Процесс перезаписи трудно сравнить с чем-нибудь понятным для человека, который никогда ничего подобного не делал. Результат перезаписи фильма определяет не баланс звуковых компонентов, не какое-то особенно правильное распределение звуков в пространстве, не совершенство оборудования и даже не исключительное мастерство звукорежиссера перезаписи – это что-то особенное, возникающее в процессе сведения и что никогда не является просто суммой всех компонентов.

Это как раз тот процесс включения человеческого мозга, недоступный техническим устройствам, о чем я писала в главе 3. Звуки все собраны, теперь нужно решить, что будет главным, дать это главное расслышать, украсить, усилить эмоции, сделать акценты и добиться магии. Майкл Пол Ставроу в книге «Сведение разумом» говорит, что оборудование не так важно, как включение разума, интеллекта и внутреннего понимания результата. Однако, чтобы происходило это самое включение и понимание, необходимо потратить огромное количество времени на изучение и освоение оборудования.

Необходимо охватить несколько задач сразу: нельзя нагромождать звуки, нужно найти и выстроить те из них, которые несут драматургический смысл, решить непростую задачу и выбрать правильный баланс между звучанием музыки и реплик, уловить ритм изменения звуков и изображения и сделать атмосферу фильма живой и эмоциональной.

И делать это до тех пор, пока не появится убеждение, что вот так и должно звучать. Это объяснить невозможно, это внутреннее понимание результата. Это магия. Состояние, когда каждый звук фонограммы резонирует с эмоциональной окраской эпизода. В процессе перезаписи звукорежиссеры также решают, где будут находиться источники звука и как они будут перемещаться.

В фильме «Рома» в эпизоде, где бегут девушки, слышны звуки города, мужские и женские голоса, высокие и низкие гудки автомобилей, шум двигателей машин, шелестящий звук колес, проезжающих по лужам, – очень много звуков, очень яркая акустическая картина. Найти баланс между этими элементами непросто, но в этом и заключается искусство сведения. Звуковая дорожка выстраивается медленно: нужно прослушать множество вариантов, что-то убрать, где-то изменить соотношение громкости – все должно гармонично сочетаться. В какой-то момент становится ясно, что фильм получился.

Попробуйте представить, что режиссер решил не создавать такую сложную звуковую картину, а просто подложил бы музыку. Не думаю, что зрители так полно почувствовали бы атмосферу того времени, движение и ритм жизни города, смесь случайностей и напряжения, переплетения человеческих историй. Скорее всего, зрители не ощутили бы так ярко прелестную юность соревнующихся в беге девушек. Режиссер включил в этот эпизод открытые для интерпретации визуальные детали, а звукорежиссер дал возможность зрителю услышать их многообразие. Музыка бы сгладила, выровняла детали, отстранила зрителя от мелких, стремительно проносящихся раздробленных фрагментов жизни улицы города.

Сделать хороший звук для эпизода с красивой и точной акустической картинкой сложнее и дольше, чем написать музыку для него. Звук в кино состоит из огромного числа компонентов, и перезапись фильма может быть очень долгим процессом, пока звукорежиссер и режиссер не найдут нужное решение.

Перезапись «Апокалипсиса сегодня» продолжалась девять месяцев. Еще бы, впервые звукорежиссерам пришлось не только сводить звук, но и размещать звуки в пространстве. На перезаписи работали трое: Ричард Биггс, Марк Бергер и Уолтер Мёрч. Но фоновые звуки к перезаписи готовила целая группа звукорежиссеров. Мёрч сделал для них сценарий звуковых эффектов, расписав на большом листе бумаги что, как и где звучит. Он решил, что каждый звукорежиссер должен отвечать за свою группу звуков: один готовил звуки вертолетов, другой звуки массовки, третий отвечал за атмосферные паузы, другой за пиротехнику, катера и так далее. Все работали как группы инструментов в оркестре. На перезапись выдали все эти группы звуков, из которых Биггс, Бергер и Мёрч и создавали звуковую картину.

На перезаписи присутствовал звукорежиссер Рэнди Том, будущий обладатель премий «Оскар». Он наблюдал, как звукорежиссеры принимают решения, и сказал, что перезапись «Апокалипсиса» стала для него киношколой: «Благодаря фильму "Апокалипсис" я усвоил главный урок – важно тщательно подбирать звук для каждой сцены. Звуковое решение – это основа фильма»[63]. В «Апокалипсисе» в 1979 году впервые был применен формат с шестиканальным объемным звуком, а теперь такой формат является стандартным при сведении фильмов.