Алехин сказал, что Кирилл будет ее страховать. Не то чтобы на случай, если она напортачит, а просто… на всякий случай. Поэтому их стали вместе водить по ближайшему сопределью, чтобы адаптировать к переходам.

В других мирах Кирилл преображался до неузнаваемости. Сумрачный, вечно напряженный тип из ШДиМ, попадая в сопределье, больше напоминал своего друга Савву, будто надевал его личину. Шутил и балагурил, заигрывал со всеми хорошенькими девушками и даже ел за двоих. Сашу все время подмывало спросить, какого персонажа он написал для Яны в первом классе.

Шар-лабиринт Саша всегда оставляла в своей комнате, на подушке. Ей нравилось, вернувшись в школу, увидеть его от двери, упасть на кровать, взять в руки, погладить и в который раз прогнать блестящий шарик по извилистым, но уже выученным назубок коридорам. Алиса пыталась выспросить у нее подробности, «взять интервью для Содружества карамелек», как она это называла, но Саша отшучивалась или напускала на себя нарочито неприступный вид. С Марьяной она делилась, но без подробностей. Некоторые вещи просто нельзя было объяснить и пересказать. Однажды она спросила у Кирилла, обсуждают ли они с Саввой их походы, потому что при ней Савва не заговаривал о других мирах ни разу. Кирилл пожал плечами, вздохнул.

– Ну было как-то…

– И что?

– Он спросил, на что это похоже.

– И что ты ему ответил?

– Правду.

– И какая она у тебя?

– Что это похоже, как будто ты каждый раз просыпаешься в новом доме и не знаешь, как тут оказался.

– Так себе чувство.

– Да уж.

* * *

На календаре был конец февраля, но парк вокруг школы по-прежнему выглядел осенним, сентябрьским. Алексей Васильевич давно объяснил им, что ШДиМ находится в особой точке пространства, как бы на перекрестке многих миров, в узелке, поэтому и погода здесь такая – аномально устойчивая, всегда одна и та же: бабье лето. Саша этому уже не удивлялась. Полевая практика была все ближе, и ей составили индивидуальный план занятий. Вместе со всеми она ходила на движение и языки, а все остальное время изучала с Яной историю империи Вандербутов, зубрила протоколы экстренных ситуаций, училась составлять маршрутные листы. Алехин почти всегда присутствовал на этих уроках.

В первый день марта он сказал, что пора разработать легенду.

Янина кивнула:

– Начнем с имени. Имя, которым ты там будешь называться, должно что-то значить для тебя, его нельзя взять из ниоткуда, «от балды». Здесь меня зовут Янина, там я буду Янита. Почти то же самое, правда?

Саша кивнула. Имя, имя… У нее не было каких-то особенных вариантов имени – Саша и Саша. Правда, здесь у нее появилось что-то вроде прозвища – после первого квеста Савва называл ее только Си, а иногда «малютка Си» или «крошка Си». Она сама не могла понять, нравится ей это имя или нет, но оно точно будет напоминать ей о мальчишках.

– Си, – сказала она.

– Си? Хм-г… ты знаешь, не совсем подходит для Рилы, там довольно длинные имена, и кроме того…

– Пусть, – вступился вдруг Алехин. – Если это имя важно для нее, то лучше так.

Саша кивнула благодарно: конечно, важно!

Потом Алехин развернул на столе лист бумаги А3 и написал в центре: «Си». От ее нового имени прочертил несколько стрелочек и подписал их: «родители», «национальность», «отбор?», «зачем ищет книгу», «варианты выхода».

– Наша задача – не нарушить баланс того мира. Мы не прогрессоры, не реформаторы, мы приходим ненадолго и уходим, ничего не изменив, как… ну, как в заповедник, например. Наблюдаем – и все.

– А как же книга? – не поняла Саша. – Ведь ее надо забрать?

– Да, – вздохнул Алехин. – Ее надо забрать. Это как если ты в заповеднике встретишь неизвестный вид растения и возьмешь его с собой как образец, понимаешь?

Саша подумала, что это сильно притянуто за уши, но спорить не стала. Что она понимает в этом? Ничего. «Слушай мастера, ибо никто не знает, где ты окажешься в следующий момент». Просто слушай мастера. И делай, как он говорит.

– Янина будет играть роль твоей богатой покровительницы, – продолжал Алехин, – она тебе покровительствует, потому что… потому что…

– Она дочь моей любимой подруги? – предложила Янина.

– Которая умерла, – кивнул Алехин и под стрелочкой «родители» написал: «сирота».

– Нет, погоди, я же не могу дружить с кем-то из покоренных народов… А дочь книжников не может служить в библиотеке.

– Да, точно. Тогда, может, ее мать – твоя верная служанка, которая умерла? – предложил Алехин.

