Кайт знал, что его ждёт. Это была иранская традиция.

Команда Фарибы будет контролировать парковку и, вероятно, пересадит его во вторую машину, как только с него снимут одежду и мобильный. Кайт был ужасно зол на себя за то, что потерял бдительность на похоронах, но у него не было времени оплакивать свою ошибку. Шофер свернул с Чешир-стрит и направлялся к шлагбауму у въезда на подземную парковку. Мужчина в тёмном костюме поднял шлагбаум, а затем опустил его, как только «Ягуар» проехал. Машина нырнула по крутому пандусу в плохо освещённый подвал, где в тени ждали ещё двое мужчин. Кайт знал, что если он попытается открыть заднюю дверь, она будет заперта. Так и оказалось.

Ему было тесно, и у него оставалось всего несколько секунд, чтобы сделать ход. Отстегнув ремень безопасности, Кайт приподнял бёдра, перенеся вес тела вперёд на ноги. Тем же движением он быстро повернулся влево, затем вправо, используя инерцию, чтобы ударить Фарибу локтем в горло сбоку. Фариба ахнул, когда Кайт ударил его во второй раз, но ему не удалось задеть сонную артерию.

Скорость имела решающее значение. Схватив Фарибу за волосы, Кайт развернулся и ударил иранца левым коленом в лицо, но шофер в момент удара затормозил, и Кайт потерял равновесие, успев лишь ударить Фарибу головой об окно, когда тот упал назад. Иранец на мгновение потерял сознание, а Кайт потянулся вперед и схватился за свободный участок ремня безопасности водителя, туго обмотав его вокруг его шеи, пытаясь задушить. Ему пришлось сесть на пассажирское сиденье и выйти из машины через переднюю дверь, попытавшись найти мужчин снаружи. Но хватка ремня была слабой, и водитель откинул назад кресло, чтобы ослабить нагрузку на шею, потянув за суставы руки Кайта, так что тому пришлось отстегнуть ремень.

Фариба уже оправился. Окрикивая водителя на фарси, он нанёс Кайту несколько ударов по почкам и схватил его за заднюю ногу, пытаясь удержать. Кайт пнул его в ответ, ударив Фарибу в лицо, затем толкнул его в переднюю часть машины, и водитель потянул его вбок, когда тот пытался дотянуться до пассажирской двери. Наклонившись вперёд, Фариба обхватил Кайта за талию и с поразительной силой потянул его к заднему сиденью. Кайт высвободил правую руку и ею выколол водителю глаза.

Он почувствовал под пальцами мягкость глазных яблок и надавил сильнее, водитель взвизгнул, словно раненый зверь. Фариба увидел, что происходит, и нанес удар по руке Кайта. Локтевой сустав заныл от боли. Затем дверь позади него открылась, и в машину вошёл третий мужчина. Фариба крикнул на него, когда тот захлопнул дверь.

Кайт оказался зажат между двумя мужчинами и не мог пошевелиться. Третий заломил ему руки за спину и схватил Кайта за шею. Водитель выпрямился и съехал на «Ягуаре» с пандуса, потирая один глаз и тихо ругаясь. Кайт подумал об Изобель, об их нерождённом ребёнке. Какое бы испытание ему ни предстояло, он ничего не мог с этим поделать.

«Что, черт возьми, происходит?» — сказал он, пытаясь освободиться от захвата.

Фариба улыбнулась, стряхивая адреналин борьбы.

«Ты молодец», — сказал он, кивнув в сторону водителя, который всё ещё бормотал что-то на фарси. Это был крупный, тяжёлый и жестокий мужчина, и Кайт понял, что нажил ему врага. «Я думал, всё идёт так гладко. Ксавье сказал, что ты лучший из лучших».

«Иди нафиг», — сказал Кайт, испугавшись того, что сказал ему его друг.

