Той ночью я спал в своей знакомой, удобной кровати. Казармы у К.О.М. были чистые, никаких тараканов, поэтому вырубился я тут же, как только пришел.

Сны мне виделись непонятные. Какой-то огромный четырехмоторный грузовой самолет с ревом взлетел над блеклыми северными снегами, плюясь дымом. Он был загружен ящиками, коробками и почему-то свежими тушами. У двери грузового отсека стоял человек. Самолет трясло, но незнакомец ни за что не держался, и я откуда-то знал, что он простоит так весь полет: неподвижный, как скала, расставив ноги, скрестив руки на груди. Из-под низко надвинутого капюшона мехового плаща блестели черные глаза, напряженно глядящие вперед, туда, куда лежал его путь.

Его лицо покрывала сплошная черная татуировка, делавшая его похожим на скалящийся череп. И татуировка эта постоянно двигалась.

* * *

Я вернулся из Монтгомери как раз к середине планерки. Дантист починил мои поломанные зубы, и половина лица все еще зудела, отходя от новокаина, так что я не мог удержаться и постоянно тыкал в щеки – забавное было ощущение.

Все собрались в переговорке из моего сна за огромным деревянным столом: и опытные охотники – даже сам Рэймонд Шэклфорд III пришел, – и новички, которых признали готовыми. Холли Ньюкасл, заметив, как я пытаюсь прокрасться на свое место, улыбнулась и подмигнула. Я постарался сесть подальше от Гранта. Тот все еще воротил от меня свой забинтованный нос.

Джули как раз вела брифинг, стоя во главе стола.

– Доктор Джонас Терли считался одним из ведущих экспертов в области религии, искусств и истории древних цивилизаций нашего континента. Написал более двадцати книг, активно участвовал в археологических раскопках от Аляски до Аргентины. Я однажды была на его лекции в Бирмингеме. Дело свое он знал на отлично.

Итак, зачем плохим парням потребовалось идти к нему домой, убивать его и его жену? Они перевернули вверх дном весь его кабинет, потому что искали нечто важное. И я догадываюсь, что именно. – Она сделала паузу, довольная собой. Ей явно хотелось нас заинтриговать. – Когда Питт разыгрывал свой блеф, делая вид, что собирается взорвать судно, Дарнэ сказал, что этот Мачадо обладает неким артефактом и собирается использовать его в месте силы. Доктор Терли много времени посвятил изучению таких мест. Больше того, последнюю книгу он написал как раз о капищах. В научных кругах ходили слухи, что следующая будет просто длинным каталогом мест религиозного значения. Думаю, именно за этим каталогом кровососы и охотились. Ведь им нужно конкретное место силы, чтобы использовать свой артефакт.

– Но что этот артефакт делает? – спросил Шэклфорд-старший.

– Я обычный историк, тут лучше спросить экстрасенса. – Она указала на меня.

– Я не экстрасенс, просто ко мне во сне приходит странный еврейский дедушка и мы попадаем во всякие приключения… Ладно, звучит как детская книжка.

– Что делает этот артефакт? – терпеливо спросил Босс.

– Я не знаю, но мне сказали, что грядет зло и его принесет Проклятый. Если мы не сможем его остановить, время умрет.

– Время умрет?

– Старик так сказал. Я видел шторм, несущий Армагеддон.

– Ясно. Звучит неутешительно. Джулс, продолжай, – велел мистер Шэклфорд.

– Нужно выяснить, какое место они ищут, и устроить там засаду, – продолжила Джули.

– Для семерых вампиров-хозяев? И с чем мы на них пойдем? – спросил Сэм. – У нас ядерка, что ли, есть?

– Ну, на самом деле… ай! – начал было Майло, но Предтеча пнул его под столом.

Вау. Я не знал, что там у нас в подвале, но такое даже представлять не хотел. И изо всех сил гнал от себя мысли о Майло Андерсоне с термоядеркой.

– Что-нибудь придумаем, сперва нужно собрать информацию. Найти список Терли, вычислить нужную локацию. Высматривать этих монстров и заодно перерыть архивы, узнать, кто этот Мачадо и что делает артефакт.

– По архивам пока глухо, – сказал Альберт Ли. В последние пару дней он стал нашим неофициальным библиотекарем. – Книг там внизу много, а каталожная система у вас, извините, отстой.

– И бо`льшая часть архивов сгорела в девяносто пятом, – добавил Сэм.

– Кстати, а когда вы нам расскажете, что случилось в девяносто пятом?

Предтеча покачал головой.

– Расскажем. Но потом.

– Есть один человек, который знает все истории из архивов, – сказал Майло. – Можем спросить его. Если кто и может знать о Мачадо, то только он.

Опытные охотники обменялись недоверчивыми взглядами. Предложение Майло встретила мертвая тишина.

– Нет, – ответил Предтеча приказным тоном.

– Я запрещаю, – добавил мистер Шэклфорд.

– Майло, не глупи, – бросила побледневшая Джули. Я еще ни разу не видел у нее на лице такого потрясения.

– Но если этот артефакт правда уничтожит время, или взорвет мир, или что он там может сделать, это разве не стоит риска? – не сдавался Майло. – Случай из ряда вон. Мы тут о серьезных вещах говорим! Нас он ненавидит, но с Джули поговорит.

– Я не хочу, чтобы он с ней говорил, – сурово заявил Предтеча. – Он опасен.

– Эрл, он же ее отец. Он ее не тронет.

– А девяносто семь мертвых охотников меня убедили в обратном. Все, Майло. Закончили. Даже не заикайся.

Майло откинулся на стуле, положил ладони на столешницу.

– Ладно, молчу. Но когда планета взорвется, меня не вините.

