Теперь, как офицеру разведки, такая ситуация кажется мне большой Возможность – и именно так твой отец это увидел. Довольно скоро вся его смыслом пребывания в Центральной Азии была вербовка членов Советские военнослужащие и медицинский персонал в качестве агентов британской разведки.

Русские превратили Афганистан в большой черный рынок, и солдаты от нечего делать просто бродил вокруг, обменивая бензин, продовольственные пайки, военная одежда и обувь, даже продажа собственного Оружие и боеприпасы, чтобы раздобыть наркотики или алкоголь. Так было возможно для опытного сотрудника разведки, свободно владеющего русским языком Твой отец был, чтобы создавать ситуации, в которых он сталкивался с врагом из первых рук.

Одним из таких людей был молодой солдат, который начал там и тогда высказать все, что происходило, не осознавая кем на самом деле был твой отец, и, вероятно, тебя это тоже не слишком заботит. Его Имя было Миша Костов, и Кристофер не мог знать этого в тот момент. время, но он был едва ли не лучшим потенциальным советским агентом, каким он когда-либо был Он собирается заполучить его. Миша, я никогда его не встречал, конечно, но я знаю, что он был славным ребенком – его призвали в армию в возрасте двадцати лет, и был задрафтован, кажется, в апреле 85-го. Как он рассказал твоему отцу, он сделал около десяти недель базовой подготовки по ведению боевых действий в пустыне и горах в лагерь в Термезе перед отправкой поездом на советский сборный пункт в Ашхабад, а затем в Кабул по воздуху. Это была стандартная процедура. На этом этапе своей военной карьеры парень взволнован – он не только получает послужить Матери-России, но по возвращении домой его будущее выглядит безоблачным.

Афганским ветеранам предоставлялось преимущественное право, когда дело касалось найти работу или место в хорошем университете, приличную квартиру в В Москве. К тому же, парень из российской армии служит два года в В Афганистане это считается эквивалентом шести у нас на родине, так что если все идет хорошо, Миша быстро продвигается по службе и утроил свой зарплата.

Только он обнаруживает, что в его подразделении были ребята, которые сражались только за Личная выгода. Никакой идеологии. Миша — молодой человек, и он начинает понимать, что мы живем в эгоистичном мире, что Каждый сам за себя. Патриотизм? Забудьте о нём. Большая часть его товарищам сообщили, что они отправляются в Афганистан сражаться с иранскими и китайские наемники, чтобы строить детские сады и школы для афганцев Дети. А потом они приходят и видят, что это полная чушь. Солдаты... скучающие, беспокойные и – в 85/86 – все больше осознающие, что они Мы никогда не выиграем войну. Эти люди гораздо моложе, чем ты, Бен, без женщин вокруг и без дела, кроме как курить Гашиш или опиум, может, вколоть немного кокнара. Конечно, мы немного покурили. травку во Вьетнаме, но Афганистан был как проклятый Вудсток. Агентство позже подсчитало, что по меньшей мере полмиллиона молодых советских мужчин были подвергались воздействию наркотиков того или иного вида во время службы в Афганистан. И когда они вернулись домой, они взяли эту проблему с собой. их.

Ну и, конечно, был алкоголь. В конце концов, они же русские. точка - независимо от Кристофера и Миши - я допрашивал советского солдат, который рассказал мне, что ребята в его подразделении пили одеколон, антифриз, клей, даже тормозная жидкость, чтобы просто напиться. Но насколько Твой отец мог сказать, что Миша был более здравомыслящим. Армия была полна с самозванством, грабежами, репрессиями, пытками, но он держался в стороне, Он не высовывается. Только постепенное влияние коррупции на его Моральный дух брал свое, и именно на это полагался твой отец, именно на это Нам пришлось занять циничную позицию. В отделение Миши приходили мужчины. с линии фронта каждый день, и истории, которые они рассказывали, были просто Ужасно. Гигиена, например, никакая. Вот они пытаются бороться. одна из самых современных, закаленных в боях армий сопротивления в история и русские солдаты вынуждены бороться с дизентерией, гепатит, желтуха, малярия, тиф, кожные инфекции, вызванные

просто не имея доступа к душу или даже горячей воде – иногда на месяц. Чистые простыни, чистое нижнее белье – это неслыханно для Эти мужчины. Когда они едят, они используют алюминиевые тарелки, которые не были Убирают за несколько недель. В пустынных районах повсюду песок и вши, Тепловой удар и обезвоживание, а зимой – обморожение. Миша был крепким, и он мог с этим справиться, но он не мог выносить слушать ночь за ночью ребятам, которых уничтожала война.

Через некоторое время его перевели на запад, к границе с Ираном, и ввязались в одни из самых тяжелых боев, которые когда-либо знало подразделение Там. Твой отец начал беспокоиться, что не вернётся.

