У дальнего конца моста, рядом с причалами, где стоят на приколе маленькие пароходы, находится крохотный храм Дзидзо (Дзидзо-до). Здесь хранятся несколько бронзовых драг. Когда в реке тонет человек, а тело найти не могут, из маленького храма берут драги и прочесывают дно. Если это помогает найти утопленника, то храму полагается подарить новую драгу.

Отсюда на половину мили в южном направлении до большого синтоистского храма Тэндзина, Бога учености и каллиграфии, тянется широкая Тэндзинмати, улица Богатых Купцов, по обоим бокам задрапированная синими занавесками с чудесными белыми иероглифами названий и указателей. Занавеси колеблются при каждом дуновении ветерка с озера. Вдаль, в светлую перспективу, уходят длинные ряды телеграфных столбов.

За храмом Тэндзина город рассекает еще одна река – Синдотэгава, через которую перекинут мост Тэндзин-баси. Обширные кварталы тянутся до самых холмов и по берегу озера. Промежуток между двумя реками – место наиболее колоритной и оживленной городской суеты. Здесь же находится обширный, любопытный квартал храмов. В этом районе-острове расположены театры, места проведения борцовских состязаний и большинство увеселительных заведений.

Параллельно Тэндзинмати пролегает большая улица буддийских храмов Тэрамати. Всю ее восточную сторону занимает непрерывный ряд святилищ – сплошная стена крытых кафелем каменных оград с импозантными воротами на равных промежутках. За оградами с кафельным верхом к небу поднимаются прекрасные косые очертания массивных серо-синих храмовых кровель. Здесь мирно уживаются все школы: Нитирэн-сю, Сингон-сю, Дзэн-сю, Тэндай-сю, даже Син-сю, непопулярная в Идзумо из-за того, что ее преданным последователям запрещено поклоняться ками. За каждым храмовым двором находится кладбище или хакаба. На востоке видны другие храмы. Огромное количество буддийских зданий перемежаются вкраплениями садов и крохотных домишек, превращая район в гигантский лабиринт старых дворов и куцых улочек.

Сегодня я, по обыкновению, могу с большой пользой провести пару часов, посещая храмы, разглядывая древние статуи, восседающие на бутонах с золотыми лепестками лотоса под золочеными нимбами, покупая забавные мамори, исследуя надгробные скульптуры, где почти всегда можно обнаружить достойную внимания дремлющую Каннон или улыбающегося Дзидзо.

Широкие дворы буддийских храмов – идеальная площадка для любителя наблюдать за жизнью народа, ибо они с незапамятных веков служили местом детских игр. Здесь проводили веселые годы целые поколения детей. Как только восходит солнце, сюда тянутся няньки и девочки с маленькими братиками и сестричками за спиной. К ним присоединяются сотни детей, играющих в странные забавные игры: Онигокко, или Игра в дьявола, Кагэ-они, Тень и Демон, и Мэкусангокко, напоминающую жмурки.

Долгими летними вечерами территория храмов превращается в арену борцовских состязаний, на которые могут прийти посмотреть все желающие. Во многих дворах установлены дохё-ба, борцовские ринги. Покончив с дневными заботами, сюда приходят помериться силами крепкие строительные рабочие и жилистые ремесленники. С таких соревнований начиналась слава многих знаменитых борцов. Когда юноша побеждает в борцовском поединке всех соперников в округе, он получает вызов от победителей из других округов и, если побеждает и их тоже, у него появляется шанс стать опытным и популярным профессиональным борцом.

Дворы храмов еще и служат местом для священных танцев и публичных выступлений. Здесь по большим праздникам продают самые необычные игрушки, большинство из которых имеет религиозное значение. Во дворах растут величественные старые деревья, пруды кишат ручной рыбой, которая высовывает морду из воды и просит еду, стоит только твоей тени упасть на водоем. Здесь культивируют священные лотосы.

Хотя этот цветок растет в мерзкой грязи, он сохраняет чистоту и невинность.

«Душу того, кто остался чист перед искушением, сравнивают с лотосом. Поэтому лотос вырезают или рисуют на храмовой мебели, и он виден во всех изваяниях нашего Господа Будды. В раю блаженные будут спокойно сидеть на распускающемся цветке золотого лотоса»[37].

Старую улицу оглашает звук горна. Из-за угла строем выходит отряд красивых молодых стрелков в форме, напоминающей мундиры легкой французской пехоты. Молодые люди шагают по четверо в ряд с такой согласованностью, что кажется, будто все ноги принадлежат единому организму. Каждый штык-нож сверкает на солнце под одним и тем же углом. Это группа студентов Сихан Гакко, Учительского колледжа, вышла на ежедневное занятие по военной подготовке. Преподаватели читают им лекции по микроскопическому изучению клеточных тканей, расщеплению формирующейся нервной структуры, спектральному анализу, о развитии восприятия цвета и выращивании бактерий в растворе глицерина. Тем не менее молодые люди, несмотря на современные знания, не теряют скромности и рыцарства и по-прежнему с почтением относятся к своим старым отцам и матерям, чей образ мыслей сформировала эпоха феодализма.