Келл прочитал письмо в четвёртый раз и сразу же пришёл к противоположному выводу. В письме не было и намека на примирение, лишь желание Минасяна не прослыть бесчувственным или жестоким. Другими словами, решимость повлиять на эмоции Ридла.

Главным стимулом была власть. Ему нужно было контролировать даже исход их отношений.

Желая ещё виски, Келл налил себе второй «Талискер» и решил мыслить практично: перестать пытаться понять каждую деталь личности Минасяна и интерпретировать его поведение, основываясь на недостаточных доказательствах. И всё же он чувствовал, что ночь, проведенная за выпивкой, была долгой. Опасное сочетание адреналина и упрямства грозило затуманить рассудок Келла. Он убедил себя, что лучше всего немедленно ответить на письмо, выдав себя за Ридле. Он чувствовал, что легко сможет воссоздать стиль и синтаксис немца.

Утром он выудит у Ридла название любимого отеля Минасяна, поручит Эльзе или Моубрею заблокировать ему доступ к аккаунту, а затем договорится о встрече с «Дмитрием» в Лондоне. Это будет классическая операция под ложным флагом.

Для этого Келл создал чистый лист бумаги и начал писать ответ. Прежде чем сделать это, он достал из ящика у кровати запечатанную пачку сигарет Winston Lights, открыл окно в гостиной и закурил первую сигарету за более чем полгода. Никотин подействовал на него с силой амфетамина; он ахнул от удовольствия первой затяжки, глубоко вдыхая дым, наполнявший его грудь. Он стряхнул пепел в уже пустой стакан из-под виски, положил сигарету на край стола и начал печатать.

Я так рад получить от тебя весточку, Дмитрий.

Келл понял, что уже совершил ошибку. Ни в одном из вариантов сценария ни один из них не использовал имя другого. Анонимность была превыше всего.

Он удалил «Дмитрий», еще раз затянулся и продолжил.

Я так рада получить от вас весточку. Спасибо за тёплое сообщение. Конечно, я приеду в Лондон!

Келл посмотрел на написанное. Он подумал, не похоже ли это на Ридле. Немец использовал восклицательные знаки в своих сообщениях, но, возможно, этот был не к месту. Келл убрал его. Завиток дыма попал ему в глаза, обжигая их.

Я так рада получить от вас весточку. Спасибо за ваше доброе послание. Конечно, я приеду в Лондон. Приеду 28-го и пробуду до конца месяца.

Давай сядем и поговорим обо всём. Мне будет так радостно тебя видеть.

Келл дважды щелкнула по абзацу и скопировала его из документа.

Свой ответ он вставит в зашифрованное электронное письмо, которое Минасян сможет прочитать утром.

Он сделал последнюю затяжку из «Винстона» и бросил окурок в стакан. Вторая половина сигареты ему не понравилась. Во рту пересохло, а на языке появился привкус дорожного покрытия. Келл знал, хотя и не мог себе в этом признаться, что пьян. Он посмотрел на часы. Было без двадцати четыре утра.

«Сделай перерыв , — сказал он себе. — Подумай» .

Он пошёл на кухню и открыл кран с холодной водой. Келл собирался налить себе стакан воды, но вместо этого набрал воды в ладони и плеснул себе в лицо, так что шея и перед рубашки стали мокрыми и холодными.

Ему нужно было остановиться. Он не контролировал ситуацию. Он не позволял себе быть подверженным воле случая или элементарной человеческой ошибке. Что, если Ридл проснётся в пять и проверит счёт, отчаянно ожидая сигнала от Минасяна? Что, если он увидит то, что Келл собирался отправить?

Келл вернулся в гостиную и удалил документ. Он отметил письмо Минасяна как «Непрочитанное», выключил MacBook, вернулся в спальню и принял ещё две таблетки аспирина. Он был совершенно измотан. Он был так полон решимости найти Минасяна, что был готов поставить всё под угрозу, лишь бы получить крошечный выигрыш во времени. Оставался только один разумный способ: позволить Ридлу ответить на приглашение Минасяна, а затем выследить его в Лондоне.

Келл вернулся в спальню, радуясь, что не был настолько глуп, чтобы отправить электронное письмо. Он почти сразу же уснул под рыдания ребёнка в соседней квартире.

OceanofPDF.com

17

Бернхард Ридле позвонил с радостной новостью незадолго до одиннадцати.

«Питер? Я просто хотел тебе сказать. Произошло что-то очень хорошее».

Келл не спал всего пять минут, его разум был затуманен после долгой ночи, проведенной за выпивкой, и пяти часов сна. Он спотыкался на кухне в одних боксерах, разыскивая чистую кружку.

«Берни. Привет. Как дела?»

«Это Дмитрий. Он был на связи. Он хочет, чтобы мы встретились».

«Это здорово». Келл открыл холодильник и увидел, что забыл купить молоко. «Он звонил? Вы всё обсудили?»

«Нет. Он никогда не звонит. Мы всегда пишем электронные письма. Так безопаснее. Благодаря Вере».

