Келл предполагал, что Светлана будет первой пациенткой на приёме сегодня, и поэтому врач примет её почти сразу. Он подождал пятнадцать минут, прежде чем подняться по ступенькам в клинику и нажать кнопку звонка первого этажа. Келл видел лимузин Ерёменко, отражавшийся в латунной табличке на стене здания.

Его впустили. Келл толкнул дверь и оказался в жилом вестибюле, переоборудованном под офис. Справа от него была дверь с табличкой «ПРИСОЕДИНЕНИЕ», а перед ним по узкому коридору тянулись ещё три двери, каждая с именем врача, напечатанным на квадратной пластиковой панели. Келла провели в зал ожидания.

Сначала его ударил запах. Дезинфицированный аромат дюжины одинаковых клиник, которые Клэр посещала в прошлые годы. Тот же суровый, пропылесосенный холод в приёмной, тот же бледно-жёлтый цвет стен. На стене за стойкой регистрации – фотографии матерей с младенцами, отцов, держащих младенцев на руках. Вазы с искусственными живыми цветами, пластиковые стаканчики рядом с…

Пластиковый кулер для воды и всегда одинокая женщина в углу комнаты, рассеянно листающая журнал. Келл избегал её нервного, шаркающего взгляда и направился к регистратуре. Он не мог перестать думать о Клэр, о её страданиях, разочаровании и бесконечных расходах, связанных с её бесплодием, и больше всего на свете хотел как можно скорее выбраться из клиники.

«Могу ли я вам помочь, сэр?»

У администратора были крашеные светлые волосы и натянутая, неискренняя улыбка, не соответствовавшая эмоциональным обязанностям, присущим ее работе.

«Меня зовут мистер Ларкин. Я здесь, чтобы забрать посылку».

Келл увидел конверт из манильской бумаги рядом с черной клавиатурой за прилавком.

«Мы вас ждали. Господин Ерёменко оставил его для вас минуту назад». Она передала конверт Келлу и устало вздохнула. «Он всё ещё здесь. Хотите подождать его?»

«Нет, спасибо», — ответил Келл. Он уже собирался уходить. «Просто скажи ему, что я забрал трубку».

OceanofPDF.com

47

Келл вышел в вестибюль, закрыл за собой дверь и поднялся по лестнице на площадку первого этажа. Он взглянул на конверт. На лицевой стороне Минасян печатными буквами написал имя «МИСТЕР П. ЛАРКИН», а в левом верхнем углу добавил: «ТОЛЬКО ДЛЯ ЛИЧНОГО ИЗЪЯВЛЕНИЯ».

Келл открыл конверт. Внутри не было флешки, только один листок бумаги, исписанный аккуратным, почти детским почерком.

Человек, которого вы ищете, действует под именем Шахид Хан. Он родился в Лидсе. в 1992 году под другим именем – Азхар Ахмед Икбал. Предположительно, он умер в 2014 году.

во время борьбы с режимом Асада в Сирии. Его родители переехали в Великобританию в 1983. Его мать умерла, когда ему было шестнадцать. Насколько нам известно, его отец продолжает проживать в Лидсе.

Паспорт Шахида Хана был предоставлен ему благодаря скомпрометированному чиновнику в британской Паспортный стол имени Джеймса (Джима) Мартинелли. Паспорт (номер 653781818) был получено соратником бывшего высокопоставленного офицера иракской разведки Джалала аль-Хамда, ныне Хан получил известность в ИГИЛ благодаря связям с албанской мафией. Джалал поручил Хану с проведением массовой казни в Соединенном Королевстве с целью посеять страх и паника среди населения и дальнейшая эскалация противостояния между ИГИЛ и Западные державы.

Хан вернулся в Соединённое Королевство 16 мая. Он встретился с сирийским соратником Джалала. Аль-Хамд в этот период. Нам известно, что Хан устроился ночным укладчиком полок в круглосуточный супермаркет Asda в районе Брайтон-Марина. Он снимает комнату в городе Роттингдин по адресу Медоу Клоуз, 45. Дом зарегистрирован на миссис Кэтрин Арден.

Более подробную информацию можно было получить на флешке. Не знаю, почему это не сработало. Не хотел вас обманывать или совершать подобную ошибку. Мы встретимся снова через тринадцать. дней. Как вы знаете, я говорю вам это, потому что есть веские основания полагать, что Хан скоро... Раздобыл оружие и разорвал отношения с Джалалом. В нашем контексте мы бы... Полагаю, это указывает на его намерение действовать в самом ближайшем будущем. Желаю вам удачи.

OceanofPDF.com

48

Келл набрал личный номер Амелии.

«Том, что случилось?»

'Где ты?'

«Имеет ли это значение?»

Если бы Келл не был так полон решимости добиться от Воксхолл-Кросс немедленных действий в отношении Хана, он, возможно, обратил бы больше внимания на резкий, пренебрежительный тон в голосе Амелии.

«Я получил ответ от нашего русского друга».

