Арианна Центури бросила ручку и встала. На минуту она задержалась около стола, чтобы взглянуть на свои каракули. Арианна несколько часов писала письмо Уинну, объясняя, почему она ушла, и выражала надежду, что он поймет ее. Слова письма казались ей самой бессмысленными. Они были странными и не внушающими доверия. Попытка объяснить свои действия настояниями Нагали походила на обман. Но все же нельзя отрицать, что, бездействуя, она потеряет единственный шанс избавиться от ДЛП и проиграет бенарам.
Арианна присела на кровать, поправляя туго затянутую манжету ее комбинезона. Она подумала, что нужно прихватить еще одежду, скроенную в стиле клана Форрест, — черное на черном, со множеством карманов, и мягкие мокасины. У нее также был капюшон, которым можно было закрыть лицо. Согласно расчетам, на Фиаме сейчас была зима, планета, двигаясь по своей сильно вытянутой эллиптической орбите, сейчас была на наиболее удаленном расстоянии от солнца.
Были ли сны достаточной причиной, чтобы оставить Уинна и его клан? Говорила ли с ней богиня или это были всего лишь мысли-нашептывания? Она спрыгнула с кровати и прошла по ковру. Вернувшись к столу, она взяла ручку, и поставила точку на бумаге. Первый раз со времени смерти Кева она чувствовала нежную любовь мужчины.
Чувство все еще было свежим и новым, и убегать от него, гоняясь за ночными видениями, значило разрушить хрупкие отношения, созданные ей и Уинном. Это было просто глупо.
Зазвенел телефон. Она нетерпеливо сняла белую трубку, желая поскорее услышать, кто звонит.
— Ваш транспорт прибыл, командор.
Арианна посмотрела на письмо.
— Я сейчас выйду. — Она подписала письмо и стала искать конверт. Наконец она нашла его и вложила туда бумагу вместе с кольцом, которое подарил ей Уинн. Запечатав его, Арианна прихватила свой багаж, задержавшись на секунду, чтобы положить письмо на кофейный столик.
Незаметнее всего уйти через задний вход. Арианна торопливо прошла по широкому залу, граничащему с апартаментами Уинна. Голубой ковер заглушал ее шаги. Ее взгляд скользил вдоль дорогих картин, висящих на стенах. Личная охрана отдала ей честь, при этом они вежливо уставились в пространство. У входной двери стоял такой же охранник. Не обратив на него внимания, Арианна побежала дальше.
Вскоре она уже ехала на полной скорости по Старой Почтовой Дороге. Шофер оказался лихачом. Он, однако, сдержался и не стал особенно бахвалиться, чему Арианна была рада при скорости двести километров в час. Она сосредоточилась и не хотела лишних осложнений.
Пустыня кончилась, и шофер подрулил к космодрому. Все это время Уинн Форрест не покидал мыслей Арианны. Даже смерть Кева так не подействовала на нее. Она тысячу раз хотела оставить это рискованное предприятие, но Нагали настаивала, подталкивая и подталкивая ее до тех пор, когда уже не было другого выхода. Ее поведение расстроит Уинна и удивит ее отца, но пути назад не было, нельзя было отказаться от видений.
Под ногами у Арианны был мешок с гераловыми ампулами, которые она взяла у Уинна. Она прихватила пистолет с его стола, длинный нож и гарроту. «Солнечный Ветер" был хорошо экипирован, когда прибыл на Алун, но сейчас у нее не было уверенности, осталось ли там хоть одно ружье или арбалет.
— Мы почти у цели, — сказал шофер.
Арианна ничего не ответила. Она устремила взгляд на приближающиеся квадраты и прямоугольники космодрома.
Письмо ждало Уинна. Она была уверена, что он найдет его. Хорошо, что у нее хватило сообразительности оставить кольцо, которое он подарил ей. Она не могла позволить себе потерять его. Может быть, этот поступок смягчит его, если она выживет, и он примет ее назад.
Арианна стояла на крошечном капитанском мостике «Солнечного Ветра» и смотрела в окно обзора. Прибыла стартовая команда. Размахивая руками и что-то крича друг Другу, они ходили по внешнему трапу, дозаправляя топливо, проверяли уровень воды в резервуаре и зарядку батарей, тестировали систему регенерации кислорода.
Все прошло гладко. У нее даже не проверили документы при въезде на космодром. Шофер просто притормозил, проезжая через ворота. Он ни разу не остановился до того, как доставил ее к приземистому кораблю, который должен был унести ее к Перлинианскому Шельфу, к планете Фиама.
Предстартовая проверка скоро завершится, и она запустит двигатели. Главный компьютер был включен, и eго лампочки мигали на командном пульте, их мерцание притягивало ее внимание. Корабль был небольшим и быстрым. Легкий в полете, он хорошо слушался руля. «Солнечный Ветер» по праву принадлежал ей, хотя теперь он был в подчинении у Уинна. Она подумала, помнит ли он еще, что приземлившись на этом космодроме, корабль был поставлен на консервацию на дальнюю стоянку, где не мог помешать гигантским кораблям, поставляющим припасы и солдат на боевые крейсеры.
На мостик поднялся техник. Он приветствовал ее, прижав кулак к груди и отдавая честь другой рукой, приложив ее к голубой кепи.
