Если звукорежиссеру нужно самостоятельно подобрать музыку к какому-нибудь программному документальному кино или малобюджетному фильму, когда просто нет денег на композитора, то успех зависит от умения звукорежиссера понимать эмоциональный посыл музыки.

Мы снимали сериал «Перекресток» довольно большой группой, более 60 человек. В группе работали талантливые представители разных кинематографических профессий.

Вечером, придя домой после съемочного дня, я включила телевизор и совершенно случайно наткнулась на документальный фильм. Его главным героем был человек, с которым я работала в тот день и рассталась час назад. Фильм был построен как обычно: интервью с героем фильма прерывались кадрами рабочих моментов съемок, его семейными и рабочими фотографиями, на фоне которых закадровый голос рассказывал о таланте профессионала. Ничего особенного – обычный документальный фильм о человеке в профессии. Но при этом на фрагментах фильма с рабочими моментами и на портретах героя звучала трагическая музыка. Так как я понимала, что этот человек в данную минуту жив и здоров, я не стала волноваться, но огорчилась, что фильм испорчен.

Лирическая музыка может нести в себе солнечное настроение, счастье через край, тихую печаль, нежность, легкое сожаление, светлую грусть, но в ней не должно быть ощущения утраты. А в фильме звучала музыка, в которой явно звучала утрата.

Буквально через пару часов ко мне стали поступать звонки коллег и друзей, которые не работали на сериале. Друзья осторожно спрашивали, как у нас там на съемках дела, все ли хорошо, не случилось ли чего.

На следующее утро я пришла на работу, как будто в другое место. Все странно поглядывали друг на друга. Мы живем в своей киношной сфере, и фильм не остался незамеченным сотрудниками сериала. Когда на работу пришел тот человек, о котором был вчерашний фильм, все с облегчением вздохнули. Разумеется, ни у кого из сотрудников не повернулся язык рассказать герою фильма о стрессе, который они перенесли накануне.