Те, в кого вселилась лиса, впадают в странное безумие. Иногда они с криками голыми бегают по улице или падают на землю, пуская изо рта пену и тявкая, как лисица. В какой-нибудь части тела одержимого вдруг появляется подвижный желвак, живущий отдельной жизнью. Если ткнуть его иголкой, он немедленно переходит в другое место. Нет такой сильной хватки, из которой бы он не выскользнул. Одержимые также иногда приобретают способность писать и говорить на языках, о которых они не имели понятия. Они едят исключительно пищу, привлекающую лис, – тофу, абурагэ[109], адзукимэси[110] и так далее, причем едят много, из чего другие делают вывод, что голодны не сами одержимые, а вселившиеся в них лисы.

Нередко бывает, что родственники жестоко обходятся с жертвами лисьего колдовства, их кожу прижигают, их бьют в надежде, что такие действия изгонят лиса. К ним зовут заклинателя – хоин[111] или ямабуси. Заклинатель вступает в спор с лисой, говорящей устами одержимого. Когда доводы религии о порочности привычки вселяться в людей заставляют лису умолкнуть, ее обычно удается убедить покинуть жертву, пообещав хорошо кормить тофу и другой едой. Еду необходимо немедленно доставить в тот храм, куда поступит служить лиса. Ведь лисица, вселившаяся в человека, обычно считает себя слугой определенного Инари и даже называет себя богом.

Когда лиса оставляет одержимого в покое, тот падает без чувств и долго пребывает в прострации. Также существует поверье, что, человек, освободившийся от лисьего морока, не сможет даже смотреть на тофу, абурагэ, адзукимэси и другие любимые лакомства лис.