Беатриса беззвучно ругается, глядя, как гранат, который она пыталась вставить в серебряное кольцо, со стуком падает на дубовый стол. Какие же у нее толстые, неуклюжие пальцы! Она разгибает их, щелкая костяшками, и, услышав это, Кэсс, которая лежит на кожаном диване, свесив ноги через подлокотник, поднимает глаза от книги.

– У тебя все в порядке?

– Я все время роняю этот чертов камень, – шипит Беатриса, поднимая его и делая новую попытку. Живот болит от приближающихся «критических дней». Сейчас, после открытия сайта, у нее стало больше работы, чем она может осилить, и это ее напрягает.

– Хочешь, я помогу? – спрашивает Кэсс. Беатриса качает головой, мечтая, чтобы та ушла. В последнее время Кэсс стала очень навязчивой, и Беатриса подозревает, что это как-то связано с ее собственными отношениями с Ниаллом. Хотя на самом деле вряд ли это можно назвать отношениями. Несмотря на то что он безумно хорош собой, она начинает находить его скучным; между ними нет почти ничего общего. Она понимает, что он – ничтожество, что ей придется избавиться от него.

Небо становится серым, и в комнате темнеет. Не отрывая глаз от книги, Кэсс машинально заводит руку за голову, чтобы включить лампу. «Она красива, – думает Беатриса, разглядывая подругу: маленький аккуратный нос, глубокие темные глаза с пышными ресницами, платиново-белокурые волосы. – И готова на все ради меня». Она кладет кольцо на стол и помещает камень рядом с ним, в свете лампы он переливается красным и оранжевым. Сегодня она не в том расположении духа, чтобы сосредоточиться на работе. Бен вернулся. Она не видела его почти две недели и вчера вечером, когда он приехал, гуляла с Ниаллом. Она поспешила домой, но с удивлением узнала от Пэм, что Бен уже ушел к себе. Беатриса направилась в его спальню, осторожно приоткрыв дверь, чтобы проверить – вдруг он еще не уснул? – и была потрясена, увидев, что рядом с ним устроилась Аби, положив голову ему на грудь.

Бен может спорить с Беатрисой, но она это чувствует. Ее власть над ним ослабевает.

Она действительно тосковала по нему. Это самая долгая их разлука за последние годы. Она понимает, почему Бену нужно было уехать, почему он должен был задержаться там так надолго, но ее раздражает, что брат так и не пришел к ней, что первым делом отправился к Аби. Это полностью ее, Беатрисы, вина. Она отвлеклась на Ниалла, позволила себе поверить, что, возможно, действительно нашла того, ради кого стоило оставить Бена. Но теперь она разглядела за нереально красивым лицом Ниалла пустоту. Как она может сблизиться с кем-то еще, если постоянно сравнивает все свои отношения с теми, что между ней и ее близнецом? Как ей найти что-то более прочное, чем их связь?

– Привет.

Она поворачивается и видит Бена, стоящего в дверном проеме, его волосы взлохмачены, на лице усталая улыбка.

Она бросается к нему и обнимает.

– Я скучала по тебе. Ты в порядке?

– Я устал, это были тяжелые десять дней, – отвечает он. И тут замечает Кэсс. Она сидит на диване с книгой на коленях и пытливо смотрит на них. Ему не приходится ничего говорить, Беатриса и так знает, о чем он думает, – они не могут беседовать здесь, в присутствии Кэсс. Она мягко выталкивает его за дверь и сообщает Кэсс, что вернется позже.

– Давай прогуляемся, – предлагает Беатриса, когда они оказываются в коридоре. Бен кивает. Они накидывают дождевики, Беатриса берет зонтик, и они торопливо выходят за дверь и направляются в сторону парка Александры.

– Где Аби? – спрашивает она, беря его под руку. Солнце едва пробивается сквозь облака, и Беатриса жалеет, что на ней платье, а не брюки. Ее ноги мерзнут в лодочках с леопардовым принтом.

Он пожимает плечами:

– Я не виделся с ней сегодня утром.

У Беатрисы возникает искушение сказать ему: она знает, что Аби делит с ним постель, – но она не хочет, чтобы это переросло в ссору. Он мужчина, у которого есть свои потребности. Может ли она помешать ему заняться сексом, сблизиться с кем-то еще? Она наивно полагала, что сможет. После дня рождения Аби Беатриса старалась сохранить ровные отношения – ради Бена.

Вместо этого она выслушивает, как брат рассказывает ей о Лондоне, о том, как странно ему было оказаться там спустя столько лет. Крошечный домик, такой темный и мрачный, пропахший вареной капустой и грязными носками Пола. Жизнь, от которой он так отчаянно пытался убежать. Она сжимает его руку в знак сочувствия, когда брат описывает все, что там происходило.

– Так Пол все еще живет там? – спрашивает она, когда он завершает рассказ. Бен кивает.

– Да, и он все еще ненавидит меня. Пол просто завидует. Я живу так, как он хотел бы жить.

Они замолкают. Слышен только звук их шагов по мокрому асфальту и далекое тявканье собаки. Снова начинается дождь, и Беатриса останавливается, чтобы раскрыть свой синий пестрый зонтик. Бен берет его, как обычно, – она знала, что он это сделает, – и держит над ними обоими.