– А я так добра, – подхватила Янина, – что забочусь о ее дочери, потому что своих детей у меня нет и…

– Не слишком ли это… гуманно для книжников?

– Книжники не монстры! – вспыхнула Янина. – Среди них много прекрасных, достойных и очень добрых людей.

– Ну да, ну да, – пробормотал Алехин. – Что ж, пусть. Надеюсь, мастер, к которому ты будешь пристраивать Сашу, не очень умен.

– Это не важно. Главное – найти подход и… узнать его слабости.

Алехин ничего не ответил.

– Где твой отец? – вдруг повернулся он к Саше.

– Что?

– Где твой отец, Си, что с ним случилось?

– А… ну… он, наверное, умер? – осторожно предположила она, взглянув на «сироту». – Погиб, потому что… э-э-э-э… может, он помогал кому-то? Может, он спас Яну и поэтому она так добра ко мне?

– Слишком в лоб, – поморщилась Янина. – Давайте лучше он будет из братства.

Саша не могла не заметить, что Алехин дернулся. Совсем как Кирилл, когда она спросила его о старой карте.

– Думаешь, это уместно? – пробормотал Алехин.

– Вполне. Это создаст прочную основу. Крошка Си была совсем маленькой, когда он погиб, а ее мама почти ничего о нем не рассказывала, потому что боялась, что дочурка проболтается о братстве. При этом помогает Си именно нам – братству, которое попросило ее об этом. Помогает в память об отце, которого не помнит, но все-таки любит.

– Не слишком сложно?

– Совсем нет. И госпожа Янита прибыла в Рилу именно по заданию братства. Понимаешь?

– Да, – сказал Алехин.

– Нет, – призналась Саша.

Янина повернулась к ней.

– В других мирах нам нельзя врать. Точнее… в общем, намеренная и осознанная ложь будет разрушать маршрут, который мы здесь составим, и это может затруднить обратный переход. Поэтому мы стараемся максимально избегать лжи.

– Вы серьезно? – не поверила Саша. – Ведь все построено на вранье! Вы, – она повернулась к Алехину, – первым делом попросили меня маме соврать!

– Да, но…

– «Это другое»? – насмешливо спросила она.

– Саша, – вздохнул Алехин, – когда ты читаешь сказки, ты понимаешь, что это все вранье?

– Да при чем тут это…

– Ты же сама сказала, что попасть в другой мир – это как попасть в книгу.

Саша заметила, что Янина приподняла одну бровь, как бы уточняя у Алехина, неужели и правда она это сказала. Алехин кивнул в ответ.

– Мы не считаем книги враньем, хотя события, которые там происходят, часто ну никак не могут быть правдой… с точки зрения нашего мира. Но мы верим, верим, если книга хорошо написана. А если автор где-то… ну, выбрал неточную интонацию или заставил героев поступать вопреки их характеру, то мы морщимся и говорим: да ну нет, ерунда какая-то, не верю. Считай, что на время посещения другого мира ты становишься героем книги и тебе там нельзя врать. Ну, просто такой закон.

– Чем больше ты врешь, тем сильнее разрушаешь свою легенду, а именно легенда позволяет тебе быть там, в том мире, взаимодействовать с ним.

Саша подумала. Все-таки какое-то непонятное объяснение, но она решила пока не копаться в нем – пусть ее только отправят, а там она сама разберется. Но один вопрос задать надо:

– А если меня спросят напрямик? Вот прямо спросят: «Кто ты и откуда?»

– Для этого у тебя есть легенда. Она является правдой для того мира.

Они помолчали. Саша пыталась запомнить все, но поняла, что лучше записать, как только останется одна. При преподавателях записывать не хотелось.

– И последнее.

Алехин сказал это и посмотрел на Яну. Та вздохнула. Саша чувствовала, что между ними идет какой-то тайный диалог, будто они умеют обмениваться мыслями.

– Ладно, – сказал после долгой, очень долгой паузы Алехин. – Лучше все-таки здесь, чем там.

– Как хочешь, – пожала плечами Янина, но видно было, что она не согласна.

– Угу. Саша, – сказал он очень аккуратно, подбирая слова. – В Риле Янина будет играть очень состоятельную и влиятельную даму. Такой женщине полагаются слуги.

– Это буду я, – кивнула Саша, не понимая, чего они так напряглись. Сыграть служанку – легче легкого. Госпожу в разы труднее.

– Да, но не только ты. Нужны горничные, повар…

– С нами пойдет кто-то из старшеклассников?

– Нет, – вздохнул Алехин. – Мы не можем отправить туда так много народу, это слишком… напряжет пространство. В общем, у вас будут не совсем настоящие слуги.

– То есть?