Фариба переглянулся с одним из мужчин, сидевших снаружи машины. Он опустил стекло и взял у него шприц, показав державшему Кайта человеку, чтобы тот сильнее сжал ему шею.

«Будет лучше, если ты не будешь вырываться», — сказал он и тут же вонзил иглу через брюки Кайта в мышцы его правого бедра.

Кайт поморщился, почувствовав, как игла почти вонзилась в кость, но сила хватки мужчины была так велика, что он не смог издать ни единого осмысленного звука.

«У меня была серия интересных бесед с Ксавье, — сказала Фариба. — Он рассказал мне всё о лете 1989 года. Всё о Люке Боннаре и женщине по имени Марта Рейн. Вспомни то время, Лаклан. Мне нужна твоя память. Когда проснёшься, я хочу, чтобы ты рассказал мне всё, что сможешь, об Али Эскандеряне».

5

«То, что он арендует «Ягуар» в Europcar, не делает его террористом. И не делает его «Ящиком 88».

Мэтт Томкинс и Кара Джаннауэй сели в такси возле вокзала Южный Кенсингтон и пытались догнать Дина на «Астре». Восс координировал погоню из Актона.

«Может быть, нам стоит обсудить это позже», — ответила Кара, кивнув в сторону водителя.

«Справедливо», — сказал Томкинс и проверил на мобильном телефоне местонахождение Дина и Суинберна.

Кара обратилась к водителю.

«Простите? Не могли бы вы пройти в отель Mandarin Oriental на вершине Найтсбриджа?»

«Что это, дорогая?»

Водитель одним ухом слушал шум дорожного движения, а другим — Джеймса О’Брайена на LBC. Он убавил громкость радио.

«Я спросил, можем ли мы направиться к отелю Mandarin Oriental, который находится прямо перед Hyde Park Corner?»

«Конечно. Без проблем».

«Видишь? — сказал Томкинс. — Он даже не слушает, что мы говорим».

Когда водитель снова увеличил громкость, Кара показала, что можно безопасно разговаривать.

«Ладно», — сказала она. «Его обычная машина может быть в гараже. Возможно, он арендовал «Ягуар», чтобы соблюсти приличия. Возможно, они проворачивают какую-то совместную операцию. Кто знает?»

'Кто знает-'

«Но кто этот араб-красавчик? Казалось, они никогда раньше не встречались, а потом они ушли вместе. BIRD отправил жене сообщение, что идёт на обед к другу Ксавье...»

«Знаю», — раздраженно сказал Томкинс. «Я читал групповой чат. Может, он обманывает свою жену».

«Кстати о групповых чатах…»

Восс отправил команде сообщение с новостями о состоянии «Ягуара». Автомобиль был арендован всего на два дня женщиной по имени Пега Азизи по французским водительским правам, которые Thames House проверял в Париже. Автомобиль должен был быть возвращен к шести часам вечера того же дня.

«Азизи. Что это?» — спросил Томкинс. «Иранское?»

«Похоже на то».

Кара напечатала ответ: Никаких следов женщины в «Ягуаре».

Они оба видели, что Воссе отвечает.

Мои мысли в точности такие же , как он написал. BIRD почти в Гайд-парке. Угол. Оставайтесь с ним .

Кара переключилась на другие списки, вернувшись к данным о местоположении Дина и Суинберна. Восс был единственным, кто знал точное местоположение Кайта.

«Мы слишком далеко», — сказала она, зная, что покрытия телефона Кайта будет недостаточно, чтобы определить его местонахождение, если он зайдет в высотное здание или подвал.

«Расслабьтесь», — ответил Томкинс. «Время обеда. Они, наверное, пошли куда-нибудь поесть. Мы просто подождём снаружи любого ресторана, который они выберут, и заберём ПТИЦУ, когда он будет уходить».

Кара посмотрела на свои колени.

«А что, если они не пойдут на обед?»

Томкинс непонимающе посмотрел на неё. «Куда же они тогда идут?» — спросил он.