«Вера?»

«Его жена. Ты не помнишь?»

Келл смотрел из окна на крыши Брюсселя. Светлана, Вера.

Александр, Дмитрий. Томас, Питер.

«О, да. Извините. Я ещё не выпил чашку кофе».

Ридл продолжил рассказывать Келлу то, что ему уже было известно. Минасян извинился за свою отстранённость и холодность и предложил встретиться в Лондоне, чтобы прояснить ситуацию.

«Когда?» — спросил Келл.

«Последняя неделя июня».

Он заложил некоторые ранние основы.

«Это потрясающе. Я буду в Лондоне с двадцать шестого. Мы могли бы встретиться, пока ты в городе».

«Хотите встретиться с Дмитрием?» Тон вопроса Ридла давал понять, что он не считал это предложение совсем уж непрактичным.

«Нет-нет. Я не это имел в виду. Я просто имел в виду, что буду в Лондоне. Если у тебя будет свободное время для обеда или ужина как-нибудь вечером…»

'Ой.'

На линии произошла задержка, пропал сигнал.

«Берни?»

«Да, извините». Связь восстановилась. «Итак, давайте так и сделаем».

Двое мужчин продолжили обсуждать зарождающиеся планы путешествий Ридла, и этот разговор позволил Келлу сформировать общее представление о том, как будет выглядеть его собственный график на ближайшие дни и недели.

«Где вы остановитесь в Лондоне?» — спросил он.

«Обычно я снимаю номер к северу от Сохо, — ответил Ридл. — В отеле «Шарлотт-стрит». Вы его знаете?»

'Я знаю это.'

Эльза могла бы понять это из электронной почты Ридла, но у Келла была более глубокая цель.

«А Дмитрий?» — спросил он.

«А что с ним?»

«Где он остановится? В том же отеле?»

«О нет», — Ридле тихонько усмехнулся. «Мы предпочитаем держать всё отдельно от Веры. Дмитрий сказал, что будет в своём любимом месте. В отеле, где у нас связаны такие счастливые воспоминания».

«Отель, который я собираюсь обложить системой видеонаблюдения», – подумал Келл. Отель, где Александр Минасян не сможет двинуться с места без камеры, фиксирующей каждый пиксель его жалкого существования. Всё, что нужно было Келлу, – это фотодоказательство его сексуальной связи с Ридлом. Получив такое доказательство, Минасян не останется иного выбора, кроме как выполнить любое требование Келла.

«А где это?» — спросил он.

«Дмитрий всегда останавливается в отеле Claridge’s».

OceanofPDF.com

18

Шахид Хан получил текстовое сообщение от «Фарука», пока ждал свой чемодан в зале выдачи багажа. В нём содержалось указание встретиться с ним на краткосрочной парковке. Фарук описал себя как высокого мужчину лет пятидесяти пяти с «коротко стриженными седыми волосами» в тёмно-коричневом костюме. Шахид заметил его буквально через несколько минут после выхода из аэропорта.

«Мир тебе», — сказал он, приветствуя его по-арабски.

Фарук покачал головой.

«Я так не говорю, — ответил он. — И тебе не следует. Ты уже не тот человек. Ты не религиозный человек».

Шахид почувствовал себя виноватым. Он был в Лондоне меньше часа и уже совершил ошибку. Он извинился перед Фаруком, и они молча пошли к машине. Шахид смотрел на него. В человеке, которого Джалал послал ему навстречу, было что-то холодное и решительное.

Когда они сели в машину, Фарук отдал ему деньги и сказал:

«Я отвезу тебя на вокзал Виктория. Ты сядешь на поезд до Брайтона и начнёшь всё прямо сейчас. Помнишь, что тебе сказали?»

Шахид кивнул. «На эти деньги снимешь комнату в гостевом доме. Найдёшь работу поблизости. Запишешься в спортзал. Откроешь счёт в банке. Заведёшь друзей».

«Да», — ответил Шахид. «Джалал мне всё рассказал».

«Имен нет», — резко ответил мужчина. «Никаких подробностей. Я не знаю, кто вы. Вы не знаете, кто я. Сейчас я просто человек, подвозящий вас до Виктории».

Шахид хотел рассказать Фаруку о своём прошлом. Он хотел, чтобы тот знал, что тот храбро сражался в Халифате, что он был избран для мученичества за свой высокий интеллект и мужество. Он хотел почувствовать, что заслужил уважение таких людей, как Фарук.

«Вы сириец?» — спросил он. Акцент, черты лица и цвет кожи мужчины были почти идентичны мужчинам того же возраста, которых он видел в Халифате.

«Я — ваше контактное лицо. Вот и всё», — ответил Фарук.

Они выезжали с парковки. Фарук сказал Шахиду, что в его мобильном телефоне есть номер человека по имени «Крис». Шахид должен был записать его и хранить в надёжном месте. Если его что-то будет беспокоить, если у него возникнут вопросы, если ему нужно будет поговорить, он должен будет позвонить Крису из общественного телефона или с помощью стороннего мобильного. Они договорятся о встрече. Он должен был стать единственным контактным лицом Шахида в Великобритании. Крис также должен был предоставить ему оружие, необходимое для проведения операции.

