Уинн Форрест ощутил вес болтающегося на поясе Арианны кристалла. Агаба Син попался, как того и хотел Уинн, и это ее заслуга. Мысли его перешли на Арианну. Он размышлял, какой яростной она была во время испытания и какой нежной и нуждающейся в ласке, когда они занимались любовью. Теперь они были связаны духом и телом — невероятный дар Аньи. Какое удовольствие быть с ней; никогда раньше не было ничего подобного. Энергия была такой чистой, что его даже сейчас покачивало.
Он посмотрел на пустой камин, внезапно почувствовав холод. Но не хотелось тратить энергию на разведение огня. Тогда у него ушли бы на это все ее остатки. Солнце взошло, он сидел и, пока женщина спала, рассчитывал свои действия и разрабатывал стратегию мести и наказания.
Стук в дверь прервал ход его мыслей.
— Войдите, — позвал он.
В комнату вошел Микаэл в черном одеянии клана Форрест. Оно было открытым в вороте и обнажало грудь. Волосы растрепаны, лицо небритое. Он был на очередном приеме, потом проработал всю ночь.
— Почему ты не связался со мной после возвращения? — спросил брат. Голос его прозвучал медленно и утомленно. — Мне было интересно узнать результат.
— Я был со своей подругой, брат. Она завладела моим вниманием прошлым вечером.
Микаэл сел на диван с ним рядом.
— У нее опять был приступ?
— Нет, — голос Уинна сел от переживаний и был еле слышен. — Она спасла мне жизнь, на меня покушался Агаба Син. — Уинн протянул Микаэлу кристалл, чтобы тот посмотрел. — Она заманила сюда этого ублюдка после кровавого сражения.
Он вспомнил, как Арианна поймала Мешрани в ловушку, связала, как поросенка, и, кроме всего прочего, нанесла главное оскорбление, передав его лорду клана.
Его прервал голос брата:
— Син был в Меридианной Точке? Почему ты не вызвал охрану?
— Ты не понимаешь, брат. Он не появлялся в Меридианной Точке. Он атаковал меня из какого-то отдаленного места, связав своей властью судей и изменив пространственные переменные во время испытания. Храмовые жрецы ничего не могли поделать, я попал в ловушку. Но Арианне удалось попасть в Полусвет самой и спасти меня.
Микаэл нахмурился.
— Как она это сделала?
— Не знаю, но теперь у меня есть энергетический партнер в полном смысле этого слова. — Уинн помолчал, поиграв кристаллом. Он был горячим. — У Арианны, должно быть, дар ясновидения. Ей снился сон обо мне, а я решил, что это действие герала.
— Мешрани действовал один?
— Не похоже. Моя смерть не приносила ему больших доходов, если не считать морального удовлетворения доставить меня Анье. Все равно оставался ты, значит, ничего не менялось.
— Тогда заговор? Кто-нибудь из братства?
— Может быть. Судьи клянутся, что не имеют к этому никакого отношения. Но кто знает? Предложи кому-нибудь деньги или власть, и честность Шэмони отступит в сторону.
Он вздрогнул. Если это Шэмони, он может сделать другую попытку, когда Уинн меньше всего этого будет ожидать.
— Здесь у нас могут появиться неприятности. А как насчет антивоенных настроений в некоторых домах? Твоя жена ничего не знает?
— Арианна? Нет. Она видит куски и фрагменты, даже когда действует ради меня, но она сама не может даже разместить игроков.
Как напряженно Арианна вглядывалась в пустынный пляж Полусвета и как застыл ее взгляд. Уинн потер выступившую на руках гусиную кожу. Что же еще она увидела? Получить от нее информацию было труднее, чем ее саму, и, боясь разрушить возникшее между ними чувство доверия, он заменил разговоры ласками и поцелуями.
Микаэл взглянул на камень.
— Я совершенно не понимаю эту засаду в Полусвете, но полагаю, что тебе все понятно. Как ты будешь содержать Агабу Сина?
— Вернусь в Полусвет и выпущу его. Он расскажет сценарий, можешь мне поверить.
— А что ты сделаешь с ним после того, как узнаешь все?
Уинн Форрест покосился на холодный камин.
— Убью его, — сказал он. — Или нет.
— Когда ты отправишься в Полусвет и сделаешь это?
— Через некоторое время. Ты присмотришь за Арианной, если она проснется? Меня нельзя будет беспокоить, и в то же время мне не хочется оставлять ее одну после всего, что ей пришлось испытать.
— Она больна?
— Нет, но она может захотеть поговорить. Арианна потихоньку раскрывается. Я хочу, чтобы ей было у нас хорошо и чтобы она доверяла нам. Понимаешь?
— Конечно, — Микаэл улыбнулся. — Жизнь налаживается у вас двоих?