Переговорка вновь погрузилась в неловкое молчание. Джули стояла, опустив голову. А я-то думал, у меня в семье проблемы…

– Есть другой вариант, – заговорил Предтеча. – Можем поговорить с коллегами Терли. Вдруг кто-то из них знает о месте силы? Он наверняка об этом упоминал. Но действуем осторожно, чтобы федералы не пронюхали. Когда я рассказал им о семи вампирах, они почему-то сразу поняли, куда лететь.

– Могли нас выследить, – предположил я. – «Крокодил»-то вообще не выделяется.

– Могли, и мне эта мысль не нравится. Даже если выследили, значит, мы с ними на одной волне и опрашивать будем одних и тех же людей. Стоит кому-то проговориться Майерсу – и нам конец.

– Можем вырубить Питта и посмотреть, не приснится ли ему еще что-нибудь, – предложил Грант.

– Или я могу по твоим кишкам погадать. Слышал, на петухах работает, – огрызнулся я. Он бросил на меня злой взгляд, Джули недовольно покачала головой. Нет, ну а что! Я не обещал с ним раскланиваться.

– У нас же еще всякие источники есть. Кто там на связи с… э-э… миром магии. Они шарят во всяких местах силы. А если этот Мачадо совсем злодей, могут даже почуять, где он, – сказал Майло. – Навестим королеву эльфов.

– Неплохая идея. Если мы поднесем богатые дары, она, возможно, с нами поговорит, – согласилась Джули.

– Так, стоп, стоп! То есть эльфы существуют? Настоящие эльфы? – спросил Трой.

– Да, Трой. Настоящие эльфы, – ответила Джули. Я не стал спрашивать, живут ли они на волшебном дереве и пекут ли вкусное печенье.

– То есть как у Толкина? Такие? – Глаза у Троя были как у ребенка, который все еще верил в Санта-Клауса.

– Старина Дж. Р. интересный был тип. Все время крутился возле британских охотников, спрашивал их о разных языках и всем подобном, – просипел Шэклфорд-старший. – Однако в своих книгах он ситуации несколько романтизирует.

– Поверить не могу! – объявил Трой. – Все это время мне рассказывали про ужасных, уродливых тварей, злых мертвецов, которые причиняют людям боль… То есть я понимаю, нам нужно знать о том, с чем мы боремся, но я даже не знал, что бывают и хорошие магические штуки! Это же здорово!

– Сынок, просто помни, что старый добрый Дж. Р. многое приукрасил. Ему ведь нужно было рассказать хорошую историю. Жизнь не всегда такая, как в книгах и фильмах, – предупредил мистер Шэклфорд и взглянул на свои старинные часы. – Что ж, пора. Вас, похоже, ждет путешествие в Зачарованный лес. Езжайте тоже, если пожелаете, мистер Джонс. Майло, это была твоя идея, так что ты за главного. И возьмите Питта: он все же экстрасенс.

Через несколько часов вертушка высадила нас в Бунвилле, Миссисипи. Наша цель на самом деле была ближе к Коринфу, но Кулак отказался приближаться к Зачарованному лесу. Почему – не сказал, и Майло, возглавивший нашу маленькую экспедицию, решил не спрашивать. К счастью, в городе был пункт проката машин. Но, увы, достался нам только трехдверный «Форд Эскорт». Кондиционер покашлял, пошипел и сдох через пять миль, когда мы выехали на трассу 45 и двинулись на север.

– Когда приедем в Зачарованный лес, не болтайте, пока к вам не обратятся, и не пяльтесь на них. Их это оскорбляет.

– Потому что они прекраснейшие создания? – спросил Трой.

– Э… ага, типа того.

Майло сидел за рулем, я – рядом на переднем сиденье, съежившись и неловко упираясь коленями в бардачок. «Простор для ног», ага. На заднем сиденье устроились Холли и Трой. Для работы в архивах и опроса коллег доктора Терли наш новичковый отряд не годился. Ли, правда, с удовольствием закопался в архив, расставляя пыльные книги и дневники. Он нашел свою нишу, остальные над этим еще работали. Я решил, что дырка в моей челюсти вроде перестала кровоточить, и выплюнул вату в окно. Новокаин выветрился, лицо разболелось.

Майло продолжил нас наставлять, рассеянно поглаживая бороду. Бусины он снял, оставив просто косу. И даже приоделся в сиреневую рубашку с узором пейсли и зеленые штаны.

– Говорить буду я. Для них этикет очень важен. Если спросят, отвечайте, но сами вопросов не задавайте. Они обидчивые и скрытные.

– Уверен, это потому, что они древний и мудрый народ, ревностно хранящий свои тайны, – сказал Трой. Холли сунула палец в рот, изображая, будто ее тошнит. – Смейся, смейся. Но знаешь, меня растила мама-иммигрантка во флоридской Мухосрани, одна. Я у нас в семье единственный, кто читать умеет, и то только потому, что сначала комиксы полюбил, а потом перешел на фэнтези. У меня всегда было развитое воображение, и в детстве я читал как бешеный. Тысячи книжек проглотил. Считай, я двадцать с чем-то лет читаю про всяких эльфов – конечно, меня колбасит!

– То есть ты был задротом, – резюмировала она.

– Ну, вроде того.

– Спорю, ты и в «Подземелья и драконы» играл у какого-нибудь друга в гараже.

– Было дело.

– Ботан.

– Эй! – возмутился Трой.

– И как же ботан смог так раскачаться?

– Узнал однажды, что умею очень быстро бегать с мячом и могу за это стипендию в колледже получить.

– Но в душе, конечно, все еще ботан. О-о, волшебные эльфы! – передразнила Холли. Получилось неожиданно похоже. – Волшебная страна розовых пони!

– Холли! Не дразни задрота! – прикрикнул я.

– Ой, а сам-то! Любитель экселевских табличек.