— Проверка почти закончена, командор, — доложил он.
— Хорошо. Доложите, когда можно будет включать двигатели, — приказала она.
— Есть, мадам, — отсалютовал он, убегая.
Путешествие к рифу будет быстрым, если двигаться со световой или даже удвоенной световой скоростью, в зависимости от погодных условий в подпространстве. На Ворконианской Дороге ионные бури были не редкостью, но этот путь оставался самым быстрым. Неважно, был ли он опасным или нет, скорость компенсировала риск.
Арианна покинула мостик и спустилась в коридор. Он был тесным даже для нее, не говоря уже о зонтерианском технике, которому, с его весом и ростом, надо было сильно нагибаться. Повсюду на стальных переборках висели кабели и приборы, в одном месте ей пришлось обогнуть огнетушитель. Сбоку коридора был прямоугольный отсек, служивший жилым помещением. Места хватало только для того, чтобы готовить на плите, устроившись на лавке. Здесь также находился маленький холодильник.
Женщину не смутила теснота, она спустилась, держась за перила лестницы, в нижнюю часть корабля. Машинное отделение было прямо у нее под ногами. Его отделяла лишь стальная плита, укрепленная на шарнирах. Конструкция крепления была тщательно продумана, и при желании даже хрупкая женщина с легкостью могла отодвинуть плиту, чтобы получить доступ к двигателям. Маленькое оружейное отделение находилась впереди, рядом с ракетной пусковой установкой, около которой были размещены контейнеры с ракетами. Не большая подмога, если придется столкнуться с чем-либо побольше, чем бенарский флайер, и все же кое-что.
Арианна пересекла узкий проход и вошла в оружейную. Техник распаковывал патроны и гранаты. Отдав ей честь, он объяснил, что эти приготовления были обычными для отбывающих кораблей.
Раздался свист переговорного устройства. Арианна взяла трубку.
— Центури.
— Командор, взлетные проверки закончены. Можно включать двигатели.
— Спасибо. Я стартую немедленно.
Она закончила разговор и посмотрела тяжелым отсутствующим взглядом на техника. Пришло время улетать. Ей остался час времени.
«Солнечный Ветер» набирал скорость, компенсируя промедление при старте. Арианна всем телом чувствовала ее. Точка Додсона была прямо над головой и, хотя на звездной карте она была отмечена как черная дыра, в действительности она ею не была. Больше похожая на пространственную рябь, она являлась прослойкой в континууме между складками искривленной вселенной. Ей нужно будет хорошенько прицелиться, чтобы попасть туда.
Арианна нажала на клавиши пульта управления и услышала, как включился кислородный регенератор, заполнив кабину свежим воздухом. Температура корпуса корабля поднималась, но была пока в допустимых пределах. Оставалось надеяться, что с магнитным полем тоже все будет в порядке. Перелет через туннель в гиперпространстве был опасным, и она совершала его всего лишь дважды.
Стабилизатор не справлялся, и космические потоки захватывали «Солнечный Ветер», отклоняя его к порту. Она некоторое время маневрировала, пока не восстановила равновесие корабля. Сердце билось.
Прошло пять часов, и она благополучно миновала систему колец Алуна. Пространство вокруг планеты было наводнено кораблями, осуществляющими местные перевозки, фрегатами, персональным транспортом. Среди них был боевой крейсер, который Арианна не смогла идентифицировать. Она включила переговорный консоль, но эфир был так перегружен, что она слышала только искаженные голоса и обрывки разговоров. Она выключила его и сосредоточилась на том, чтобы пролететь сквозь ледяные кольца.
Около Точки Додсона был пограничный пост, контролирующий космос около входа в гиперпространство. Экипаж его был недоукомплектован и состоял, в основном, из одиночек и лодырей, которые промышляли тем, что предлагали дешевое топливо кораблям и содержали ресторан для пилотов. Это последняя преграда!
Арианна приближалась к нему, поэтому ей пришлось включить передатчик, чтобы настроиться на волну пограничной станции. Вокруг было много кораблей, в основном осуществляющих поставки из миров Первого Сектора в Перлинианский Шельф. Кабину заполнил длинный гудок вызова. Арианна попробовала подавить помехи перед тем, как ответить на запрос.
— Хорошего полета. Говорят с границы Точки Додсона. Назовите себя, пожалуйста. Перехожу на прием.
— Говорит «Солнечный Ветер», приписан к клану Форрест, командор Арианна Центури. Назовите ваше имя. Перехожу на прием.
Ответ последовал не сразу. Казалось, человек отошел от консоля связи, чтобы переговорить с кем-то. Вскоре голос вернулся.
— Говорит Чиф Нурит. Вы летите одна, командор? Перехожу на прием.
— Одна. По заданию Администрации вице-короля. Перехожу на прием.
— Лига посылает женщину одну и в легком корабле? Корабли вашего типа редкость с тех пор, как мы находимся в состоянии войны. В прошлом месяце даже большие мальчики уже не летали в таких кораблях. Перехожу на прием.
На другом конце провода не выключили связь, и Арианна услышала.
— Ну точно. Не могу завестись из-за того, что моторы засорены тяжелыми ионами от выхлопов их двигателей. Я уже ремонтировался шесть раз. Идиотское положение, если разобраться.
— Никто тебя и не просит, — ответил чей-то голос.