Уинн ответил с улыбкой:
— Она просто замечательная.
Микаэл отошел к камину.
— Ты не возражаешь, если я разведу огонь? Здесь холоднее, чем на улице.
Уинн кивнул. Он потянулся и зевнул, глядя, как его брат укладывает дрова в камине. Они посидели несколько минут молча, любуясь на пламя и чувствуя, как теплеет в комнате. Затем Уинн поднялся, взглянув на Верховного вождя. Он положил руку на плечо Микаэла и сжал его.
— Это благодарность за то, что заставил тебя жениться на Арианне Центури? — спросил Микаэл.
Уинн не ответил и, отпустив плечо брата, прошел в спальню Арианны. Он закрыл за собой дверь, задвинул задвижку и осмотрелся. Бледно-желтые тона и темное дерево, все в идеальном порядке. Он вдохнул воздух и почувствовал аромат женщины — мускусный, темный и совершенно таинственный.
Пока Арианна спала, он выбрал лучший арбалет из своей коллекции и положил на его кровать, чтобы он был рядом, когда Уинн отправится в Полусвет. Внимание Уинна привлек ряд горшков с красками на туалетном столике. Они все были керамические, кроме одного, сделанного из золота, с высокой рельефной крышкой. Уинн взял кувшин и открыл его. Внутри была черная краска. Он прикрыл горшок и перевернул его. На дне была сделана надпись на трансланге. Он покрутил горшок в тусклом свете, стараясь прочитать надпись. «Верной Дочери Ночного Ветра с любовью от Кева*.
Ревность вспыхнула в Уинне. Он поставил горшок на стол. Кев Викери. Анья, если бы только ему удалось стереть память о нем! Арианна была Дочерью, но она принадлежала Шэмони.
Уинн поворчал про себя. Надо было позаботиться о более важных вещах, а он тут завидует умершему. Не время фантазировать на тему о победе над Викери. Это не за горами. Арианна забудет о существовании человека по имени Кев.
Сев на кровать и скрестив ноги, он положил арбалет на колени. Осторожно вынув кристалл за кожаный ремешок из кармана брюк, Уинн прикоснулся к нему пальцами. Голубой кристалл был очень горячим.
Шэмони заставил себя успокоиться, медленно дыша и заполняя свой энергетический резервуар. У него стало покалывать в верхней части головы. Покалывание превратилось в давление, сначала легкое, потом усиливающееся и давящее на голову и шею. Внезапно обрушилась волна. Как будто из головы выдернули штепсель. Его жизненная сила, его дух вылетел в открывшийся ход и окунулся в воду реки Нал. Он оседлал частоты пустот между измерениями.
Уинн резко остановился и поплыл вниз по времени. Атомы материи и антиматерии соединились и слились в нужную Уинну картину Полусвета.
Он стоял в огромной галерее просторного помещения, Уус Алуна, стараясь сфокусироваться на окружающей биосфере. Уинн поморгал, чтобы приспособиться к приглушенному свету, проникающему через купол орбитальной станции. Огромная масса Алуна была видна из окон галереи. Слои окружающих планету колец наклонялись под большим углом. Солнце светило из-за биосферы, освещая ледяной мусор из гало планеты. Солнце светило не так уж слабо в это время дня. Его лучи мягко освещали пустую комнату.
Биосфера была огромная и круглая. Это убежище было построено потом и кровью людей его мира для последнего императора Кашинского Машахизилика.
Уус Алун был энергетической станцией Уинна, местом уединения, где энергетическое поле идеально подходило частотам его души. Вибрация в этом месте была так близка его собственной, что ему не составляло труда поддерживать эти картины Полусвета, несмотря на огромное расстояние между этим временем и его собственным.
Уинн поправил арбалет на плече и прошел через галерею. Он приблизился к низкой двери на петлях. Белая и гладкая, она обеспечивала доступ в другие помещения станции. Уинн поднял руку и поводил ею, дверь открылась, и он вошел.
Место было удивительно тихим, здесь не было шума и людей, мешающих ему концентрироваться и требующих введения многих переменных. Воздух был наполнен ароматом снежных лепестков, и он полной грудью вдыхал их сладкий запах.
Уинн прошел еще немного по коридору — длинному проходу с кабелями, низким потолком и крутыми поворотами. Он заканчивался впереди, и Уинн почувствовал силу искусственного притяжения. Еще одна стена и еще одна дверь, и он в личных покоях императора.
Это была просторная комната с высоким потолком, где хрустальные светильники ловили свет сияющей звезды. Сделанные из резного цветного хрусталя, они складывались в форме картин, изображающих славные подвиги Машахилизика. Отражая свет Тенли, они заливали комнату светом всех оттенков радуги. Комната была полна сокровищ, которые вскоре перейдут в Зонтерианский музей. Веками опекаемая магистратами Алуна станция была межпланетным центром туризма.
