Многие гости заснули на обратном пути из Монморийона. Несмотря на кондиционер в автобусе, всех доконала дневная жара, и по прибытии группа высадилась возле дома группа в полусонном состоянии.

– Слишком много шоколада, – заявила Бриджит и направилась к бассейну. – Мне нужно от него избавиться.

Она держала за шнурки походные ботинки одной рукой и размахивала ими, пока расстегивала шорты. Внизу оказался купальник с маковым принтом – она сбросила рубашку и встала под душ.

– Кто-нибудь ко мне присоединится? – крикнула она, и Ахмед пообещал прийти, как только переоденется.

– Мы – нет, – обе сестры-близнеца зевнули. – Охота поваляться.

Фрэн хотела прилечь, но понимала, что ее храп потревожит Каролайн – та ушла в свою комнату – и со вздохом устроилась на шезлонге в тени у бассейна.

– У тебя усталый вид, – сказала Салли, – не хочешь пойти отдохнуть?

– Не стоит. Я в немилости у соседки. Не только из-за постоянных комментариев – мой храп не дает ей спать по ночам.

– О, об этом не беспокойся, – улыбнулась Салли. – Мы с Бриджит все уладили.

– А? Что ты имеешь в виду?

– Бриджит сказала, что с Каролайн возникли трудности, поэтому я переезжаю в твою комнату, а ты – в мою.

– Н… но?

– Пошли, это целое дело. Я помогу собраться.

Салли взяла сумку Фрэн и пошла с ней рядом.

– Но твоя комната в задней части дома, где-то совсем в глубине.

– Да, – перебила Салли, – там чудесно, тихо и далеко от всех остальных, – она хихикнула. – Можешь храпеть сколько душе угодно.

– Но переезжать в мою комнату – слишком хлопотно, кроме того, тебе придется сидеть на балконе рядом с Каролайн: спасения не будет.

– Ничего, справлюсь, – Салли помолчала и глянула на Фрэн поверх солнечных очков. – Иногда я могу сбегать.

– Точно, я же забыла про шефа.

– У Дэниела прекрасный двухкомнатный номер над кухней.

– Звучит здорово.

– Не волнуйся, Фрэн, я использую его в той же степени, как он, возможно, использует меня. Это просто секс.

– Честная игра, – кивнула Фрэн. – Если у тебя остались какие-то чувства к Россу, единственный способ избавиться от них – снова, так сказать, вернуться в седло. Так что, надеюсь, тебя ждет старый добрый галоп.

– Или, по крайней мере, аллюр, – хихикнула Салли. – Дэниел милый, но я вижу его насквозь, – они взялись за руки по дороге к комнате Фрэн, – и я уверена, что он любит азартные игры.

– Почему ты так решила?

– Я украдкой заглянула в его ноутбук, и тот стоял открытым на онлайн-казино.

– Ради всего святого, только не давай ему никаких денег. Ты уже получила урок с Россом.

– Тут бояться нечего, нет у меня никаких денег, – пожала плечами Салли и зашла в комнату Фрэн. – Росс выжал из меня все соки, и я пытаюсь снова встать на ноги.

Они остановились и огляделись. Туалетный столик Фрэн был усеян косметикой. Шарф с животным принтом свернулся змеей на стуле, а одежда валялась по комнате.

– Давай-ка в темпе, – сказала Салли, вытаскивая из-под кровати холщовую сумку Фрэн. – Если поторопимся, еще успеем искупаться перед ужином.

– Отлично, – согласилась Фрэн, закатала рукава и принялась за дело вместе с Салли.

* * *

Дневная жара почти не спала, когда гости собрались на ужин. Даже полосатая кошка не вставала со своей места под цветами лаванды. Уолто приготовил освежающий аперитив – Анжелика разливала его половником из серебряной супницы в коктейльные бокалы 1930-х годов.

– Какая красота, – сказала Бриджит, подняв бокал и любуясь узором в стиле ар-деко.

– От такого количества не развеселишься, – ответила Фрэн, залпом проглотила напиток и снова протянула стакан.

– Раньше сосуды для питья были гораздо меньше, – заметила Бриджит. – Мне досталась стеклянная посуда бабушки – бокалы для хереса похожи на наперстки.

– Небось, нечасто достаешь их из шкафа?

– Никогда. Пришлось бы подливать бесконечно.

– Напиток восхитителен, – Фрэн облизнула губы.

– Уолто сказал, он называется «Жаклин». Коктейль из белого вина, гренадина и содовой.

– Как газировка; я могла бы пить его целый день.

– Очень освежает летним вечером, – Бриджит провела пальцем по красивому резному узору. – Знаешь бокалы, которые называются «шунеры»?

– Да, знаю, – кивнула Фрэн, – шунер ликера «Харвес Бристоль Крим» в пабе «Йейтс Вайн Лодж» был моим любимым лакомством на Рождество.

– Что было твоим любимым лакомством? – появилась Салли, одетая в шелковое платье-футляр, облегающее изгибы ее фигуры.

– Ты слишком молода, чтобы помнить шунеры, – сказала Бриджит.

Фрэн уставилась на Салли и поняла: под мерцающим платьем на ее подруге максимум стринги. Ей страшно хотелось избавиться от собственного нижнего белья. Бюстгальтер для большой груди натирал, утягивающие трусы не спасали от жары, а комбинезон напоминал мешок для запекания. Фрэн чувствовала: если температура поднимется еще выше, ее переименуют во Фрэн-сковороду, способную за считаные секунды поджарить на своем лице кусок мяса.

