«Нет», — ответила она.

«Тогда не надо».

Он подошёл к столу в центре гостиной и взял рацию. Он переключил канал и поднёс её ко рту. Громик говорил отрывисто, явно на каком-то зашифрованном языке, призванном звучать безобидно для любого, кто его подслушивает. Наталья пришла к выводу, что кто-то ещё из команды Громика наблюдает за входом в башню, ожидая появления Себастьяна.

«Что вы с ним сделаете?» — снова спросила она, и на глаза её вдруг навернулись слёзы. Громик жестом велел ей замолчать, слушая ответ по радио.

«Сколько ещё?» — спросил мужской голос. Наталья предположила, что он спрашивает о предполагаемом времени прибытия Глика.

«Через десять минут», — ответил Громик. «Присоединяйтесь к нему в баре, если сможете».

Что такое «бар»? Вестибюль? Лифт? Наталье представилось, как этот человек вводит Глику инъекцию в тесных стальных дверях лифта. Не было никого, кто мог бы это остановить, никого, кто мог бы спасти Себастьяна.

«Я хочу уйти», — закричала она. «Он идёт. Я тебе больше не нужна. Отпусти меня».

«Наоборот, — Громик поставил радио обратно на стол. — Сейчас как раз тот момент, когда нам очень нужна такая прекрасная женщина, как вы. Почему бы вам не выйти на балкон, Наталья Петровна? Вид на Дубай просто потрясающий».

69

Пожарная сигнализация сработала в отеле Regal Plaza вскоре после восьми часов, вынудив более 275 недовольных гостей и персонал покинуть отель в течение примерно двадцати минут. В то же время в отель прибыли более дюжины сотрудников Главного управления государственной безопасности в форме. Улица Салах ад-Дин была перекрыта от перекрестка Варба-центр на востоке до кольцевой развязки «Рыба» на краю дороги Аль-Мактум на западе. Движение в радиусе двух миль было быстро остановлено. В качестве меры предосторожности сотрудники полиции Дубая распорядились и организовали эвакуацию всех жильцов из домов на 29-й и 30-й улицах к северу от отеля.

Десять лет назад известие о хаосе в отеле Regal Plaza могло бы достичь широкой общественности лишь через несколько часов. Жители Дубая могли бы увидеть репортаж в вечерних новостях или получить панический звонок от друга или родственника, услышавшего слухи о двух россиянах, остановившихся в номере 302. Но в эпоху Twitter и WhatsApp, смартфонов и 4G изображения мужчин и женщин в жёлтых защитных костюмах, блокирующих отель, облетели весь мир за считанные секунды. К девяти часам вечера хэштеги #RegalPlaza #Цезий #Путин #Скрипаль #Дубай

#Навальный и #МИ6 заняли семь из десяти первых мест в Twitter.

С помощью ботов, усиливающих разговоры, Тьюринги в Омане смогли создать историю, которая позже легла в основу репортажей новостных каналов по всему миру, о том, что МИ-6 сорвала попытку ФСБ

Убийство радиоактивным изотопом Юрия Аранова, российского учёного, бежавшего в Великобританию в 1993 году. В связи с заговором разыскивались несколько агентов ФСБ, которых разыскивала Служба государственной безопасности Дубая. Им помогали сотрудники британской разведки, работавшие в ОАЭ.

Первая волна этой истории обрушилась на российское консульство в Умм-эль-Шейфе практически в тот самый момент, когда Джейсон Фрэнкс вёл расстроенного Юрия Аранова через сад на заднем дворе его виллы, мимо общего бассейна, теперь пустовавшего, если не считать одинокого, никому не нужного надувного крокодила, и вывел его на улицу Аль-Шиламин. Их ждала машина.

Водитель — тот же человек, который вез Азхара Масуда от причала до места встречи с Кайтом в отеле Galaxy Premier, — открыл багажник, помог Фрэнксу погрузить багаж Аранова, а затем написал Кайту сообщение, сообщив, что Юрий в безопасности, здоров и направляется в аэропорт.