Но сейчас, в данный промежуток времени, прошло всего несколько месяцев после свержения Машахизилика. Он покинул эту площадку для игр в небе, удалился в один из безымянных миров, и больше о нем никто ничего не знал.
Уинн прошел через комнату для банкетов с инкрустированным жемчугом столом на сто персон, миновал проход через комнаты, который также был пышным, и попал в огромный тронный зал, где сидели когда-то на тронах Машахизилик с императрицей. Оттуда он вышел через боковой проход и очутился там, куда с самого начала направлялся.
Аквариум был длинным помещением, которое освещалось круглыми светильниками, вставленными в стены. В пол были встроены шесть прямоугольных резервуаров, отделанных мрамором и керамикой. Бассейны в этом экзотическом месте отдыха раньше заполнялись водой, песком, морскими водорослями и редкими рыбами.
Резервуары давно стали местом захоронения погибших рыб, воду откачали. Уинн взялся за хромированные перила лестницы и спустился в самый глубокий бассейн. Под ногами захрустели кости рыб.
До сих пор здесь сохранялся затхлый запах, хотя прошло много времени с тех пор, как бассейн осушили. Запах был сильным. Уинн глубоко вздохнул, подготавливая себя. Он вырыл ямку в песке в центре резервуара и положил туда кристалл. Отступив назад, он вставил стрелу в арбалет. Арианна говорила, что для того, чтобы вызволить Сина, надо призвать Нагали и верить, что она поможет. Уинн поднял арбалет к плечу и прикинул расстояние, прицеливаясь в то место, где лежал кристалл. Его пальцы были готовы к выстрелу.
— Услышь меня, Нагали Ночного Ветра. Отпусти своего пленника.
Агаба Син материализовался так же быстро, как исчез, темный и мрачный, настоящий демон песков. Хотя теперь безоружный и беспомощный. Женщина проследила за этим.
Уинн опустил глаза к светящейся радужной выемке. Он отметил сияние, несмотря на оранжевый свет, заливающий аквариум.
Агаба Син удивленно озирался вокруг и, наконец, уставился на вице-короля.
— Где я? — требовательно спросил он.
— Теперь, когда ты вышел из кристалла, какое это имеет значение? — ответил Уинн самым ровным голосом, на какой был способен.
Син нахмурился.
— Я благодарен за это, но чего ты ждешь, Форрест? Разве ты не собираешься убить меня?
— Убить тебя? Не сейчас. Может быть, попозже. Сначала мы поговорим.
— Что ты хочешь знать?
— Кто послал тебя?
Агаба Син помедлил, и Уинн шагнул вперед. Человек отступил назад, споткнулся о рыбные кости и упал локтями в песок.
— Ага, теперь я лучше вижу тебя, — сказал Уинн, перестав напрягать палец на арбалете. — Я хочу получить ответ. Если ты откажешься, я продырявлю тебе ногу. Видишь ли, это кладбище принадлежит мне, это игровая площадка в моем энергетическом поле. Так как я здесь контролирую частоты, то я могу запереть тебя в этом дне, и ты не сможешь двигаться вперед во времени, и все закончится твоей смертью.
Уинн сделал небольшое движение, и человек испугался.
— Ты навечно останешься в этом бетонном ящике среди скелетов. А теперь скажи мне. Кто хочет моей смерти?
— Я, — пролаял Син.
— Нет, мы с тобой играем в интересные игры, ты и я. Ты сам не пошел бы на это. Кто-то еще хочет видеть меня мертвым. Может быть, тот, кто может платить драгоценными камнями и золотом. Такой человек, как, например, Хендерсон-Стюарт.
Агаба Син открыл рот и уставился на Уинна:
— Откуда тебе известно?
Уинн лениво засмеялся. Он этого не знал. По крайней мере, не был уверен.
Но за те часы, что прошли со времени испытания, он перебрал много имен. Сообщение о помолвке его дочери с Мешрани долго крутилось в мозгу Уинна.
— Мне был предложен альянс, — пробормотал Син. — Жениться на Дженни и убрать тебя. За это у меня бы был настоящий клан.
— Почему он хочет убить меня?
— Он хочет свой титул. Второй по рангу после Генерального консула. Старик разорен, и дом его разваливается. Убрав тебя с пути и имея на своей стороне силы Мешрани, он снова смог бы стать платежеспособным.
— Да, и тут же лишил бы тебя права наследования и вышвырнул тебя и твоих людей на съедение волкам.
— Я убил бы его раньше, чем он успел бы издать приказ.
Вице-король снова прицелился в мягкую часть его ноги, оценивая расстояние.