Последовала многозначительная пауза. «Понятно», — сказала она.

«У нас серьезная проблема».

«Мы так делаем, не так ли?»

Келл ощутил укол раздражения, то самое неприятное чувство, когда тебя держат на расстоянии вытянутой руки.

«Мальчик из Лидса», — сказал он, надеясь, что его рассказ выведет Амелию из состояния самодовольства. «У меня есть имя. У меня есть адрес».

«Я думал, мы договорились, что вы не собираетесь продолжать эти отношения?»

«Мы никогда так не договаривались». Келл был поражен тем, что его втянули в разговор о доверии, когда угроза со стороны Хана была очевидной и реальной.

Он вышел из клиники, проехал мимо «Мерседеса» Ерёменко и направился на юг по Аппер-Уимпол-стрит. «В любом случае, какое это имеет значение?»

Амелия проигнорировала вопрос.

«Что мы знаем об этом молодом человеке?» — спросила она.

Келл объяснил, что разведданные Минасяна указывают на неминуемую атаку, которая почти наверняка произойдет в районе с высокой плотностью населения в Брайтоне или его окрестностях.

« Брайтон ?»

«Брайтон», — подтвердил он.

«Том, ну же. Никогда ещё мы не сталкивались с серьёзной угрозой, направленной против маленького прибрежного городка в Англии. Оксфорд-стрит — да. Ватерлоо — да.

«Манчестер Пикадилли», возможно. Эти люди — люди больших городов, они хотят сеять страх. Они хотят ударить в самое сердце правительства. Вы это знаете. Чем масштабнее бойня, тем больше огласки. Брайтон просто не будет в их поле зрения».

«Вы готовы пойти на такой риск?» — Келл остановился на углу Вигмор-стрит, закуривая сигарету. — «Вы готовы, чтобы это было в вашем личном деле? Маньяк начинает стрелять в людей в павильоне Брайтона, убивает двести-триста летних туристов на пирсе, пробирается в Аквариум и убивает десятки маленьких детей вместе с их семьями. Вы будете с этим жить?»

Последовало долгое молчание. Келл не мог понять, почему Амелия даже не допускает мысли, что Минасян говорит ему правду.

Он также не мог понять её недоверия к его суждениям. Он, безусловно, заслужил право быть услышанным, право на большее уважение. Возможно, она знала что-то о ГАГАРИНЕ, о Хане или Брайтоне, что превосходило его собственные знания, делая их устаревшими.

«Хорошо», — сказала она, словно осознав всю глупость своего положения и решив исправить его. «Я пришлю кого-нибудь встретить вас. Где вы?»

Келл глубоко затянулся сигаретой.

«Амелия, у меня нет времени на эту чертову встречу. Я не хочу, чтобы какой-то мелкий чинуша из Офиса допил чашку чая, пошёл в метро, застрял в туннеле, опоздал ко мне на пятнадцать минут, выслушал, что я ему скажу, а потом побрел обратно на работу после обеда. Он потратит весь день на составление отчёта, который кто-то на несколько ступеней ниже тебя, возможно, найдёт время прочитать до конца лета. Я говорю тебе, что эти разведданные реальны. Эта угроза реальна. Тебе нужно действовать немедленно».

Всегда было ошибкой пытаться давить на Амелию Левин, применять агрессивную тактику или терять самообладание. Очень медленно и очень спокойно она ухватилась за самую слабую нить в аргументации Келла и начала её тянуть.

«То есть вы говорите мне, что любой, кого я отправлю послушать то, что вы скажете, будет настолько равнодушен к продукту, что отложит возвращение к

«Офис, остановиться, съесть сэндвич и написать по возвращении такой унылый отчет, что он никогда не попадет мне на стол?»

Келл набросился на неё: «Ради всего святого, я пытаюсь внушить тебе, что время — это важный фактор».

«И я это понимаю. И я могу организовать для вас встречу с Джимми Марквандом в течение часа. Достаточно просто позвонить».

'Джимми?'

Маркванд был старым коллегой Келла, одним из главных жрецов СИС, ловким шпионом, чьи надежды сменить Амелию на посту «С» постепенно угасали. По последним сведениям, полученным Келлом, его перевели в Вашингтон.

«Да, Джимми. Он подойдет?»

Вопрос был намеренно ехидным, подразумевая, что Келл требует особого обращения. Понимая, что Маркуанд — его единственная надежда на официальную помощь, Келл согласился.

«Хорошо», — сказал он. «Скажи ему, чтобы встретил меня у станции метро Oxford Circus. Там, где кассы».

«Время?» — спросила Амелия.

Келл взглянул на часы. «Как только он сможет туда добраться».

«Одиннадцать», — сказала она.

OceanofPDF.com

49

Маркванд опоздал на двадцать минут.