Тем временем Джим Стоунз достал телефон Аранова из импровизированной клетки Фарадея в холодильнике и заказал с его помощью такси Uber. Убедившись, что водитель уже на улице, он вышел через парадную дверь в синей льняной куртке Аранова, одной из его фирменных масок Лихтенштейна и панаме, которую он носил в любое время дня и ночи. В правой руке Стоунз сжимал бутылку «Боллингера», в левой — букет тюльпанов, которые Юрий предусмотрительно купил в магазине «Спиннис» ранее днём в подарок Наталье. Стоунз и Аранов были примерно одного роста и телосложения, хотя Стоунз по пути к Uber замедлил шаг и слегка пригнулся, отрепетировав походку Аранова.

Припарковавшись чуть более чем в двухстах метрах от пустыря, где Рита коротко беседовала с молодой англичанкой, сотрудник СВР, известный команде Кайта как «Дольф», увидел, как, по его мнению, Себастьян Глик выходит из виллы с букетом цветов и бутылкой шампанского. Он отправил Валентину Инаркиеву сообщение о том, что Глик направляется в жилой комплекс Hudson Park Residencies на чёрном внедорожнике Lexus. Дольф назвал номерной знак и поехал по нему из Умм-Сукейма на шоссе Аль-Васл.

Инаркиев услышал позывной Громика по рации. Он сидел в арендованной машине, припаркованной на пандусе, ведущем к главному входу в Hudson Park Tower One. В ходе короткого разговора, в ходе которого Громик велел ему следовать за Гликом в здание по прибытии и сопровождать его в лифте на шестнадцатый этаж, Инаркиев увидел, как на его мобильном телефоне загорелось полдюжины уведомлений как минимум с трёх разных номеров.

Он положил рацию на пассажирское сиденье и взял телефон.

Пришло два сообщения от коллег из консульства и одно от девушки Инаркиева из Москвы. Все они рассказывали одну и ту же историю и задавали одни и те же вопросы. Что, чёрт возьми, происходит? Что случилось?

Произошло в Дейре? Правдивы ли были эти слухи? Даже не заглядывая в социальные сети и даже не включив радио, чтобы послушать новости о колесе обозрения «Дубай Ай», Инаркиев с тошнотворной уверенностью понял, что их простой и тщательно организованный заговор был раскрыт. Кто-то из руководства допустил ошибку; может, это он ?

Он открыл Твиттер и увидел шквал сообщений об эвакуации отеля Regal Plaza. В изумлении он пролистал слухи о цезиевой атаке в Дубае и пришёл к выводу, что Громик – вопреки здравому смыслу – поручил Лаптеву и Затулину ввезти радиоактивный изотоп в ОАЭ. Это была катастрофа.

Отказавшись от привычных протоколов, Инаркиев позвонил Громику по открытому телефону.

Время имело решающее значение.

«У нас очень серьёзная проблема», — сказал он ему. «Регал Плаза подверглась налёту и была оцеплена. Об этом сообщает весь Твиттер». Громик молчал, но его смятение каким-то образом было слышно в трубке. Инаркиев сказал: «Весь мир знает».

В этот момент мимо него по пандусу, направляясь ко входу в Башню, проехали две полицейские машины с вопящими сиренами. Вдали Инаркиев увидел мигающие фары приближающихся машин.

«Приехали менты», — отчаянно сказал он. «Всё кончено. Они идут за тобой, Михаил Димитрович. Тебе нужно убираться оттуда как можно быстрее».

70

Громик положил телефон обратно в карман и подошел к Наталье.

Когда он бил женщину, он предпочитал делать это тыльной стороной правой руки, поскольку существовала вероятность, что кольцо на среднем пальце треснет скулу.

«Ты ёбаная сука!» — заорал он и швырнул её на пол. «Ты нас обманула. Ты сообщила в полицию».