— В таком случае, тебя это все еще интересует?
Уинн стоял, потягиваясь. Это была короткая экскурсия, но стоящая, если не принимать во внимание злости против Дженни. Она пришла к нему, рассчитывая выйти замуж. А любовь? Нет, она хотела богатства клана Форреста. Син не мог сказать, знала ли она о готовящемся заговоре. Сердце Уинна кольнуло, когда он подумал об этой женщине. Он прогнал прочь эти мысли, вспомнив об Арианне Центури и о том, что она для него сделала.
Уинн хрипло вздохнул и отпер двери. Его захватила теплая волна прогревшегося от камина воздуха. Микаэл все еще был там, как и обещал. Брат взглянул на появившегося Уинна, в его темных глазах стоял вопрос.
— Ну?
— Иссик Хендерсон-Стюарт является этим человеком. Дело в его финансовых делах, брат. После того как я не женился на его дочери, он связался с кочевниками.
Микаэл спал с лица:
— Какую сделку ты заключил с Мешрани?
Уинн сел рядом с ним на кровать.
— Он хочет быть вождем клана и мужем Дженни. Я пообещал ему и то и другое при условии, что клан Форрест будет управлять их имуществом в течение тридцати пяти лет или до тех пор, пока их наследник не достигнет совершеннолетия. Мы будем все контролировать и, когда это станет нужным, у нас будут дополнительные средства на ведение войны. Если все пойдет хорошо, мы на добрую треть увеличим фонды на войну с бенарами.
— Все это хорошо, Уинн, но клан Хендерсон-Стюарт не заявил о банкротстве, и мы не можем предъявить им претензии. Как ты собираешься уладить этот вопрос?
— Мне и не придется ничего улаживать. Этим займется Агаба Син.
Арианна Центури неслась на страшной скорости через глубокий космос подобно звездному зонду, запущенному с какой-то планеты, чтобы разведать, что представляет из себя окраина вселенной. Перед ней были просторы Перлинианского Шельфа, приграничная полоса, где среди миллионов солнц скитались свободные кэзари. Она приблизилась к ним, сама как луч света, бестелесная, мчащаяся на священном ветре Нагали.
Арианна ощущала неожиданные деформации кривой полета, изменения скорости и направления движения. Вот она прибыла на планету, которую искала, вышла высоко над ней на орбиту, сориентировавшись на линию горизонта, и разведала все вокруг.
Это было видение Нагали. Испытание Уунама Абелона успешно закончилось, Дочь должна теперь иметь дело с конечной частью сна.
Планета была голубой, белой и черной и размером не больше пятнышка. Ребенок, заброшенный слишком далеко от звезд системы, он был один без родственных миров, которые бы соперничали за солнечный свет. Пространство вокруг планеты было полно космического мусора. Находившиеся в бахроме астероидного поля крупные обломки маскировали его.
Ветер, который ее доставил, достиг атмосферы, и Арианна стала опускаться к поверхности планеты. Она увидела большой неуклюжий контур боевого крейсера бенаров, затем опустилась через толщи воздуха к планете. Сон взял ее еще сильнее в свой плен, направляемый рукой ее богини.
На малых высотах шел снег, и высокие горные пики были погружены в безмолвную тишину. Он кружился над ледниковыми полями и темной, покрытой лесом землей. Низкая температура затрудняла дыхание. Странно, однако. Ей не было холодно.
Еще ниже и очертания земли стали ясно различимы. Снежная круговерть, из-за которой трудно было рассмотреть землю, стала слабее. В поле зрения появился вулкан, парящий над основанием, покрытым высоким хвойным лесом.
Арианна почувствовала резкое торможение. Она спиралью пошла на посадку, легко и мягко коснувшись земли. Она приземлилась в глухой, темный лес, ее путь был перегорожен толстыми ветвями сосновых деревьев.
Тишина. Безмолвный мир зимы, белый, серый и коричневый. Арианна посмотрела вокруг. Все выглядело так, как будто у нее в глазах были длиннофокусные линзы, открывающие вид сквозь лес на поля и долины. И повсюду, как вши, ползали бенары.
Арианна, вздрогнув, пробудилась от странного сна почувствовала запах подгорающей пищи. Она все еще находилась ви его кровати, закутавшись в плед и нежась в его мягком мехе.
Она села и потянулась. Послеполуденное солнце светило через окно. Она окинула взглядом комнату с ее чистым коричневым ковром и кладами Шэмони и подумала о Уинне Форресте. Как энергичен он был в предыдущую ночь, как желал ее. Арианна укрылась его пледом, крепко прижав его к груди, вспоминая его мужскую силу с легкой дрожью и улыбкой.
Она слышала звон посуды в жилых помещениях, находившихся за закрытой дверью. Аромат жареного мяса разносился по комнате. Внезапно она почувствовала голод.