– О, черт, – вздохнула Фрэн, когда во двор вышла Каролайн. В белых льняных брюках-кюлотах и кружевном хлопковом топе Каролайн казалась холодной, как кусок льда, и это раздражало. Фрэн наблюдала, как она принимает напиток от Анжелики.

– На, выпей «Джеки», – сказала Фрэн Салли, взяв у Анжелики бокал, – очень вкусно и утоляет жажду.

– Кажется, я припоминаю журнал «Джеки»… – Бриджит уставилась в пустоту.

– О, я любила этот журнал, – кивнула Фрэн, – на обложке всегда была фотография Клиффа Ричарда, я вырезала их и прикалывала к стене возле кровати, – Фрэн задумалась. – Там были статьи про парней, страница о проблемах и советы по красоте.

– Советы по красоте? – подняла бровь Бриджит.

Фрэн хихикнула.

– Я совершенно не умею пользоваться косметикой. Сид говорит, иногда я напоминаю трансвестита, но он все равно меня любит.

– По-моему, ты выглядишь великолепно, – улыбнулась Бриджит.

– Я бы хотела присоединиться к вам в путешествии по переулкам памяти, – вмешалась Салли, – но, кажется, Дэниел собирается позвать нас на ужин.

Зазвенел колокольчик, и появился Дэниел. Он выглядел измученным жарой и уставшим, и Фрэн подумала, что в мешки под его глазами можно складывать покупки.

– Пожалуйста, занимайте места, – сказал Дэниел и махнул рукой, дожидаясь, пока гости устроятся поудобнее. – Сегодня мы приготовили ужин, используя метод, которому некоторые из вас, возможно, захотят научиться, – начал он. – Су-вид применяется уже много лет и весьма полезен на профессиональных кухнях, но его можно использовать и дома.

– Можно поподробнее? – спросила Бриджит.

– Конечно. Преимущества су-вида в том, что он позволяет вам готовить блюда заранее и хранить их в холодильнике в течение одного-двух дней или замораживать и разогревать по мере необходимости, – Дэниел провел пальцами по волосам, которые упрямо отказывались поддаваться гелю для укладки. Из-за духоты влажная челка упала ему на вспотевшее лицо. – Если вы планируете вечеринку, – продолжил он, – то благодаря этому методу сможете разгрузить день.

Жанетт и Перл обменялись взглядами и радостно закивали.

– У меня в ресторане мы используем профессиональную вакуумную машину для запечатки еды, а потом отправляем ее на специальную водяную баню, су-вид.

Ахмед спросил:

– В чем преимущество готовки подобным способом?

– Из-за медленного процесса лучше сохраняются вкусы, повышая интенсивность готового блюда, – послышался одобрительный ропот, гости с интересом ждали продолжения. – Итак, сегодня ваш ужин был приготовлен таким образом, – Дэниел указал на Тома и Анжелику, подающих закуски. – Мы уезжали на целый день, но, поскольку мы с Тома подготовили все заранее, вечером делать почти ничего не пришлось.

Все уставились на теплые тарелки с салатом. Крошечные листочки с гренками и раскрошенным козьим сыром были политы оливковым маслом и посыпаны базиликом. Сочетание произвело фурор.

– Вы научите меня это готовить? – Ахмед проткнул вилкой гренку.

– Конечно, Тома проведет дополнительный урок для тех, кто захочет больше узнать об этом методе.

– Теплый салат, обалдеть, – Фрэн сделала большие глаза, когда пикантный козий сыр растаял у нее во рту. – За этим будущее, – объявила она.

Следующим блюдом стал пуссен, и Дэниел объяснил, что маленькая куриная грудка бережно приготовлена на водяной бане су-вид, а ножки обжарены в гусином жире. Добавив грудку к ножкам, он деглазировал сковороду несколькими каплями винного уксуса и приправами. Блюдо подали с лимоном и черным оливковым соусом, молодым картофелем и морковью из сада, приготовленной на пару. Тарелка Каролайн единственная не опустела полностью.

Дэниел и Тома получили порцию аплодисментов, пока Анжелика и Уолто убирали со стола и несли десерты.

– Можете записать меня на занятие по су-вид? – попросила Фрэн, когда Уолто поставил перед ней следующее блюдо. Она запустила ложку с длинной ручкой в бокал с ароматным лавандовым мороженым. Верх был украшен крошечными кусочками засахаренной мяты и лаванды.

– Потрясающе! – Фрэн оглядела стол, пытаясь понять, разделяет ли кто-нибудь ее ощущения. – Я бы никогда не выбрала этот вкус, но он чертовски хорош.

– Во Франции мороженое называют «глясе», и существует несколько видов, в зависимости от способа приготовления и ингредиентов, – сказал Дэниел. – Мы проведем дополнительный урок по мороженому. Пожалуйста, сообщите Анжелике, если хотите принять участие.

Руки взлетели вверх, и Дэниел рассмеялся.

– Значит, все.

Только один гость воздержался.

– Каролайн, а ты? – спросил Дэниел.

– Да, конечно, и еще мне интересно: как приготовить вот это?

Каролайн едва прикоснулась к мороженому, но поднесла к губам крошечный кусочек засахаренной лаванды и нерешительно лизнула. Потом положила ложку рядом с украшенной золотой каймой тарелкой и посмотрела на Уолто.

– На самом деле, – громко спросила она, заглушив болтовню гостей, – мне очень интересно, почему в доме и в саду столько лаванды? – Она встретилась взглядом с Уолто. – Это растение – твое любимое?