Громик увидел, что вырубил её. Он повернулся к Лаптеву и Затулину, велел им оставаться на месте и ждать его возвращения. С присущей ему хитростью хищника, он понимал, что его шансы на выживание зависят от того, бросит ли он их двоих на произвол судьбы. Обоих мужчин учили отрицать любые обвинения; омерта ФСБ гарантировала, что они никогда его не выдадут. Громику оставалось только смыться из Дубая, пока его не нашли власти. Легче сказать, чем сделать. Но с достаточным количеством денег и удачей он мог бы оказаться в России к выходным.

«Что случилось?» — спросил Затулин. «Глик ещё придёт?»

«Я собираюсь это выяснить», — сказал ему Громик. «Не включай рацию. Не звони по телефону. Я вернусь через пять минут».

Кайт услышал звонок Инаркиева из Омана с двухсекундной задержкой. Пока он писал Джиму Стоунсу сообщение, чтобы тот вышел из Uber, он услышал, как Громик ругается в адрес Натальи, и увидел, как она упала на землю.

Объектив в её сумочке запечатлел основание ножки стула и, как он предположил, ботинки Громика. Конечно же, русский не стал бы рисковать причинением ей ещё большего вреда; всё зависело от его способности как можно быстрее скрыться с места преступления и дистанцироваться от Лаптева и Затулина.

Он позвонил Рите по рации.

«Хорошие ребята уже на пути наверх», — сказал он. «Следите за коридором».

«Номер Один движется».

Семью этажами выше, в здании напротив, Рита услышала щелчок двери квартиры 1662, короткий разговор по-русски между Громиком и другим мужчиной, а затем шаги по ковровому покрытию коридора. Она включила пылесос и покатила его к квартире, заметив Громика, быстро направляющегося к лифтам. Он вытащил из заднего кармана красную маску и сложенную бейсболку «Янкиз» и надел их. Хотя она стояла меньше чем в шести метрах от него и была уверена, что он её заметил, Громик не смотрел на Риту. Вместо этого он нажал кнопку лифта, намереваясь подняться на этаж выше внутри башни. Это был хитрый ход: позволить полиции обыскать квартиру, переждать наверху, пока арестуют Лаптева и Затулина, а затем, воспользовавшись возникшим хаосом, смыться. Громик мог даже дождаться утра, когда уляжется пыль. Рита подумала, нет ли у ФСБ безопасного места где-нибудь ещё в здании, где он мог бы затаиться.

Но где же Наталья? Рита выключила пылесос и отвернулась как раз в тот момент, когда прозвенел звонок, возвещающий о прибытии лифта. Громик вошёл в кабину. Двери закрылись. Через мгновение открылся ещё один лифт, из которого вышли четверо вооружённых солдат и устремились к квартире 1662.

Оставив пылесос в коридоре, Рита открыла пожарную дверь, поднялась на семнадцатый этаж и связалась по рации с Кайтом.

«Номер Один в лифте, идущем на этаж выше. Второго и Третьего не видно. Девочки тоже нет. Местные заходят». Лестничная клетка была вся в тепле. «Позвони влюблённым», — сказала она Кайту. «Наш парень может немного побыть, может сходить за машиной».

На этой машине Громик приехал в жилой комплекс Hudson Park Residencies. Это был Jaguar I-PACE, принадлежавший его девушке из Бразилии, которая одолжила ему ключи, пока была в отъезде. Громик использовал его, чтобы обойти камеры распознавания номеров, которые в противном случае засекли бы его машину на месте предполагаемой гибели Аранова. «Ягуар» был припаркован на тихой улице на противоположной стороне улицы Аль-Мустакбаль, недалеко от восточного периметра королевского дворца.

«Следите за выходами», — сказал Кайт команде. «Для номера один много путей выхода».

Если у него там нет квартиры, он заснят камерами видеонаблюдения. Будь я на его месте, я бы покинул здание.

