слышали об этом? «Неужели никто не подумал вас предупредить?»

OceanofPDF.com

43

Время от времени Стивен Тэплоу лгал своим агентам, представляя более оптимистичный взгляд на операцию, чем он был на самом деле. Он делал это, чтобы сохранить их доверие. Он делал это, чтобы удержать их на своей стороне. Управлять чужими людьми было тонким искусством, и его давно научили, что допустимо манипулировать правдой, если офицер хоть немного думает о долгосрочной выгоде.

Итак, Тэплоу солгал Марку о Тимоти Лэндере. Он не просил SIS выследить его, потому что МИ5 сама сделала это двумя неделями ранее, используя записи телефонных разговоров, полученные от Дивисара. На самом деле, он никогда не хотел, чтобы SIS...

играть какую-либо роль в расследовании дела Кукушкина из-за опасений, что он потеряет контроль над делом, а также из-за более личных опасений, что обнаружится, что Кристофер Кин был агентом МИ5.

Сделки Кина со швейцарским банком также послужили удобной дымовой завесой, которую Тэплоу использовал, чтобы склонить Марка к сотрудничеству; не было никаких доказательств того, что Кукушкин или какой-либо другой синдикат хранили средства в Лозанне. Более того, в такси Тэплоу не раскрыл своего намерения завербовать Юриса Духева; предположение Марка попытаться сделать это было всего лишь совпадением. В течение семи недель аналитики Службы взвешивали риски, связанные с запуском латвийского агента. В воскресенье Тэплоу сделал своё предложение.

Команда досконально знала распорядок дня Духева. Каждое утро он вставал в шесть, обычно включал телевизор в гостиной своей квартиры, ругался на родном языке, принимая душ, а потом бежал к дочери в Елгаву, чтобы перехватить её перед уходом на работу. Между пятью минутами восьмого и десятью минутами восьмого он проходил пятьдесят метров до засаленной закусочной на улице и садился у окна. Оказалось, что Духев обожает британские завтраки. Тельма, которая управляла кафе пятнадцать лет, знала его в лицо и знала его заказ: много кровяной колбасы, горсть печёных бобов, две яичницы-глазуньи, как минимум три свиные сосиски, несколько ломтиков бекона и пара жареных помидоров, с которых сочится семечка. Духев всё это съедал, день за днём вытирая тарелку тостами, перемазанными маргарином. «Босс, поторопись, босс», — шутил Ян. «Мы не будем осторожны, он умрет от сердечного приступа прежде, чем сможет нам помочь».

Тэплоу ждал в кафе с шести сорока пяти утра в воскресенье, просматривая скудные и предательские материалы « Ньюс оф зе уорлд» . Духев появился полчаса спустя, запивая завтрак тремя чашками безразличного и обжигающего кофе Тельмы. Йен оставил фургон снаружи – просто для наблюдения – но оказалось на удивление легко завязать разговор, вывести Духева на прогулку по Шепердс Буш и дать ему понять, что за ним ведется круглосуточное наблюдение и что он будет отбывать срок, если не окажет правительству Ее Величества полное содействие.

Видите ли, Тэплоу знал всё о земле в Андалусии – подарок от Марка в последнюю минуту – и всё о боснийской проститутке в Парк-Вест-Плейс, которую Духев трахал и избивал за спиной Тамарова. Тэплоу, конечно же, не проболтался о Маклине и не выдал никакой осведомленности о заговоре «Либра». Этого было достаточно, чтобы дать понять, что его дни как преступного деятеля сочтены. Ему предложили щедрую сумму денег в обмен на сотрудничество – и посоветовали держать рот на замке.

Сорок восемь часов спустя время выступления Тэплоу стало предметом бурных дискуссий как в Темз-Хаусе, так и в Воксхолл-Кросс.

Почему, например, Тэплоу рискнул сообщить высокопоставленному деятелю организации Кукушкина о присутствии правоохранительных органов, не имея стопроцентной гарантии, что Духев сдастся? Более того, почему он пытался завербовать латыша как раз в тот момент, когда Марк укреплял отношения с Тамаровым в понедельник вечером? Позже, представ перед угрюмым комитетом начальства, Тэплоу пришлось отчитываться о каждой минуте выходных, начиная с поездки на такси с Марком и Яном в субботу утром и заканчивая событиями вечера понедельника.

Он раз за разом настаивал на том, что были приняты все меры предосторожности. Тамаров подтверждал место ужина в отеле «Сент-Мартинс-Лейн» не менее трёх раз. Было установлено место зарезервированного им столика и приняты меры по обеспечению звукоизоляции этой зоны ресторана. Отдельный стол, занятый сотрудниками службы безопасности, также был зарезервирован для наблюдения. Марк согласился поехать на встречу на машине и установить на свой автомобиль прослушку, пообещав, что подвезёт русского в конце вечера и попытается завязать разговор о Маклине. Иэну Бойлу было поручено следить за машиной от квартиры Марка на Торриано-авеню.