– Тихо, детишки! А то высажу! – крикнул Майло и выкрутил радио на полную мощность. Играла волна с какой-то романтической попсой на испанском, но она успешно нас заглушила. Мимо пролетали мили и мили зеленых рощ и ферм. Пастбища с коровьими и козьими стадами перемежались заросшими пустырями, на которых мощные плети кудзу задушили все местные растения. Да уж, если и есть на юге монстры, то кудзу точно в списке.

Жара стояла страшная. Мы открыли окна, но это не помогло: горячий влажный воздух просто гоняло туда-сюда. Подмышки мои мигом промокли, рубашка прилипла к груди.

В Коринфе мы остановились у супермаркета «Пиггли Виггли». Зачем – Майло не сказал, поэтому мы, салаги, просто купили газировки и зависали под кондиционером, пока наш «батя» закидывал целую тележку покупок в багажник. Ему пришлось посигналить, чтобы нас вытащить.

Попивая по дороге «Спрайт», он указал на карту.

– Вот это Зачарованный лес. Местные туда особо не суются. А вот тут Зеленая лощина. От нее держитесь подальше. За последние сто лет у К.О.М. была там пара заданий… В общем, есть на земле такие места, куда вам не надо. На западе, парочка в штате Мэн, одно в сосновых лесах Нью-Джерси. Там чистое зло. И в Низине тоже. Люди в тех местах странные… Да им туда электричество только в конце девяностых провели. В общем, безумная хрень там творится, лучше вам с ней не связываться.

Подробнее он рассказывать не стал.

Мы несколько раз повернули, углубляясь в холмы, и чем дальше заезжали, тем обшарпаннее и старше становились дома. Наконец пошли такие развалюхи, что если бы не свет в окнах и не собаки, бегающие по заваленным мусором дворам, мы бы решили, что там никто не живет.

Лес вокруг становился гуще, выше и темнее. Дождь заморосил среди ясного неба, но быстро кончился. Он был такой отвратительно теплый, что влажная жара стала только хуже.

В конце концов мы остановились перед небольшой табличкой. «ЗАЧАРОВАННЫЙ ЛЕС» – возвещали крупные буквы, а внизу, помельче, было написано скромное: «трейлерный парк».

– Это, наверное, чтобы сбить с толку непосвященных, – сказал Трой. Майло в ответ чихнул так громко, словно его замучила аллергия. Хрустя шинами по мелкому гравию, мы въехали в Зачарованный лес.

Выглядел он как самый обычный трейлерный парк, да еще и убогий. Трейлеры были старые, ржавые, окна кое-где заткнуты картоном. Везде, куда ни глянь, валялся мусор и пивные банки. Майло даже пришлось объезжать кучу чего-то подозрительно напоминавшего использованные памперсы.

Кое-где стояли старые машины, но явно уже давно никуда не ездили: вместо сгнивших шин их подпирали бетонные блоки.

Никакой разумной жизни нам не встретилось, только тощие псины, старавшиеся держаться в тени. Из открытых дверей трейлеров слышался бубнеж телевизоров, где-то плакал ребенок.

Майло остановился перед самым большим трейлером, вдвое шире обычного. Возле трейлера ржавела здоровая спутниковая тарелка, на кое-как сбитой из разномастных досок веранде стоял шезлонг и здоровый выгоревший диван. Диван оккупировала толстая грязная псина.

Мы выкарабкались из машины, и нас тут же окружили крупные черные мухи – проверить, съедобные мы или нет.

– Че надо? – крикнул кто-то изнутри.

– Мы принесли дары, – ответил Майло.

– Библий не заказывали, иди нна! – отозвался все тот же голос.

– Мы пришли поговорить с королевой эльфов.

Повисла тишина, слышно было только ор прорестлинга по телевизору. Трой ждал с надеждой, Холли поправила кобуру под рубашкой. Она так и не привыкла к жаре и все время нервно трогала пушку. Наконец на пороге появился хозяин голоса.

Он был высокий, очень тощий, в грязной майке-алкоголичке и бейсболке. Длинные светлые волосы висели сосульками, пальцы пожелтели от никотина, рот растянулся в кривозубой ухмылке. На лицо симпатичный, из стрижки-маллета торчали острые уши.

– О, охотнички! К королеве пришли. Она занята. Короче, валите, а то ща собаку спущу. – Он указал на диванную псину. Та угрюмо взглянула на нас, но, видно, решила, что даже рычать ей слишком жарко.

– Мы принесли дары, – повторил Майло и открыл багажник. Трейлерный эльф подозрительно стрельнул в нас маленькими голубыми глазками и сунулся посмотреть, что мы там привезли из «Пиггли Виггли». Увидев «дары», он присвистнул: Майло расщедрился на пару ящиков «Будвайзера» и десять блоков «Мальборо».

– Ща схожу за ней. Может, поговорит с вами. – Эльф сунул под майку один блок и ушел в трейлер.

– Рондель! – заорал он где-то на заднем дворе. – К те гости!

Трой немного поник, но надежда его еще не умерла.

– Это просто для отвода глаз, – уговаривал он себя.

– Да он выглядит как звезда кантри с ушами Спока, – прошептала Холли. – Вообще не Орландо Блум.

Эльф вернулся. Двигался он с нечеловеческой грацией, длиннорукий и длинноногий. Но если бы не острые уши, сошел бы за обычного реднека.

– Королева ща выйдет. Сидайте, – сказал он, указывая на диван. Собака, спящая без задних ног, даже не дернулась. – Слазь давай! У нас гости.

Он пнул псину босой ногой. Псина проснулась, встала и обмочила диван. Новый пинок наконец погнал ее с крыльца.

– Извиняйте, – развел руками эльф и перевернул диванную подушку сухой стороной вверх, чтобы мы могли сесть.

Майло кивнул на диван. Я нехотя уселся, чтобы не обижать эльфов, но на самый краешек, не желая даже думать, чего там касаются мои штаны. Трой, бывший слегка гермофобом, приобрел зеленоватый оттенок.