Арианна улыбнулась про себя и откинулась в кресле, положив ноги на край пульта управления. Болтовня продолжалась еще минуту и, наконец, прекратилась. Голос Нурита прорвался сквозь помехи.
— Не остановитесь ли, чтобы отдохнуть и перекусить? — спросил он Центури. — Сегодня наше фирменное блюдо. Соленые хвосты, приготовленные целиком, только что доставлены из Уиллоут-раста. Уступаю за полцены за новости с войны. Перехожу на прием.
— Спасибо за приглашение, Чиф, но у меня нет времени, — ответила Арианна. — У меня срочное боевое задание. Может быть, на обратном пути. Перехожу на прием.
Помехи заглушили ответ. Она еще несколько минут слушала разговор капитанов, обсуждающих «Солнечный ветер*. Они дали простор своей фантазии, высказывая предположения, что за задание она выполняла. Арианна прекратила разговор, выключив связь. В эфире слишком часто мелькало слово «бенар».
Она повернулась, чтобы просмотреть изображения со сканирующих телескопов корабля, пытаясь найти покрытую легкой рябью точку входа в промежуточное пространство. Вот она, слабая, но различимая, выглядящая как волна теплого воздуха, поднимающаяся от невидимого тротуара. Арианна направила свой корабль туда, внимательно следя за изображением другого аппарата, влетающего в створ перед ней. Он медленно исчезал, размываясь в волнах континуума.
Она включила передатчик еще раз, вызывая пограничный пост.
— Вы даете разрешение на выход в Точку Додсона? Перехожу на прием.
Голос Чифа ответил:
— Вы можете стартовать, как только будете готовы. Другие транспорты ожидают вас. Счастливого полета. Связь окончена.
Связь прекратилась, как только она приблизилась к воронке. Арианна развернула стартовое кресло поперек движения, ногами к палубе, и застегнула ремни. Процесс входа в промежуточное пространство проходил плавно и легко, хотя временами он был похож на тряскую езду.
Она миновала пограничную станцию, и мертвая зыбь входа надвинулась на портал обзора, закрывая блеск звезд. Волны континуума вращались вокруг корабля. Рябь окружила ее со всех сторон, подталкивая «Солнечный Ветер», который она вела, ориентируясь по виртуальному горизонту промежуточного пространства.
Темнота подпространства. Теперь она управляла кораблем по приборам, свет не проникал сюда, и не было ни низа, ни верха. Ощущение дискомфорта. Внезапно ее начало немного подташнивать.
Арианна выключила камеры внешнего обзора «Солнечного Ветра» и смотрела, как на консоли семь экранов гаснут один за другим. Времертинская летаргия всегда охватывала ее быстро и глубоко. Нерегулярности скорости света, часто встречавшиеся в туннелях гиперпространства, производили локальный сдвиг времени и создавали неразбериху, вызывавшую вялость и двойное видение. Многие пилоты в такой ситуации теряли ориентацию и сбивались с курса, не в состоянии достаточно сконцентрироваться, чтобы придерживаться нужного направления.
Спустя мгновение после входа в темноту мысли-нашептывания подали голос, их болтовня разрушила тишину. Арианна сделала глубокий вздох, пытаясь подавить их внезапную активность, и нажала пальцем на один из переключателей рулевого управления. Пересекая пространственную складку, эту приводящую замешательство фабрику бесконечности, она была одна, исключая, в конечно, ДЛП.
Этот день стал одним из самых длинных в его памяти. Оторванный от Арианны совещаниями и Микаэлом, занятый неотложными текущими делами, он в конце концов подумал, что надо освободиться во что бы то ни стало. Была уже почти полночь. С совещаниями было покончено, с Микаэлом нет.
Уинн Форрест толкнул дверь в свои комнаты. За ним шел, наступая на пятки, Верховный вождь. Голова Микаэла была все еще занята работой. Избавиться от него было невозможно, не обсудив с ним нескольких, или хотя бы одного, вопросов. В комнате было темно и холодно. Никакого следа Арианны. Из кухни не проникало ни тепла, ни запахов еды. Тишину нарушал лишь голос Микаэла.
— Маленькая Птичка? — окликнул ее Уинн. Лишь серые тени от лунного света, освещавшего комнату.
— Может, она плохо себя чувствовала и рано легла спать, — предположил Микаэл.
— Может быть. Подожди, я посмотрю. Включи, пожалуйста, свет.
Через секунду он уже открыл дверь спальни и заглянул внутрь. Постель была в таком же виде, как он оставил ее утром. Комната Арианны также была пуста.
— Ее здесь нет, — сказал Уинн, возвращаясь в гостиную.
Брат взял конверт со столика.
— Тут что-то есть. Это адресовано тебе.
Он протянул конверт Уинну. Тот подошел, обогнув кушетку и взял его.
— Она, наверно, оставила тебе записку, где все объясняет.
Желудок Уинна вдруг свело от плохо прожеванного бутерброда, который он съел на обед. Конверт был слишком увесистым для записки. Уинн разорвал его. Внутри было кольцо Арианны. То самое, что он подарил ей. Он развернул письмо и взглянул на него.
Письмо было написано от руки. Уинн развернул его дрожащими руками, глаза забегали по строчкам. Внутри у него все упало.