«Не знаю». Она смотрела на застоявшийся лондонский трафик, на лобовые стекла, блестевшие на полуденном солнце. «У меня просто странное предчувствие».

Мопед Тессы Суинберн застрял на светофоре возле Mandarin Oriental, и она потеряла из виду «Ягуар», когда тот отъезжал к углу Гайд-парка. Кирану Дину удалось немного дольше продержаться на хвосте Кайта, но его удача отвернулась на Олд-Парк-Лейн, когда припаркованный в два ряда Uber преградил ему путь, пока он ждал пикап у казино Playboy. Посигналив из «Астры», Дин с разочарованием наблюдал, как «Ягуар» Кайта свернул направо на Чешир-стрит, быстро исчезнув из виду. Меньше чем через минуту из казино вышел китаец с толстым брюхом и пустым кошельком и сел в такси. Спустя несколько мгновений Суинберн наконец оказался на Чешир-стрит, проехав мимо небольшой, тускло освещенной подземной парковки. Он предположил, что «Ягуар» углубился в Мейфэр и повернул на север в сторону Шеперд-маркета. На перекрестке с двойной жёлтой разгружался грузовик, и Дину снова пришлось ждать, пока водитель свернул с дороги с тележкой. Затем он продолжил движение по западной окраине Шеперд-Маркета, оказавшись буквально в двух шагах от посольства Саудовской Аравии. Нигде не было видно следов BIRD.

Восс позвонил, когда Дин ждал его у светофора возле кинотеатра «Керзон».

«Вы что, издеваетесь?» — крикнул он. «Вилланель в космосе, Кэгни и Лейси свернули не туда на Пикадилли. Какого хрена вы делаете на Керзон-стрит?»

«Тащи свою задницу обратно в казино Playboy. BIRD, наверное, пошёл туда потусоваться со своим дружком с Ближнего Востока».

Дин достал второй телефон, загрузил Waze и набрал «Playboy Casino», когда загорелся зелёный сигнал светофора, а машина позади него нажала на гудок. Поездка должна была занять меньше пяти минут, но ему пришлось бы вернуться на Парк-лейн и сделать крюк через Хайд-парк-корнер.

«Уже в пути», — сказал он.

Восс уже повесил трубку.

Кара хотела, чтобы водитель повернул на север у кафе «Хард Рок», но Томкинс настаивал, что она увидела не ту машину. По его мнению, «Бёрд» всё ещё двигался на восток в сторону Пикадилли-Серкус.

«Подумай об этом, — сказал он ей. — У них там есть «Ритц», «Уолсли», «Уайтс» и «Будлс». Вот куда такие мужчины ходят обедать. А не в Шепердс-Маркет».

Кара подумала, что он несёт чушь, но понимала, что не может позволить себе спорить с ним: к тому времени, как Томкинс осознает свою ошибку, BIRD уже давно уедет. Поэтому, пока такси стояло в пробке, она поблагодарила водителя, открыла дверь и вышла на улицу.

«Куда ты, черт возьми, собрался?» — закричал Томкинс.

«Она уходит от тебя, приятель», — сказал водитель, когда Кара захлопнула дверь. «Всё ещё хочешь в Вест-Энд, да?»

Такси тронулось. Томкинс остался один на заднем сиденье, наблюдая, как Кара торопится по Хаф-Мун-стрит в своих чёрных ботинках и длинном зимнем пальто. Он попытался позвонить ей, но она не взяла трубку. Вместо этого он написал Воссу сообщение о том, что сделала Кара, и получил ответ: « По крайней мере…» кто-то использует их инициативу .

К тому времени такси уже стояло возле перекрестка Фортнум и Мейсон, «Ягуар» Бёрда нигде не было видно, а Мэтт Томкинс выбыл из игры.