– Я, наверное, подожду в машине, – предложила было Холли, но Майло покачал головой, и она, помедлив, села рядом со мной. Эльф снова ушел в дом, а Майло, как тертый, мудрый охотник, сел на ступеньки веранды. И снова расчихался.

– Немного не так я себе это представлял! – весело сказал я.

– Это все отвлекающий маневр… – прошептал Трой.

– Этот эльф на мою грудь пялился, – холодно ответила Холли.

Какое-то время мы варились во влажной, удушливой жаре. Голубая электрическая ловушка для насекомых то и дело громко бзыкала, убивая каких-то букашек. Я заметил, что за нами наблюдают из-за жалюзи других трейлеров.

Гостеприимный эльф вернулся, грязными босыми ногами прошуршал по гравию к нашему багажнику и начал выгружать «дары».

– Королева Илронделия ща выйдет. Пиво будете? – спросил он, занося в трейлер ящики. Очень щедрое было предложение, учитывая, что мы же это пиво и купили.

– Нет, спасибо, – ответил Майло. Мы, следуя его примеру, отказались, хотя Трой выглядел так, будто ему необходимо было вмонтировать чего-нибудь покрепче. Наверное, страшная правда начала до него потихоньку доходить. Это как осознать с возрастом, что герои твоего детства просто люди. Только, пожалуй, еще хуже.

Наконец в дверях появилась сама королева эльфов. Вернее сказать, заполнила дверной проем. Весила она примерно как я, вот только была на два фута ниже. Одета королева была в ярко-красный свободный сарафан муу-муу и белые тапочки с зайчиками. С рук свисали валики жира, подбородки я устал считать после пятого, голубые глазки-бусинки утонули в складках щек. Светлые волосы накручены были на бигуди, и единственное, что в этой женщине оказалось волшебного, – уши. Выглядела она как типичная кандидатка на гастрошунтирование.

– Узрите королеву Илронделию, правительницу эльфов, госпожу этих земель. Ну, занимайтеся, – провозгласил эльф и, вскрыв бутылку, пошел дальше смотреть свой рестлинг. Королева тем временем, переваливаясь, прошаркала к своему шезлонгу-трону и завалилась на него, довольно кряхтя.

– Ваше величество, мы нуждаемся в вашей мудрости и знании, – начал Майло.

– Не, больше не колдоваю. Спину повредила. Пособие во получаю, по инвалидности. Они грят, больше не колдовай, – сказала она совершенно безграмотно утробным голосом.

– Нет, ваше величество, нас не интересуют заклинания. Мы ищем информацию. Эльфы мудрые и бессмертные, вы передаете знания предков из поколения в поколение.

– Ага. Мне сто писят будет в августе.

Я в этом сомневался, потому что выглядела королева с натяжкой на сорок. Но Майло не стал переспрашивать.

– Ваше величество, эльфы крепче связаны с силами природы. Может, вы почувствовали новое зло в этих землях?

– Ой, тут зла хоть жопой жуй, охотник. Ты ж знаешь. – Она довольно улыбнулась, услышав, что мухоловка бахнула током что-то крупное.

– Да, но несколько дней назад высадилось кое-что новое.

– А, этот, что ли? Ага, мы тут почуяли, в Зачарованном лесу. Злой, да. Я прям сразу поняла, что вы про него спрашивать пришли.

– И вы знаете, где он? – возбужденно спросил Майло.

– Не. Но он второй раз приперся. Когда-то человеком был, а потом ой как проклялся. Давно, еще все эльфы в Европах жили. То ли генерал какой-то, то ли что. С Древними мутил мутки, там еще, как вы ее сейчас зовете… в Бразилии. Проклялся весь.

– Ваше величество, а как давно вы на этом континенте? – спросил Трой.

– Ой, понаехали с бабкой моей лет четыреста-пятьсот назад. Но тогда и Зачарованный лес был получшее. – Ее толстые щеки растянулись от улыбки.

– Да уж я думаю, – прошептала Холли.

– Он совершил сделку с Древними, ваше величество? – переспросил Майло. – Какую?

– Ой, не знаю. Древние ж как всегда: все черное, страшное. Че-то там было со временем. Назад хотел его повернуть! Нельзя смертным мутить со временем. А он, значит, любовь потерял и хотел поправить все.

– Любовь?

– Не знаю, че там было, кузены из Европы рассказывали, теперь не звонят даже че-то. Жену его, значит, или подругу сердешную кокнули, и вот он ее вернуть пытался, да перестарался. Ой, перестарался!

– Вы знаете, зачем он снова явился? – задал очередной вопрос Майло. Королева пожала мясистыми плечами, колыхнулись пятна от соуса ранч на сарафане. – Чувствуете, где он теперь?

– Не, там где-то вода рядом. Вот это знаю. Как – не скажу.

Ну круто. На Юге плюнуть некуда – в какую-нибудь реку или море попадешь!

– Вам известно про артефакты, которые могут уничтожить время?

– Да полно таких! Тут смотреть надо.

– А тут есть какое-нибудь место силы поблизости? – спросил я.

– Мальчик, тебе оно не надо. Человек, он такое не потянет.

– Тот генерал ищет какое-то место силы.

– Ой, да тут силы во всех местах… все места сильные. Хорошо, они не активные обычно. Ну, там, когда солнце, луна и звезды правильно сойдутся, тогда работают. Но человеческая жизнь короткая. Короче, надо, чтобы все сошлося, тогда будет место силы.

– А когда оно все в следующий раз сойдется, вы не знаете?

Она снова пожала плечами.

– Вы все? А то там щас «Колесо фортуны» начнется.

– Больше не смеем вас беспокоить, ваше величество. Спасибо, что уделили время, – отозвался Майло.

