«Джимми, это реально. А теперь вот что мне нужно от тебя сделать…»
Маркванд покачал головой и поднял письмо перед Келлом, позволив ему развеваться на ветру.
«Да ладно. Нельзя же ожидать, что мы предпримем какие-то действия без более глубокого расследования».
Келл взял письмо, опасаясь, что Маркванд унесёт его ветром по улице. Затем он взглянул на аккуратный, ровный почерк Минасяна, аккуратные пробелы и школьные чернила, и вдруг понял, что увидел Маркванд. Детская фантазия, розыгрыш СВР, зародившийся в Москве и сыгравший на человеке, который так отчаянно хотел доказать свою состоятельность, что попался на эту удочку. В тот же миг Келл увидел себя таким, каким его, должно быть, видят другие: высокопоставленным шпионом, споткнувшимся на карьерной лестнице и не сумевшим удержаться на плаву. Всё более растрепанным разведённым, много пьющим и курящим, измотанным и потрёпанным.
Вчерашний человек.
«Я считаю, что это можно осуществить», — сказал он.
«Можешь оставить его мне?» Тон вопроса Маркванда выдавал его абсолютную решимость не делать ничего существенного с
информацию, которую ему дал Келл.
«Вы можете сделать копию», — ответил он.
«И как вы предлагаете мне это сделать?» Маркуанд посмотрел вниз по улице, как бы давая понять, что в этом районе Лондона копировальные аппараты нечасто встречаются на тротуарах.
«Как насчёт телефона?» — предложил Келл, терпение которого было на пределе. Он устал убеждать СИС в ценности продукта Минасяна, устал подталкивать Амелию и её полезных идиотов к действию.
Общаться с ними было всё равно что дергать ручку запертой двери и надеяться, что она откроется. Он просто терял время.
«Знаешь что, — сказал Маркванд, зажимая письмо между большим и указательным пальцами, пока Келл держал его в руке. — Почему бы тебе не сделать для нас копию и не передать её по обычным каналам?»
«Обычные каналы», — повторил Келл.
«Это верно».
Маркуанд дал понять, что собирается уйти. Не осталось и следа от прожитых ими лет, как коллег, не было никакого признания неловкости ситуации или роли Маркуанда в её усугублении.
Келл вполне мог быть незнакомцем, подошедшим к нему на улице.
«Всегда рад тебя видеть, Том».
Маркуанд пожал руку Келлу, покровительственно улыбнулся, затем повернулся и ушёл. Несомненно, он вернётся на Воксхолл-Кросс с сообщением о печальной и нелепой кончине их бывшего коллеги. Келл взглянул на пышную причёску Маркуанда, на его аккуратный костюм и начищенные башмаки «Сити», и не смог удержаться от мелочного, но в то же время освобождающего замечания.
«Привет, Джимми».
Маркванд был на полпути к проходу, собираясь присоединиться к потоку пешеходов, направляющихся на север по Риджент-стрит.
«Да?» — спросил он, оборачиваясь.
«Иди на хрен».
OceanofPDF.com
50
Келл знал, что ему нужно сделать. План пришёл к нему с абсолютной ясностью.
Он нашёл телефонную будку. Достал телефон, нашёл номер службы безопасности Falcon и попросил соединить его с Энтони Уайтом.
«Могу ли я спросить, кто звонит?»
«Томас Келл».
Уайт был бывшим служившим в SAS, генеральным директором частной охранной фирмы, которая сколотила состояние на более чем десятилетнем конфликте в Ираке, Сирии и Афганистане.
Амелия наняла его для операции по спасению ее похищенного сына.
Впоследствии Келл выполнил небольшой заказ в частном секторе для Falcon, после чего Уайт предложил ему постоянную должность. Келл отказался.
Внутри телефонной будки были развешены объявления с рекламой услуг проституток. Келл опустил глаза и ждал, пока девушка соединит звонок. Пол был мокрым от воды, пролитой из разбитой бутылки «Эвиан». Он услышал долгий, протяжный телефонный звонок в международном аэропорту, а затем треск Уайта, поднимающего трубку.
'Белый.'
«Энтони? Это Том Келл».
«Том! Как дела? Рад слышать твой голос».
«Мне нужна услуга».
«Конечно. Чем я могу вам помочь?»
Уайту было чуть за сорок, он был выпускником Итона ростом шесть футов, чьё обаяние, привлекательная внешность и безупречные манеры оказались столь же незаменимыми в деловом мире, как его врождённая безжалостность и склонность к насилию. Келл знал, что он мог убить человека в упор. Он был рад считать его другом.
«Где ты?» — спросил он.
«Дубай».
Это был не тот ответ, на который рассчитывал Келл. Тем не менее, он бросил Уайта на открытую линию, максимально скрывая свои намерения.
«На выходных я поеду на охоту, — сказал он. — Частное мероприятие».
Уайт сразу понял, о чем его просят.
«Понятно», — сказал он.
