«А вы знаете, как это предотвратить?»

Фрэнкс бросил на Стоунса злобный взгляд. Ни один из них не был посвящён во все детали плана Кайта.

«Я знаю, как это предотвратить», — ответил Кайт.

47

До номера Аранова было недалеко. Кайт заметил тень лица русского, скользнувшую по линзам очков, и услышал удивление в его голосе, когда тот увидел, кто пришёл.

«Питер Локи Гэлвин!» — воскликнул он, открывая дверь. При обычных обстоятельствах они бы обнялись, но Аранов был осторожен и отступил назад из-за ковида. «Наконец-то ты пришёл меня навестить. Я здесь так долго, что почти превращаюсь в араба».

«Рад тебя видеть, Себастьян». Кайт закрыл за ним дверь. «Извини, что так долго добирался».

«Без проблем. Ты в Англии занятой человек».

За последние три недели жилище Аранова превратилось в пещеру Алладина, полную книг, журналов, DVD и увядающих цветов. Его одежда была разбросана повсюду.

Два подноса с застывшей едой из номеров заблокировали короткий проход между дверью и главной спальней.

«Держу пари, ты пользуешься популярностью у горничных», — сказал Кайт, включая телевизор и открывая окна, так что комнату наполнил тот же шум со стройки. «Похоже, ты уже освоился».

Он был поражён беспорядком, который Аранов успел навести за время своего пребывания. Пытаясь найти место, где можно было бы присесть, Кайт в конце концов притащил с балкона стул и сел у открытого окна. От стены жара он обливался потом.

«Где ты был?» — спросил Аранов, садясь на край своей огромной двуспальной кровати. «Почти месяц я жду в этом чёртовом отеле, и от тебя ни слова».

«Я был в Лондоне, — сказал ему Кайт. — Прилетел вчера поздно вечером. Мне жаль, что вам здесь не понравилось. Надеюсь, скоро всё изменится».

Аранов, похоже, не слушал, потому что тут же пустился в тирады о своем заключении в Фалейро.

«Какой смысл был в том, что я здесь так долго?» — потребовал он. «Я выхожу из отеля только один раз, чтобы поужинать с твоими телохранителями. Я не могу ходить по улицам один. Я не могу встретиться с женщинами, которых ты мне обещал. Мне даже не удаётся съездить на такси до грёбаного Дубай Молла. Большую часть дня здесь слишком жарко, чтобы гулять в саду, но слишком холодно, чтобы находиться внутри, потому что управляющий отеля делает кондиционер, как грёбаный холодильник. Никогда не думал, что скажу это, Питер Локи, но я скучаю по дерьмовой погоде в Англии. По крайней мере, там у меня были друзья. По крайней мере, я был свободным человеком».

«Как я уже сказал», — терпеливо ответил Кайт, — «все это может скоро измениться».

Аранов снова не послушал. У Изобель была для таких людей фраза:

«Всегда на передаче, никогда на приеме».

«В Дубае мне ничто не угрожает, — продолжил он, — так почему же вы обеспечиваете мне три недели круглосуточной охраны, не давая мне даже вздохнуть?»

Кайт попытался его перебить. «Я же всё объяснил», — сказал он. «Прежде чем ты ушёл…»

«Да, да. Протоколы МИ-6».

«Нам нужно было найти тебе постоянное место жительства. Мы должны были быть уверены, что твоё прибытие в ОАЭ не было замечено посторонними людьми. Я не хотел, чтобы ты подвергался опасности, Юрий».

«Кто подвергнет меня опасности?» — Аранов схватил нож с очередного подноса с недоеденным блюдом и помахал им перед лицом Кайта. «Я пришёл под новым именем, с новым паспортом. Себастьян Глик. Возможно, люди знают, что я покинул Англию, но я могу быть в тысяче мест, в сотне городов. Юрий Аранов исчез».

