На острове участились разговоры об эвакуации. Иногда члены муниципального совета с большой земли высаживались на острове и принимались расспрашивать нас, стоя на пороге дома. Известно ли нам, какие заработки на большой земле? Нужна ли нам помощь с устройством на работу на большой земле? Изменилась ли погода? Они вели речи по наезженной колее – о погоде, о подъеме воды, об излишних тяготах-лишениях. А до нас доходили другие разговоры – о семьях, запиханных в одну комнату в стандартных домиках, о смоге, о призыве в армию.

Такое случалось с другими деревнями. Стук в дверь. Вместо деревень – новые угольные шахты, землевладельцы сдают в аренду фермерам их же поля, прибрежные курорты. Одну деревню неподалеку, на большой земле, превратили в поле для гольфа. Иногда мне мерещилось, будто, встав на цыпочки в ясный день на самом высоком утесе, я смогу увидеть это поле. Воображение рисовало полосы травы и красные флажки, дам в желтых комбинезонах и пожилых мужей. Я пыталась представить, о чем они говорят, но тщетно.

Я знала, куда пойду, если выйдет приказ об эвакуации. Я знала людей на острове, у которых родственники на большой земле, в городах, в Англии, Ирландии, Америке. Я также знала тех, кому пришлось бы остаться.

Я все мысленно спланировала. Это мне постоянно снилось. Отец переселится в Лландидно к своему дяде-мяснику. Я забираю Линос из дому и поднимаюсь на гору по тропинке, змеящейся вдоль моря. Летом вода напоминает отполированный скользкий пол. На земле отпечатки копыт скота и овец. На западной оконечности острова есть очень большой холм, куда никто не ходит из-за кишащих птичьих гнездовий и скал, покрытых мощной белой толщей помета и бог знает какого количества чаячьих и мышиных скелетов.

Я бы смотрела в сторону большой земли в ожидании судна, которое нас заберет. Я бы затянула шляпную ленту на подбородке. Такой шляпы у меня не было, но я думала, может, к тому времени появится. Симпатичный моряк на судне заметит меня и пригласит на борт. Окажется, что моряк богат. Линос и я будем бороздить моря вместе с ним, как исполинская рыба, показывающая небу свое брюхо.