В его голосе безошибочно слышались нотки удовольствия, любви к приключениям и озорству. У Уайта был самый низкий порог скуки среди всех мужчин, которых Келл когда-либо встречал, и он явно наслаждался любой передрягой, в которую собирался попасть.
«Мне нужна экипировка», — сказал ему Келл. «Могу ли я заскочить к вам в лондонский офис и с кем-нибудь поболтать? Лучше раньше, чем позже. У меня есть Barbour. У меня есть сапоги Wellington. Это всё остальное, что мне нужно».
«Конечно. С какого номера вы звоните?»
Келл сказал ему, что разговаривает из телефонной будки возле Пикадилли-Серкус. Уайт убедился, что номер его мобильного телефона всё ещё тот же, и спросил, есть ли у Келла WhatsApp.
'Конечно.'
«И этот комплект только для тебя?»
«Только для меня».
Казалось, будто Уайт ехал в движущемся автомобиле. Келл представил его на заднем сиденье бронированного автомобиля, загорелого и ослепительно красивого, предлагающего свои услуги члену королевской семьи Саудовской Аравии, одновременно проводя рукой по бедру русской балерины.
«Я могу сделать это для тебя, Том», — сказал он с решительной и уверенной уверенностью альфа-самца. «Можешь уделить мне час?»
«Это было бы идеально».
«И обед, когда вернусь в Лондон. За мой счёт. Хочу услышать всё».
Через полтора часа, после короткого обмена сообщениями, Келл был в кафе Caffé Nero на вокзале Виктория, ожидая человека по имени «Джефф».
Уайт сказал, что его «легко узнать как бывшего военнослужащего полка», очевидно, забыв — в относительной суматохе, связанной с быстрым оформлением, — что Джефф также принимал участие в операции по освобождению сына Амелии из плена.
Келл увидел, что он не изменился. Джеффри Квест был сложен как форвард, но обладал лицом святого. С его рыжеватыми кудрявыми волосами и
Этот румяный и добродушный парень вполне мог сойти за фермера или владельца всеми любимого сельского паба. Он нес небольшой красный рюкзак и номер « Ивнинг Стандард» в руках и тепло кивнул Келлу, поймав его взгляд.
Он положил рюкзак на землю между ними, но не пожал руку Келлу.
«Рад снова вас видеть, мистер Келл. Как ваши дела?»
«Ну, спасибо», — ответил Келл, отпивая кофе. «Хочешь?»
«Не для меня, спасибо. Плохо для тикера».
Джефф, которому было чуть за пятьдесят, проиллюстрировал свою мысль, трижды постукивая себя по груди. Келл вспомнил три пули, которые он выпустил из скорострельной винтовки в убегающего Люка Жаво за секунды до того, как самому Келлу пришлось бы выстрелить.
«Оружие в рюкзаке», — сказал он. «Девятимиллиметровый Sig Sauer с запасным магазином. Шестнадцать патронов. Этого хватит?»
«Это все, что мне нужно».
«Ты знаешь, что делаешь? Ты уже пользовался таким раньше?»
Келл привык к тому, что военные воспринимают сотрудников СИС как умников и офисных работников. Он смирился с этим снисходительным отношением и допил кофе.
«Уверен, я смогу это сделать», — ответил он. «Вставляю пулю в патронник, направляю ствол от себя и стреляю. Вот как это работает, верно?»
Джефф улыбнулся. «Что-то в этом роде».
Он объяснил, что пистолет был незарегистрированным и не поддавался отслеживанию, и что «мистер В.» не хотел его возвращать. Он не собирался спрашивать, зачем он понадобился Келлу, да и не хотел этого знать.
«Надеюсь, ты не узнаешь», — ответил Келл двусмысленно, и Джефф с трудом понял его. «Передашь боссу, что я ему благодарен?»
«Конечно», — сказал он. «Всё подойдёт. Ты ему нравишься».
Джефф встал, чтобы уйти. На этот раз он пожал руку Келлу.
«Спасибо вам за это, — сказал ему Келл. — Я ценю это».
«Без проблем». Джефф медленно, задумчиво кивнул – приветливый и, судя по всему, честный человек, всю свою взрослую жизнь живший в условиях насилия и конфликтов. «Береги себя», – сказал он, оставляя рюкзак на земле и уходя. «Береги себя, мистер Келл».
OceanofPDF.com
51
Человек, которого Шахид знал как «Криса», дал ему таблетку снотворного, чтобы он принимал её в ночи перед операцией. Шахид принял только одну, в последний вечер, когда молитвы не давали результата, и он не мог избавиться от образов Рози в своей постели, её наготы и её прикосновений, которые казались ему более реальными, воспоминаний, более ярких и постыдных, чем всё, что он мог бы сделать на следующий день.
Он проснулся позже, чем ожидал, не чувствуя ни нервозности, ни волнения, лишь тоску по Рози, мучившую его последние несколько дней. Он был полон решимости выполнить свой долг профессионально и мужественно, чтобы его навсегда запомнили как храброго воина ислама, который предпочёл Бога любимой женщине.