Арианна поднялась с постели и осмотрела стенной шкаф, разыскивая какую-либо одежду. Уинн мог быть в комнате не один. Она не могла пройти в свою спальню, чтобы ее не заметили.
Бриджи и шорты были аккуратно повешены. Весты и мокасины находились в идеальном порядке, все кружева были привязаны и пуговицы застегнуты. Мужчина, который заботился о своей чистоте. Ей это нравилось. Мужчины кэзари были не очень чистоплотны, даже Кев.
Его лицо всплыло в памяти Арианны, но ее умерший любимый превратился в темную фигуру, притаившуюся в одном из лабиринтов ее мозга. Кев порадовался бы тому, что она встретила такого сильного человека, как Уинн, который не уступал ее собственной неистовости.
Она выбрала короткую рубашку из мягкого плотного материала темных тонов. Арианна сняла ее с вешалки и скользнула в нее. Рубашка была ей почти до пола, рукава надо было подворачивать, если она хотела видеть свои руки. Аккуратно подпоясавшись и вынув из-под рубашки волосы, Арианна подошла к двери. Она тихо открыла ее и заглянула в гостиную.
Там никого не было видно, поэтому она пошла в самую большую комнату и заглянула на кухню. Уинн стоял у открытой двери холодильника и изучал содержимое. Он увидел, что она пришла, и улыбнулся, захлопнув дверцу и уже не думая о еде.
— Маленькая Птичка.
— Муж мой.
Ноздри его слегка раздулись, но он быстро сглотнул, чтобы скрыть это, и повернулся к плите.
— Я готовлю кое-что для нас, — проскрипел он. Он подцепил почерневший кружок вилкой и проверил его на готовность. Затем, нахмурившись, положил обратно на сковородку. — Я, кажется, сжег его, но внутри оно точно сырое.
— Почему ты не убавишь пламя и не прикроешь его крышкой? — предложила Арианна. — Тогда оно пропарится.
— Наверное, ты права, — ответил Уинн. Он последовал ее совету, извиняясь при этом: — У меня не очень хорошо получается готовить. Мне просто не хотелось, чтобы нас беспокоила прислуга. Здесь так тихо первый раз за последние месяцы. Я действительно отдыхаю и решил попробовать приготовить что-нибудь.
— Я думаю, у нас будет чудесный обед, — сказала она.
Уинн снова улыбнулся ей.
— Я заварил чай. Хочешь?
— Да. Мне подать его?
— Нет, я сам. Почему бы тебе не сесть у камина?
Арианна кивнула и устроилась ждать на диване. Маленький столик рядом был завален бумагами. Ее внимание привлекла раскрытая и заложенная ручкой книга.
Арианна заинтересовалась. Агаба Син. Истории приграничного народа Нукса. Со всеми этими волнениями она тогда не положила томик на место. Она стала читать загнутую страницу.
«Считается, что члены секты, известной под названием Дети Пламени, обитающие на планете Фиама, являются носителями медицинских знаний. Их храм, где регистрируются болезни и их причины, безусловно свидетельствует о благосостоянии этой маленькой деревни, находящейся в гористой местности на склоне вулкана Ревенла.
Когда я гостил у этих людей, то узнал от нэнни, что мужчины этого племени не имеют права изготовлять некоторые лекарства, которые они называют «древними снадобьями*. Рецепты изготовления передаются устно из поколения в поколение, при этом соблюдается традиционный сложный ритуал, в котором принимают участие только женщины.
Когда я стал спрашивать нэнни об этих лекарствах, она отвечала очень туманно. Тогда я решил спросить женщину, имеется ли у них лекарство от диолинопротозома, или ДЛП, паразитического заболевания, в значительной мере распространенного в Лиге и вызвавшего карантины целых планет. Сначала она, казалось, не знала, о чем идет речь, но когда я описал симптомы заболевания и стадии болезни, она узнала в ней болезнь, известную на Фиаме под названием «мозговые личинки*. Нэнни ответила, что у них имеется соответствующее лекарство».
Тут подошел Уинн с кружкой дымящегося чая. Арианна положила книгу на стол и взяла чай. Он сел совсем близко.
— У Сина написано, что у обитателей Фиамы есть средство от ДЛП, — заметила она.
— Мне кажется, тебе не стоит слишком полагаться на это, Маленькая Птичка. Агаба Син не самый надежный источник медицинской информации.
— Можно спросить, что с ним стало? — Арианна поднесла чашку к губам и отпила. Жидкость была крепкой и горькой.
— Я освободил его. Он будет служить клану Форрест, как только выполнит свой первый долг по отношению к нашему дому.
— Ты думаешь, разумно доверять ему?