Из группового сообщения Кара поняла, что Восс хотел, чтобы команда искала Кайта в районе казино Playboy. Через дорогу находился отель Four Seasons, филиал Nobu рядом с отелем Hilton на Парк-лейн, ресторан Theo Randall’s в отеле Intercontinental, а также несколько частных клубов – Королевских ВВС, Cavalry & Guards – поблизости. Все эти клубы нужно было обыскать.

«Найди ПТИЦУ , — написал он. — Найди машину. Вилланель едет». «Плейбою». Раздели остальное. Возьмём это под контроль. ситуация.

Кара не могла избавиться от ощущения неладного. Она посмотрела на последнее известное местонахождение Кайта на углу Олд-Парк-лейн и задалась вопросом, почему у него сломался телефон. Подвал? Чёрная дыра в сигнале? Или что-то более зловещее?

Она въехала на Чешир-стрит с востока. Перед ней из боковой дороги выехал фургон, повернул направо и чуть не сбил её с ног, мчась под уклон в том направлении, откуда она приехала. Впереди сидели двое мужчин, оба выходцы с Ближнего Востока, в тёмных куртках и белых рубашках. У мужчины на пассажирском сиденье была борода, но без бакенбард. Их внешний вид, казалось, не соответствовал характеру их работы; когда фургон повернул налево в конце улицы, она увидела компанию KIDSON ELECTRICAL.

На боку машины красовалась надпись «УСЛУГИ» рядом с лондонским номером телефона и адресом веб-сайта. Запомнив номерной знак, она дошла до угла и увидела, что фургон выехал не с боковой улицы, как она сначала подумала, а с небольшой подземной парковки. Рядом находилось офисное здание с местом для курения на улице. Две китаянки в пуховиках до пола курили электронные сигареты у входа. Кара поговорила с той, что помоложе.

«Простите», — сказала она. «Туда вошли двое парней? Оба в серых костюмах и чёрных галстуках, лет сорока? Один из них британец, другой с Ближнего Востока?»

«Ничего не знаю», — ответила женщина. Было очевидно, что она плохо говорила по-английски.

«Никого не видела», — добавила её спутница. У неё были плохие зубы и корявый лондонский акцент. «Спросите его».

В дверь входил охранник с козлиной бородкой и шрамами от прыщей. Кара задала ему тот же вопрос и получила тот же ответ. Нет, он не видел двух мужчин в серых костюмах и чёрных галстуках. Может быть, они где-то за углом, в казино? Она коротко кивнула ему в знак благодарности и снова обратила внимание на парковку.

На стене висела табличка «ПОЛНЫЙ», но шлагбаум был поднят, и Кара заметила движение внутри будки охраны у подножия пандуса. Телефон в руке пульсировал, когда она шла к будке, на мгновение потеряв равновесие на неровном участке тротуара. В тот же миг из будки вышел невысокий мужчина с побеждённым видом в коричневой шерстяной шапке.

Ему было под шестьдесят, он носил синюю стёганую куртку, порванную на плече, и потёртые чёрные ботинки. Как и у охранника, у него был грубый цвет лица, но он был очень бледным. Кара увидела упрямое, измученное лицо человека, который большую часть жизни провёл, слушая понукания.

'Я могу вам помочь?'

Восточноевропейский акцент. Кара догадалась по его чертам, что он из бывшей Югославии. Она спустилась по пандусу, и они оказались лицом к лицу. Парковка была небольшой, с низким потолком из шлакоблоков, и внутри помещалось не больше двух десятков машин. У одной из стен, рядом с чёрным мини-контейнером с надписью «Коммерческие отходы», валялся кусок порванной пластиковой трубы.

«Здесь были двое мужчин? Оба в серых костюмах и чёрных…»

Продолжать не было смысла. Она увидела «Ягуар». Припаркованный в глубине парковки под выцветшим плакатом с парами, играющими в рулетку в переполненном казино. Мужчина, казалось, почувствовал то, что она увидела, и сделал защитный шаг назад.

«Эта машина», — сказала она, указывая на неё. «Где владелец?»