Предтеча вызвал меня на разговор в грузовой отсек.

Нас осталось на судне мало: серьезно раненых отправили вертолетом, ходячих, вместе со снаряжением, – на «Прекрасной ошибке». Оказалось, что команда не сбежала – они отвели лодочку подальше и ждали нас. Предтеча добавил им по двадцать тысяч за беспокойство и предупредил никому об этом не рассказывать, если не хотят, чтобы к ним пришли неприятные ребята из правительства. Он, как положено директору, еще и визитки им раздал, попросив звонить, если возникнут проблемы с нечистью. Ну а что? Рекламу мы давать не можем, приходится обходиться сарафанным радио.

Наши французские наниматели уже спешили принимать свой ценный груз, пообещав переслать нам деньги согласно выставленному счету. Вертушка должна была скоро вернуться за остальными.

Мне было больно ходить, но я похромал вниз, каждый шаг эхом разносился по огромному, как пещера, грузовому отсеку.

Меня сегодня парализовали, душили, били, в меня стреляли из моего же оружия, снова парализовали, я проголодался, устал, и настроение было ниже плинтуса, потому что пропали любимые пушки. Если кто-то и должен был отправиться на базу первым вертолетом, то это я. Вот только Предтеча сперва захотел поболтать. Это был плохой знак: даже Гранта отправили на большую землю, проверять нос и зубы.

Эрл, Сэм, Майло и Джули стояли возле гигантского оранжевого контейнера, из тех, что выгружают из трюма краном и переносят на поезда. Железные двери были распахнуты, и все четверо наших опытных охотников собрались у входа.

– Привет, – сказал я, подходя ближе. Они, конечно, слышали мои шаги, но надо же было что-то сказать.

Никто из них на меня не смотрел, сердитая Джули стояла, скрестив руки на груди. Предтеча указал внутрь контейнера.

– Что скажешь, Питт? – Он высветил фонариком семь деревянных ящиков, длинных – человека можно уложить. Я пригнулся и вошел, включив свой фонарик, чтобы лучше видеть. Крышки с ящиков были сняты. Сперва мне показалось, что ящики просто набиты землей. Я взял пригоршню из первого – черная жирная глина. Во втором – белый песок, в третьем что-то вроде красного алабамского суглинка…

– Гробы, – выдавил я. – Для семи Хозяев из моего сна.

– Угу, – подтвердил Предтеча. – Спорю, земля из их родных мест.

– Что это значит? – спросила Джули. – Я слышала о таком из народных сказок, но никогда не видела, чтобы вампиры таскали с собой родную землю.

– Понятия не имею, к чему это. У нас тут странные ребята нарисовались. Я такого тоже никогда не видел.

– Мы не знаем, правда ли это Хозяева, Эрл, – заметил Сэм. – Мы их даже не видели.

– Чем сильнее создатель, тем сильнее создание. Некоторые матросы были слишком опасны для «младенцев». А кто мог насоздавать умертвий, которые бегают днем? Дарнэ был сильный, как столетний кровосос, а его обратили только на прошлой неделе. Кто бы это ни сделал, он опаснейший сукин сын. Так что как минимум один Хозяин у них в банде есть, – отозвался Предтеча.

– Кстати, а как ты победил Дарнэ? – спросил я. Остальные охотники повернулись к своему командиру, им тоже интересно было услышать ответ.

– Потом расскажу, это сейчас неважно.

– При жизни он был хорошим парнем, – вздохнул Сэм. – Очень жаль, что мы его потеряли.

– После обращения люди меняются. Не имеет значения, какими они были раньше. Даже самые добрые возвращаются абсолютным злом… – начала Джули и тут же сменила тему: – Надо предупредить федералов, как думаете? Семеро сильных вампиров проникли на территорию США. Если они поймут, что мы все знали, но ничего им не сказали, закроют нас тут же.

– Ненавижу федералов, – сказал молчавший до этого Майло. Сэм сплюнул на пол.

– Я тоже. Но сказать надо, пусть будут готовы. Кровососы где-то в Джорджии и направляются хрен знает куда. Позвоню Майерсу, – отозвался Эрл, скривившись, будто съел что-то кислое. – Хотя они нам, наверное, не поверят. Я, черт возьми, сам себе не верю.

Я осмотрел остальные гробы: плотный песок, жирный чернозем, солончаковая грязь, сланец и гравий. В углу я заметил что-то еще, посветил фонариком.

– А это видели?

– Что там? – спросил Предтеча, подойдя ко мне. Я присел на корточки и указал фонариком на землю. Что-то растворило всю краску в углу – темная субстанция, которую совершенно точно не надо было трогать. Что-то в ней было неправильное, и я решил, что это, наверное, слизь, натекшая с того монстра в плаще. Предтеча присел на корточки рядом, рассматривая ее.