Келл расхаживал взад-вперед по станции почти полчаса. Наконец, на верхней площадке эскалатора линии Виктория он заметил Маркванда. Его было легко заметить. В свои пятьдесят два года Маркванд мог похвастаться блестящей копной волос, уложенных феном, за что коллеги по СИС прозвали его «Мелвином». Он выглядел загорелым, подтянутым и был одет в хорошо сшитый костюм. Портфеля, который обычно сопровождал его по делам, нигде не было видно. Двое подростка в черном, с дредами и пирсингом во всех доступных отверстиях, скрывали Маркванда от Келла, пока тот почти не дошел до турникетов. Подняв глаза и заметив его, он кивнул так, что Келл заподозрил, что ему дали указание препятствовать.

'Том.'

В приветствии было совсем мало теплоты, только чувство настороженности, как при встрече со старым другом, который слишком много раз тебя подводил.

«Как дела, Джимми? Давно не виделись».

«Давно. Долго».

Они пожали друг другу руки и направились к выходу, оказавшись в густой толпе на углу Риджент-стрит. Келл вспомнил, как встретил Маркванда весной, когда исчезла Амелия, и почувствовал, что за это время в его поведении произошло нечто существенное. Три года назад Маркванд нервничал и волновался в присутствии Келла, как и положено молодому человеку. Он буквально умолял Келла выйти из вынужденной отставки и отправиться на поиски Амелии. Однако на этот раз он выглядел гораздо более уравновешенным и собранным, создавая впечатление, что их встреча была лишь отвлечением от привычного распорядка дня, без которого он вполне мог бы обойтись.

«Я слышал, вы работаете в Вашингтоне».

Маркванд поджал губы и сказал: «Да, это верно», как будто Келл

– частное лицо – не имел права интересоваться назначениями в SIS

за границей.

«И как это для вас сработало?»

«Всё отлично, спасибо. Вернулся в апреле».

За несколько минут Келл перешёл от чувства лёгкого оптимизма к острому раздражению от манер Маркванда; всякое уважение или преданность, которые он когда-то испытывал к Келлу, казалось, испарились. Его высокомерие стало ещё более оскорбительным, когда Келл задумался о печальной тайне, лежащей в основе карьеры Маркванда: за пятнадцать лет ему не удалось ни одного по-настоящему значимого кандидата. Почему же тогда он вёл себя так, будто оказывает Келлу одолжение?

«Амелия сказала, что вы хотите нам что-то показать».

Они стояли у магазина «Хэмли»: дети слонялись по тротуару, покупатели с тяжёлыми сумками пробирались сквозь толпу. Келлу не нужно было, чтобы кто-то проявлял интерес к его личной жизни или расспрашивал о его душевном состоянии, но он чувствовал, что Маркуанд вообще избегал этой темы, и это показательно. Они не виделись больше двух лет.

Маркуанд принимал активное участие в операции по освобождению похищенного сына Амелии. То, что он сразу перешёл к делу, свидетельствовало либо о том, что он понимал, насколько сжаты сроки, связанные с Ханом, либо, что более вероятно, считал Келла человеком прошлого.

«Да», — сказал он. Келл свернул с Риджент-стрит и повёл Маркванда по узкому пешеходному проходу. Он вытащил из кармана куртки письмо Минасяна, развернул его и передал ему. «Взгляните на это».

Маркванд достал пару очков в форме полумесяца и надел их.

«И что же у нас тут?» — спросил он. Он начал читать письмо, всматриваясь в его содержимое, словно человек, проверяющий счёт на предмет доплат после дорогого ужина.

«Это пришло от русского...»

«Я слышал». Маркуанд поднял руку, показывая, что его не хотят прерывать. Мимо прошёл мужчина в рваных джинсах и запачканной футболке, предлагая Келлу экземпляр « Большого номера» . Келл покачал головой. Казалось, Маркуанд дочитал письмо до конца. К своему ужасу, Келл заметил тень улыбки на уголках его губ, словно Маркуанд изо всех сил пытался сдержать приступ смеха.

« Брайтон ?» — спросил он почти с такой же долей презрения, как и Амелия.

«Вот что там написано».

«Кто источник?»

«Как я уже говорил, он российский СВР...»

«Да, да, мы знаем о нём», — тут же перебил Маркуанд. «В смысле, откуда он берёт эту информацию?»

Келл сразу понял, что Маркванд был готов принизить ценность разведывательной информации, усомнившись в ее достоверности.

«Я полагаю, что это исходит от сирийского чиновника в Лондоне, но у меня нет доказательств этого».

«То есть вы не знаете цепочку командования?»

Маркванд поправил прическу на порыве ветра.

«Цепочка командования?» Келл был озадачен тем, что Маркванд использовал такую фразу.

«Я имею в виду источник, передачу информации. Как российская СВР

«Офицер получает такую продукцию? Это из камеры? Есть ли кто-то с сирийской стороны, кто докладывает в Москву?»

«А это имеет значение ?» — ответил Келл.

«Конечно, это важно. Нам нужно знать, что это добросовестно ».

Мимо них, держась за руки, прошла молодая пара, пристально глядя друг другу в глаза. Келл подождал, пока они не исчезнут из виду, прежде чем ответить.