Микаэл говорил что-то Уинн ничего не мог понять. Микаэл дотронулся до его плеча, приводя в сознание.
— Что там? — спросил брат.
Уинн, кашлянув, прочистил горло, но ответил не сразу:
— Арианна ушла.
— Куда?
— Она улетела с планеты.
— Как она смогла сделать это, если все дороги к Космодрому перекрыты?
— Не знаю.
Уинн подошел к телефону, который стоял на столике у окна. Ночь была ясной, светило две луны. Хорошая летная погода, спасибо Анье.
— Куда ты звонишь? — спросил Микаэл.
— На космодром. Я лечу за ней следом.
Верховный вождь рванулся к Уинну.
— Ты не можешь лететь! Во имя Аньи, брат, ты же вице-король!
Это глупо. Мы пошлем кого-нибудь вернуть ее.
Уинн не обращал на него внимания, набирая номер. Оператор!
— Да ты вообще знаешь, куда она направилась? — голос Микаэла задрожал. — Это безумие. Я не разрешаю тебе.
Ярость захлестнула Уинна. Он выпустил трубку и схватил брата за грудки. Микаэл уставился на него широко раскрытыми глазами, не веря в происходящее. Уинн понимал, что так нельзя, но не мог заставить себя отпустить Микаэла.
— Это ты хотел, чтобы я женился на этой женщине, — прошипел он. — Я послушался тебя, и теперь она моя. — Помолчав, он добавил. — Я точно знаю, куда направилась Арианна, и убью всякого, кто попытается меня остановить. На этот раз ты не сможешь меня уговорить.
Он выпустил брата. Руки казались чужими, когда он снова набирал номер. Арианне Центури снова было видение Нагали, и в ее письме говорилось о бенаре.
Через час после того, как Уинн обнаружил исчезновение женщины, он уже был на пути к Космодрому, не обращая внимание на протесты брата, и сухим твердым голосом отдавал приказы по связи.
Он вышел из транспортных саней, ноги ступили на макадамовое покрытие. Его ожидал легкий флайер, мотор работал. Уинн быстро прошел мимо офицера, который, волнуясь, отдал ему честь, и сел на переднее сиденье. Надо было еще подождать несколько долгих минут, пока не прибудут остальные. Он нервно постукивал ногой по полу, пытаясь успокоиться. Каждая секунда задержки отдаляла его от Арианны.
Откинувшись на сиденье шаттла, он вспомнил сражение с Микаэлом. Верховный вождь пришел в ярость, когда понял, что не может заставить Уинна отказаться следовать за Арианной. Их громкий спор продолжался даже в тот момент, когда Уинн бежал к ожидающему его транспорту, остановившемуся у кухонного входа. В конце концов брат прислонился к посадочной лестнице с изумленным и растерянным видом. Он качал головой, глядя вслед удаляющимся саням.
Когда же прибудут Оска и Син? Его нервы были натянуты. Минуты проволочек давали возможность восстановить события этого вечера. Страх за Арианну вспыхивал все с большей силой.
Уинн поднялся с сиденья и прошел в головную часть шаттла. Он отвернул кран раковины и подставил руку, ворча в ожидании струи. Набрав воды, он отхлебнул из руки. Вкус был противным и отдавал металлом. Уинн лишь слегка смочил горло.
Он не подчинился Микаэлу. Это было большой редкостью. В большинстве случаев он слушался брата.
Потом, когда пройдет время и брат отвлечется на другие предметы, Уинн спокойно сможет заявить о его личных желаниях.
Перед ним вдруг снова возник образ Арианны, затмив все остальные. Уинн оперся о раковину, пытаясь избавиться от мучительного волнения, от которого его кидало в жар и голова становилась пустой.
Проклятье! Не может же он ждать всю ночь, когда корабль, наконец, отправится в путь. Где остальные?
Уинн закрутил кран и вернулся на место. Пошарив рукой в кармане рубашки, он вынул оттуда кольцо, которое когда-то подарил ей. Он не отрывал взгляда от сверкающих бриллиантов и рубинов и вдруг вздрогнул, вспомнив, как замахнулся кулаком на Верховного вождя. Ему придется заплатить за это, когда он вернется. Но какое это имеет значение, если он вернется вместе с Арианной Центури.
— Вам что-нибудь нужно, мой лорд? — спросил младший лейтенант, входя в кабину шаттла.
— Нет. Только будьте готовы стартовать сразу по прибытии остальных членов экспедиции. — Уинн почти не слышал ответа. Он положил кольцо в карман и вынул письмо Арианны, разгладив бумагу и снова переживая слова, которые она написала ему.
«Нагали не дает мне покоя, мой муж, — говорилось в нем. — Она все время посылает мне указания во сне и призывает к действию. Я уверена, что на Фиаме существует лекарство от ДЛП, так же, как была уверена, что твоя жизнь будет подвергаться опасности во время испытания Уунама Абелона. Фиаму постигло несчастье, причиной которого являются бенары. Богиня показала мне это. Мой долг помочь этим людям и попытаться спасти накопленные ими знания*.