«Ты Крис?»

Фарук покачал головой. Шахид не мог решить, облегчило ли это его или огорчило. Ему не хотелось думать, что он больше не увидит Фарука.

«Вы никогда не должны ничего говорить об операции по открытой линии или в письменной форме».

«Я знаю это», — ответил Шахид. «Меня этому учили».

«Хорошо». Сириец вывел машину на трассу М4, и они направлялись на восток, в Лондон. «У вас есть сомнения?» — спросил он.

Шахид подумал, не был ли этот вопрос подстроен Джалалом. Были ли у них опасения по поводу него? Или они ожидали, что Шахид на этом этапе будет неуверенным, что у него будут моменты страха и колебаний?

«У меня нет никаких сомнений», — ответил он.

«Ты исполнишь свой долг и отомстишь за Пророка?» — В голосе Фарука слышалась несомненная нотка недоумения, словно такая жертва была бы ему не по силам. Шахид почувствовал прилив сил. Теперь он знал, что храбрее человека, которого Джалал послал его сопровождать. Он понимал, что мало кто из людей обладает такой же верой и мужеством, как он сам.

«Я выполню свой долг», — ответил он и посмотрел в окно на сломавшуюся на обочине автострады машину. Странно было вернуться в Англию. Здесь было холодно. Он чувствовал, что находится далеко от дома. Он вырос здесь, но отдалился от него. Там, в пригородах Лондона, в сквотах Ливерпуля и Манчестера, в мечетях Бирмингема и Саутгемптона, собралась целая армия мужчин и женщин, которые поддержат его в его стремлении. Он был для них символом надежды; он будет для них героем. Шахид чувствовал себя в центре огромной толпы, больше любой группы или демонстрации, когда-либо виденной в городах Запада,

Толпа, видимая только истинным мусульманам и истинно верующим; миллионы мужчин и женщин приветствовали его, желая, чтобы Шахид-Хан исполнил своё предназначение. Он не мог их видеть, но чувствовал. Они придавали ему непреодолимую силу.

«Я знаю, что делаю, — сказал он Фаруку. — Я знаю, для чего меня сюда послали».

OceanofPDF.com

19

Келл принял решение в Claridge's. В отеле такого размера пришлось сообщить об этом SIS.

Без помощи своего бывшего сотрудника он бы оказался в невыгодном положении в плане слежки. При правильном подходе операция по вербовке Минасяна потребовала бы работы тайных агентов в отеле, оснащения номеров средствами видеонаблюдения и звукозаписи, а также наблюдения в вестибюле и ресторанах. В SIS можно было многое делать скрытно, но взять под контроль «Кларидж» в компании только Эльзы и Гарольда Моубрея было невозможно.

До прибытия россиянина в Лондон оставалось несколько дней. Келл сомневался, что Минасян рискнёт отправиться в Великобританию со Светланой, но подозревал, что за их номер будут платить деньги олигарха. Он задавался вопросом, почему Минасян рискнул попасть в руки полиции на британской земле. В конце концов, именно он отдал приказ об убийстве Рэйчел Уоллинджер. Что же было настолько важно для СВР, что требовалось присутствие Минасяна в Лондоне? Келл столкнулся с вполне реальной возможностью того, что его заклятый враг покинул секретный мир – или был уволен после операции Клекнера – и теперь работает в частном секторе. Если это так, то он фактически бесполезен как агент. Брюссель стал бы пустой тратой времени, а неизбежная встреча Келла с Амелией – ещё одним унижением.

Ближе к вечеру он написал ей сообщение из таможенного зала вокзала Сент-Панкрас.

К его удивлению, Амелия перезвонила через пять минут.

'Том?'

«Привет», — сказал он как можно более ровным голосом.

«Как дела?» — спросила она. Голос её был оживлённым и тёплым. «Как дела?»

«У меня всё хорошо, спасибо». Келл испытал необыкновенное чувство благодарности за все годы, что он знал Амелию. В отсутствие Клэр она была для него самым близким родственником. Он знал, что в этом

момент, когда было бы безнадежно пытаться бороться с его чувством к ней.

«Кое-что произошло», — сказал он. «Мне нужно с тобой поговорить».

Амелия была слишком опытной, чтобы спрашивать подробности по ненадёжной линии. Вместо этого она сказала: «Конечно. Сегодня вечером? Ты свободна?»

Он не ожидал такой возможности. Келл объяснил, что находится в Сент-Панкрасе, ему нужно заехать домой, чтобы оставить вещи, но он освободится к семи.

«Отлично. Мне нужно на мероприятие в Найтсбридже. Тот ужасный отель, где Клайв отмечал своё пятидесятилетие. Помнишь его?»

«Я помню», — ответил Келл.

«Хорошо. Тогда почему бы нам не встретиться там в половине седьмого? Я запишу ваше имя».