – Плащинин встал. – Проверьте, не пробрались ли «птеродактили» в другие тоннели.

– Не похоже.

– Проверьте. – Плащинин глянул на Спицына. – Майор, посмотрите, что там в тоннеле.

Спицын кивнул Мерадзе, оба убежали.

Костя сбросил рога, метнулся за ними.

– Я тоже посмотрю.

Плащинин побагровел, открыл рот, собираясь остановить ботаника, но Сергей Макарович мягко положил ему руку на сгиб локтя.

– Пусть побегает, парень полон энергии, надо куда-то её девать. К тому же у него нередко возникают хорошие идеи, а держать его при себе непродуктивно.

– Идёмте на склад? – остыл генерал.

– Дождёмся ребят и решим.

– Мне пойти с вами? – спросил изнывающий от вынужденного безделья Матевосян.

– Подключайтесь к экспертам.

– Слушаюсь! – Лейтенант ожил, уселся на свободное «гнездо».

Посланцы генерала вернулись через двадцать минут.

– Чисто, – доложил Спицын. – Слой пыли толщиной в два пальца, и ни следа «птеродактилей».

– На атомы! – весело заявил Костя.

– Несколько экземпляров летают в кратере напротив нашего тоннеля, – оглянулся Карапетян. – Сунутся, мы их уничтожим.

– А где шмели?

– Пока не видать.

– Они ведь тоже были в тоннеле. Проверьте все отсеки Крепости и попробуйте выяснить у вашего приятеля Сумасхода, есть ли ещё тоннели, ведущие из кратера в подземные бункера. Плюс вентиляционные колодцы и воздухозаборники, плюс водные магистрали, плюс мусоропроводы.

– Я уже искал, – произнёс Матевосян. – Крепость имеет довольно сложную сеть обслуживания. Но из кратера в неё, по-моему, не идёт ни один тоннель, кроме нам известного.

– Обследуйте все закоулки.

– Что будем делать? – деловито спросил Костя Веронику, отведя в сторонку.

– Не знаю, – беспомощно пожала плечами девушка. – Все заняты делом… может, пойду готовить обед.

– А давай сходим за грибами? – загорелся молодой человек. – Ягод наберём для компота, а то надоела эта «демонская» дистиллированная вода. Чего зря сидеть?

– Как это – сходим?

– Ну, слетаем.

– На чём?

– Да на «дирижабле», в ангаре ещё один стоит. Возьмём с собой Мирона для охраны.

– Нас не отпустят.

– Что мы, в тюрьме сидим, что ли?

– Не в тюрьме, – услышал их переговоры Сергей Макарович. – И за грибами действительно не мешало бы сходить. Если удастся выгнать «динозавров» из кратера, я полечу с вами.

– Ура!

Подошёл Плащинин.

– Наверное, это будет правильно. Разделимся: мы с майором займёмся арсеналом, а вы обследуете зону вокруг кратера.

На том и порешили.