Стоя на бетонной лестнице между шестнадцатым и семнадцатым этажами, Рита услышала сообщение Кайта как раз в тот момент, когда несколькими этажами выше открылась пожарная дверь. Неужели это Громик? Неужели ещё слишком рано рисковать и покидать здание? Она была уверена, что он выжидает этажом выше, но, судя по звукам, он собирался добраться до своей машины.

На выбор были десятки выходов; полиция Дубая не смогла бы перекрыть каждый из них.

Она сняла туфли. Двигаясь быстро и бесшумно, Рита сбежала на пятнадцатый этаж, открыла пожарный выход и вышла в коридор с ковровым покрытием, точно такой же по дизайну и планировке, как тот, который она пылесосила наверху.

Она ждала, оглядываясь в темноту пожарной лестницы. Громик прошёл несколько мгновений спустя.

Рита отправила сообщение.

«Номер один движется по северо-западной пожарной лестнице. Бейсболка «Янкиз». Красная маска на лице. Должно быть, направляется на улицу».

Как только Громик вышел из квартиры, Затулин вышел на балкон и посмотрел вниз, на землю. Квартира 1662 находилась с противоположной от главного входа стороны Башни; две полицейские машины, проехавшие мимо Инаркиева несколько мгновений назад, увидеть не удалось, лишь слышался отдалённый вой сирен.

Лаптев стоял на коленях, ухаживая за Натальей, которая пришла в себя. Она попыталась сесть.

«Что ты сделала?» — спросил он её. «Ты разговаривала с полицией?»

В шоке, с пульсирующей головой и затуманенным зрением, Наталья молча дала понять, что она невиновна.

«Помогите мне», — пробормотала она, касаясь своей сильно ушибленной щеки. «Пожалуйста».

«Не бей меня...»

Затулин закрыл балконные двери и поднял упавшую на землю сумочку Натальи.

«Нам пора уходить, — сказал ему Лаптев. — Здесь они лёгкая добыча».

«Мне нужен ее телефон», — ответил Затулин.

С этими словами он полез в сумочку Натальи, достал оттуда её iPhone и направил его ей в лицо, чтобы разблокировать экран. Но когда он набирал номер Инаркиева, Лаптев увидел крошечный отблеск света на поверхности объектива, спрятанного в сумочке.

«У этой суки камера!» — прошипел он и потянулся ударить Наталью. Он схватил её за волосы и дёрнул к себе, в то время как дверь квартиры рухнула внутрь с такой силой, что Лаптев тут же отпустил её и отпрянул, пытаясь защититься.

« Шурта! » — крикнул мужчина. Он был одним из трёх вооружённых полицейских в форме, размахивающих автоматами. « Ла татахарак! »

Джим Стоунз первым заметил Михаила Громика на оживлённом перекрёстке к востоку от жилого комплекса Hudson Residencies. Он был в бейсболке «Янкиз» и красной маске и каким-то образом нашёл выход из здания через подвал во Второй башне.

Стоунс уже почти вышел из своего Uber; теперь он ждал, ожидая, что Громик остановит такси на улице и попытается скрыться в ночи. Однако русский продолжал идти, упустив возможность скрыться. Узнав об этом, Кайт решил, что Громик направляется к «Ягуару»; один из местных парней Шеридана, ездивших на мопеде, следил за ним до Тауэра. Путь Громика к машине, вероятно, пролегал через пустырь к северу от королевского дворца и к западу от улицы Аль-Мустакбаль, в районе, практически безлюдном. Пока дубайская ночь гудела под вой полицейских сирен, Кайт смотрел прямую трансляцию из Омана, обновляющую местоположение русского. Громик ещё не выбросил свой телефон, вероятно, чтобы дать указание Инаркиеву уничтожить все файлы, связанные с убийством Аранова, и предупредить Девяткина о провале операции. Неужели он уже подозревал, что кто-то из них его предал? Конечно, такая возможность существовала.