Прости меня за эти слова, Бен, но я думаю, что в каком-то смысле Миша... стал ему почти как сын. Конечно, он вернулся в Кабул, и это Именно тогда он сказал Кристоферу, что несколько его товарищей пришли в конфликт со старшими солдатами в их подразделении. Советская армия имеет то, что они называют «стариками», ветеранами, которые, независимо от звания или способностей, имеют негласное право максимально усложнять жизнь молодым призывникам.

Если вы прослужили в армии меньше шести месяцев, это может быть тяжело и молодые новобранцы, некоторым из которых было всего шестнадцать или семнадцать лет, были вынуждены чистить туалеты зубными щетками, бегать по лагерю в одежде противогазы, пока они не теряли сознание или просто не просыпались среди ночи ни за что Лучшая причина, чем та, которой хотели старики. Культура была настолько... укоренившись, вы могли бы даже заставить высокопоставленных офицеров отдаться на милость их подчиненных просто потому, что они были моложе или прослужили меньше времени.

И, конечно, если бы они попытались пожаловаться своим командирам, Лечение только ухудшалось. Ирония заключалась в том, что эти солдаты были там, чтобы сражаться с моджахедами, но их настоящим врагом оказался быть самими собой.

В отряде Миши был один мусульманин, который, насколько мы могли судить, Скажите, он только что закончил школу в Узбекистане. Как я уже говорил, было много негативных чувств между славянским большинством и

«чурки», советские мусульмане из южных республик. Издевательства в Дело зашло так далеко, что он пропал на два дня. Полк поехал сами сходили с ума, разыскивая его, гадая, не дезертировал ли он в повстанцев, но в конце концов его выследили до его деревни в Узбекистане.

Каким-то образом ему удалось получить пропуск домой и просто убежать. SW Советы поместили его в одиночную камеру на три недели, а затем его вызвали

Возвращаемся на фронт, и жизнь в казармах становится ещё хуже. и наказание на таком уровне, о котором Миша даже не хотел говорить. Он был Мне стыдно, я думаю. Это гордый сын Советской России, у которого падает весы. от его глаз. Кристофер позже узнал, что старики избили этого Мусульманский мальчик каждую ночь с железным прутом и что его насиловали другой солдат, по крайней мере, дважды. Он написал письмо домой в Узбекистан, умоляя отца забрать его оттуда, но что А его отец что? Парень уже однажды сбежал, он – пятно на репутации. Семья. Помощь не приходит, и происходит неизбежное. Однажды ночью я прокрался В 2 часа ночи он встал с постели, пошел в ванную с ножом и перерезал себе горло.

Ему было восемнадцать лет.

Весной Мишу снова отправили на фронт, на этот раз на юг. в сторону Кандагара, но новый командир роты, по имени Рудовский, был направлен в его подразделение, потому что предыдущий парень погиб.

Рудовский пришел с сообщником Доменко, сержантом, которого ударили по Спиртное и уголь круглосуточно, каждый день. Вот тогда и начались зверства. лето бессмысленной резни, ужасным свидетелем которой стал Миша.

Хуже всего было в августе, когда отряд захватил дюжину афганцев. Дети, вооруженные всего несколькими ружьями для охоты на птиц, просто пытаются внести свой вклад в общее дело. Сопротивление. Русские находятся всего в десяти кликах от их базы и Миша предлагает передать их Службе безопасности Афганистана. Но Рудовски задумался. Он приказывает афганским детям раздеться догола и… начинает связывать их по рукам и ногам. Потом кладёт их на дорогу и... Рудовски говорит одному из водителей, чтобы тот переехал их бронированной машиной. БМП. Водитель БМП сказал, что не будет этого делать, и ни один несколько других солдат. Рудовский знал достаточно, чтобы не спрашивать Миша. В конце концов я повернулся к Доменко и сказал что-то вроде:

«Покажите этим трусам, как любить Родину», а затем Доменко забирается в БМП и просто переезжает детей и давит их.

Когда Миша вернулся в Кабул, он рассказал обо всем этом отцу. и информация попала в CX, который был прочитан на самых высоких уровнях правительства как в Великобритании, так и в США. Но к тому времени он уже был изменился человек, пристрастившийся к опиуму, не мог жить без него, и он стал небрежным. Кристофер, который, возможно, был более вовлечён, чем он должен был быть, и слишком расстроен тем, что происходит, был предназначен для как-то вытащить Мишу из Афганистана, даже если это было всего лишь

Исламабад. Он, как и я, боялся, что Миша его раскроет.

Но он не мог получить разрешение от СИС. Ничто не должно было быть разрешено. разрушить иллюзию, что западные разведывательные службы приняли пассивную роль в афганском конфликте, предлагая гуманитарную помощь и Ничего больше. Неважно, что Советы знали всё о ЦРУ и разведывательной службе.

