– Хо кэ кё!

Мой угуису, наконец, тоже проснулся и возносит утреннюю молитву. Вы не знаете, кто такой угуису? Это священная маленькая птичка, принявшая буддизм. Все угуису исповедуют буддизм с незапамятных времен. Они проповедуют людям величие божественной Сутры.

– Хо кэ кё!

«Хо кэ кё» – по-японски то же самое, что на санскрите «Саддхармапундарика» или Сутра белого лотоса высшего учения, священная книга секты Нитирэн. Надо признать, что изъявление веры пернатым буддистом продолжается недолго – он лишь раз за разом повторяет священное название как ектению, перемежая ее взрывами жемчужного щебета.

– Хо кэ кё!

Всего одна фраза, но как мило произносит ее птица! В каком любовном экстазе выговаривает она ее по слогам! Ибо написано: «Тот, кто запомнил, прочитал, преподавал или записал эту Сутру, получит восемьсот добрых способностей Ока. Он сможет увидеть все три сферы вселенной вплоть до самого ада Авичи, до края всего сущего. Он приобретет тысячу двести добрых свойств Уха – сможет слышать все звуки трех сфер вселенной – звуки, издаваемые богами, гоблинами, демонами и нечеловеческими существами».

– Хо кэ кё!

Всего одно слово. Но написано также: «Заслуга с радостью принявшего хоть одно слово этой Сутры будет несравненно больше, чем заслуга того, кто обеспечит всех существ в четырех тысячах асанкий миров всем необходимым для счастья».

– Хо кэ кё!

Произнеся это слово, птичка делает небольшую почтительную паузу, прежде чем разразиться восторженным щебетом – птичьим хвалебным гимном. Щебет, потом перерыв на пять секунд, потом медленное, милое, торжественное провозглашение священного названия тоном медитативного восторга, потом еще одна пауза и еще один бурный всплеск страстного щебета. Впервые увидев эту птицу, ты невольно удивляешься, как столь чудное, пронзительное сопрано могло зародиться в таком маленьком горлышке. Угуису – один из самых крошечных пернатых певцов, тем не менее его пение слышно на другом берегу широкой реки, и дети, идущие в школу, останавливаются послушать его на мосту, находящемся на расстоянии целого тё. Птица невзрачна: серенький малыш практически не виден в огромной клетке из дерева хиноки, затемненной бумажными экранами на маленьких проволочных окошках, потому что он любит полумрак.

Существо это нежное и требует рабской исполнительности. Корм следует тщательно отмерять, взвешивать на весах и всегда подавать в одно и то же время дня. Чтобы певец не умер, требуется проявлять всяческую заботу и внимание. И все-таки эта птичка бесценна. Цена ее недоступна, как далекие берега, настолько она редкая. Я, например, не мог бы позволить себе такое приобретение. Птицу прислала мне одна из самых милых леди Японии, дочь губернатора Идзумо, которая, решив, что иностранный учитель может заскучать во время непродолжительной болезни, отправила изящное существо мне в подарок.