Надо было спросить ее о том, что она видела на пляже во время испытания. Он сам во всем виноват. Он вел себя эгоистично, решив, что экстрасенсорные способности женщины были сфокусированы только на нем. Если бы он спросил, она доверилась бы ему. Однако его реакцию можно было предвидеть, так ведь? Жалкий кочевник написал книгу, но ее можно было не принимать во внимание. Реакция, продиктованная ненавистью предрассудками. Она видела ее так же ясно, как каменистуюи поверхность пляжа на берегу пурпурного моря в Полусвете.
Он продолжил чтение и, не удержавшись, щелкнул языком и прокричал какие-то слова. На этот раз он был рад, что его туго натянутые голосовые связки превратили крик в шепот.
«Я прошу тебя о прощении, Уинн Форрест, если смогу выжить и тенью появиться у твоих дверей. В любом случае мне будут понятны твой гнев и отказ принять меня. Я понимаю, что должна быть наказана за свои действия. На самом деле наказание уже началось, тебя нет рядом».
Шум у двери заставил его оторваться от письма. Все наконец прибыли, и младший лейтенант закрывал люки. Уинн сложил письмо и положил его в карман. Билл оска выглядел озабоченным, Агаба Син раздраженным.
Арианна благополучно миновала звездные рифы, находящиеся у дальнего конца Точки Додсона. Отверстие в туннеле открывалось в хаос окраинного мира. Вокруг было множество солнц, лун, планет и осколков метеоров. Она шла со скоростью сто десять октав по шкале гиперскоростей. Так быстро она никогда не летала на «Солнечном Ветре».
Арианна потерла глаза тыльной стороной ладони. Она уже подлетала к Пер-линианскому Шельфу, и, кто бы мог подумать, над ней снова насмехался ДЛП и пробуждал чувство тревоги. В голове раздавалось эхо ударов, слышался шепот и хихиканье, миллионы звуков. Время от времени прорывался ясный и четкий голос и колющая боль так пронизывала переносицу, что в глазах двоилось.
Яркое оранжевое солнце заполнило главное окно обзора. Арианна опустила затенение и свет стал менее ярким. Она повернула корабль в сторону и вниз, следуя по Ворконианскому Пути, чтобы обогнуть солнце. Она включила внешние камеры и осмотрелась.
На пульте замигал красный свет. Проклятье! Левый стабилизатор вышел из строя. «Солнечный ветер» накренился, Арианна чуть на выпала из кресла. Она изменила осевую нагрузку, и корабль стабилизировался. Однако его было трудно держать на намеченном курсе. Еще одна неприятность.
Арианна переключила волновой контроль на векторное чтение, на четверть увеличивая относительный угол. Надо соблюдать осторожность, чтобы избежать пробоин в борту корабля. О его обшивку ударялась космическая пыль и стучали мелкие обломки метеоров, находя слабые места в защитном поле. Вскоре ей придется дезактивировать пространственный ингибитор, чтобы вытряхнуть этот хлам. Простые расчеты показывали, что без этого не обойтись. Но если большой осколок пробьет корабль, ее путешествие по Фиаме закончится, не начавшись.
Шаттл летел, подрагивая и преодолевая сильные алунские приливы к находящемуся на орбите фрегату «Кадизу». Уинну казалось, что они летят недостаточно быстро, но пилот уверил его, что приходится бороться с сильными воздушными потоками. Всю дорогу дул встречный ветер.
Уинн провел рукой по лбу. Вытерев пот, он почувствовал прохладу воздуха в кабине. Он был не в состоянии говорить. Четверть часа прошла в полном молчании. Билл Оска тоже нервничал, движения его были порывистыми и неверными. Он смотрел по сторонам, окидывая Мешрани хмурым прищуренным взглядом. Щека его дергалась. Точно как у Арианны, когда она нервничала. И в том же месте.
— Могу я набраться смелости, лорд, и спросить, зачем нас собрали? — вдруг спросил Агаба Син. Он сидел в кресле, положив руку на колени, и крутил ус. — Я выполнял задание вице-короля в качестве Регента, занимаясь делами клана Хендерсон-Стюарт. Мне бы хотелось вернуться к ним.
— Да, я знаю, что вам хватало дел.
— Это связано с Арианной, так ведь? — прямо спросил Оска.
Уинн посмотрел на доктора.
— Да, Билл, с Арианной. — Он повернулся к кочевнику. — Мешрани, из-за тебя все мои беды.
— Из-за меня? Каким образом?
— Из-за тебя моя жена улетела с планеты без моего разрешения.
— Почему ты обвиняешь меня? Я даже не знаю ее.
— Нет, ты ее хорошо знаешь, — продолжал Уинн. — Из-за нее ты потерпел неудачу. Или у тебя такая короткая память?
— Вы говорите о Суде? Эта женщина и есть ваша Монтори?
Глаза его округлились.
Уинн не ответил. Сердце его билось в такт шаттлу.
Дрожащий голос Оски прозвучал низко и умоляюще:
— Прошу вас, мой лорд, объясните. Куда отправилась Арианна Центури?
— Она улетела на планету Фиама, — ответил Уинн. — Она нашла книгу, написанную этой песчанкой. В ней говорится, что на Фиаме есть лекарство от ДЛП.
Оска снял очки и потер нос. Он внимательно посмотрел на Сина.
— Это, конечно, бездоказательно?
Син отвел взгляд и скрестил на груди руки.
— Все, о чем написано в этой книге, правда. Не спорь со мной, тюремщик. Я не потерплю никаких обвинений.