– Гной. Будто кто-то с жесткой аллергией тут сопли развел. Возьмем образец.

Выйдя из железной коробки с гробами я вздохнул свободнее.

– Это еще не все, – объявил Сэм. – Я это заметил, когда мы взрывали трубу. Только гляньте на эту хрень.

Он подвел нас к другому контейнеру, на первый взгляд нормальному, но обойдя его, мы увидели, что задняя стенка помята и практически оторвана. А сталь, между прочим, была толщиной в четверть дюйма.

– Ух ты, – присвистнул Майло, рассеянно поглаживая бороду. – Следов взрыва нет, следов горелки нет. Кто-то просто выбил стенку изнутри. Потрясающе!

– Да вообще, охренеть не встать, – отозвался Сэм. – Вот почему нам не попадаются какие-нибудь милые безобидные монстры? Какие-нибудь маппеты с улицы Сезам?

– Огромные твари из моего сна, – сказал я. – Они могли такое провернуть, в них росту футов десять. А еще они могут летать, размах крыльев огромный. Уродливые, с рогами, зубами и когтями. Больше я ничего не разглядел, они слишком быстрые.

Охотники окружили меня.

– Так, рассказывай еще раз, с начала до конца, – велел Предтеча.

– А, вот зачем вы меня позвали. Я-то думал, ругать будете за то, что побил Гранта! – радостно ответил я. Джули скрестила руки на груди и наградила меня сердитым взглядом.

Эрл покачал головой.

– Не переживай, и до этого дойдем. Но сначала работа. Давай, вспоминай все детали, каждую мелочь. Даже если считаешь, что это неважно.

– Тогда устраивайтесь поудобнее, потому что это надолго.

Я рассказали им все, начиная с самого первого сна в больнице. Постарался передать, какое там все было странное, но, кажется, не вышло. Вспомнил все, что мог, о втором сне, но о встрече со Стариком под водой рассказывать не стал: не был уверен, что это правда было, а не мозг от нехватки кислорода начал веселые картинки показывать. Когда я закончил, меня засыпали вопросами, вот только ответить я мог далеко не на все.

– Как главный вампир назвал Старика? «Бар Ика»?

– Что-то похожее, не могу внятно произнести.

– Может, это умертвие? Или неупокоенный? – спросила Джули. – Впрочем, нет, у них есть тела. Тогда призрак?

– Понятия не имею.

– Есть такая вероятность, – согласился Предтеча. – Я слышал всякие истории. Может, этот призрак к тебе привязался во время твоей клинической смерти. Ты его встретил на той стороне и случайно притащил с собой, а теперь он тебя использует. Вот только мы ни черта не знаем о призраках. Почему он тебе помогает?

– Спроси его, когда увидишь в следующий раз, – посоветовал Майло.

– Ага, вот только я его вижу, когда умираю или при смерти, – с мрачным сарказмом отозвался я.

– Ну, так тем более удобно. Ты же теперь охотник на монстров. Еще столько возможностей помереть будет!

Внизу мелькали океанские волны, вокруг меня грохотала вертушка. Мало того что в «крокодиле» было громко, так еще и пилот включил по интеркому хэви-метал. Репертуар, правда, крутой, этого не отнять: Disturbed, Slipknot, Rob Zombie и даже последний сингл моего брата. Я подумал, что, когда приземлимся, надо рассказать пилоту, что я в родстве с гитаристом «Безумной овощерезки».

С пилотом я был еще не знаком, но Майло пошутил, что он шел в нагрузку к вертолету. Я так и не понял, что это значит. Пока видел только его затылок в шлеме.

Это был мой первый полет на вертолете. Все орало, все тряслось, и хоть тряска бередила мне раны, я чувствовал веселье, как на американских горках. Тех самых, которые могут развалиться в полете и убить тебя за секунду.

Мы сгрудились в тесном пассажирском отсеке. «Крокодил» когда-то возил русских пехотинцев. Его здорово переделали под нужды К.О.М., и, подозреваю, что, несмотря на тесноту, теперь это люкс по сравнению с тем, что было.

Остальные охотники тут же уснули. Они быстро усвоили принцип «Спи, когда можешь», потому что неясно было, когда удастся всхрапнуть в следующий раз. Ко мне сон не шел, поэтому я сидел и выковыривал серебряную дробь из броника. И думал, что Майло заслужил открытку на Рождество.

Я поднял расплющенную дробину к свету, раccматривая. Я же сегодня чуть не умер. Адреналин отхлынул, и усталый мозг снова начал задаваться вопросом, какого черта я тут вообще делаю. Ответа у меня не было.