«Всё верно». Кайт вытер пот с лица. «Но нам нужно было следить за эфиром, слушать разговоры русских, ждать ответа от наших источников в Москве». Ему пришло в голову, что ему должно быть стыдно за такую наглую ложь. «Ты знаешь, что делать. И ты знал о рисках, какими бы незначительными они ни были. Моим абсолютным приоритетом номер один всегда была твоя защита».

С этими словами он вышел на балкон и посмотрел вниз, на бассейн. Одинокий купальщик, превозмогая жару в тридцать пять градусов послеполуденного солнца, нырнул в воду в очках и белой шапочке. В первый день Кайта в отеле «Sofitel» ребёнок обжёг ступни о раскалённую плитку.

бассейна, крича так громко и так долго, что собралась небольшая толпа, чтобы понаблюдать за развитием инцидента.

«Почему мы не можем выйти? Только мы вдвоем?» — голос Аранова превратился в низкочастотный скулеж. «Ваши люди могут присматривать за всем, убедиться, что мы в безопасности. Я съел всё, что есть в меню этого грёбаного заведения, прочитал все книги, которые вы мне дали, посмотрел все передачи по телевизору. Я хочу начать новую жизнь, которую мне обещали. Я хочу увидеть своих дочерей, своих внуков». Внезапная пауза, а затем решающий удар: «Я хочу трахаться».

«Все это может случиться, Юрий».

Наконец Аранов услышал слова Кайта и понял, что в конце туннеля есть свет.

«Ты серьёзно?» — спросил он. Его унылое, сварливое настроение мгновенно сменилось почти эйфорическим. «Можно мне выйти из отеля? Можно знакомиться с женщинами по ночам?»

«Лучше, чем это», — ответил Кайт. «Мы нашли тебе хорошую виллу в тихом пригороде неподалёку. Умм-Сукейм. Ты сможешь переехать в течение следующих нескольких дней. Я подумал, что ты захочешь выйти и отпраздновать?»

«С тобой, Питер Локи?» — Аранов вскочил с кровати. — «Мне бы это очень понравилось!»

Я угощу тебя ужином! Я угощу тебя всей едой и напитками, которые ты захочешь!

Кайт дошел до грани своей лжи: он не мог появиться на публике с Арановым, не опасаясь, что Громик догадается, что Питер Гэлвин находится в Дубае.

«К сожалению, я не смогу сегодня вечером», — сказал он, обернувшись, когда шум со строительной площадки усилился. Куда бы вы ни пошли в Дубае, везде был один и тот же непрекращающийся шум огромных машин, передвигающих песок и грохочущих по бетону. «Дэвид может отвезти вас в Royal Continental в Джумейре. Там есть ресторан, где вы можете поужинать в одиночестве, бар на крыше, где он может предоставить вас самому себе. Множество девушек, на которых можно посмотреть, множество новых друзей, которых можно завести. Вы можете пойти вместе, чтобы у вас была компания, или побыть одни. Сейчас здесь безопасно, так что как вам больше нравится».

«Один!» — без колебаний ответил Аранов. «Думаешь, я хочу провести ещё одну ночь в компании твоих солдат?» Именно такого ответа и ждал Кайт. «Нет, если я не могу быть с тобой, Питер Локи, то я хочу побыть один. Можно мне, наконец, телефон, позвонить дочерям?»

«Боюсь, это уже слишком. Мы сейчас предоставляем вашей семье защищённый номер, по которому вы сможете с ними связаться. Они знают, что вы здесь, они знают, что вы в безопасности». По крайней мере, это было правдой.

«Лондон работает над этим, но это займёт ещё несколько дней. Я могу, конечно, дать

Вам местный мобильный телефон, по которому вы сможете связаться с нами, при условии, что вы не будете пытаться звонить кому-либо в Великобритании или рассказывать о своей ситуации. Если это произойдет, мы отвезем вас обратно в Андовер.

«Конечно». В волнении Аранов был готов согласиться на любые незначительные ограничения. «Мне не нужно ни с кем разговаривать. Я просто хочу быть в Дубае, чувствовать себя свободным».