— Заткнись! — рявкнул Уинн. — Этот выпад заставил Оску повернуться к нему. — Мы немедленно полетим, чтобы ее вернуть. Все знают, что капитан Центури страдает тяжелым психическим заболеванием, доктор. Те сны, о которых вы говорили мне, сильно мучили ее последние две недели. Я уверен, что все произошло из- за чтения так называемых научных трудов этого человека по изучению жителей Фиамы. Арианна уверена, что бенары нашли дорогу в этот мир и лекарство, если оно существует, будет утеряно вместе с его обитателями.
Агаба Син выпрямился в кресле.
— Бенары? О Анья, только не это. Дети Пламени — добрые, великодушные люди. Я провел среди них много времени. Они мои друзья.
— Именно поэтому, — сказал Уинн Форрест, — я забираю вас с собой.
Капитан Ларч прибыл точно вовремя встречать шаттл. Уинн видел через портал наблюдения, как он суетился, ожидая, когда откроется люк.
Вице-король выпрыгнул из транспорта, проявляя нетерпение из- за нерасторопности в действиях причальной команды. Он отдал честь Ларчу. Оска и Син опускались за ним, покачиваясь на трапе.
— Начинайте заправку, капитан, — приказал Уинн.
Ларч обернулся к помощнику.
— Проконтролируйте, командор.
Молодой офицер молча ответил поклоном и отправился в гавань, быстро петляя между легких флайеров и их пилотов, техников и грузчиков.
— Сколько времени займет путь до Фиамы? — спросил Уинн.
— Четыре с половиной дня в единицах Лиги, сэр.
— При максимальной скорости?
— Да, сэр. При максимальной нагрузке двигателей.
Это было значительное время, что его сильно озаботило. «Солнечный ветер» Арианны был быстр, и она хорошо управляла им. Вскоре после прибытия на Алун он был поставлен в один из доков. Ему заменили силидиумные блоки и заказали новые батареи. После этого потребление топлива заметно уменьшилось, и скорость корабля возросла. Это был шедевр клана Кэзари. Такая изобретательность позволяла им выживать в путешествиях вдоль Перлинианского Шельфа.
— Поторопите их, капитан. Я не хочу опоздать.
— Конечно, сэр. Пойдемте со мной, я покажу вам вашу каюту.
Они вошли в длинный центральный коридор «Кадиза», проходящий вдоль всего фрегата. Он него ответвлялись поперечные коридоры, ведущие в остальные части корабля. Фотонный крейсер принадлежал Уинну. Он был построен и оплачен кланом Форрест и использовался в мирное время как флагманский корабль вице-короля. Это было быстрое судно, в обычное время вооруженное звуковым оружием, но сейчас действовал приказ, что корабли, идущие к шельфу, должны были иметь еще более тяжелое вооружение. Это могло уменьшить скорость, но вряд ли было полезно.
— Вице-король, вам сообщение от лорда клана, — доложил Ларч. — Он просил вас ответить до того, как вы будете вне зоны радиосвязи.
— Хорошо. — Микаэл беспокоится о нем. Ничего не поделаешь.
— Вы говорили, что в этом секторе предполагается большая концентрация военных сил бенаров, — сказал капитан. — По вашему приказу я связался с Ритэлли. Мы договорились встретиться через семь дней.
Черт! Значит, пойти в открытый бой с бенарами можно будет только через семь дней. У него не было достаточно огневой мощи, чтобы сражаться с целой эскадрой вражеских кораблей. Если вокруг Фиамы их много, «Кадизу» придется отступить, а потом брать планету с налета.
Это снова задержка.
— Проводите Регента клана Сина в его каюту, — приказал Уинн. — Доктор Оска, пройдите со мной на обзорную палубу. Нам надо поговорить.
Вице-король решительно шел по коридору, врач семенил за ним. Уинн не стал подниматься лифтом, а пошел по лестнице. Оска поднимался за ним, недовольно ворча. Уинн молча вел его к палубе.
Секция «Кадиза", предназначенная для обзора окружающего корабль пространства и называемая также комнатой обзора, была свободна. Команда была занята предстартовыми работами. Уинн остановился, чтобы взглянуть на Алун, плавно проплывающий вдали. В этот момент он услышал шум включившихся моторов. Казалось, что корабль стартует очень медленно.
Он тяжело сел в одно из плюшевых кресел, в которых обычно отдыхали в свободное время офицеры. Обзорная палуба переходила в комнату отдыха с длинным баром.
— Доктор, нам надо кое-что обсудить перед дорогой.
— Насколько я понимаю, это касается Арианны, лорд?
— Да, это определенно касается Арианны, — ответил Уинн. — И не дает мне покоя с тех пор, как вы двое прибыли на Алун. Сначала я думал, что мне просто кажется, но теперь я точно знаю, что нет.
— Могу я узнать, что вы имеете в виду?
Уинн сплел пальцы, раздумывая, как лучше сформулировать вопрос.
«Прямо», — посоветовал бы Микаэл.
— Я хочу знать, почему Ефрим Центури утверждает, что Арианна является его дочерью, хотя совершенно очевидно, что она ваша дочь.
Оска подскочил и заморгал. Он молчал, тяжело дыша.
— Объясните, доктор.
— Что заставило вас прийти к таким выводам? — прошептал тот.