Вдруг над верандой раздался жуткий визг. Я испуганно подпрыгнул на загаженном диване. В ловушку для жуков попалась какая-то тварь размером с птицу. Голубые вспышки так и летели, тварь бешено раскачивала ловушку. Королева эльфов сняла тапок и метко запустила: на веранду шлепнулось что-то похожее на крошечного человечка с крыльями и тут же быстро ужужжало в лес.

– Пикси хреновы! Пошли на хрен с моего крыльца! – заорала королева эльфов, потрясая мясистым кулаком.

Майло поднял тапок и вежливо передал ей.

– Вы там осторожно. Чую: заваруха буит. Если его не остановить, всем нам конец. – Она надела тапок и, с трудом поднявшись на ноги, пошаркала в дом. Мы, распрощавшись, спустились было к машине, но в дверях королева вдруг остановилась и крикнула:

– А сновидец у вас кто?!

Майло подтолкнул меня локтем.

– Наверное, я, мэм.

– Татуированного видал? В чернилах такой весь.

– Да, мэм… – Вот это было неожиданно. Я-то принял этот сон за обычный.

– Если наяву увидишь – беги. Эт тебе не хрен собачий, эт дух боли и мести.

– Что вы о нем знаете? Кто он?

– Не знаю, тоже во сне вижу. Бегите, если увидите. Все бегите. Он ни добрый ни злой. Ни на чьей стороне.

На пороге она снова обернулась.

– Сновидец! Ты слушай сюда. У вас миссия есть. Вы не продолбайте, или мы все помрем. Я щас не шучу! – Она серьезно взглянула на меня. – Как королева Зачарованного леса запрещаю вам проигрывать! Убейте мудака – или кранты.

– В смысле, «кранты»? – переспросил я.

– В прямом. Все, пшли отседова, «Колесо фортуны» началось.

Она ушла, шурша сарафаном, и из трейлера послышалась ругань: эльфы решали, что надо смотреть – викторину или рестлинг.

– Давайте выбираться из этой дыры, – сказала Холли. Мы все согласились. Трой так вообще чуть не плакал.

Мы остановились в коринфском «Сабвэе» перекусить и связаться с базой. Как же хорошо было вернуться в цивилизацию! Люди приветливые, машины с колесами, и никто точно не мочился на мой стул. Правда, Трой молчал с тех пор, как мы выехали из Зачарованного леса.

В конце концов мы сели за угловой столик, и Майло вышел созвониться с базой.

– Отстой, – наконец выдал Трой с набитым ртом. Холли посерьезнела.

– Мне очень жаль. Забудь, что я звала тебя ботаном. Когда твои иллюзии разбивают… это тяжело. Уж я-то знаю, поверь. Но тебе станет лучше.

– Я просто понадеялся… Понимаете, мне нравилась моя жизнь. Я обожал учить детей. Но когда все полетело к чертям, я просто не смог сделать вид, что все как раньше. Когда я увидел настоящее уродство мира, вся магия исчезла. Жизнь потеряла краски. Поэтому, когда я получил новый шанс сразиться со злом, я за него ухватился… Ну и прибавка к зарплате, конечно, пригодилась, чтоб вы понимали. Я это не из чистого альтруизма делаю, не настолько наивняк. Но… в мире столько скрытого зла, что я подумал на секунду: что, если и скрытое добро в нем тоже есть? Может, магия все еще существует! И я прямо зажегся, понимаете?

Я кивнул. Мне самому до сих пор не верилось, что я вижу вещие сны и на моих глазах эльфийка только что ушатала тапком пикси. Я с подозрением покосился на грибы в сэндвиче.

– Уверена, что добро, противостоящее злу, существует, Трой, и ты его однажды найдешь. Только не сдавайся! Ты видел тьму, но это не значит, что не бывает света. – Холли потрепала его по руке. Это было, наверное, самое доброе и оптимистичное, что я слышал от Холли Ньюкасл. А потом она, конечно, добавила: – Но если мне еще раз придется связаться с тупыми эльфами и их волшебной хренью, я им обойму прям в тупые вырожденческие рожи расстреляю и трейлерный парк их тупорылый к чертям сожгу.

Вернулся Майло и тут же яростно впился в свой сэндвич.

– Напомните Кулаку тоже взять, – пробормотал он с набитым ртом. – Кулак любит с тунцом.

– Майло, есть вопрос. Почему Предтеча и Шэклфорды так занервничали сегодня на планерке? – спросил я.

Майло помедлил.

– Это не мое дело, про девяносто пятый вам Эрл должен рассказывать, а я просто гаджеты починяю. Очень деликатная тема: убийства эти все, ужас, который человеческий разум не в силах охватить, разрывы в ткани реальности…

Вот теперь мне стало по-настоящему любопытно.

– Да ладно тебе, Майло. Ты же не просто механик-оружейник.

– Точно, я и швец, и жнец, и на дуде игрец. Эй, Майло, наделай нам детонирующих шнуров! Эй, Майло, а где нам достать тысячу галлонов святой воды в два часа ночи? Эй, Майло, давай, смастери нам новый девайс из старого барахла, ты ж «Команду А» смотрел? Эй, Майло, изгони злых духов! И все такое. А как я подам хорошую идею, так сразу: нет, Майло, ты что, мы же тут все такие до хрена нежные!

– Только пользуются тобой, – заметил я.

– Ха. Хорошая попытка, но ничего я не расскажу. Если хочешь узнать, что случилось с семьей Шэклфордов и что произошло на Рождество, спроси у Эрла. Мне пятнадцать стукнуло, когда он меня спас, с тех пор я с ребятами. – Он снова занялся сэндвичем.

– Ты правда умеешь злых духов изгонять? – спросил Трой. – Типа как в Библии?