«И ты будешь свободен. Тебе пришлось многое вытерпеть за последние несколько недель.

Но теперь всё кончено. Мир снова может начать вращаться. Дубай — твоя устрица, Юрий.

48

Впоследствии Тьюринги в Омане сообщили, что отъезд Юрия Аранова из отеля «Фалейро» заставил не менее четырёх сотрудников российской разведки бросить свои дела и начать преследование такси Себастьяна Глика, мчавшегося по шоссе шейха Заеда. Автомобиль, зарегистрированный на российское посольство в Маскате, проехал через три электронных шлагбаума по пути в отель Royal Continental Savoy. Валентин Инаркиев следовал за ним на Uber в сопровождении неизвестной женщины, появившейся у отеля «Меридиен». Яна Швец, женщина, замеченная следящей за Арановым в Дубай Молл, взяла такси до отеля Royal Continental и в последнюю минуту забронировала столик в ресторане Goya, эксклюзивном и невероятно дорогом.

Испанский ресторан, где Глик был забронирован на ужин. Прошло меньше сорока восьми часов, но Громик уже получил тактическое руководство над группой сотрудников ФСБ и СВР, каждый из которых получил задание доложить, что Глик ел и пил, с кем разговаривал, куда ходил после ужина и каковы его предпочтения в женщинах.

Тем временем Аранов был на седьмом небе от счастья. Наконец, освободившись от ограничений Фалейро, он стал одиноким волком в новом городе, где можно было свободно исследовать и наслаждаться им. Внезапно Дубай, о котором он так много слышал – гламурный, роскошный мегаполис, Шангри-Ла спортивных автомобилей и Соль-Бэ, ночных клубов, полных красавиц, – раскинулся перед ним, словно сверкающий горизонт. Закончив ужин, он прошёл по вестибюлю отеля «Ройал Континенталь», наслаждаясь ароматами сандалового дерева и одеколона, а затем выкурил сигару «Ромео и Джульетта» и вдохнул воздушный шарик духов Hine в курительной комнате с видом на сад. Позже он прогулялся до пляжа и даже снял обувь и носки, чтобы насладиться ощущением тёплого песка между пальцами ног. Глядя на ночное небо, затягиваясь последней сигарой, Аранов почувствовал глубокое удовлетворение.

подкрепляя свои чувства коктейлем «Негрони» и двумя большими бокалами вина «Рибера дель Дуэро», которыми он наслаждался за ужином.

Мимо него на пляже прошла эффектная арабская женщина, не старше тридцати.

Она разговаривала по телефону, не используя руки. Аранов жаждал женской компании и вспомнил бар на восьмом этаже отеля, о котором с восторгом рассказывал Джим Стоунз. Ненадолго присев на шезлонг, чтобы отряхнуть ступни и надеть носки, русский вернулся в вестибюль и попросил сотрудника проводить его к бару. Через несколько мгновений он уже садился в лифт, который должен был поднять его на крышу.

Как только двери закрывались, молодой, элегантно одетый англичанин крикнул: «Подержите, пожалуйста?» — и бросился к нему. Аранов нажал кнопку, чтобы двери лифта не закрылись. Молодой человек вошёл, горячо поблагодарив его. Его сопровождали две женщины, обе чуть старше двадцати: одна, почти наверняка британка, с фигурой «песочные часы» и каштановыми волосами до плеч; другая — высокая, необычайно красивая блондинка в зелёном платье без бретелек, которая, несмотря на маску, прикрывавшую рот, посмотрела на него с такой тоской и интимностью, что Аранов сразу понял, что она продаётся.

«Спасли наш бекон», — сказал англичанин. Он был загорелым, хорошо одетым и коротко стриженным. «Лифты здесь всегда тянут время. В баре в это время ночи всегда многолюдно».

«Это не проблема», — ответил Аранов.

«Ты русская?» — спросила девушка пониже. Он оказался прав. У неё был британский акцент.

« Да », — ответил Аранов на родном языке. Лифт почти добрался до восьмого этажа. «Как ты узнал?»