— Он жадный человек. Я предлагаю ему то, чего не может предложить ни один лорд клана. Син хочет спокойствия и комфорта для себя и своих людей, и он согласен почти на все, чтобы получить это.
— Даже убить тебя?
— Да. Но моя Монтори не позволила ему сделать это, не так ли?
Уинн наклонился и поцеловал ее, слегка пощекотав бородой.
— Я не осмеливаюсь дотронуться до твоих губ, Центури, — нежно прошептал он. — Так мы никогда не доберемся до еды.
Арианна улыбнулась, но в уме у нее стояли сцены из последнего вещего сна Нагали. Видений смерти Уинна больше не было, они ушли по воле ее богини. На смену им пришли другие.
Мысли-нашептывания вдруг заговорили, начав издевки. Рука у нее задрожала, и чай пролился на пальцы.
— Что Маленькая Птичка? — встревожился Уинн, но ей удалось скрыть дискомфорт и упрятать его в дальние переулки своего мозга. Мысли-нашептывания превратились в отдаленное эхо.
— Все хорошо, муж мой.
Отрывок из книги кочевника не давал ей покоя. Во сне она видела женщину народа Нукса, преследуемую бенаром. Арианна была уверена в этом. Она снова взяла томик и посмотрела на обложку. Книга была той самой, которую она видела в недавнем сне.
Уинн поднялся и снова прошел на кухню. Арианна услышала, как он тихо ругается, откинув крышку со сковородки и ошпарившись.
Могло ли быть, что богиня указывала ей на книгу и все, что в ней было написано? Она быстро пролистала ее, остановившись на некоторых фотографиях. Хвойные леса, ледники, вулкан… Вдруг Арианна задохнулась и минуту не могла дышать. Она начала медленно переворачивать страницы. Там была фотография Агабы Сина и высокой фиамской женщины. Они держались за концы вертела, на который было насажено большое животное. На другой фотографии Агаба Син стоял на окраине деревни.
Арианна лизнула пальцы и перевернула страницу. Агаба Син был изображен на следующей фотографии с пожилой женщиной племени Нукса. Это была та самая, которая убегала от бенара.
Уинн снова вернулся и сел на диван.
— Хочешь еще чая?
Хотела ли Нагали, чтобы она поехала на планету Фиама? Наверное, там было лекарство от ДЛП и существовала угроза потерять его из-за бенаров.
— Маленькая Птичка?
Мысли-нашептывания вмешались: «Не поймаешь! Не поймаешь!»
— Арианна!
Голос Уинна был у самого уха. Быстрым движением она захлопнула книгу, одновременно подавив голоса ДЛП. Изобразив на лице улыбку, Арианна взглянула на него.
В результате блюдо, приготовленное вице-королем, было приготовлено более чем хорошо. Она ела, как будто сто лет голодала. Они пальцами отделяли мясо от костей, смеялись и кормили друг друга хлебом с маслом, твердым сыром гонатейла, забыв о чае и перейдя к вину.
Уинн все это время оказывал ей внимание и не отвлекался. Ей была приятна его забота. Возможно, он боялся приступа. Неважно, какие у него были причины, его живой и веселый взгляд увлекал Арианну. Она отдыхала с ним. На несколько минут ей удалось посмеяться в ответ на издевки мыслей-нашептываний и не вспоминать о волнениях, принесенных вещим сном Нагали.
Арианна упала на кровать рядом с Уинном, чувствуя приятную тяжесть в желудке. Она прижалась к нему, он обвил ее рукой.
— Нагали, как было хорошо, Уинн, — выдохнула она.
— Спасибо, Маленькая Птичка. Немного тяжеловато для пищеварения, но согревает. Тебе нужна энергия. Я украл у тебя всю.
— И еще украдешь, да?
Он оценивающе посмотрел на нее.
— Еще, и еще, и еще, — хрипло шепнул он.
Арианна слегка вздрогнула и посмотрела в окно. Солнце скрылось за пурпурной дымкой, поднимающейся со стороны гор. Тени стали длинными, и песок, поднимаемый ветром, стучал в окна. В вечерней тишине ДЛП начал речи о планете Фи-ама: «Давай, давай. Попытайся найти от нас лекарство. Только попробуй и попадешь к бенарам. Ступай и умри такой смертью, если хочешь».
Уинн проследил за ее взглядом.
— Ночью будет буря, — сказал он. — Кажется, она как раз вовремя. Температура опустится на добрые двадцать градусов, и к нам не будет доступа два дня. В административном здании останутся лишь инженеры-строители, если начнется буря.
Он улыбнулся.
— Я могу работать здесь, так что тебе придется терпеть мое общество.
— Мне было бы тяжело отказаться от такой перспективы.