Джули похрапывала, уронив голову на плечо. Она не разговаривала со мной с тех пор, как узнала о нашем с Грантом «инциденте», а я и не собирался извиняться.

Он кинул меня на съедение нежити.

Предтеча открыл глаза, проверил, спит ли Джули, и, отстегнув ремень безопасности, плюхнулся в жесткое кресло рядом со мной.

– Давай поговорим про Гранта! – заорал он мне в ухо.

– Ага! – крикнул я в ответ.

– Я знаю, что случилось!

– Он меня кинул, чтобы спасти свою шкуру!

– Я знаю! – крикнул он. Разговаривать о таком, перекрикиваясь, было тяжело. – Грант сказал, он бы тебя не спас! Вас бы обоих убили!

Может, и так. А может, и нет. Я не ответил: признавать, что Грант мог быть прав, мне не хотелось, а что еще сказать, я не знал. Как бы я сам поступил, поменяйся мы местами?

– Больше такого не делай! Никогда! Я тут начальник! Отвечаю за дисциплину! Ты подрываешь мой авторитет!

– Это все? Вы не злитесь за то, что я его ударил?

– Если б я злился, ты бы домой брассом плыл!

– Серьезно?!

Эрл устало вздохнул, потер лицо.

– Что вы с ним сделаете? – спросил я.

– А?!

– Что будете делать с Грантом?!

– Пока не знаю! Может, он прав! Может, он бы погиб, если бы оставил люк открытым! Бесполезно жертвовать собой – глупо!

– Сэм сказал, некоторым проще быть храбрыми, когда на них смотрят. Может, без свидетелей Грант не такой уж крутой, – не сдавался я.

– Сэм у нас философ! Когда борешься ради команды, и не такую жуть можешь вытерпеть! – Эрл вдруг посерьезнел, и я даже отвернулся, чтоб не смотреть в его холодные глаза. – В общем, это теперь не твое дело! Чтобы это больше не повторялось! Охотникам нельзя терять контроль! Понял?! Никогда не теряй контроль! Сможешь?!

– Да, сэр!

Мы посидели молча, слушая стрекот лопастей под отпадное гитарное соло моего брата. Судя по лицу Эрла, хеви-метал он не очень уважал, поэтому я не стал трясти башкой в такт, мало ли что.

– А Джули? – спросил я вместо этого.

– А что Джули?!

– Она поверила, что Грант меня кинул?

– Не мое дело! Она уже взрослая! – Он многозначительно глянул на меня и сменил тему: – Вот что, Питт! Ты с нами несколько месяцев! Сходил на одну миссию! Как оно? Хочешь вернуться ко всяким своим таблицам и налоговой отчетности?!

Я не ответил. Неужели Эрл уловил, что я сомневаюсь? Он же опытный – может, заметил что-то…

– А придется!

Я пал духом. Вот оно. Он меня выгоняет, потому что творил фигню, не думая? Если Эрл мне не доверяет, значит пошел я на выход. Наверное, решил, что я слишком импульсивный, срываюсь, не могу работать в команде…

– Мне вчера письмо прилетело! Налоговая придет с проверкой! Нужна твоя помощь! Ну, как с вампирами разберемся! У нас в бумажках черт ногу сломит!

Я ухмыльнулся. Вот это дело по мне!

– С налоговиками я разберусь. Это полегче, чем с вампирами будет. Хоть и ненамного.

– А на солнце они горят?!

– Может, и горят, я не проверял!

– Это верхушка айсберга! Нас управление по охране труда вздрючить хочет! Сейчас скажу за что, смеяться будешь! За нарушение техники безопасности! Откуда у нас безопасность?! Охрана окружающей среды тоже! Загрязняем природу, когда жжем одних там монстров! Природопользование нам штраф впаять хочет за то, что убили гигантского сома-мутанта в Теннесси! Он на берег вылезал и ел детей, но им плевать! Вымирающий вид! BATF на нас зуб точит! Мы им какие-то бумажки не донесли на пользование пулеметами и взрывчаткой! Да они сами документы и потеряли! А иммиграционка говорит, что мы труд нелегальных иммигрантов используем!

– А мы используем?!

– А кто нет?! Думаешь, на бирже труда много пилотов русских штурмовых вертолетов?!

– Почему федералы на нас окрысились?!

– Мы разозлили много всяких людей в Вашингтоне! Нас закрыли! ФАС чудом возобновили! Бюрократы так и хотят нас обратно прикрыть! Работать невозможно, мать их!

– А что делать будем?!

Предтеча нехорошо ухмыльнулся.

– Мы такие деньги гребем! Куплю какого-нибудь конгрессмена! Или целого сенатора!

– В смысле… взятку дашь? – пораженно спросил я.

– А что?! Ты против такого?

– Нет! Я в душе либертарианец! На хер их!