— Вы очень похожи. Множество мелких деталей. В основном манеры и движения. Мне кажется, в молодости вы были таким же горячим, как Арианна сейчас. В ней нет ничего от Ефрима Центури.
Оска погладил усы, потом поправил очки. На их стеклах появился туман.
— Если вы узнаете, это изменит ваше отношение к Арианне? — спросил он.
— Нет, не думаю. Но мне интересно. Я хочу знать правду и имею на это право, не так ли?
Оска прикусил верхнюю губу.
— Да, мой лорд, вы правы, — Оска сник и стал похож на шар, из которого выкачали воздух.
— Объясните, почему Ефрим признает Арианну своей дочерью.
— Мой лорд, это история старше Арианны. Она ничего не знает. Всем известно лишь, что Арианна прямой потомок клана Центури.
— В то время как она является ребенком вассала.
— Вы скажете ей? — спросил Оска.
Уинн пожал плечами.
— Сначала я хочу послушать, а потом решу, надо ли ей знать. Расскажите же мне.
Оска нахмурился и заговорил. Голос его звучал мягко.
— За несколько лет до рождения Арианны Ефрим Центури был ранен в битве над Херамонтом. Бенары уже тогда проникали в приграничное кольцо. Херамонт принадлежал клану Центури. Они обратились за помощью. Когда мы прибыли туда, почти все корабли бенаров уже улетели, но на самой планете их оставалось достаточно, чтобы лорд клана отправил команду для борьбы с ними. Ефрима ранило в брюшную полость. Он чуть не умер, пока мы доставляли его на корабль.
— Но не умер, — вставил Уинн.
— Нет, но его сильно задело. Чтобы не вдаваться в подробности, скажу лишь, что ранение сделало Ефрима Центури импотентом.
— Он был тогда женат?
— Да. Ее звали Джоэль. Может быть, вам трудно поверить, но Ефрим Центури нежно любил ее. Она была смыслом всей его жизни. Она была очень красива, и Арианна, слава Нагали, очень похожа на нее. У Ефрима в это время был уже сын, рожденный Джоэль.
— Вы имеете в виду Адрика?
— Да, законного наследника клана Центури. Члены моей семьи долгое время служили Эвенди, отец был советником лорда клана. Я вырос с Джоэль. Она пригласила меня с собой на Корсикату в качестве личного врача. — Оска помолчал, сглотнув. — Когда стало ясно, что Ефрим Центури не способен больше к оплодотворению, почти тут же обнаружилось, что Джоэль заразилась болезнью деверас.
— Если я не ошибаюсь, это заболевание, поражающее центральную нервную систему?
— Да. Оно практические неизлечимо. В начале заболевания я поставил диагноз и определил, что Джоэль осталось жить не больше пяти лет, после чего прекратится действие безусловных рефлексов. Она настаивала, чтобы ей дали возможность перед смертью родить еще одного ребенка Ефриму Центури.
— Зачем?
— Ну, по законам кэзари у нее было такое право. Она хотела, чтобы в клане остался еще один наследник.
— Но Арианна женщина, и не имеет права на наследование.
— Эта правда, но и девочка представляла ценность. С ее помощью можно было заключить полезные союзы. Учитывая, что Ефрим был импотентом, а Джоэль леди клана, она имела дополнительное право выбора мужчины.
— И им стали вы?
— Да. По этому поводу было много шума. Я ведь был вассалом, а не полноправным членом клана Центури или клана Эвенди. Джоэль была упрямой, как сейчас Арианна и настаивала на своем праве. Ефрим очень любил жену, мой лорд. И сдался.
— Арианна — плод искусственного осеменения? — поинтересовался Уинн.
Оска слегка улыбнулся и отрицательно покачал головой.
— Такие методы противоречат нашей религии. Нет, мы провели вместе ночь. С нами была рука Нагали. Нам хватило одной ночи.
— Я готов поспорить, что это совсем не понравилось Центури.
Оска фыркнул:
— Ефрим не разговаривал со мной несколько месяцев. Может быть, он был смущен.
— Что случилось с его женой?
— Напряжение, связанное с ребенком, ускорило ее смерть. Она умерла вскоре после рождения Арианны.
Он замолчал и, развернувшись в кресле, стал смотреть в окно обзора, ничего там не видя. Взгляд его был устремлен в прошлое.
— Ефрим приказал мне молчать об этом случае, — тихо произнес он. — Я говорю об этом первый раз.
— Ваша тайна священна, — признал Уинн.
Оска снова повернулся лицом к вицекоролю, в его глазах читалось одобрение.
— Я тоже так считаю, так будет лучше для Арианны.
— Я люблю ее, Билл. Если бы не любил, то не стал бы тратить столько усилий на ее возвращение. Если она узнает, это принесет ей боль. Она гордая и решительная. Я ей ничего не скажу.
— Благодарю вас, мой лорд.
Уинн встал.
— Идите к себе, доктор. Отдохните. На Фиаме нас ждет драка.
Оска поднялся и уже сделал шаг, но остановился, и оглянулся через плечо.
— Есть еще одна вещь, которую вы должны знать.
— Какая?
— Арианна не чистокровная кэзари.
— Да?
— Да. Моя мать зонтеарианка.