Мало что из этого произвело впечатление на членов комиссии, которые почуяли кровь и, казалось, были полны решимости уничтожить Тэплоу. Что-то вроде

Будучи бюрократом, ставящим точки над i и перечёркивающим буквы «t», Тэплоу, тем не менее, подумал, что в контексте институтов проявляется нечто упрощённое в человеческой природе. Обычно отзывчивые и здравомыслящие коллеги внезапно проявили себя в его несчастье.

Казалось, его сверстники получали такое же удовлетворение от страданий и краха одного из своих, как от успешного ареста и осуждения закоренелого преступника. В конце концов, любое развитие событий может быть завершенным, в том или ином смысле.

OceanofPDF.com

44

Бен разобрался с этим за десять минут.

Роберт Боун был мёртв уже три недели. ЦРУ, получив уведомление об убийстве, получило доступ к дому Боуна в Нью-Гэмпшире и обнаружило копию его письма Бену на компьютере или в текстовом редакторе. СИС немедленно получила уведомление, и связь со смертью Кина была установлена. Затем были отправлены группы – возможно, из Специального отдела – чтобы получить оригинал письма от Элджина Кресент, а вторую копию отправить в квартиру Марка на Торриано-авеню. Вот почему Марк так и не получил письмо; вот почему оригинал пропал из коробки из-под обуви в студии. СИС

Затем Маккрири поручил убедить Бена, что теория Боуна о Костове – это обман, состряпанный американцами. Встреча в Британском музее была подстроена: Маккрири дождался, пока Бен останется один, а затем хладнокровно напоил его Гиннессом и ложью. SIS замалчивала факт убийства его бывших соратников и сотрудников, совершаемого ренегатом КГБ. Маккрири знал всех, кто был ответственен за убийство своего друга, но скрыл правду, чтобы защитить репутацию британской разведки.

Однако Бен не мог понять, есть ли связь между Костовым и Кукушкиным. Не было ясно и то, что Боун сделал, чтобы спровоцировать такой акт мести. Бен предполагал, что ЦРУ также было замешано в вербовке Миши, но чувствовал, что ответа на этот вопрос он никогда не узнает. Возможно, смерть Боуна была просто совпадением, случайным актом американского насилия, обрушившимся не на того человека. Не в первый раз Бен чувствовал себя гнетущим неведением, смущённым как своим скудным пониманием фактов, так и лёгкостью, с которой Маккрири его обманул.

Ближе к девяти часам, из чистой целесообразности, он решил рассказать Элис о работе брата на МИ-5. Поначалу её реакция на новость была сдержанной и оптимистичной. Сидя у открытого окна на кухне, чувствуя, как по коже пробегают мурашки от зимнего воздуха, Элис очень тихо слушала, как Бен документирует масштабы участия Маклина в российской организованной преступности, и, казалось, была рада, что Рот почти наверняка пострадает из-за этого.

«Он ничего об этом не знает», — сказала она с убежденностью, которая раздражала Бена. «Когда он узнает, он сойдёт с ума».

Бен спросил ее, откуда у нее такая уверенность, и она едва екнуло.

«Просто поговорив с ним, у меня сложилось впечатление, что сейчас Libra в основном управляется Маклином. Себ слишком занят другими проектами».

«Какие еще проекты?»

«Ну, для начала, ресторан, о котором я писал».

«Но Маклин тоже в этом замешан».

«Только в качестве правоспособного. Том — всего лишь партнёр».

Они сидели на кухне за ужином, состоящим из пиццы на вынос и колы в плоских бутылках. Бену нравилось собирать вещи, находить их структуру и форму. В какой-то момент он облокотился на стол и, казалось, выхватил идею из воздуха.

«Тебе стоит написать об этом, — сказал он, — обо всей этой херне, которую вытворяют «Либра». Тебе стоит написать о Костове, обо всей этой хрени. Вот чего они боятся. Вот чего СИС не остановится ни перед чем, чтобы предотвратить это. Это может очень помочь твоей карьере».

Элис в ответ только пожала плечами и беспокойно поерзала на стуле, словно что-то упиралось ей в спину.

«Со мной что-то случилось, — сказала она. — SIS не может ничего об этом знать. Они не должны знать о связи Кукушкина с Libra».

И Рэндалл, вероятно, понятия не имеет, что Костов разгуливает по округе, убивая МИ-6.

агенты».

'Объяснять.'

Алиса начала разминать плоть на ладони, как будто это могло помочь ей думать.

Всё просто. Если бы Маккрири знал, чем занимается Маклин, если бы он знал, что Кукушкин отмывает деньги через Libra, он мог бы свалить в убийстве отца на русскую мафию. Это очевидная версия МИ-6.

«взял бы».

«А как же письмо Боуна?»