– Типа, ага. Я мормон вообще-то. В каждой команде должен быть хотя бы один верующий человек. Не все проблемы можно решить пострелушками. Ну, то есть бо`льшую часть проблем можно, а если не решается, тогда взрывчаткой… Но иногда для победы нужна вера. Большинство считает, что это ерунда, поэтому политика компании: нет тела – обращайтесь к экзорцистам. Но иногда выбора нет… – Он шумно потянул газировку через трубочку. – В общем, слушайте, ребята: я вырос в Айдахо, младший из четырнадцати детей. Поэтому семья для меня очень важна. Мою родню почти всю сожрали, так что К.О.М. стала мне семьей. Я человек преданный. Если Эрл вам не рассказывает про девяносто пятый, то и мне не следует.

– Справедливо, – согласился я, и мы молча вернулись к еде. Майло задумался, уйдя в свою бороду.

В конце концов, долив себе бесплатной газировки, мы морально приготовились выйти обратно на жару. Пока остальные шли к машине, сопровождаемые подозрительными взглядами местных, я задержался: купил Кулаку сэндвич с тунцом и еще один себе – длинный, с фрикадельками. У двери Майло вдруг поймал меня за локоть.

– Оуэн. – Он огляделся, проверяя, не подслушивает ли кто. – Я знаю, что тебе нравится Джули и поэтому ты так рвешься выяснить, что ж там случилось с ее семьей. – Он достал маленькие очочки и вытер о свою уродливую рубаху.

– Нет, все не так… – соврал я.

– Ага, не так. Я не вчера родился. Это я к чему: если чутье меня не обманывает и Проклятый нам даст жару, я тебе все расскажу. Но услуга за услугу.

– Например?

– Убеди Джули поговорить с отцом. Возможно, во всем мире только он знает, что происходит. Я не хочу мутить воду за спиной у Эрла, но это, похоже, единственный путь. Тебя она, может, и послушает.

– Серьезно? Почему? Она сказала, что я ей нравлюсь? – Снова затрепыхалась надежда, но Майло быстро подрезал ей крылья.

– Нет. Но она верит в твои видения.

– Я не буду ей врать.

– И не надо. Но если стоит выбор между апокалипсисом и неприятной встречей семьи Шэклфорд, я за встречу.

– А почему мы не можем пойти с ним поговорить?

– Он не каждого принимает, – прошептал Майло. Холли нетерпеливо засигналила. Вернее, зажала сигналку секунд на десять. – Приходи вечером в мастерскую, обсудим. А еще у меня есть для тебя одна штуковина, хочу, чтобы ты ее испытал. Тебе подойдет.

– Зеленый бухгалтерский козырек, чтоб на шлем цеплять?

– Не. Дробовик-магазинка двенадцатого калибра. Полный автомат.

Нет, все-таки я был прав. Майло Андерсон безумный гений.

Мы спокойно доехали до Бунвилля и без приключений вернулись на базу. Остальные охотники были заняты: листали старые книги, висели на телефонах. Я помог Майло отчитаться о сведениях, которые нам сообщила эльфийская королева, но получил выволочку за то, что не рассказал про свой сон о мужике в татуировках.

– Ты должен был рассказать! Может, мы уже что-нибудь нашли бы о нем. Может, он – подсказка! – вызверилась на меня Джули. Она целый день копалась в архивах и очень устала, я не мог ее винить.

– Прости, я не знал. Думал, это был обычный сон.

– Хорошо, но твои сны как-то связаны с этим делом. И пока не выясним как, ты обязан рассказывать о каждом! – Она вскочила, резко отодвинув стул. – Пойду поищу записи о татуированном человеке. Уж извините, что бросаю вас, но у меня там еще пыльного мусора на сто лет чтения.

После того как она выбежала, Предтеча велел мне идти на стрельбище тренировать оставшихся новичков. Ну, хоть в чем-то я был хорош.

По пути я остановился в оружейной и выбрал себе пистолет – надо же было заменить чем-то мой бедный сломанный «кимбер». Ублюдский вампир.

Оружейная – бетонный бункер с дверью, способной взрыв бомбы выдержать, – просто ломилась от всевозможных стволов. Я мог по ней часами бродить, пуская слюну на все это богатство, покрывающее стены от пола до потолка. Одна стена, например, была полностью отведена под пистолеты сорок пятого калибра: «кольты», «спрингфилды», «кимберы», H&K, CZ, «зиги», S&W, «беретты» и всякие малоизвестные бренды. Я выбрал слегка подтюненный CZ 97B. Ну люблю я большие сорокопятки! Магазин на десять патронов, плюс один в стволе, и пружина точно не подведет, иначе его бы в оружейку не положили – можно спокойно носить на предохранителе со взведенным курком. Вместе с CZ я взял внутрибрючную кобуру и пару лишних магазинов. Пусть Дуркас из зарплаты вычтет!

Вечером я заглянул в мастерскую к Майло. Это был здоровенный сарай из гофрированных железных листов, стоявший позади главного здания. Стены были увешаны всевозможными гаджетами и инструментами. На полу теснились разные перфораторы, сварочные аппараты, станки и верстаки, перемещаться между ними можно было только по узкой тропинке. Дальнюю стену украшал большой американский флаг, из колонок, встроенных по углам, орали Oingo Boingo. Майло как раз точил лезвие какой-то устрашающей хреновины, похожей на гарпун для подводного ружья. Увидев меня, наш сумрачный гений поднял с лица пластиковый щиток.

– О-о-уэн! Че как, чувак? – крикнул он, тряся башкой под Only a Lad.

– Майло, это что вообще?

– Гарпун.

– Зачем?

– А вдруг надо будет что-то загарпунить?

Я медленно кивнул: Майло был интересной личностью даже по стандартам К.О.М. На соседней стене висело чучело – башка какой-то твари вроде аллигатора, но с рогами. Я не решился спрашивать, настоящая она или нет.