Уинн в ответ поцеловал ее нежным щекочущим поцелуем. Затем он отстранился, отпустив ее, и протянул руку назад к полке за кушеткой. Он открыл маленький резной ящичек и вынул оттуда коробочку еще меньшего размера. Уинн открыл коробочку.
— Я купил это тебе перед свадьбой и ждал случая, чтобы подарить. Я хотел быть уверенным, что ты примешь подарок.
Это было золотое кольцо, инкрустированное рубинами и бриллиантами, маленькое и изящное.
— Какое красивое, — прошептала Арианна.
— Камни символизируют союз наших кланов. — Уинн вынул его из коробочки и надел на палец Арианны. Оно сверкнуло в тусклом полуденном свете.
— Благодарю тебя, мой лорд, — сказала она.
Уинн еще раз поцеловал ее, прижав к себе и лаская ее волосы.
Как она могла думать о том, чтобы покинуть этого человека, лишиться его лучистого взгляда, нежной заботы о ней и его любви? Он опять притягивал ее волю, лишая ее сил сопротивляться. Где-то в глубине ее сознания смеялся ДЛП.
На следующий день Арианна сидела за обеденным столом рядом с Уинном, помогая ему разбираться в корреспонденции. Это были текущие бумаги, в основном приказы и предписания, деловые письма и военная переписка. Там были меморандумы, хозяйственные счета и счета, требующие срочной оплаты.
Небольшой приступ украл у них несколько часов, но Уинн быстро увлек ее в Полусвет. На этот раз он воссоздал базар в древнем Алунатаборе. Они шли мимо прилавков, проталкиваясь сквозь толпу. Торговцы вразнос кричали, нахваливая свой товар, и она даже ощутила запах мясной грудинки, поджариваемой на жаровнях. Она испугалась при наступлении фазового периода. ДЛП хохотал и фыркал, стреляя очередями в ее мозгу, но Уинн сражался с паразитом и победил его.
Арианна взглянула на мужа. Зависеть от другого человека, даже такого, как Уинн, было невыносимым. Ненависть Арианны к этому факту заставила принять не менее болезненное решение. Она отправится на Фи-аму за лекарством от ДЛП. Если она этого не сделает, Нагали сохранит повод для недовольства, и галлюцинации, сопровождаемые противными замечаниями мыслей-нашептываний, усилятся.
— Я опять голоден, — пробормотал Уинн, протягивая фрахтовый счет к раскаленному светильнику. — Мне кажется, что я становлюсь слепым.
— Отдохни, и ты почувствуешь себя лучше, — предложила Арианна. — Хочешь, сделаю тебе травяные примочки? Мягкая вата, смоченная в круто заваренном анеразеле, принесет облегчение твоим глазам.
— Если ты так будешь заботиться обо мне, Маленькая Птичка, я никогда не покину этой квартиры, — ответил он. — Может быть, позже. Я думаю спуститься в зал поговорить несколько минут с Микаэлем. Он любит поболтать, так что я, по крайней мере, не должен буду много читать.
— Пока ты будешь там, я рассортирую меморандумы и письма. Я сейчас чувствую себя хорошо.
— Прекрасно! — Уинн встал, подвинув стул. — Я недолго.
— Чем позже придешь, тем больше тебе будет работы. Так что не торопись.
— Не будь слишком усердной, командир, — усмехнулся Уинн и исчез за дверью.
Арианна просеяла стопку бумаг, разыскивая самые короткие — что-нибудь быстрое и легкое для просмотра. На глаза попался эдикт Микаэла.
Приказ по Лиге — номер 4В801
по. Сектору безопасности, клан Форрест Всем командирам батальонов.
Входит в силу немедленно. Закрыть для гражданского движения дорогу, ведущую к космическому порту. Ввести ее патрулирование и установить контрольные посты.
Не пропускать в космический порт никакие транспортные средства без письменного разрешения из штаба Начальника Службы безопасности. Транспортные средства, не имеющие разрешения, должны временно задерживаться, и их груз досматриваться. Персонал, находящийся на этих средствах, должен задерживаться и допрашиваться.
Доступ в космический порт закрыт для всех лиц, не имеющих разрешения. Как она покинет планету, если не сможет добраться до «Солнечного Ветра»?
Уинн обнаружил, что Микаэл просматривает газеты, положив ноги на край стола, пиджак расстегнут, в волосах след от проведенной по ним руки. Он поднял глаза на Уинна, кивнул ему и щелкнул пальцем по странице.
— Видел это?
— Нет. — Уинн наклонился над братом и пробежал глазами по колонке.
Галактическая Пресса Лиги — Алун, Третичный Цикл, День 77.
