Статуй лисиц в Идзумо, по-видимому, больше, чем в других провинциях, и они, если брать во внимание основную массу крестьян, олицетворяют не только Бога Риса. Прежнюю концепцию Бога Рисовых Полей в низших сословиях заслонил и почти полностью подменил собой странный культ лисы, практически чуждый духу чистого синтоизма. Почитание слуги бога вытеснило поклонение самому богу. Поначалу Лис считался священным для Инари не более, чем черепаха считалась священным животным для Компира, олень для великого бога из Касуга, крыса для Дайкоку, рыба Тай для Эбису, белый змей для Бэнтэн или сколопендра для Бисямон, Бога Войны. Однако в течение нескольких веков лисица узурпировала божественный статус. Каменные изваяния лис не единственное свидетельство этого культа. В задней части практически любого храма Инари на высоте одного-двух футов над землей можно обнаружить совершенно круглое отверстие диаметром около восьми дюймов. В большинстве случаев его можно в любую минуту прикрыть специальной задвижкой. Отверстие представляет собой вход в «лисью нору». Если он открыт, то, заглянув внутрь, можно увидеть тофу и другие лакомства, которые якобы нравятся лисам. Там же лежат рисовые зерна, рассыпанные на деревянных выступах рядом с отверстием или непосредственно на его краю. Крестьяне приходят к «норе», хлопают в ладоши, произносят молитву и глотают одно или пару таких рисовых зерен, чтобы излечиться или уберечься от болезни. Лис, для которого проделан ход, – невидимка, призрак, которого крестьяне уважительно называют О-Кицунэ-сан. Говорят, в те редкие моменты, когда он становится видимым, шкура его бела, как снег.

Согласно некоторым сведениям, существует несколько видов лисов-призраков. Другие говорят, что видов только два – Инари (О-Кицунэ-сан) и дикие лисы (кицунэ). Третьи подразделяют лис на высших и низших, причисляя к высшим и обладающим сверхъестественными способностями лисам Бякко, Кокко, Дзэнко и Рэйко. Четвертые делят лис на три вида – полевого лиса, человеколиса и лиса Инари. Однако многие путают полевых или диких лисиц с человеколисами, в то время как другие считают, что Инари и человеколис одно и то же существо. Никто не в состоянии разобраться в путанице этих представлений, существующей прежде всего в крестьянских умах. Кроме того, поверья варьируются от округа к округу. Прожив четырнадцать месяцев в Идзумо, где лисьи суеверия особенно сильны и носят свои неповторимые черты, я сделал следующие обобщения.

Все лисы обладают магической силой. Лисы бывают добрые и злые. Лис Инари хороший, плохие лисы его боятся. Наихудший лис – это Нинко или Хито-кицунэ (человеколис), способный вселяться в человека как демон. Он не больше куницы и похож на нее формой тела, хотя хвост у него такой же, как у других лисиц. Нинко видим только тем людям, к кому он привязался. Этот лис любит поселяться в человеческом жилище; тех, кто его кормит и ухаживает за ним, он делает богатыми. Нинко следит за тем, чтобы рисовым полям всегда хватало воды, а в котле не переводился рис. Но, если его обидеть, он принесет горе в дом и гибель урожая. Дикий лис (Ногицунэ) тоже злой. Он иногда вселяется в людей, но в первую очередь он любит колдовать и наводить морок. Ногицунэ способен принимать любой облик и становиться невидимкой, однако собаки всегда его чуют, поэтому он очень их боится. А еще, когда лис принимает другой облик, то на поверхности воды, если он к ней подойдет, можно заметить его настоящую тень. Крестьяне убивают таких лисиц, но убийца рискует быть околдованным родней лиса либо ки, призраком самого убитого. Однако, если съесть мясо убитого лиса, никакие лисьи чары уже не подействуют. Ногицунэ тоже захаживает в дома людей. Большинство семей держат у себя только маленьких лис Нинко, но временами оба вида уживаются вместе под одной крышей. Некоторые говорят, что, если Ногицунэ проживет сто лет, он становится полностью белым и достигает звания Инари.

Эти поверья содержат в себе любопытное противоречие. Определить корни суеверий, связанных с лисами, очень трудно, и не только потому, что единства мнений нет среди самих верующих, но и по причине разнообразия элементов, из которых сложилась эта вера. Легенда родилась в Китае[104]. Попав в Японию, она странным образом смешалась с поклонением синтоистскому божеству, а потом была дополнена и преобразована за счет буддийских концепций магии и чародейства. В отношении простых людей будет, вероятно, справедливым сказать, что они поклоняются лисам главным образом потому, что боятся их. Крестьяне по сей день благоговеют перед тем, что нагоняет на них страх.