– Смотри, какая штука. – Майло указал на необычную пушку, зажатую в тисках на верстаке. – Еще светло, на стрельбище успеем.

– «Сайга»? – Я вроде опознал русский дробовик на основе калаша.

– В основе. Я добавил приклад ACE, с затыльником конечно, пистолетную рукоятку FAL, иотековский голографический прицел, совместимый с прибором ночного видения. Полная рельсовая система, можешь и фонарик, и инфракрасный прожектор нацепить… Или вот как тут я тебе навесил – подствольный гранатомет, дульнозарядный, на один выстрел, «Костер» 6Г15, сорок миллиметров. Ствол я укоротил до двадцати дюймов, чок поставил c ванговской модификацией, так что теперь и отдача мягче, и осыпь меньше. Режимы огня поменял, смотри: теперь верхнее положение – предохранитель, среднее – автомат, нижнее – полуавтомат. Поколдовал с газорегулятором, теперь держит темп 700 в минуту.

Приятно поговорить со знающим человеком!

– У «сайги» же вроде магазин на пять патронов?

– Пробовал девятки, пробовал барабаны на двадцатку, все работает, но на автомате девятка за секунду улетает, так что не увлекайся. Давай, пощупай!

Я осторожно поднял массивную пушку. Она была короткая, тяжелая – и это без магазина! Сунуть туда еще гранату и патроны, так станет еще тяжелее. Я передернул затвор – идеальный ход, мощная пружина. Майло, спасибо ему, даже рычажок на предохранитель поставил, чтобы можно было указательным пальцем переключать. Я вскинул приклад к плечу – целиться тоже было удобно.

– А со спецбоеприпасами как быть?

– На рукоятке переключатель газорегулятора. Я с ним похимичил, так что у него теперь три позиции, для каждого типа боеприпасов. Если правильно выставишь, отказов не будет.

Я ощупал пальцем переключатель, нашел фиксаторы уровней мощности… и таинственную кнопку. Стоило нажать на нее, как сбоку на дуле выскочил мощный штык с острейшим толстым лезвием. Я встряхнул дулом, и он со щелчком сложился обратно. Может, копье из бывшей «сайги» было не самое сбалансированное, но получить такое под ребро мне бы лично не понравилось.

– Ни хрена себе! Круто!

– Подрезал идею у чешского CZ52, но сделал лучше. Видишь, складывается вбок, чтобы гранатомету не мешало. Ты о нем и не вспомнишь, пока не понадобится. Снизу сталь, сверху серебро, так что, если ликантропу таким врежешь, он оценит!

– А почему ты его в коричневый покрасил? – спросил я, не спеша поворачивая монструозную пушку то так, то этак. Держать ее в руках было приятно, и я поймал себя на том, что улыбаюсь как дурак.

Майло пожал плечами.

– Надоели черные пушки, все с ними ходят, вот и захотелось сделать что-то новенькое. А еще черный на солнце быстро нагревается. Я пытался изобразить что-то пустынное и типа тигриную раскраску. Так что, нравится?

– Майло… это самый офигенный дробовик, что я в жизни видал. А я много видел пушек. Как стреляет?

– Пошли на стрельбище – узнаешь. Я видел тебя на тренировках, и Джули мне рассказывала, как ты на том корабле выступил. Похоже, я дождался для Зверюги достойного хозяина.

Зверюга… Ну, тут уж хоть арестовывай за превышение крутости!

– Ладно, последний вопрос, – сказал я, принимая у Майло сумку с полными магазинами. – Сколько эта штука законов о ношении оружия нарушает?

Майло задумчиво нахмурил рыжие брови, начал было загибать пальцы, но бросил это гиблое дело.

– Все, – просто ответил он.

Зверюга стреляла куда лучше, чем я ожидал. Может, она не была стильной, аэродинамичной красоткой, зато оказалась надежной и палила с невероятной скоростью. Поворачивалась быстро, а благодаря утяжеленному корпусу не задирала дуло при отдаче. Голографический прицел здорово помогал экономить время: наводишься на цель, чтобы попала в здоровенный круг, и жмешь на спусковой крючок.

Чего я только не попробовал! Сшибал стальные листы, разбивал в труху глиняные тарелочки в воздухе, с легкостью поражал со ста ярдов мишени размером с яблочный пирог. Магазины менялись так быстро – куда там мне с моими фокусами! При желании я мог скорость стрельбы взять такую, что у этого сатанинского мутанта дуло бы расплавилось!

Майло даже выдал мне дюжину тренировочных гранат с мукой, а потом расщедрился и на парочку настоящих ОФСок. Схема простая: суешь гранату в ствол до щелчка, жмешь тугой, как зараза, спусковой крючок, и – бах – на другом конце стрельбища взрыв такой, что красная алабамская глина на пару метров подлетает. Ну красота же! К последнему выстрелу я так намастрячился, что с двухсот пятидесяти ярдов в цель попал. Ну, не прямо попал, конечно, но, как говорится, ручной гранате и подкове в яблочко бить необязательно.

Когда я расстрелял последний магазин, уже давно стемнело. Вокруг расстилалось море пластиковых гильз, от меня несло порохом, и скулы свело от улыбки, которая просто приклеилась к лицу. Ну а что! Я фанат пушек.

– Офигенно. Очень круто, – выдохнул я. – Мне нужна такая штука. Против нежити будет просто бомба!

Майло так и сиял от гордости за свое создание. Не знаю, сколько ему платили в К.О.М., но он точно заслуживал больше.

– Так забирай, она твоя.

– Серьезно? – Я закинул теплый дробовик на плечо.

– Ага. Будешь бета-тестером. Если кто-нибудь из наших захочет такую же, сделаю еще. Мне лично мой карабин ближе, Зверюга тяжеловата.

– Спасибо, друг.