– Мы создадим фантомы, иллюзии. Они будут выглядеть как люди, но будут ненастоящие, просто плод воображения, который обрел ненадолго плоть и кровь. Они будут во всем подчиняться Яне. Тебе лучше минимизировать взаимодействие с ними.

Саша послушно кивнула. Она разберется во всем на месте. Сейчас в нее просто уже не влезает.

* * *

Накануне перехода Саша отыскала Варю и Петру. Точнее, она просто бесцельно бродила по коридорам школы, встретила Петру, с которой они теперь почти не виделись из-за больших нагрузок, и поняла, что ужасно соскучилась по своим бывшим соседкам. Вместе они разыскали Варю, свернули в тихий пустой коридор. Саша взобралась на подоконник, Варя и Петра встали рядом.

– Я завтра ухожу на полевую практику, – сказала Саша.

– Да ладно! – воскликнула Петра.

Варя закатила глаза:

– Перестань, пожалуйста, нас ведь предупредили.

– Да ну тебя, – обиделась Петра. – Может, человеку было бы приятно, если бы мы удивились и восхитились.

– Не в этом дело, – перебила их Саша. – Я просто хотела у вас узнать: вы были в Риле? Это в империи Вандербутов.

Варя с сожалением покачала головой:

– Туда могут попасть только странники.

– Странники?

– Ну, это те выпускники, которые остались в братстве после окончания ШДиМ.

– Ты можешь рассказать подробнее? Или это только для старшеклассников?

– Вообще-то да, но ты нетипичная второклашка, так что…

Петра похлопала ее по плечу:

– Мы страшно тобой гордимся, малявка.

Саша улыбнулась. Похвала Петры – это было именно то, что ей сейчас нужно.

– В общем, – сказала Варя, – ты ведь уже знаешь, что после ШДиМ можно вернуться в обычную школу в десятый класс или в колледж пойти, а можно остаться. Ну, то есть на самом деле выпускники здесь уже не живут, кроме некоторых…

– Анна Михайловна, например, выпускница. Магеллан и Урсула, – сказала Петра. – У них, кстати, шуры-муры-плоскогубцы. У Магеллана с Урсулой. Но это не точно.

– Просто слухи, – опять закатила глаза Варя.

И хотя Саше ужасно интересно было узнать подробности про этот роман, сейчас было не до этого.

– А где живут выпускники-странники? – спросила она.

– Кто где. Главное, что они вступают в братство и исследуют другие миры. Просто изучают. Иногда помогают тем, кто нуждается в помощи…

– Алехин сказал, что мы не прогрессоры, – возразила Саша. «Трудно быть богом» она закончила читать позавчера.

– Конечно, нет! Они помогают не как сверхчеловеки какие-то, а как просто люди… ну, как наши волонтеры, понимаешь?

– А еще ищут артефакты, – вставила Петра. – Ну, или делают вид, что ищут, мы пока не поняли.

– Для чего нужны смотрители? – сменила тему Саша, чувствуя, что вопросов в голове слишком много и вряд ли она успеет задать их все.

Варя с Петрой переглянулись. Варя опять вздохнула, видимо решив, что чем больше информации она выдаст сейчас Саше, тем больше у той шансов выполнить задание:

– Все миры связаны между собой. И есть такие точки пересечения… ну, как узелок, понимаешь? То место, где миры соприкасаются, связываются. И вот эти места, они… ох, как бы это объяснить… у вас же УиВМ[3] еще не было? Не было… короче, эти места, эти узелки, они нестабильны. Там часто бывают аномалии всякие. Вот наша школа в таком месте как раз.

– Дурацкая погода, – буркнула Петра и пнула стену.

– Например, да. Есть еще Северные холмы, там вообще, говорят, опасно. Есть дом в секвойном лесу, туда многих впервые водят на практику.

Саша кивнула:

– Я там была.

– Ну вот! – обрадовалась Варя. – Это особенные места. И за ними надо приглядывать. Там обязательно кто-то должен жить и как бы… удерживать.

Саша поняла.

– ШДиМ держит Алехин, да? Он смотритель?

– Думаю, да.

Саша укладывала новую информацию по воображаемым полочкам в своей голове. Книга истин нужна братству. Люди братства живут в разных мирах, но связаны друг с другом, помогают, как волонтеры, всем, кому могут. Ищут артефакты. Книга истин нужна Гаррэту. Но он не из братства, он нуждается в помощи. Он ищет некую Элоис, и Алехин хочет ему помочь, собрав по ходу дела как можно больше книг истин. Саша спрыгнула с подоконника, обняла сначала Варю (чтобы она не успела сообразить и возразить), потом Петру.

– Вы приглядывайте за Киром и Савкой, ладно? – попросила она в шутку. – Мало ли сколько меня не будет…

– Не переживай, – серьезно кивнула Варя.

– Глаз с них не спустим, – зловеще пообещала Петра.