– Ты сказал Аби насчет Лондона? – спрашивает она.

– Она думает, что я уезжал в Шотландию по работе. Я не могу ей сказать, Би, ты же знаешь.

Пока они поднимаются вверх по улице и сворачивают налево, в парк, она покусывает изнутри щеку. «Как много лжи!» – думает она.

Из-за холодного, сырого дня здесь безлюдно; именно это и нравится Беатрисе. Она дрожит в своем тонком алом плаще, и Бен останавливается, чтобы обнять ее.

– Тебе холодно? Хочешь, пойдем домой?

Она качает головой: ей хочется, чтобы он продолжал говорить, хочется услышать, что он скажет о Аби, – ей очевидно, что отношения между этими двумя никогда не сложатся, если он так много скрывает от своей девушки. «Я знаю все твои секреты, Бен. Я знаю их все, но я все еще люблю тебя, я все еще здесь, рядом с тобой. Всегда». Она подыскивает правильные слова, чтобы вернуть разговор к Аби.

– Думаю, Аби очень скучала по тебе.

Дождь усиливается, и Бен сворачивает к большому дубу.

– Я тоже по ней скучал. Я скучал по вам обеим.

Он все еще обнимает Беатрису за плечи, и она утыкается головой ему под мышку. Они стоят и смотрят, как дождь стекает с листьев и падает на траву, покрытую грязью. Никому из них не хочется идти дальше.

– Она говорит, что между вами все наладилось, – замечает он. Бен все еще держит зонтик над ними обоими.

– Я делаю это ради тебя. Я знаю, Аби много значит для тебя, но я все еще думаю, что она – чокнутая.

Бен напрягается всем телом. В конце концов он цедит:

– Почему ты так говоришь?

– Цветы. Браслет. Письма. Я думаю, она лжет обо всем этом. Знаешь… – Она поднимает на него глаза, стараясь сохранить спокойное выражение лица, хотя ее переполняют эмоции из-за того, что она узнала. – Я прочитала в Интернете исследование о близнецах, в основном однояйцевых. И профессор, который проводил все эти исследования, сказал, что иногда выживший близнец заимствует личность умершего.

Бен нервничает, закрывает зонтик, убирает руку с ее плеч.

– Что ты пытаешься мне сказать?

Беатриса делает паузу, не зная, следует ли продолжать. Но она должна защитить брата. Она уверена, что Аби не должна находиться рядом с ними, иначе Бен в конце концов пострадает.

– Ты сказал, что флористка описала женщину, которая купила цветы на день рождения Аби, так? Этому описанию соответствует сама Аби – или Люси. Быть может, Аби сделала это, воображая, что она – Люси? Возможно, она на мгновение утратила свою личность…

Бен смотрит на нее пару секунд, а потом разражается смехом.

– Ты шутишь? Ты говоришь, будто Аби считает себя Люси? Это просто безумие.

– Аби действительно безумна.

– Не надо снова об этом, Би. Я не хочу этого слышать.

– И все остальное. Браслет, письма, которые, по ее словам, я взяла. Я думаю, это делается для привлечения внимания, чтобы вбить клин между мной и тобой.

– Ты уже говорила это раньше. Я в это не верю.

Она складывает руки на груди, внезапно разозлившись.

– Так ты думаешь, что я и вправду украла ее письма?

Бен проводит рукой по лицу. Его волосы намокли от дождя, а с кончика носа капает вода.

– Я не знаю. Ты же считаешь, будто она украла твой браслет, так, может, ты сделала это, чтобы отомстить ей?

В ее глазах появляются злые слезы.

– Ты думаешь, я воровка? Что я настолько мелочна?

Он не смотрит на нее; вместо этого склоняет голову, вороша носком ботинка кучу мокрых листьев.

– Мы нашли в ее спальне ту сережку. Она украла ее у меня, но мы так и не предъявили ей претензий. Я так и не предъявила ей претензий. Потому что ты запретил мне это делать. Как думаешь, могла ли она украсть и мой браслет?

Бен вскидывает голову и смотрит прямо на нее, взгляд у него необычайно жесткий, челюсти сжаты.

– Мне сейчас совершенно ни к чему эти разборки, – рявкает он, его лицо наливается краской. – Последние несколько недель были просто адскими, а ты только и делаешь, что ноешь по поводу Аби. – Из его рта летят брызги слюны, и Беатриса отступает от него на шаг: непривычно видеть его в гневе, но она знает, что у него вспыльчивый характер, она уже видела это однажды. – У меня от всего этого уже крыша едет.

Он грубо пихает ей в руки зонтик так, что одна из спиц упирается ей в грудь, и она вскрикивает. Затем он поднимает воротник куртки, засовывает руки в карманы и, наклонив голову, уходит в ливень, прочь от нее.

Беатриса не пытается ни остановить его, ни догнать. Всхлип вырывается из ее горла, когда она смотрит на его удаляющуюся спину, и она опускается на мокрую траву, не обращая внимания на грязь, которая липнет к ее голым ногам. Ее худшие опасения сбылись… Аби победила.