Если бы существовали правила сотрудничества композитора и режиссера, то композитор начинал бы работать над фильмом уже в подготовительном периоде. У некоторых композиторов так и выходит – в подготовительном периоде композитор и режиссер обсуждают стилистику и конструкцию фильма. Еще нет изображения, еще нет ни единого снятого эпизода, на руках только литературный сценарий, идеи и воображение, а композитор уже должен «загореться» не просто фильмом, а именно тем, который видится режиссеру. Если композитор начинает работать над созданием музыки в подготовительном периоде, продолжает в съемочном, то к началу монтажно-тонировочного периода у него уже готова как минимум первая версия.

К началу монтажа композитор приносит свои наброски, записанные на компьютере. Эти образцы становятся каркасом для чернового монтажа фильма. Бывает, что образцы музыки композитор приносит, когда черновой монтаж уже закончен, тогда режиссер скорректирует смонтированный материал фильма или музыку. Потом утвержденную музыку будут писать с оркестром или электронными инструментами уже начисто.

Далеко не всегда работа композитора точно подчинена описанному выше алгоритму. Одни режиссеры предпочитают монтировать изображение, имея музыку на руках, – в тех случаях, когда в фильме присутствует музыка, – другие монтируют изображение без нее. Иногда музыку пишут к смонтированному готовому изображению. В этом случае для композитора составляется подробная раскадровка, по секундам расписывающая действие на экране.

Отношение к музыке в кино зависит от грандиозности кинопроизведения, от режиссерских идей и бюджета. Бывает по-разному. Например, предложение режиссера Гора Вербински поработать над фильмом о пиратах композитором Хансом Циммером было встречено с сарказмом. Однако, посмотрев смонтированное изображение «Пиратов Карибского моря» незадолго до премьеры, вдохновленный Ханс Циммер очень быстро написал выдающуюся музыку.

Продюсеры нового «Бонда», скажем, попросили Ханса Циммера написать музыку всего лишь за три месяца до премьеры. А вот так композитор рассказывает о работе над фильмом «Начало»: «Я писал музыку, не прочитав сценарий "Начала", хотя он [Нолан] в то время уже снимал. Написал какую-то часть, отправил. Спрашиваю, дашь мне посмотреть фильм? Он отвечает: "Ну ты знаешь, и так неплохо! Закончишь работу – дам посмотреть". Это очень действенный метод! То же самое было с "Интерстелларом". Мы начали работать обособленно друг от друга»[40].

Когда Кристофер Нолан, британский и американский кинорежиссер, задумал снимать свой научно-фантастический фильм «Интерстеллар» (2014), он попросил композитора Ханса Циммера написать мелодию, какую тот сам захочет. Просто так, без задачи, какую захочет, и все. В интервью британскому журналу Tatler Ханс Циммер рассказывал, как они обсуждали будущую музыку к этому фильму. Они перебирали все инструменты, которые использовали в предыдущих фильмах, и Кристофер Нолан предложил попробовать орган. Использовать орган в фильмах о космосе – не новая идея, но орган в «Интерстелларе» звучит по-новому.

«Люди постоянно требуют от тебя придумывать что-то новое, – сетовал композитор в интервью журналисту Егору Белякову. – А когда ты это новое им представляешь, они такие: "Ну, не знаю. Это что-то слишком новое! Это не то, что мы ожидали!" Конечно вы этого не ожидали, вы же просили меня это сделать! Люди вообще боятся того, что они не могут предсказать… Возьмите Прокофьева. Когда ему было чуть больше двадцати лет, он написал "Скифскую сюиту", представил ее Дягилеву, а тот ее отверг. И вот я думаю: "Ну что за придурок? Идиот, ты выкинул такое!" Наверняка Прокофьев думал, что он сделал что-то плохое, но ведь это совершенно не так. Просто мир к этому был не готов»[41].