— Я тоже Русская , — сказала блондинка, вызывающе моргая на него. Я Русский тоже.

«Вы?» — Аранов почувствовал, как сжалось его сердце. — «Откуда?»

«Дагестан», — ответила она.

Двери лифта открылись, и взору открылась сцена хаоса. Полдюжины гостей собрались у стойки регистрации, за которой девушка в маске пыталась найти им столик на iPad. Охранник, стоявший рядом с лифтом, попросил Аранова отойти в сторону и подождать своей очереди.

Тем временем хозяйка сообщила стоявшей перед ним группе, что им придётся подождать, пока освободится столик. Гости неохотно вышли.

В сторону, бормоча о поездке в «Четыре сезона». Настала очередь Аранова попытать счастья.

«Я бы хотел выпить», — заявил он.

Хозяйка оглядела его с ног до головы.

«У вас есть заказ, сэр?»

Стоунз ничего не говорил о бронировании столика. Через узкое окно над стойкой регистрации Аранов видел, как официанты разносили подносы с коктейлями по переполненной, залитой лунным светом террасе. Группа женщин пила шампанское за круглым барной стойкой с видом на сад. Ему хотелось быть среди них, наслаждаться освобождением и волнением ночного отдыха, но, похоже, простая организационная оплошность не позволяла ему этого сделать.

«Не знаю», — сказал он, чувствуя себя старым и оторванным от реальности. «А это необходимо?»

Хозяйка сказала, что, к сожалению, это было абсолютно необходимо: из-за Covid количество людей в баре было ограничено, а терраса уже была заполнена.

«У нас есть бронь».

Англичанин говорил это через плечо Аранова. Сначала Аранов был этим раздражен и уже собирался сказать молодому человеку, чтобы тот подождал своей очереди, как вдруг стало ясно, что его приглашают присоединиться к ним.

«Ты ведь сам по себе, да?» — спросил он, одарив Аранова дружелюбной улыбкой.

«Вы можете сесть с нами. Жаль, что мы проделали такой путь и не смогли попасть внутрь».

Хозяйка, узнавшая мужчину и поприветствовавшая его нежным поцелуем, видимо, сочла это отличным решением проблемы и уговорила Аранова принять приглашение. Блондинка в маске и британка тоже, похоже, остались довольны результатом. Аранов был в восторге.

«Вы уверены?» — спросил он. «Это очень мило с вашей стороны. Очень предусмотрительно. Позвольте мне угостить вас всех выпивкой. Это меньшее, что я могу сделать».

Появилась официантка и провела группу к столику с видом на сад.

Пока Аранов ждал, когда дамы сядут, он еще раз поблагодарил мужчину за его доброту и гостеприимство.

«Как тебя зовут?» — спросил он. «Меня зовут Себастьян. Себастьян Глик».

«Тоби Ландау», — ответил мужчина, энергично пожимая руку Аранову. «Это моя девушка Салли Таршиш и наша хорошая подруга Наталья. Вы приехали в Дубай по делам или на отдых?»

49

Кара восхищалась тем, как спокойно Тоби контролировал ситуацию, идеально рассчитывая время их подхода, непринуждённо болтая с Арановым в лифте, а затем спасая положение с хостесс. Быть с Тоби, играть роль его новой девушки, оказалось гораздо проще, чем она ожидала, в том числе потому, что за короткое время знакомства между ними возникла настоящая связь. Ожидал ли этого Кайт? Неужели он настолько хорошо понимал их обоих, что предвидел их взаимное влечение? С первой минуты их якобы случайной встречи в кофейне что-то щелкнуло. Когда Тоби взял Кару на «Крик» в слащавый романтический круиз, изначально задуманный исключительно для предыстории и метаданных, они влюбились друг в друга совершенно искренне. Им не нужно было притворяться, что им комфортно в обществе друг друга; химия между ними была такой же сильной, как всё, что Кара когда-либо испытывала, и тем более захватывающей, что она зародилась в атмосфере секретности.