«Солнечный Ветер» завис в космосе прямо над второй стартовой точкой и на расстоянии всего несколько часов от Фиамы. Укрывшись в тени остановившегося метеора, корабль казался маленькой металлической пылинкой. Обнаружить его было трудно, так как все системы работали в минимальном режиме.
Арианна Центури встала с кресла и размялась. Она устала и хотела есть, голова болела и ей самой казалась выжатой старой тряпкой после этого последнего туннеля гиперпространства. Она долетела быстро и прямо. И все же при отсутствующем левом стабилизаторе это было рискованным предприятием, удавшимся лишь благодаря Нагали. Ей надо было отдохнуть, иначе, прибыв на Фиаму, она окажется совсем без сил. С бенарами надо быть настороже.
Она ушла с капитанского мостика и прошла через коридор. По пути она проверила крепление такелажа и контейнеров с запасами. Она нашла, что все хорошо подогнано и крепления натянуты. Огнетушитель несколько раз срывался со стены и валялся где-то в каюте, но это была мелочь. «Солнечный ветер» справился с полетом лучше, чем она.
Арианна не стала заниматься огнетушителем, а вместо этого залезла в длинный ящик под койкой, достала оттуда рюкзак и вынула из него одну из тех гераловых ампул, что взяла в шкафу Уинна.
Сунув остальные на место, она упала на койку. Арианна некоторое время рассматривала ампулу в неярком свете дежурных огней. Она открыла ее и увидела острие иглы, по которому герал проникнет в ее тело.
В ней начала подниматься волна неуверенности и волнения.
ДЛП шептал: «Тебе это не надо».
Уинн сидел напротив Агабы Сина за столом в комнате для совещаний на борту «Кадиза». Билл Оска тоже был здесь. Он, наклонившись к Мешрани, слушал его. Глаза казались совсем круглыми за линзами очков, выражение лица было жестким. Фрегат миновал Точку Додсона. Капитан Ларч пришел в кабину Уинна сразу, как только они вошли в тоннель гиперпространства. Связавшись с караульной станцией, они узнали, что Арианна Центури пролетала здесь за несколько дней до них. Начальник станции сказал, что она разговаривала с ним по космическому каналу, но не останавливалась, так как очень спешила.
В кабине раздался голос кочевника:
— Дети Пламени живут на Фиаме уже несколько тысячелетий. Они превратили ее в место, пригодное для существования даже во время снежных бурь.
— В вашей книге я не нашел истории этого народа, — сказал Уинн. — Расскажите все, что вы о ней знаете.
Син подкрутил кончики усов, взглянул на доктора, потом снова на вице-короля.
— У меня сложилось впечатление, что Дети Пламени сами не очень хорошо знают свою историю. Ее истоки остались лишь в форме мифов и легенд.
— Что же все-таки вам известно? — повторил Уинн свой вопрос хриплым голосом.
— Я знаю только то, что удалось прочитать в библиотеке Лиги по возвращении на Алун. Когда я вернулся из путешествия, я изучил о них все доступные материалы, потому что мне это было интересно. Возможно, потому что я чувствовал родство с ними. На них, как и на кочевников, распространялись старые предрассудки. — Он моргнул, посмотрев на Уинна. — Первые поселенцы появились на Фиаме во времена Машахизилика и были завезены туда Урановой Корпорацией — большой компанией по добыче муридиумной руды.
— Что это такое? — прервал его Оска.
— Это металл, пользовавшийся в то время большим спросом. На Фиаме были обнаружены самые большие залежи в Галактике. После обработки он становился стойким металлом, которым Машахизилик облицовывал поверхность корпуса кораблей своего флота. Урановая Корпорация была единственным поставщиком.
— Почему они прекратили добычу?
— В старых записях указывается, что запасы Фиамы истощились. Председатель правления компании отдал приказ прекратить добычу и организовал эвакуацию зонтерианцев и кэзари, оставив там народ нукса.
— Они оставили там всех? — спросил Оска.
— Всех, — ответил Уинн. — Видимо, решили, что вывозить их будет дорого. Это были, в основном, рудокопы неквалифицированные рабочие. Корпорация бросила их там бези всяких запасов пищи и медикаментов, хотя надвигалась зима. Многие умерли в первые годы, я уверен в этом. Но они научились прятаться под землей вместе с семьями в холодное время года. Они даже построили под землей завод по выплавке металла. Его разместили в естественном боковом углублении одного из двух самых больших вулканов. Дети Пламени называют его Энергетической Станцией, и некоторые из них укрываются там во время зимних буранов.
— Почему вы ничего не написали об этом в вашей книге? — спросил Уинн. — По вашим словам, эти люди напоминают фермеров.
— Теперь они и есть фермеры. Вся информация, которую я сообщил, в жизни была утеряна или искажена. Сейчас народ Фиамы считает, что это было успешное избавление от Корпорации. Дети Пламени не верят, что их бросили на произвол судьбы, как зверей. Они представляют это себе как освобождение и хранят память о своем освободителе. Эту личность с течением веков обожествили.
Звали ее Сирака Фэт, и именно она не дала им погибнуть.
— Что это значит? — заинтересовался Билл.
— Люди неохотно говорили об этом, и я пришел к выводам, что этот период считается темным в их цивилизации.
— А кем именно была Сирака Фэт?
— В документах Корпорации указывается, что она чистила туалеты.