«Именно это я и говорю. Когда вы разговаривали с Маккрири в пабе, почему он не рассказал вам о связях Маклина с мафией? Это был бы идеальный ответ на историю с Костовым. Это сразу сбило бы вас со следа. Но вместо этого он обвиняет инструктора по дайвингу на Каймановых островах и какой-то частный банк в Лозанне».

Бен кивал, выискивая изъян в теории. «А Рэндалл?»

«То же самое», — Элис встала. «Рэндалл не знает о Костове. И он никогда не слышал о Мише. Люди Маккрири держат всё в тайне. Разведке меньше всего нужно, чтобы МИ5 смеялась над ними. Они, должно быть, с ума сходят, пытаясь выследить Костова».

Бен был поражён простотой решения. «Ты прав», — сказал он. «А Марк ничего не собирался говорить Рэндаллу, потому что не поверил письму Боуна, особенно услышав мнение Маккрири. Он считал всю эту историю с Костовым чушь собачью».

«Именно». Элис вошла в гостиную в поисках сигарет. «Нам нужно сказать твоему брату», — сказала она.

«Он не отвечает на мои звонки. Я уже трижды пытался».

«Тогда оставьте ему ещё одно сообщение. Чем раньше он об этом узнает, тем лучше».

OceanofPDF.com

45

Но Марк уже направлялся в отель «Сент-Мартинс-Лейн» и упорно отказывался разговаривать с Беном. Было ошибкой вовлекать его в свою работу на МИ5. Втянутый наконец в нечто более сложное, чем нанесение краски на холст, младший брат окончательно запутался.

Поведение Марка казалось оправданным, когда он услышал тон первого телефонного сообщения Бена чуть позже шести. Он как раз входил в дверь из «Либры» и проигнорировал звонок, когда заметил, что его отправителем был Элджин Кресент. Последующее сообщение, прозвучавшее в гостиной, представляло собой торопливую, глотающую слова тишину о «чёртовом Джоке» и «Судоплатове», и Марка разозлило, что Бен неосторожно упомянул их имена по стационарному телефону.

Два часа спустя, отправив не менее трех текстовых сообщений с просьбой «ПОЗВОНИТЕ МНЕ», Бен позвонил снова, но Марк брился в ванной, слушая радио, и новость о смерти Боуна прошла мимо него.

Он сожалел о своей исповеди в саду; всё было проще до неумелого вмешательства Бена. До среды Марк считал свою работу для Рэндалла личной, достойной данью памяти отца и злился на себя за то, что не хватило смелости продолжить это дело тайно. По крайней мере, сегодня вечером у него была возможность встретиться с Тамаровым наедине и развить их отношения без вмешательства Бена.

Тэплоу вышел на последний контакт в семь тридцать, чтобы убедиться, что Марк готов. Поскольку встреча состоялась в воскресенье, он снова избегал упоминания о том, что Иэн будет сопровождать машину Марка до встречи, и ничего не сказал о наблюдателях, которые будут находиться напротив столика Тамарова в отеле «Сент-Мартинс-Лейн». Это была стандартная оперативная процедура: он не хотел, чтобы Марк сомневался в местонахождении сотрудников МИ5 во время встречи.

«Будьте уверены, мы будем пристально следить за вами на всем пути», — сказал он.

«Просто идите туда, куда вас ведёт Тамаров, не пытайтесь ничего торопить. Важно выглядеть уступчивым, но не жадным или жадным».

Помните, он видит в вас важнейшую составляющую долгосрочного успеха Кукушкина.

Примите его предложение о работе, но задайте правильные вопросы о контроле и

иерархия. Скажи ему, что тебе нужен перерыв после того, что случилось с твоим отцом, и что Рот поймёт твою ситуацию.

В десять минут девятого Марк выбрал свой любимый костюм от Hayward, а затем, сознательно выражая свой долг перед Кином, бледно-голубую рубашку Brooks Brothers, принадлежавшую его отцу. Она сидела идеально, словно сшита на одну фигуру. В очередной момент осознанного сентиментального переживания Марк выбрал пару серебряных запонок, которые мать подарила ему на двадцать первый день рождения. У него оставалось пятьдесят минут, чтобы добраться до отеля на встречу в девять часов, и время выпить пива в гостиной, прежде чем идти к машине. Спешить не было смысла.

Он включал телевизор, когда Тамаров связался с его мобильным телефоном.

Взглянув на дисплей, Марк почувствовал укол тревоги, что звонит, чтобы отменить ужин. Выключив телевизор, он поставил напиток на пол и сказал:

«Владимир?»

«Да, Марк, привет».

«Все в порядке?»

«Планы меняются, друг мой. Планы меняются». Его голос был весёлым и непринуждённым; трудно было представить выражение его лица. «Я собирался позвонить раньше, но был очень занят на работе. Извините». Казалось, будто русский звонил из заброшенного здания; эхо отдавалось в открытом пространстве. «Возможно, мы могли бы встретиться за ужином через час. Я изменил нашу бронь». «Это приемлемо?»

Марк улыбнулся ошибочной идиоме и сказал: «Да, без проблем».