Активность на этом этапе. Случилось так, что Миша был взорван. армия заподозрила неладное, и его заметили по пути в тайная встреча с вашим отцом, а затем казнён по решению суда военный.

Это совершенно секретная информация, Бен, но она имеет решающее значение для моей теории. о том, что произошло в Лондоне, и я не думаю, что это правильно, что вы и Марку не следует знать правду. Когда Советский Союз... Архивы были открыты, и аналитики западной разведки смогли разгадать многие из самых тщательно охраняемых секретов Холодной войны, я выяснилось, что отец Миши работал в КГБ.СИС и Кристофер всегда считал, что он просто человек среднего звена. госслужащим в Москве, но через мои старые связи в Агентстве – я ушел в 92-м – мне удалось узнать, что Дмитрий Костов прооперировал в составе секции Первого главного управления, известной как Департамент V.

Отдел «В» был относительно новым подразделением КГБ, созданным в конце шестидесятых годов, чтобы заменить Тринадцатый департамент СГО, который организовал То, что мы раньше называли «мокрыми делами». Убийствами, если можно так выразиться.

Номинально Департаменту V было поручено только осуществление актов саботаж, но под контролем Андропова есть веские доказательства предполагают, что убийства продолжались.

Я боюсь вот чего. Когда Миша пропал, СИС забеспокоилась, что он... Возможно, вы раскрыли личность вашего отца советским военным до его смерти. казнь. Кристофера вывезли из Афганистана в качестве меры предосторожности и переведён в Китай. Его карьера так и не восстановилась, и когда СИС была В начале 1990-х годов Макколл провел реорганизацию компании и отстранил ее от должности.

Нечто очень похожее произошло с отцом Миши, почти как зеркало.

Когда выяснилось, что его сын выдавал секреты Британец, Костов был уволен из КГБ и направлен в Минск для Обработка трудовых книжек. Он начал пить, потерял жену, и только вернулся в Москву после путча, когда его старые друзья из КГБ, большинство из них

которые управляли страной в том или ином обличье, смогли найти его работа.

Это то, что я знаю. У Костова было множество псевдонимов – Калугин, Судоплатов, Соловьев – и я так и не смог его разыскать. время и снова я бы поговорил с твоим отцом о возможности Костова Он напал на него, но он просто не хотел говорить о Мише. Он чувствовал, что... Убил человека, послал его на смерть. И в сочетании с чувством вины, которое он испытывал, что касается вас и Марка, боль часто было трудно переносимой.

Твой отец был гордым человеком и просто смеялся над моими беспокойствами.

«Как Костов вообще меня найдёт?» — говорил я. «Он даже не знает, мое имя». Я был просто сторонником теории заговора, еще одним параноидальным американцем, который Не мог отказаться от работы. Но никто не был в безопасности – список сотрудников SIS

Офицеры по всему миру были опубликованы в Интернете около пяти лет назад. Ваш Имя отца было в этом списке.

Я бы настоятельно рекомендовал вам передать эту информацию в полицию, если бы я думал, что они будет разрешено действовать в соответствии с этим. Я долго пытался предупредить SIS о проблеме. Давно, но мосты там сожжены. Всё летит в тартарары. уши.

Мне жаль заканчивать на такой грустной ноте, но мне понравился Кристофер. И его утрата глубоко затронула меня. Пожалуйста, свяжитесь со мной по указанному адресу, если Если вы хотите обсудить что-то из того, что я написал здесь сегодня, вместе мы верю, что мы можем решить эту ситуацию и, возможно, помочь оставить прошлое позади нас.

Искренне Ваш,

Роберт М. Боун

Закончив читать письмо, Бен продолжал смотреть вниз последней страницы, словно ожидая новых слов. Некоторое время он оставался в таком положении, скрестив ноги, посреди комнаты, не зная, как действовать дальше. Как ни странно, какая-то инстинктивная часть его всё ещё желала оставаться в неведении относительно прошлого отца, упрямо не желая сталкиваться с правдой. При других обстоятельствах он, возможно, даже скомкал бы письмо Боуна и с раздражением бросил бы его в ближайшую урну.

В конце концов, именно так он и выживал большую часть двадцати пяти лет.

Но почти каждое предложение, написанное Боуном, каждое его воспоминание и теория были откровением, подсказками не просто к раскрытию убийства, но и важнейшими фрагментами головоломки жизни его отца. Бену сразу же захотелось поделиться письмом с Марком, и всё же, вдали от него, он наслаждался кайфом от получения конфиденциальной информации. Это был прорыв, которого искала полиция, но также и тайный взгляд в мир, о котором его брат мог только догадываться.