Рождество для Оуэна Заставы Питта в этом году пришло на полгода раньше.

– Считай это взяткой. Помнишь, о чем я тебе говорил? Насчет… – Он подошел ближе, зашептал заговорщицки. – В общем, тут такое дело: мама Джули пропала во время задания, а отец после этого ушел в себя, постоянно сидел в архивах. Прочитал все, что там было, начал собирать новые книги… Джули пошла в него. Рэй был нашим умнейшим охотником, если кто и знает о Проклятом, так это он.

– А что случилось с ее отцом? Почему он не с К.О.М.?

– Узнал вещи, которые людям знать не надо. По-дурацки вышло. Рэй любил свою жену, изо всех сил пытался ее вернуть… Но все пошло не по плану.

– Но почему Джули с ним не разговаривает? И почему ее дед и дядя так вскинулись, когда ты о нем заговорил?

– Потому что мой отец – опасный сумасшедший, – раздался вдруг голос Джули. Майло аж подпрыгнул. Я медленно стащил наушники. Выключил шумоподавитель, чтоб не тратить батарейки… и, наверное, зря.

– «Все пошло не по плану»?! – рявнула Джули, вклинившись между нами. Она была выше Майло и нависла над ним, скрестив руки на груди. – Это ты мягко выразился, не находишь?

– Ну… да, пожалуй…

– Не по плану? Не по плану?! Майло, это был ад на земле! Буквально! Девяносто семь охотников погибли! Чудо, что всю Алабаму в другое измерение не затянуло! Правительство нас закрыло! Всех уволило! Из-за этого мы ничего не могли сделать, когда монстры начали бесконтрольно жрать ни в чем не повинных людей! В этом тоже есть его вина!

Майло слегка съежился перед таким напором. Джули резко развернулась ко мне.

– А тебе что было сказано? В Джорджии?

– Не лезть в твою личную жизнь? – Я чувствовал себя круглым идиотом.

– Тебе шпаргалку написать?! Или на лбу вырезать? Слева направо вырежу, чтобы в зеркале мог прочитать! – прошипела она. – Хотели заставить меня поговорить с отцом?! Вы, нахрен, с ума сошли?!

– Джули, послушай. Плохие парни хотят уничтожить время. Звучит хреново. Семь вампиров-хозяев где-то лазят, причем организованным отрядом! Даже эльфы и федералы напуганы. И если эти ублюдки доберутся до места силы, если активируют свою злобную вундервафлю, нам конец. А Рэй может знать, где это самое место силы.

– Ага. Согласен, – вставил я. Джули наградила меня нехорошим взглядом.

– Теперь ты, Оуэн, послушай. Ты даже не представляешь, во что мы ввязываемся. Ты в курсе, почему Майло так уверен, что мой отец знает, где это место силы? Потому что это все похоже на ту безумную хрень, которую он когда-то провернул! Рискуя жизнями всех в радиусе тысяч миль.

– Он хотел как лучше, – настаивал Майло. – Твой отец был не в себе от горя!

– Не в себе? Он рисковал миллионами, чтобы вернуть одну женщину, которая к тому же умерла. Это не «не в себе», это безумие! – В гневе она схватила Майло за плечи и принялась трясти. – Ты что, не понимаешь? Мой отец творил настоящее зло! Он из этих твоих «плохих парней»! Если бы я знала, что он может зайти так далеко, застрелила бы его сама.

– Да, Рэй поступил плохо, но не в здравом уме! Я не говорю, что надо его выпустить, просто поговори с ним. Узнай, что надо делать, чтобы не допустить повторения. Если он поможет нам остановить Проклятого, хоть немного расплатится за то, что сделал! – закричал в ответ Майло. – Он наша лучшая зацепка! Иначе те твари уничтожат время, пока мы будем в архивах ковыряться!

Джули отпустила его и зло пнула россыпь гильз, хмурясь.

– Я знаю, – пробурчала она, заправив за ухо выбившуюся прядь.

– И еще! – начал Майло, не сбавляя тона, но осекся. – Знаешь?

– Да, я знаю. Поэтому и пришла к тебе, идиот. Ситуация ухудшается. Бун звонил, он следит за обстановкой в Джорджии. Сорок пять минут назад пара сильных вампиров напала на дом одного профессора. Прямо в пригороде, после заката. Они что-то искали… К сожалению, у этого профессора как раз была вечеринка. Там сейчас все кишит федералами, Бун не мог подобраться ближе, но сказал, что было как минимум двадцать трупов.

– Дай угадаю – коллега доктора Терли?

– Да, она была в нашем списке контактов. Специализировалась на религиоведении, имела докторскую степень по антропологии.

– Умные вампиры не нападают на вечеринки в пригороде, – заметил Майло. – Слишком много внимания. Они обычно питаются в трущобах… Ерунда какая-то.

– Возможно, игра стоила свеч, – ответила Джули. – Думаю, они ищут информацию о том, где и когда использовать свой артефакт.

– То есть времени у нас совсем мало…

– Зачем иначе им рисковать и пускать по своему следу федералов? Может, в Бюро не самые эффективные охотники, но у них есть ресурсы, о которых мы даже мечтать не можем. Вампиры, особенно старые, таких фокусов не выкидывают, поэтому и живут так долго, – авторитетно заявила Джули. – Я уверена, что времени на раскачку у нас нет.

– Ну и кто в итоге прав оказался? – спросил Майло, умудряясь одновременно выглядеть невинно и самодовольно.

– Майло, не нагнетай. Завтра прикроешь меня: дедушка и Эрл не должны знать, куда я собираюсь. Питт…

Она всерьез на меня рассердилась, раз звала по фамилии.

– Что?

– Постарайся сегодня увидеть какой-нибудь полезный сон, потому что завтра мы с тобой едем к моему отцу.

– О, это здорово!

– Нет. Вообще нет.