Лорд клана Иннандейл Иссик Хендерсон-Стюарт 58, был найден сегодня мертвым в своих покоях. Причиной смерти явился сердечный приступ. Главный инспектор Дан Кори заявил, что признаков насилия нет. Хендерсона-Стюарта обнаружили привалившимся к маленькому столику, за которым он писал письмо своей дочери Дженнифер. Кори отказался прокомментировать содержание письма.
Смерть Хендерсона-Стюарта оставляет много вопросов, требующих ответов. Сын лорда клана Джеффри недавно погиб в столкновении с бенарами, и у клана не осталось наследника. Хендерсон-Стюарт недавно объявил о помолвке своей дочери с Агабой Сином Мешрани, который после свадьбы должен был войти в клан. Свадьба не успела состояться до смерти Хендерсона- Стюарта, и клан остался без преемника. По законам Лиги в данном случае Дом со всей его собственностью оказывается под опекой Высшего клана до тех пор, пока не появится наследник.
Администрация Верховного вождя провела этим утром пресс- конференцию через час после трагедии. Было объявлено, что опека над имуществом Хендерсона-Стюарта будет осуществляться Администрацией вице-короля. Вице-король не сообщил, каким образом будет выбран наследник, и отказался прокомментировать будущий брак между Агабой Сином Мешрани и дочерью Хендерсона-Стюарта Дженнифер.
— У меня не было случая спросить тебя, — сказал Микаэл. — Как Агабе Сину удалось изобразить видимость сердечного приступа?
— Он сделал с ним то же, что планировал сделать со мной, — ответил Уинн. — Перенес его дух в Полусвет. Мне, правда, неясно, как ему удалось уговорить того. Может, пообещал, что там золото под ногами валяется и ждет, когда его подберут.
— Итак, тело его умерло, а дух в другом измерении?
— Нет, если Мешрани выполнил уговор. Предполагалось, что он должен был заманить Хендерсона-Стюарта в Полусвет прикончить его там этим своим проклятым мечом. Судя по отчетуи медицинского эксперта, сделанному по эту сторону пространственно-временного континуума, я сказал бы, что он именно так и поступил. Об этом свидетельствует дыра в сердце.
Арианна Центури сидела за компьютером в алькове своих покоев. Она нажимала пальцами на кнопки клавиатуры, но не могла понять слова, возникающие на экране. Мигание курсора вводило ее в транс. Попытка сконцентрироваться была испытанием воли, потому что мысли ее постоянно возвращались к Уинну Форресту. Песчаная буря, наконец, кончилась, и он вернулся на один день в свой офис, ворча на всех, кто осложнял его жизнь своими мелкими проблемами. Он задержался в двери, крепко обняв Арианну. Улыбка, и он ушел через холл, чтобы прихватить брата на брифинг в Генеральный Совет.
Арианна встряхнула головой, прогоняя оттуда образ мужа. Она думала о своем плане два дня, в результате придумав, как она получит разрешение проехать в космический порт. Конечно, она была женой вице-короля, но кто-нибудь мог все же потребовать письменного разрешения.
Она оторвала взгляд от гипнотического мигания на экране и стала изучать графическое изображение пропуска, выдаваемого Администрацией вице-короля.
Именно Уинн подсказал ей, как можно получить доступ в космический порт.
В течение длинного разговора вечером он сказал, что часто работает дома, когда погода плохая, используя компьютерную связь с главным компьютером в административном центре. Он имел право доступа практически везде и поэтому было легко установить связь через его личный компьютер, так как он сам сказал ей пароль.
Введя бланк в компьютер и послав его в отдел безопасности, можно было получить его копию и захватить с собой. Тогда она могла проехать через все посты, не вызвав подозрений.
Больно было делать это за его спиной. Он верил ей, а она обманывала его доверие. И все же было бы так чудесно избавиться от ДЛП и не принимать больше доз, не слышать голосов- нашептываний. Уинн сможет отдохнуть, и ему не придется все время заботиться о ней. Если он, конечно, примет ее назад, после того как она найдет лекарство.
Арианна Центури посмотрела на пропуск и вздрогнула. Осталось только нажать кнопку, и он будет послан в отдел безопасности, выполнен в трех экземпляpax. Копия поступит вице- королю в течение недели. К этому времени ее уже не будет на Алуне. Будет ли она готова? Сможет ли попасть на «Солнечный Ветер»?
Женщина встала и потянулась, расправляя мускулы спины. Она отвернулась от компьютера, взгляд ее упал на картину, висящую напротив алькова. На Кор-сикате художники считались порочными, но она находила привлекательность в этой работе. Подумать только, что ее муж был частью той же жизни, в которой жила и она. Улыбка ее исчезла.
Нагали! Почему она всегда возвращалась мыслями к Уинну?
Арианна Центури снова повернулась к компьютеру и нажала на клавишу, посылая приказ подготовить документ.