Шахид принял ванну, затем взял бритву и тщательно побрил голову, подперев зеркало кранами и неоднократно протирая его полотенцем, когда пар от воды запотел стекло.
Он надел джинсы, ботинки, футболку и джинсовую куртку, запечатал стихотворение, написанное для Рози, в конверт и оставил его на низкой табуретке рядом с книжной полкой. Полиция найдёт его и передаст ей. Он не хотел, чтобы стихотворение затерялось в почте. Рози было важно прочитать его, чтобы наконец понять, почему он поступил так, как поступил, почему не разговаривал с ней с той ночи, когда она осталась в его постели, почему он твёрдо решился на мученический путь. Он был уверен, что после этого дня она полюбит его, потому что увидит, какой он великий воин. Она полюбит его, потому что он осознал, что цель и сила его убеждений важнее святости его собственной жизни, важнее жизней других. Он был уверен, что она будет уважать его и поймёт, что у Шахида Хана не было иного выбора, кроме как помочь восстановить Европу во времена Пророка, во времена, когда жизнь была чистой, когда семья была превыше всего, до того, как политика жадности и войны, развязанные Западом, отравили землю. Это была прекрасная идея. Она была возвышенной. Он
пытался выразить эту идею в стихотворении. Рози прочтет его и тогда поймёт.
Крис приехал на фургоне в два часа ночи. Шахид ждал его у закусочной на вынос у входа в Медоу Клоуз. Он понял, что видит это место в последний раз. Крис сказал, что арендовал фургон на два дня, откликнувшись на объявление в местной газете, и заплатил наличными, чтобы не было никаких следов и риска быть узнанным по номеру угнанной машины. День уже стоял очень жаркий, и он пошутил, что это к лучшему для Шахида.
«Больше людей на пляже, больше людей на пирсе. Легкая добыча, чувак».
Крис сказал, что Джалал был прав, дождавшись раннего вечера. Именно тогда на пирсе будет больше всего народу, и Шахид сможет нанести наибольший ущерб. Так он сможет послать самое громкое послание во все уголки земли. Он станет героем. Шахид сказал Крису, что не рассматривает операцию как «нанесение ущерба». Он рассматривает её как «зачистку».
Крис сказал, что понял, и похлопал его по спине. Затем они оба забрались в фургон, чтобы Шахид мог осмотреть оружие.
Там был пистолет Glock 40 с запасным магазином. Крис продемонстрировал Шахиду то, что тот уже знал: в каждой обойме Glock было по восемнадцать патронов, и пустую обойму можно было выбросить, нажав на кнопку защёлки сбоку рукоятки. Шахид стрелял из такого же оружия в Сирии.
Затем Крис показал ему АК-47. Он был полностью автоматическим и имел четыре отдельных магазина, каждый на тридцать патронов. Крис принёс с собой небольшой рюкзак с запасными магазинами, а также две ручные гранаты с простым механизмом защёлкивания.
«На случай, если что-то пойдет не так», — сказал он.
«Они не ошибутся», — ответил Шахид.
OceanofPDF.com
52
Поезд на Брайтон отправлялся в два тридцать. Келл побежал на платформу и сел в вагон за несколько минут до того, как поезд отошёл.
В поезде было пусто. Он нашёл пустой участок между двумя вагонами и заперся в туалете. Он открыл рюкзак и достал Sig Sauer. Квест предоставил два магазина, но не было кобуры на поясе, с помощью которой Келл мог бы спрятать оружие под курткой.
Келл был, как ни странно, благодарен за эту оплошность. День был жаркий. Он снял куртку, обернул ею оружие и убрал его обратно в рюкзак.
В поезде был нестабильный Wi-Fi, но неплохой сигнал 3G. Келл вернулся в вагон, сел и ввёл адрес Хана в Google Earth. Роттингдин оказался небольшой деревней к востоку от Брайтона. В поле зрения попал Медоу-Клоуз – замкнутый круг пригородных домов не более чем в миле от моря. С трёх сторон Клоуз окружали поля, а с севера – жилые дома. К югу от участка располагались детская площадка и два теннисных корта.
Затем Келл ввёл «Asda» в строку поиска и был перенаправлен в круглосуточный супермаркет в районе Брайтон Марина. Магазин располагался рядом с элитным жилым комплексом, примыкающим к пристани для яхт. К западу от него находилась большая парковка, а к северу — невысокий белый утёс. Дорога с двусторонним движением проходила с востока на запад вдоль вершины утёса, соединяя Роттингдин с Брайтоном по прибрежной дороге. Хану потребовалось бы меньше получаса, чтобы дойти до работы пешком по пересеченной местности; на машине или автобусе — всего пять-десять минут.
Поезд проезжал через аэропорт Гатвик. Толпы бледнолицых британцев с тяжёлыми чемоданами выходили из поезда на противоположной платформе. Две молодые пары, загорелые и оживлённо болтавшие об отдыхе на Ибице, вошли в вагон Келла и, сгорбившись, уселись за свободный столик. У одной из девушек были дреды и родимое пятно на плече.