Звуки собраны, отредактированы и готовы к перезаписи – самому главному этапу в работе звукорежиссера и производства фильма в целом.

Некоторые называют этот процесс сведением. По сути, так оно и есть: звукорежиссер производит сведение всех компонентов фильма, после чего звуковые дорожки реплик, музыки, синхронных и фоновых шумов, звуковых эффектов больше не смогут звучать раздельно, они будут составлять единую цельную звуковую картину соответственно изображению. В кино этот процесс называют перезаписью, а термин «сведение» оставляют для звукорежиссеров, записывающих музыку.

Перезапись – это кропотливая и увлекательнейшая работа, в результате которой режиссер и звукорежиссер находят окончательное и единственное звуковое решение фильма, соответствующее изображению киноленты, подчиненное идее, заложенной в фильм режиссером, вызывающее нужные эмоции, создающее нужное настроение и раскрывающее внутренние образы героев и событий. Это самая сложная, самая ответственная и самая интересная работа последнего этапа создания фильма.

За большим пультом перезаписи сидят режиссер, звукорежиссер перезаписи и звукорежиссеры фильма. Как правило, звукорежиссеры распределяют между собой, кто за что отвечает и чем управляет: кто занимается шумами, кто синхронными шумами, кто музыкой. Все слушают и добиваются того слияния звуков, которое соответствует идее режиссера. Например, над фильмом «Пятый элемент» трудились трое звукорежиссеров перезаписи.

В 1980-е годы на киностудии, куда меня распределили после окончания института, пульт перезаписи имел 14 линеек и позволял сводить 14 звуковых дорожек (тогда это были магнитные пленки). Во время перезаписи звукорежиссеру нужно было сводить без остановки 10 минут (фильм делился на части, продолжительность одной части – 10 минут), и, если звукорежиссер ошибался, нужно было пройти до конца части и потом начинать сначала эти же 10 минут, остановиться было технически невозможно. Напряжение звукорежиссера было запредельным, необходимо было точно помнить видеоряд, следить за параметрами звука на четырнадцати пленках.

В фильме «Прикосновение» (1989) режиссера Аманжола Айтуарова героиня бросается с обрыва в пропасть. Это фильм о любви и предательстве с элементами мистики. Я подложила на момент падения девушки звук крыльев птицы, чтобы появилось ощущение, что девушка не разбилась, а взлетела. У меня был составлен монтажный паспорт – был такой документ в то время, – который составлялся на каждую часть фильма и был размером чуть больше чем два листа формата А4. Слева описывались сцены фильма, то есть что происходило в кадре, а справа лист делился на колонки. Сколько колонок – столько звуковых дорожек в части. Напротив записи о содержании сцены в фильме делалась пометка, она указывала, какой звук: атмосферный шум, реплика или начало музыки располагалось на этой пленке-дорожке. Это удобно – сразу видеть, что именно на какой дорожке находится.

У меня в монтажном паспорте напротив падения девушки было записано: звук крыльев. На перезаписи я смотрела в монтажный паспорт и открывала дорожку со звуком крыльев в момент падения девушки. А там ничего – звук крыльев не был слышен. Я дождалась конца части, запустила фильм еще раз и прописала до момента с крыльями – крыльев опять не было. Я сама монтировала звуки и была уверена, что крылья должны быть на месте. Тем не менее пришлось идти в аппаратную и на монтажном столе на шумовой пленке искать место, где должны быть крылья. Там было пусто. Оказалось, что монтажница, проверяя пленки перед перезаписью, обратила внимание на то, что кусок пленки со звуком крыльев стоит там, где изображения птицы нет, и просто его вырезала, решив, что это ошибка. В результате героине фильма удалось-таки взлететь и не разбиться о камни.

Сейчас трудно, даже невозможно представить себе перезапись без компьютерных технологий. Цифровые звуковые станции позволяют использовать практически бесконечное число звуковых дорожек, останавливать процесс сведения в любой момент и исправлять ошибки, менять звуки, подбирая их прямо за пультом, репетировать бесконечное число раз, достигая того звучания фильма, при котором появляется четкое понимание, что это именно то, что нужно.